15

Она прекрасно понимала, что это значит. Её просто отсекли, как сухую ветку, ставшую бесполезной. Наверное, стоило поблагодарить его за то, что он, с его скверным характером, хотя бы не убил её, когда нужда в ней отпала. Все факты указывали на то, что её кинули, но какая-то часть души нелепо отказывалась в это верить, надеясь, что на то была веская причина.

— Неужели... неужели и правда бросил...

Когда она произнесла это вслух, осознание реальности обрушилось на неё с такой силой, что все прежние попытки отрицать очевидное показались бессмысленными. Она изо всех сил старалась держаться, но её лицо в итоге дрогнуло и болезненно исказилось.

Если он действительно её оставил, значит ли это, что те три дня у поляны люмьеров были всего лишь сном? Все его поступки - ложь? Когда она призналась ему в любви, он не ответил взаимностью, но и не оттолкнул. Если бы он хотел избавиться от неё, то сделал бы это сразу. Не стал бы спрашивать, нравятся ли ей цветы, не ловил бы рыбу и не готовил еду, когда она была голодна. Если бы она была ему по-настоящему ненавистна, разве он не показал бы этого, когда она набралась смелости взять его за руку и поцеловать? Разве стал бы он обнимать и утешать её, когда она проснулась от кошмара?

— Если собирался бросить, незачем было быть со мной таким добрым.

Хотя всё это случилось вчера, сейчас те мгновения казались бесконечно далёким прошлым. С мрачным видом Е Чжу уткнулась лицом в скрещенные на подоконнике руки.

— Мне ведь было так хорошо... Нам же было хорошо вместе. Разве нет?

Но... неужели всё это было притворством? Просто из жалости к ней, влюбленной дурочке, решил напоследок проявить немного доброты, прежде чем выбросить?

Она приподняла голову и снова уставилась на далёкий горизонт, обращаясь к человеку, который всё равно не мог её услышать:

— Вы правда меня бросили? Я спрашиваю, вы правда меня бросили?

Она сомневалась, что вообще когда-нибудь увидит его вновь, и от этой мысли внутри всё обожгло нестерпимой горечью.

— Ответьте мне! Вы правда меня бросили?! — отчаянно закричала Е Чжу, будто бывшая, которая рыдает в подушку над телефоном после того, как ей не ответили на сообщение «Спишь?», отправленное в три часа ночи.

— Почему ты молчишь, придурок?! Высосал из меня всё, что мог, а как стала не нужна - выкинул?!

Но её яростный порыв угас так же мгновенно, как и вспыхнул. Лицо залили слёзы, она прерывисто всхлипывала.

— Хнык, и что же мне теперь делать?

Никогда прежде у неё не было настолько дорогого человека. Настолько, что она всерьёз подумывала о том, чтобы оставить своё прошлое. Раньше она никому не хотела открываться, рассказывать о своих тщательно скрываемых способностях и просто оставаться рядом. Поэтому она действительно не знала, как ей быть.

— Что же делать?

Слёзы хлынули градом. Е Чжу порывисто уткнулась лицом в согнутые руки. Такой поворот событий ей даже в голову не приходил. Она смутно понимала, что когда-нибудь ей придётся вернуться в своё время, но не ожидала, что вот так, в одночасье, останется совсем одна. И уж тем более не думала, что окажется запертой в логове безумцев, которые не только превозносят её как «Спасительницу», но и вовсю готовятся к войне с Рамом.

— Что же мне теперь делать?

Тревога и страх, которые она подавляла в себе весь день, прорвались наружу. Рыдая навзрыд, Е Чжу ещё глубже зарылась лицом в руки. Отчаяние от мысли о том, что Рам бросил её, придавило тяжёлым валуном. Было настолько горько и страшно, что она едва могла дышать.

***

— У-у... — простонала Е Чжу.

В груди нестерпимо кололо. Ощущение было странным и крайне неприятным, будто она надела на голое тело одежду из грубой колючей ткани. Где-то глубоко внизу живота разлилась тянущая боль. Или это была не совсем боль? Может, зуд?

