6

— Я не знаю, почему Хозяин оказывает тебе такое внимание, но, сестрица, не стоит так сильно полагаться на его силу. Он ведь ненавидит людей, — добавил пустельга.

Улыбка застыла на её лице. Ненавидит людей. Последние слова Чорона отозвались острой болью. Это правда. Но почему-то её голова внезапно словно опустела. На самом деле она сразу после пробуждения ворвалась в комнату Чорона, чтобы избежать встречи с Рамом. Когда она проснулась, в её голове ярко вспыхнули воспоминания о вчерашнем позоре. Она целовалась с посторонним мужчиной, да ещё и с языком! Но оказалось, что он просто играл с ней. Для неё, девушки, впервые в жизни испытавшей настолько близкий и страстный контакт с мужчиной, это стало огромным потрясением. И всё же, даже после такого она проснулась утром с трепетом в груди. Ей было немного обидно, что этот красный безумец исчез, пока она спала. В то же время она, словно невротик, металась в тревоге, боясь, что он вот-вот распахнёт дверь и ворвётся, как ураган. В конце концов, она сбежала туда, где хоть немного спокойнее – в комнату Чорона.

— Хозяин ненавидит людей.

От этих слов Е Чжу вернулась с небес на землю и мгновенно впала в уныние. Да. Рам ненавидит людей, а она – человек. Это можно было понять, просто взглянув в его глаза. Его глаза всегда добрые, чёрные, когда он смотрит на Чорона, Пони и даже на растения, встречающиеся по пути, но когда он смотрит на Е Чжу и других людей, они наливаются кровью. Не раз столкнувшись с этим удивительным и жутким явлением, она поняла, что так проявляются его ненависть и гнев.

«До какой же степени нужно ненавидеть людей, чтобы глаза настолько покраснели?»

Пытаясь утешить себя, Е Чжу с лицом, будто наступил конец света, пробормотала:

— Да. Мне это не нравится. Не то слово... А кому вообще нравится? Я тоже, знаете ли, играла.

— А? Что ты сказала? — переспросил пустельга.

— Да не отберу! Живите счастливо и процветайте со своим хозяином, целуйтесь и обнимайтесь всю жизнь! — закричала она.

— Можно же нормально сказать! Зачем сразу кричать?!

— Не знаю! Я ненадолго, мне нужно кое-что взять! Возьму и уйду, не обращай внимания!

С этими словами Е Чжу резко вскочила с кровати. Чорон поднялся следом и, хлопая глазами, уставился на внезапно рассердившуюся девушку.

— Э? А что взять-то надо?

— Прокладки, — коротко ответила Е Чжу и решительно направилась в сторону ванной в углу комнаты. Она быстро обнаружила прокладки на полке в ванной. — Но тут здешние женщины вроде как останавливают время или что-то такое, похоже, у них реально месячных нет. В ванной прокладки валяются по несколько штук, на них прямо пыль лежит. А! И тут тоже есть? На всякий случай надо всё забрать.

Вернувшись в комнату, она нахмурилась и пробормотала себе под нос:

— В любом случае, странное место. Кого тут только не встретишь? Биологические часы остановились, овуляции нет… Кстати, ты, наверное, не знаешь, что такое прокладки? У птиц бывает менструация? Наверное, нет, раз они яйца несут. Хотя тебе-то всё равно, ты же самец… Слушай, а ты вообще… э-э… как насчёт спаривания?

— Хватит! — раздался полный ужаса крик Чорона. Е Чжу вздрогнула и обернулась. Она увидела, что его лицо покраснело сильнее обычного, и он, хоть и пытался говорить уверенно, всё же запинался: — Н-не говори такие вещи как попало! Я тоже вполне взрослый! Я всё, всё понимаю, я уже в том возрасте!

Он вёл себя как девственник, ни разу не ходивший на свидания. Е Чжу улыбнулась, и, не задумываясь, что сама недавно была не лучше, самоуверенно сказала:

— Ах, да, конечно.

У неё ведь с Рамом уже было всё.

