4

— Ай! Холодно!

Она в панике задрала голову и увидела, что потолок усеян десятками круглых распылителей, похожих на автоматические огнетушители.

Услышав её вскрик, стоявший впереди Ё Чжун неловко улыбнулся:

— Это дезинфекция. Второй этаж - производственная зона товаров первой необходимости и продуктов питания, поэтому мы должны заранее удалять любые загрязнения, принесённые извне.

В нос ударил резкий горьковатый запах антисептика. Чёлка мгновенно намокла. Радовало лишь то, что холодная влага не просочилась сквозь плотную мантию, купленную Рамом, и не добралась до нижней одежды.

Оглядевшись, Е Чжу увидела, что большинство мужчин вокруг вовсю пользуются моментом и энергично растирают антисептик по лицу и шее, будто умываясь. У неё невольно возникла ассоциация с дяденьками в корейских ресторанах, которые влажными салфетками для рук умудрялись протереть ещё и лицо, и шею.

Сама она повторять за ними не стала и просто стояла. Когда мантия на плечах напиталась влагой и слегка потяжелела, распыление антисептика, наконец, прекратилось. С тихим гудением стеклянная дверь автоматически открылась. Она чувствовала себя неловко, наступая мокрой обувью на белоснежную плитку, на которой не было ни пятнышка, но беспокойство оказалось напрасным: специальное покрытие впитало всю лишнюю влагу, и на чистом полу не осталось ни единого грязного следа.

Пока она пребывала в странном удовлетворении от этой стерильности, откуда-то выбежали несколько человек в белых защитных костюмах, напоминающих скафандры, и почтительно поклонились Ё Чжуну.

— С возвращением, вождь!

Они притащили с собой подносы, на которых лежали какие-то небольшие прямоугольные металлические предметы с красной кнопкой. Среди их рослых фигур попадались и хрупкие тонкие силуэты. Из-за масок, скрывавших лица, было трудно что-то разобрать, но по телосложению Е Чжу поняла, что это женщины. Значит, здесь есть не только мужчины. Она удивилась этому факту, но в глубине души почувствовала облегчение.

Стоило Ё Чжуну поднять руку, как «люди в белом» вскинули головы и принялись быстро раздавать прямоугольники с подносов. Солдаты тут же прикладывали их к оголённой тыльной стороне ладони или предплечью и нажимали на красную кнопку. Отовсюду послышались щелчки, напоминающие звук степлера, вгоняющего скобы в бумагу.

«Это тоже что-то вроде обязательного ритуала перед входом?»

Пока она с любопытством наблюдала за происходящим, Ё Чжун обратился к ней:

— Позвольте вашу руку, Спасительница.

— Зачем?

Она замялась, не спеша давать ему свою ладонь, но он продолжал смотреть на неё со своей привычной доброжелательной улыбкой. В этом очередном безмолвном поединке Е Чжу вновь пришлось уступить. Не успела она нерешительно протянуть руку, как Ё Чжун крепко схватил её за запястье. Раздался щелчок, и тыльную сторону кисти обожгло резкой болью, будто на кожу попала искра. Е Чжу вскрикнула от неожиданности и резко отдёрнула руку.

— Что это?! Как можно так внезапно, ничего не сказав? Это же больно!

На том месте, к которому он прижал металлический предмет, выступили две яркие капли крови.

Заметив, как она нахмурилась, Ё Чжун вложил ей в руку ватку с антисептиком и поспешил объяснить:

— Это маркировка. Мы ввели вам препарат, который скрывает вашу биоэнергию от Чёрного Осколка. Только люди с такой меткой могут свободно перемещаться по кораблю. Считайте это своего рода посадочным талоном.

— Могли бы и предупредить заранее…

Она чувствовала себя так, словно медсестра в больнице всадила ей укол до того, как она успела морально подготовиться.

Видимо, выражение её лица было совсем безрадостным, потому что Ё Чжун покорно склонил голову и извинился:

— Прошу прощения, если напугал вас.

Продолжать дуться на человека, который так вежливо извинялся, было как-то неудобно. Е Чжу с недовольным видом принялась протирать жгущую кожу ваткой.

