В июле свадьба Джин Ми и Се Чи состоялась точно в срок. Помимо семей Се и Мэн, Джин Ми также пригласила Пань Хуэй Чжэнь и Джин Шэня.

Именно на свадьбе Джин Ми наконец-то увидела родителей Се Чи.

Се Чи был очень похож на свою маму, оба они обладали эталонной красотой. Неудивительно, что стоило ей только пойти учиться готовить десерты, как папа Се Чи тут же увязывался следом.

Многие мини-десерты на сегодняшней свадьбе мама Се Чи приготовила собственноручно. Если бы Се Чи не заказал свадебный торт три месяца назад, она бы и за него взялась сама.

Однако, увидев свадебный торт, который выкатил ведущий церемонии, она отбросила эту мысль.

Чтобы приготовить такой роскошный и гигантский свадебный торт, который заказал Се Чи, понадобилось бы десять таких, как она, и полмесяца работы.

Сюй Цзя Шан, выступая в роли маленького пажа, на этапе обмена обручальными кольцами вышел на сцену, ведя за собой Кокоса.

Се Чи заказал костюмы для Сюй Цзя Шана и для Кокоса. Как только наряженные малыш и большая собака появились на сцене, они тут же приковали к себе взгляды всего зала.

В ответственный момент Кокос не подкачал: когда Се Чи позвал его по имени, он радостно завилял хвостом и побежал к нему.

Фотографии Сюй Цзя Шана и Кокоса, выложенные присутствующими гостями в социальные сети, быстро привлекли внимание пользователей интернета.

[Такие милашки! А ну-ка, идите к тёте, дайте вас потискать!]

[Вежливо интересуюсь: какого цвета мешки предпочитают малыш и Кокос?]

П.п. Намёк на похищение — в каком мешке унести домой.

[Неужели это сын господина Се и сестры Жань?! С такой-то красотой они выглядят как одна семья!]

[? Мэн Цань Жань в этом году всего 24, а этому ребёнку на вид лет пять-шесть?]

[Блядь, директор Се совсем охренел.]

После того как СМИ растиражировали фотографию Сюй Цзя Шана с Кокосом, она стремительно ворвалась в тренды. Догадок о личности мальчика становилось всё больше, и Се Чи едва не «приговорили к тюрьме» интернет-пользователи.

Ведь согласно предположениям пользователей, Мэн Цань Жань, скорее всего, забеременела, будучи ещё несовершеннолетней.

Несмотря на свой плотный график, Джин Ми зашла в Weibo, чтобы замолвить за Се Чи словечко и восстановить справедливость.

Мэн Цань Жань V: Это не наш с господином Се ребёнок! Это наш крестник!

Чтобы защитить частную жизнь Сюй Цзя Шана, она намеренно не стала раскрывать его личность, однако некоторые особо любопытные пользователи всё же узнали в нём маленького наследника семьи Сюй. Учитывая, какую благосклонность ювелирный дом Сюй проявлял к Мэн Цань Жань, это заявление получило признание огромного числа пользователей сети.

Видя, что всё внимание публики переключилось на Сюй Цзя Шана, и опасаясь, что это может на него повлиять, Джин Ми пожертвовала собой и выложила в сеть их с Се Чи свадебные фотографии.

Изначально она не хотела их публиковать, всё-таки Се Чи был человеком не из шоу-бизнеса, и находиться каждый день в трендах было не дело. Но пусть уж лучше в трендах будет он, чем Сюй Цзя Шан…

План Джин Ми увенчался успехом: после публикации потрясающе красивых свадебных фотографий всё внимание пользователей интернета, как и ожидалось, переключилось на неё и Се Чи.

Ажиотаж вокруг свадьбы продержался в сети несколько дней, прежде чем постепенно сошёл на нет. Джин Ми, воспользовавшись тем, что она только что закончила съёмки и ещё не взялась за новую работу, отправилась с Се Чи в медовый месяц.

Из-за жаркой погоды они выбрали остров и полетели туда на частном самолёте Се Чи, прихватив с собой Кокоса.

Сюй Цзя Шан изначально тоже хотел поехать с ними, но его остановили дедушка с бабушкой.

Отправляться третьим лишним в свадебное путешествие молодой пары — как ни крути, выглядит не очень хорошо.

Сюй Цзя Шан этого не понимал: в его глазах Кокос тоже явно был третьим лишним, но он ведь отправился вместе с папой и мамой.

Похоже, быть человеком действительно не так хорошо, как быть собакой.

После того как самолёт приземлился на острове, Джин Ми, одетая в тщательно выбранную цветастую рубашку, в больших тёмных очках и соломенной шляпе, спустилась по трапу, ведя на поводке Кокоса.

На Се Чи была рубашка с точно таким же цветочным узором. Поначалу он отказывался так одеваться. Услышав это, Джин Ми не захотела, чтобы купленная ею вещь пропала даром, и заявила, что найдёт кого-нибудь, кто перешьёт рубашку и сделает одежду для Кокоса.

После этого Се Чи решительно надел рубашку.

Остров, который они выбрали, не был популярным туристическим местом, и развлечений там было не так уж много, но его главным плюсом было малое количество людей.

Хотя остров не был сильно коммерциализирован и уступал другим островам в удобстве, морские пейзажи были по-настоящему красивыми, а морепродукты действительно вкусными.

Джин Ми, пользуясь тем, что Чжао И Нань не было рядом и она не могла её контролировать, за один присест наелась морепродуктов до отвала.

На закате они вдвоём прогуливались с собакой по пляжу, окрашенному в оранжево-красный цвет, словно вся суета осталась где-то далеко.

— Этот маленький остров и впрямь похож на райский уголок. Я бы с удовольствием провела здесь старость.

