Он был прав. Возможно, она пообещала себе, что будет жить, занимаясь тем, что ей нравится, но существовала граница, которую она не должна переступать. И теперь, когда она стала женой принца, ее статус был выше, чем у знатной дамы.

Аметистия попыталась успокоить его, изучая его помрачневшее лицо.

— Алекс, с этого момента я буду осторожнее.

— И если ты захочешь кого-то соблазнить, то это должен быть только я.

- Что? Что ты имеешь в виду, под соблазненикм? Это просто! Нижнее белье было таким тугим, что я… мм!

Алексент проглотил ее оправдания, закрыв ее рот своими губами. Он прикусил ее пухленькие губы и просунул язык внутрь. Ее язык от удивления отдернулся, но когда захватывающее ощущение распространилось, она страстно ответила, обвивая своим языком его язык.

Убедившись, что она не отталкивает его, Алексент положил руку ей на грудь. Когда он ощутил руками мягкое прикосновение к груди под шелковым платьем, он почувствовал нарастающее в нем возбуждение. Он нырнул рукой под платье, лаская ее грудь, когда она тяжело дышала, его губы прошлись по ее шее, на которой он явно почувствовал ее сердцебиение, затем скользнул вниз по ее воротнику, а затем к груди. Он начал посасывать ее грудь поверх платья.

Когда Аметистия почувствовала его губы и язык сквозь платье, у неё перехватило дыхание.

- Хм! Але…лекс!

Поскольку под платьем у нее ничего не было, она быстро почувствовала, как намокает под ним. Она чувствовала себя глупо, коря себя сегодня утром за то, что наслаждалась этими ощущениями прошлой ночью. Должно быть, поэтому люди не могут легко избавиться от зависимостей. Все в этом было таким же сладким, как наркотик. Своими большими руками Алексент смахнул все с кровати.

Хрусть!

Вместе со звуком чего-то разбивающегося, все предметы упали на пол.

Он уложил Аметистию на кровать и собирался уже продолжить.

— Алекс… еще только полдень.

- Поздно.

- Но...

Его рука двинулась к ее центру. Почувствовав ее мокрое платье, он заговорил.

- Ты так сладко течешь, и все ещё отрицаешь, что пыталась соблазнить меня.

- Ну, нет, это… хммм!

Он быстро задрал ее платье и вставил в нее палец. Почувствовав влажность, он потер ее промежность своей большой рукой, и вскоре она опьянела от его прикосновений.

Искушение похоти было для нее непреодолимым, так как однажды она уже попробовала его.

Сначала было трудно, но потом она так легко поддалась этому. В отличие от ее рационального ума, ее тело было неудовлетворено одной лишь его рукой. Желая больше ощущений, она приподняла бедра, опираясь на другую его руку, и двинулась ему навстречу.

Алекс тоже был на пределе. В тот момент, когда он вошел в спальню и увидел ее, он почувствовал тесноту в своих штанах. Он вспомнил ее упругую кожу и мягкость ее грудей. Затем, когда его взгляд упал на ее проступающую сквозь одежду грудь, он почувствовал, что возбужден больше чем мог себе представить.

Губы Алексента не отрывались от ее губ, а его руки отчаянно рвали одежду. Он расстегнул ремень, спустил штаны, отбросил от себя душивий его шею галстук, расстегнул пуговицы и, наконец, снял рубашку. Аметистия обвила его шею руками и прижалась к нему.

Когда он почувствовал тепло своего возбуждения, его руки коснулись ее обнаженной кожи.

- Мммм...

- Как… ха...

Её голос, смешанный со звуком дыхания, звучал отчаянно. Возбуждение, которое он не мог больше сдерживать, взяло над ним верх. Казалось, он давно потерял рассудок. Когда он уже собирался войти в нее, услышал голос Аметистии.

- Нет.

Он удивленно посмотрел на ее дрожащее тело, опасаясь, не оттолкнет ли она его.

- Еще нет. Еще немного….

Ей нужно было больше. Его проявление привязанности заставило ее почувствовать себя на седьмом небе от счастья и забыть обо всем. Он заставляет ее поверить, что она настоящая Аметистия. Она хотела не секса, который заканчивался бы просто толчками, как с мужем Хиён, а такого нежного и обожающего секса, который подарил муж Аметистии, Алексент.

Алексент, который думал, что его отвергли, улыбнулся, когда она сказала «еще».

— Конечно, сколько хочешь.

Алексент чмокнул ее в губы и уткнулся лицом между ее ног. Он поднес свое лицо к ее нижним губам. Начав с короткого поцелуя, он приник к ней в долгой и сладостной пытке.

Когда она почувствовала, как его горячее дыхание обожгло ее кожу, она содрогнулась от удовольствия. Она провела пальцами по его волосам и прикусила губу, чтобы не застонать вслух.

— Ха… ах… пожалуйста!

Его язык был мягким и одновременно твердым, острым, но в то же время нежным. Его непрерывное лизание и движение языка неоднократно доводили Аметистию до блаженного оргазма. Когда ощущение экстаза щекотало все ее тело, из нее начинали вытекать соки.

Его пот и ее жидкость намочили простыню. Когда он увидел, что она готова принять его, Алекс со стоном вставил свой стержень в нее. Его темп был неторопливым, однако с каждым следующим мгновением он перерастал в глубокое и жестокое проникновение.

Тем временем, Аметистия обнаружила, что задыхается, ее стенки сжимали всю его длину, доводя обоих до безумия.

Их занятия любовью, начавшиеся средь бела дня, закончились поздно ночью.

Когда оба приходили в себя, Алексент лег рядом с Аметистией и с любовью заключил в своих объятиях, пока они вместе не заснули.