— Тц, правда, сестрица совсем ничего не стесняется…

— Я пошла. Ты можешь ещё поспать.

Е Чжу хотела было ответить: «Спаривание - это прекрасный акт», но, подумав, что Чорон снова начнёт возмущаться, решила промолчать. Сжимая в руках прокладки, она пошла к выходу из комнаты. Пустельга начал ворчать ей вслед:

— Всех разбудила, и что это за сон такой?! Твоя одежда, сестрица, лежит в ящике у кровати в твоей комнате, так что переодевайся скорее! Хозяин же ругаться будет!

Чорон указал на кусок ткани на ней, который был настолько потрёпан, что больше напоминал половую тряпку. Юбка ниже талии была лишь немного порвана и испачкана, но выше, если бы не бинты, Е Чжу была бы практически обнажённой. От неожиданной заботы Чорона она тут же растрогалась:

— Ого, Чорон…

Чорон преисполнился гордости.

— И без того этот кусок тряпки вчера заставил твоего хозяина меня…

Е Чжу, тронутая до глубины души, чуть было не выболтала о ночном унижении, но поспешно замолчала и покачала головой.

— Э? Что Хозяин?

— Кхм-кхм. А нет, ничего. В любом случае, спасибо. Иди лучше поспи, скорее.

— Да из-за тебя я уже весь сон растерял, сестрица!

Е Чжу великодушно проигнорировала протесты Чорона и открыла дверь.

Наконец-то эта человеческая девица, мучившая его с самого утра, ушла. Пустельга уже собирался облегчённо вздохнуть, но... Е Чжу вдруг резко вернулась назад и разрушила с трудом восстановленное спокойствие в его душе:

— Кстати, Чорон, у тебя есть сестра? Ты во сне все время её звал. Сестра какая? Младшая или... старшая, наверное?

***

Е Чжу вышла из комнаты в слегка потрёпанной, но чистой толстовке и джинсах.

— Ну и чего так долго возишься?! — набросился на неё Чорон.

Е Чжу мельком взглянула в сторону и заметила Рама, смотревшего на неё. Почувствовав себя неуютно под их взглядами, она неловко улыбнулась и указала на рукав толстовки:

— Я тут немного обрезала. Он весь порвался и выглядел слишком неряшливо…

Теперь толстовка Е Чжу больше напоминала футболку. Глядя на свои обнажённые руки, она ощутила грусть. Брендовая вещь, за которую она когда-то отдала немалые деньги, в этом чёртовом месте превратилась в настоящую тряпку. Е Чжу потеребила неровный край рукава и, подняв голову, посмотрела на Рама.

— Но куда мы теперь направимся?

Чорон, казалось, тоже заинтересовался и обернулся.

— Снова на Северный континент, — без колебаний ответил Рам.

— На север, Хозяин? — переспросил Чорон, но мужчина промолчал.

Е Чжу тоже хотелось бы задать вопрос, но, погружённая в мысли о местоположении севера, она молчала и делала вид, что соглашается. В 3019 году Земля представляла собой объединённые континенты, поэтому привычные для неё географические ориентиры были здесь бесполезны. Кажется, однажды Чорон рассказывал, что континенты разделены по сторонам света. Если север, то...

— Не может быть! Неужели... тот лес?! — наконец-то вспомнила Е Чжу и в ужасе посмотрела на Рама. Однако он, казалось, не заметил её взгляда, продолжая неподвижно стоять. — Простите, мы правда возвращаемся в тот лес? В тот безумный лес, где живут вороны, которые жрут глаза, и проклятая змея, укравшая мой телефон?!

— Да, — ответил Рам, смотря на неё красными глазами. Е Чжу схватилась за голову.

— Ах, голова... Слушайте, я не поеду.

Мужчина не ответил.

— Послушайте. Мы кое-как выбрались из того ада, а вы предлагаете вернуться туда? Туда, где ни поесть, ни поспать, даже присесть негде! И чтобы туда попасть, нам снова придётся пересечь пустыню! — Е Чжу стала кричать: — Я ни за что туда не пойду, ни за что! Тогда, может, разойдёмся прямо сейчас….