Тем временем Ё Чжун отдал приказ солдатам, стоявшим позади неё в две ровные шеренги:

— Раз маркировка закончена, всем, кроме капрала Чхоль Су, вернуться на свои посты и ждать распоряжений. Капрал Чхоль Су - за мной, будешь сопровождать Спасительницу.

— Так точно! — выкрикнули солдаты и, отдав честь, гурьбой бросились в противоположную от них сторону.

И тут к Е Чжу пришло осознание: то, что Ё Чжун обращался к ней уважительно и проявлял дружелюбие, вовсе не означало, что он мягок с остальными. Он был здесь верховным главнокомандующим. Глядя на удаляющуюся группу солдат, она подумала, что ей нужно держать ухо востро и не расслабляться.

— За цехом находятся жилые каюты, — пояснил Ё Чжун, видимо, решив, что ей любопытно, куда направились солдаты. — Мы могли бы сразу пойти к гондоле на третий этаж, но если вам интересно, не желаете ли сначала осмотреть производство?

В его тоне слышалось не столько предложение, сколько жгучее желание похвастаться своими достижениями. Е Чжу неопределённо кивнула, принимая приглашение. Тем более, что у неё как раз возник один вопрос.

— Здесь мы изготавливаем всё необходимое для жизни на судне. Излишки некоторых товаров мы даже поставляем на другие континенты. Вот основные вещи, которые производит наше племя ног.

Ё Чжун подошёл к месту неподалёку от той самой стеклянной двери, через которую они вошли в цех. Е Чжу последовала за ним, а за ней капрал Чхоль Су.

Во время дезинфекции она этого не заметила, но многочисленные машины и роботы, на первый взгляд беспорядочно расставленные по всему огромному второму этажу, на самом деле были отделены прозрачными перегородками, как офисные кабинки.

— Здесь мы смешиваем произведённые нами поверхностно-активные вещества с крахмалом, гидрокарбонатом натрия и другими компонентами, — Ё Чжун указал на ближайшие установки. — А на соседнем участке из полученной смеси мы изготавливаем зубную пасту и мыло. Эти товары пользуются большим спросом у наших солдат, поэтому излишков для продажи остаётся не так уж и много. Однако среди жителей других континентов спрос на них тоже невероятно высок, так что они продаются по баснословной цене.

Вокруг машины, производящей поверхностно-активные вещества, густым слоем налипла засохшая белая пена. На конвейерной ленте соседнего аппарата, производящего зубную пасту и мыло, с равными интервалами двигались белые контейнеры, которые падали в стоящую внизу картонную коробку.

— Иной раз эти товары продаются за сумму, на которую можно было бы построить неплохой дом.

Она не могла себе даже представить, чтобы такие вещи, как зубная паста или мыло, продавались по цене целого дома. Если бы она только знала, что перенесётся на 1000 лет вперёд, то вместо бальзама для губ всегда носила бы с собой мыло и зубную щётку.

Е Чжу, отстранённо смотревшая на белые контейнеры, с запозданием заметила, что Ё Чжун направился в противоположную сторону, и поспешно бросилась за ним.

— Здесь мы обрабатываем грызунов и земноводных, которых отлавливаем на самой высокой горе этого мира. Снимаем с них шкуру, удаляем внутренности и сушим, делая вяленое мясо. Это незаменимая удобная еда для наших солдат из племени ног, которым нужно быстро перекусить во время операций, или для тех, кто отправляется в долгие путешествия.

Десятки обмякших крыс, подвешенных за хвосты механическими щипцами, ритмично раскачивались, а затем попарно погружались в чан, извлекались и двигались дальше. Судя по тому, что оттуда поднимался густой пар, а рядом располагались быстро вращающиеся резиновые ленты, которые тут же сдирали кожу со зверьков, в чане был крутой кипяток. Разлетающуюся в воздухе шерсть до того, как она успевала упасть на пол, мгновенно засасывало несколько металлических труб, снующих туда-сюда. Благодаря этому белая плитка оставалась безупречно чистой.

— Пылесосы? — пробормотала про себя Е Чжу.