Се Чи сжал её руку и тихо рассмеялся:

— Тебе всего двадцать четыре, а ты уже о старости думаешь?

— Дочь сестры Нань ещё только в старшей школе, а уже хочет на пенсию. — К тому же ей ещё не было двадцати четырёх, оставался ещё целый месяц!

Впрочем, заговорив о дочери сестры Нань, она вспомнила ещё кое о чём:

— Кстати, ты помнишь ту твою школьную фотографию, которую я сохранила?

— Угу, я велел тебе удалить, а ты так и не удалила.

Джин Ми с улыбкой ответила:

— И хорошо, что не удалила! Потом я использовала твою фотографию как «приманку из красавчика», сработало просто отлично.

Се Чи: «…»

Он немного помолчал, а потом, словно что-то поняв, сказал:

— Объектом твоей «приманки» случайно не были дочь сестры Нань и её одноклассницы?

Во время свадьбы дочь Чжао И Нань и её одноклассницы тоже присутствовали, и они постоянно бросали на него очень странные взгляды. Тогда он не мог понять, в чём дело, но теперь всё встало на свои места.

Джин Ми призналась очень легко:

— Да. Когда я уговаривала сестру Нань стать моим агентом, она не соглашалась. К счастью, я проявила смекалку, достала твою фотографию и наврала им, что ты — сын моих родственников. А они, чтобы получить твой контакт, чуть ли не всю подноготную мне выложили.

— …Отлично, вполне в твоём духе. — Се Чи одарил её лишённой всякого тепла улыбкой. — Обманывать старшеклассниц и при этом использовать фотографию собственного мужа.

Джин Ми не удержалась и рассмеялась:

— Кто же виноват, что в старшей школе ты был таким красивым? Я же говорила, что любой, кто посмотрит, захочет закрутить с тобой «щенячью» любовь.

— Гав-гав! — весьма к месту гавкнул Кокос.

Джин Ми рассмеялась ещё радостнее:

— Смотри, даже Кокос со мной согласен.

Се Чи усмехнулся уголками губ и не стал с ней спорить:

— Кокос только и умеет, что гавкать.

Джин Ми, словно что-то придумав, наклонилась, погладила Кокоса по голове и спросила:

— Кокос, у меня в будущем будет удача?

— Гав!

— Ура!

Се Чи: «…»

Трудно поверить, что это человек, который живёт уже вторую жизнь.

П.п. Иероглиф для слова «удача» звучит так же, как иероглиф «гав».

— Я устала идти, давай посидим здесь немного. — Джин Ми, державшая Кокоса на поводке, остановилась, желая немного передохнуть на песке.

Се Чи кивнул и сел на песок рядом с ней, наблюдая, как солнце над горизонтом моря постепенно опускается.

— Пляж на закате по сравнению с днём обладает совсем иным очарованием. — Выходя из дома, Джин Ми для удобства повесила телефон на шнурке прямо на пояс. Она взяла телефон, открыла камеру и сделала несколько снимков заходящего солнца над морем.

Морской бриз нежно трепал её волосы, которые, скользя по лицу Се Чи, вызывали лёгкое щекочущее чувство. Аромат с кончиков волос Джин Ми, смешанный с морским ветерком, проскользнул мимо кончика носа Се Чи, и его сердце, казалось, тоже защекотало.

Он поднял руку, чтобы нежно отвести в сторону длинные пряди волос, упавшие ему на щёку, и тихо позвал её:

— Мяо Мяо.

— М-м? — Джин Ми повернула к нему голову, и в следующее мгновение на её губы обрушился долгий и страстный поцелуй.

Джин Ми запрокинула голову, её дыхание мало-помалу поглощалось им, и даже шум волн, бьющихся о берег, стал казаться далёким.

В конце концов именно Кокос, беспокойно дёрнув поводок, вернул ей рассудок.

— Мы на улице, будь посдержаннее.

Она оттолкнула мужчину перед собой, прежде чем атмосфера между ними стала совершенно неконтролируемой. Се Чи явно не насладился сполна. Он снова легко коснулся губ Джин Ми и с недовольством взглянул на Кокоса — тот наблюдал за ними неподалёку, широко раскрыв свои невинные глаза.

И впрямь, собаку тоже не следовало брать с собой. Любое живое существо — это третий лишний.

Он поднялся и потянул Джин Ми за собой:

— Тогда давай вернёмся в отель и продолжим.

Джин Ми: «…»

Возможно, затаив обиду на Кокоса, Се Чи специально запер его в гостиной, не позволив войти в спальню. Он думал, что таким образом между ним и Джин Ми больше не будет третьих лишних, и они смогут как следует насладиться медовым месяцем наедине, но он ошибался.

В этом мире не только живые существа, но и неодушевлённые предметы могут быть третьими лишними.

И имя этому неодушевлённому предмету — работа.

Чжао И Нань знала, что у них медовый месяц, и не стала планировать для Джин Ми никакой работы, но кто-то нашёл Джин Ми напрямую и связался с ней в WeChat.

Джин Ми, видя, как выражение лица Се Чи становится всё хуже и хуже, велела собеседнику обсудить все детали с Чжао И Нань, а затем отложила телефон.

— Что случилось? Почему ты выглядишь таким недовольным? — Она подошла к Се Чи, задав вопрос, на который уже знала ответ.

Се Чи взглянул на неё, поднял руку и резко потянул к себе, крепко прижимая к своей груди:

— Хорошо, что ты это понимаешь.

Дыхание Джин Ми стало частым и прерывистым, она подалась вперёд и поцеловала его в губы:

— А теперь?

— Всё ещё недостаточно… — прошептал Се Чи и запечатал её губы поцелуем.

Впереди была ещё очень долгая ночь.