— Прибыл.

Её лицо напряглось. Прибыл? Кто? Она оглянулась вокруг. Бах! Позади раздался глухой звук, словно кто-то ударил огромным молотом о землю. Изумленная Е Чжу обернулась. Перед ней во всей своей величественной красе предстало блестящее лоснящееся существо огромных размеров. А его длинные и тонкие усики шелестели на ветру, словно тростник на ветру. Его голос, такой же мощный, как и его тело, эхом разнёсся вокруг:

— Хозяин!

— Нам нужно поспешить, так что мы полетим на этом, — указал Рам на существо, чьи крылья трепетали, будто оно ими хвасталось.

Лицо Е Чжу исказилось от тошноты, и она задержала дыхание. И так смотреть на это – пытка, а тут ещё и предлагают на нём лететь. По всему телу пробежали мурашки, и разболелась голова. В тот же миг вспомнились унылые дни, когда она жила одна в студии и не могла спустить ноги с кровати из-за таракана. Тогда она подняла переполох, позвонив хозяину квартиры и умоляя его о помощи. Перепуганный хозяин прибежал и убил таракана свернутой в трубку газетой, и только после этого Е Чжу смогла спокойно заснуть.

«И как, чёрт возьми, устроен мир через 1000 лет, если на таком передвигаются как на транспорте?»

— Похоже, это действительно конец для нас, — пробормотала Е Чжу, вздохнув.

Мужчина приподнял одну бровь и повернулся к ней. В это время огромный таракан потёр свои мохнатые передние лапы друг о друга и направился к Е Чжу. У-у-ух, она подавила подступающую тошноту и вежливо попрощалась:

— До свидания.

Искренне поклонившись мужчине и его другу, гигантскому таракану, Е Чжу тут же развернулась и быстро пошла в противоположную от них сторону, словно боялась, что её схватят. Ей нужно было как можно скорее убраться от этого насекомого.

«А что, если все тараканы в этом мрачном городе такие? Нет, если мне встретится ещё один такой…»

Она отчаянно замотала головой и ускорила шаг. Но, как ни странно, не было ощущения, что она продвигается вперёд.

«Что такое? В чём дело? Что происходит?»

Она остановилась и быстро оглянулась. Её натянутый капюшон крепко держала мужская рука. Красные глаза прожигали её взглядом, словно лазеры.

— Тц, куда это ты собралась?

— О, отпустите! Я никогда этого…

— У тебя нет выбора.

Е Чжу отчаянно пыталась вырваться из хватки мужчины, но все её попытки оказались тщетны. Вместо того, чтобы освободиться, она лишь всё сильнее притягивалась к нему.

— А-а-а! Не хочу! Я ни за что не сяду! Я ненавижу... огромных тараканов, буэ…

— Была бы ты послушной. Хочешь, чтобы я отлупил тебя, как вчера? — равнодушно сказал мужчина.

Е Чжу рефлекторно замерла, и в этот момент её тело легко, словно листок, взлетело в воздух. Закинутая на плечо Рама, как мешок, она стремительно приближалась к тому самому огромному таракану, которого так боялась. Она извивалась и издавала жуткие вопли:

– А-а-а! Отпусти меня! Отпусти! Я не хочу! Не хочу!

Но её сопротивление не возымело никакого эффекта.

— Чорон! Чорон, спаси меня! Чорон!

— Я собираюсь лететь на своих крыльях, – ответил тот, пожав плечами.

Словно она совсем ничего не весила, Рам ловко взобрался на огромного таракана с перекинутой через плечо девушкой. Когда они оказались на блестящей чёрной спине насекомого, Е Чжу, которая так отчаянно пыталась вырваться, прилипла к груди Рама, как банный лист.

— Кажется, чем-то странным пахнет. У-у-у, сейчас вырвет…

— Терпи, если не хочешь сидеть рядом с усиками, — отрезал Рам, будто говорил с ребёнком.