Е Чжу чувствовала всё, что происходит с её телом, но в то же время ощущения то отдалялись, становясь притупленными, то внезапно вспыхивали с новой силой, из-за чего - она не могла разобрать, мучилась она от боли или от невыносимой щекотки.

— А-а, не... не надо...

Она дёрнулась, пытаясь избавиться от этого наваждения: сердце бешено колотилось, дыхание сбилось. И тут острые зубы с силой впились в её мягкую плоть.

— А-а-а! — вскрикнула Е Чжу, её дыхание на мгновение перехватило. — Больно! Хватит, прекрати!

Она отчаянно забилась, пытаясь вырваться из плена этой резкой, обжигающей боли, и хватка ослабла. Боль утихла, но её тут же сменила волна изматывающего зуда. Все органы чувств спутались, голова шла кругом. Е Чжу огляделась по сторонам. Сознание плыло, словно в пьяном угаре.

И тут раздался голос:

— Е Чжу.

Он прозвучал так ласково, что на глаза навернулись слёзы. Её затуманенный взгляд медленно переместился на того, кто её позвал.

— Рам?

Перед ней возникли чёрные волосы. На фоне бледного лица багровым пламенем горели глаза, а между приоткрытых губ мелькал кончик алого языка. Неужели его глаза всегда были такими тёмными? Они и раньше были красными, но сейчас казались какими-то мутными и зловещими.

Внезапно её грудь пронзил ледяной холод. Инстинктивно опустив взгляд вниз, Е Чжу в ужасе вскрикнула:

— А-а-а! Ч-что ты... что ты делаешь?!

Что происходит? Вся её грудь была покрыта сине-красными пятнами, словно её искусал целый рой москитов. Но она не была дурой и прекрасно понимала, что это вовсе не следы от насекомых. Увидев её шок и ужас, Рам усмехнулся, будто находя эту ситуацию жалкой. Уголки его губ были слегка приподняты, а его багровые глаза блестели от желания.

— Я не собирался тебя отпускать. Но, возможно, тебе и правда стоит увидеть всё своими глазами.

От его низкого голоса по её коже пробежал мощный разряд, вызывая волну мурашек. Она почувствовала, как буквально каждый волосок на её теле встал дыбом.

— Хы... Ч-что увидеть?

— Увидеть, насколько подлыми и жестокими могут быть те, с кем ты так стремишься встретиться.

— Ч-что вы имеете в виду?

— Возможно, у них и есть полезные сведения, но в итоге ты так ничего и не узнаешь и просто станешь их добычей. Ты не то что в прошлое не вернёшься, ты даже не узнаешь, как к нему подступиться, — сказал он, укладывая Е Чжу, когда она попыталась приподняться. В теле совсем не было сил, поэтому она просто повалилась навзничь от его лёгкого толчка. Своей обнажённой спиной она ощутила не холодный пол, а прикосновение какой-то шершавой ткани. Должно быть, он что-то подстелил.

«Так нельзя, это происходит слишком быстро», — пронеслось в мыслях, но тепло Рама, обнявшего её, было слишком манящим. Его рука сладострастно погладила её по шее.

— О чём вы... Ой!

Она попыталась переспросить, но он внезапно склонил голову к самому её лицу и прошептал:

— Ведь они так же терпеливы, как и я. Они будут ждать, пока ты окончательно не отчаешься и не опустишь руки, так ничего и не выяснив. А чтобы забрать твою силу… — его рука, ласкавшая её затылок, скользнула ниже, мягко, словно шёлк, — они будут жадно обгладывать твои прекрасные конечности одну за другой. Вот насколько они опасны.

— А-а!

— Поэтому выбери меня.

— П-подождите! Секундочку!

Рам поднял голову и зловеще усмехнулся. Е Чжу впервые видела, чтобы он так широко улыбался, и от этого зрелища у неё на мгновение помутилось в глазах.

— Я буду ждать тебя здесь три дня, пока не закончится сезон цветения.

— Се… сезон цветения?