— Вон там снятые шкуры и удалённые внутренности концентрируются и перерабатываются в энергетические батончики. Поскольку съестных припасов с каждым днём становится всё меньше, ни один кусочек драгоценного мяса или шкуры не пропадает зря. Энергетические батончики являются основной пищей племени ног, так что на экспорт они не идут. Однако в случае сильного голода мы обязаны бесплатно поставлять их по всему континенту, поэтому все излишки бережём на складах.

Е Чжу нахмурилась. Ё Чжун указал на машину, расположенную на участке справа от аппарата для ощипывания крыс. Как раз в этот момент из направленного к потолку выходного отверстия машины с хлюпающим звуком выскочило несколько серо-коричневых желеобразный прямоугольников. Подпрыгнув в воздух, словно попкорн, они аккуратно опустились в жестяной контейнер. От вида этой подрагивающей массы цвета сточной крысы Е Чжу затошнило:

— У-ух.

— Хоть оно так и выглядит, мы добавили ароматизатор, так что на вкус оно как клубника, ха-ха-ха, — громко рассмеялся Ё Чжун, глядя на неё. — Кроме этого, мы производим множество других товаров. Но в последнее время самым главным продуктом племени ног является нечто иное. Прошу сюда.

Он повёл её в самую глубину производственного цеха. По пути им попадались отгороженные стеклянными стенами зоны, из-за чего приходилось идти в обход. После довольно долгой ходьбы они добрались до очередного бокса. Он был гораздо просторнее остальных и по размеру напоминал школьный класс. Внутри в ряд стояли большие и маленькие машины, соединённые между собой. В отличие от зон по производству товаров первой необходимости и батончиков, здесь возле машин суетились четверо людей в белом. Один из них поднял предмет, только что сошедший с конвейера. Однако из-за маленького размера и довольно большого расстояния было трудно разглядеть, что это такое. Е Чжу вплотную прижалась к стеклянной стене, не обращая внимания на оставляемые отпечатки пальцев. Она то щурилась, то снова широко раскрывала глаза, пока, наконец, не поняла, что это такое.

— Шприц?

Разорвав пластиковую упаковку, человек в белом достал шприц размером с указательный палец и проверил его. Увидев тонкую струйку жидкости, брызнувшую в воздух, Е Чжу застыла в оцепенении. На свете существуют тысячи, десятки тысяч шприцев с препаратами, но тот, что производило племя ног, наверняка был тем, который она уже хорошо знала.

Ё Чжун подошёл к Е Чжу и тоже взглянул сквозь стеклянную стену.

— Это препарат, который скрывает биоэнергетические волны человека, чтобы Чёрный Осколок не мог его обнаружить. Он же используется для маркировки, которую только что сделали у входа в производственное помещение, — сказал он, и внезапно с его губ сорвалась беглая английская речь: — «Rage of The black debris» - так называется препарат.

Е Чжу вполне могла его понять, так что не слишком удивилась. Куда больше её поразил смысл сказанного.

— «Гнев Чёрного Осколка». Сокращённо RTBD. Препарат пока находится на стадии экспериментов, но можно считать, что он уже практически завершён.

Е Чжу с некоторой растерянностью посмотрела на Ё Чжуна. Ещё совсем недавно он громко хохотал, утверждая, что энергетический батончик из крысиной шкуры имеет вкус клубники, а теперь выражение его лица стало тяжёлым и серьёзным. Она заметила ещё в вертолёте, но без своей привычной жизнерадостности он выглядел немного измотанным. Возможно, всё дело в том, что он взвалил на себя тяжкое бремя ответственности за других людей в таком молодом возрасте.

Но знает ли этот человек, насколько страшен и ужасен гнев Чёрного Осколка на самом деле? Известно ли ему, что его глаза стали красными из-за всепоглощающей ярости? Неужели он дал препарату такое название, действительно зная о том, насколько сильно этот мужчина ненавидит людей?

— В последнее время наше племя ног занимается массовым производством RTBD. Мы верим, что именно этот препарат является последним оплотом для нас, людей, которые день за днём гибнут от Чёрного Осколка.

— Оплотом?