— Не забудь, Е Чжу. У тебя время до конца сезона цветения.

Белоснежные клыки остро блеснули на фоне его алых губ. Сердце Е Чжу ушло в пятки, а по спине пробежал мороз. Ей казалось, будто она увидела в нём нечто запретное, то, на что ей не следовало смотреть.

— Если же ты не вернёшься к тому времени...

— А-а-а-а!

С ощущением стремительного падения в бездну Е Чжу бешено засучила руками и ногами и резко открыла глаза.

— Я падаю! Падаю!

Её тело и впрямь опасно соскользнуло со стола. Она едва не полетела вниз головой.

— А, ох!

Кое-как восстановив равновесие и выпрямившись, она поспешно огляделась. Ещё секунду назад она задыхалась под тяжестью Рама, чувствуя его горячее дыхание, но, открыв глаза, обнаружила, что всё так же сидит на столе в каюте. Вокруг было хоть глаз выколи. Казалось, совсем недавно она любовалась багряным закатом, но теперь снаружи воцарилась непроглядная густая тьма. Она незаметно для себя задремала, привалившись к подоконнику, и так и не включила свет.

— Что это было... — пробормотала Е Чжу. Ей казалось, она всё ещё слышит, как в ушах бешено колотится сердце. Она потёрла лицо руками, пытаясь прийти в себя. Сон. Это всего лишь сон. То, как страстно, даже слишком страстно он обрушился на неё.

— Я что, настолько изголодалась? — прошептала она, пряча лицо в ладонях. Неужели она так сильно втюрилась в Рама, что тело начинает гореть от одного воспоминания о нём?

«Господи, это же настоящая сексуальная неудовлетворенность!»

Она чувствовала, как пылают щёки. И тут до неё дошло: в утренней суматохе она совсем забыла, что и в горном домике ей привиделось нечто подобное. Что же Рам говорил в том утреннем сне? Кажется, грозился всё разнести, если она не придёт. А в этот раз? Что он сказал? «Выбери меня»? «Я буду ждать три дня»?

— С ума сойти, просто с ума сойти!

Слова Рама из сна всплывали в памяти так отчётливо, будто он произнёс их прямо ей в ухо. Е Чжу в отчаянии схватилась руками за лицо, которое, казалось, вот-вот взорвётся от прилива крови. Она вела себя не как взрослая женщина, а как подросток в период созревания!

— Так не пойдёт. Нужно срочно охладиться. Холодный душ - вот что мне нужно.

Это было неправильно. Совершенно нездорово. Чтобы остудить внезапно разгорячившееся тело, Е Чжу поспешно спрыгнула со стола и бросилась к ванной. Когда в голове такой кавардак, лучше всего было бы набрать полную ванну и хорошенько отмокнуть, но, увы, здесь были только унитаз, раковина и душевая кабина.

С грохотом сдвинув дверь, она начала лихорадочно раздеваться. Тяжёлая мантия с глухим стуком упала на пол. Затем она разулась и босиком зашла в ванную. Когда ледяной кафель коснулся кожи, её передёрнуло. Снимая бельё, она вдруг осознала, что у неё нет ни сменной одежды, ни туалетных принадлежностей.

«Так не пойдёт. Ладно одежда, но шампунь и мыло-то должны быть!» — подумала она и на всякий случай решила проверить шкафчик над раковиной. На его дверцах, размером почти с её торс, висели зеркала. К счастью, внутри обнаружились не только банные принадлежности, но и аккуратно сложенный комплект белья, полотенца и даже халат.

«Эти люди из племени ног, конечно, подозрительные, но в сервисе толк знают!»

Е Чжу стянула кофту, висевшую на плече. Поскольку в душевой кабине был слив, можно было не бояться, что одежда на полу намокнет.

Довольная, она достала пластиковый стаканчик с новой зубной щёткой и пастой и закрыла дверцу шкафчика. Раздался негромкий щелчок, и зеркало отразило её обнажённую по пояс фигуру. Е Чжу едва не лишилась дара речи, увидев своё тело.

— Э-это ещё что такое?