Сюй Цзя Шан в пижаме с кроликом лежал между Се Чи и Джин Ми.

За всю свою жизнь он впервые спал вместе с папой и мамой.

Увидев, что он крепко спит с закрытыми глазами, Джин Ми тихо спросила Се Чи, лежавшего с другой стороны:

— У тебя ведь бессонница. Не будет ли тебе неудобно из-за того, что Шан Шан здесь?

— Всё в порядке, — сказал Се Чи, закрывая глаза и пытаясь заснуть. — Тебе тоже стоит лечь пораньше.

— ...Хорошо.

На словах Джин Ми согласилась, но, повернувшись на бок, некоторое время тайком играла в телефоне и только потом заснула.

На следующее утро Се Чи проснулся первым. Глядя на всё ещё крепко спящих рядом Сюй Цзя Шана и Джин Ми, он невольно смягчился.

Он и Мэн Цань Жань изначально были фиктивными супругами, а теперь к ним добавился ещё и фиктивный ребёнок... но когда они спали вот так вместе, картина казалась необычайно гармоничной.

Словно они были настоящей семьёй.

Он снова закрыл глаза и немного подремал, и встал только после того, как проснулись Джин Ми и Сюй Цзя Шан.

Сегодня у Джин Ми не было работы, а у Се Чи был выходной, поэтому Сюй Цзя Шан захотел сходить поесть фастфуд:

— Говорят, появился новый бургер с говядиной и кинзой. Мама, хочешь попробовать?

— Что? Бургер с говядиной и кинзой? — Джин Ми тут же оживилась. — Это обязательно нужно попробовать!

— Тогда пойдёмте, на зимних каникулах в магазины ещё и новые игрушки поступают.

Увидев, как они увлечённо строят планы, Се Чи счёл нужным напомнить:

— Госпожа знаменитая актриса, если тебя сфотографируют, тебе конец.

«…» Джин Ми мгновенно сникла, но вскоре придумала выход:

— Как насчёт этого? Я забронирую отдельную комнату в «Тяньсяцзюй» и буду ждать вас там. Вы купите бургеры и принесёте их туда.

— В «Тяньсяцзюй» нельзя приходить со своей едой.

Джин Ми на мгновение замолчала:

— Даже вам, господин Се, нельзя?

— ... — Се Чи тихо вздохнул и, потирая переносицу, ответил: — Я попробую.

— Ура!

Втроём они вышли из дома согласно плану. Чтобы не попасть в объективы скрывающихся папарацци, Джин Ми поехала на отдельной машине.

Сюй Цзя Шан сел в машину к Се Чи, и они сначала отправились в бистро за бургерами.

На полпути Се Чи получил сообщение от телохранителей о том, что за машиной госпожи кто-то следует.

Машина Се Чи сменила маршрут и направилась в сторону «Тяньсяцзюй».

Выйдя из машины, Джин Ми почувствовала на себе чей-то взгляд. Она не стала оборачиваться, а просто последовала за официантом в забронированную комнату.

Это был «Тяньсяцзюй», к тому же за ней присматривали телохранители Се Чи, так что преследователь вряд ли посмеет действовать безрассудно.

Дойдя до места, она одна вошла в комнату и села за стол.

На столе уже стоял приготовленный для неё чай. Джин Ми не стала звать официанта, а сама подняла чайник и налила немного в чашку.

Стоило ей сделать глоток, как снаружи раздался шум и крик: «Отпустите меня!».

Джин Ми нахмурилась, голос показался ей знакомым. Она подошла к двери и открыла её.

В коридоре двое крепких телохранителей прижали какого-то мужчину к стене. Разглядев его лицо, Джин Ми в изумлении сняла тёмные очки:

— Папа?!

Се Чи, стоящий рядом и держащий Сюй Цзя Шана за руку: «?»

Папа?

Спустя минуту в отдельной комнате, которую забронировала Джин Ми.

Она, её отец Джин Шэнь, а также Се Чи и Сюй Цзя Шан молча сидели внутри.

Атмосфера была крайне странной. Джин Шэнь разминал плечо, болевшее из-за телохранителей, и попутно разглядывал сидящую перед ним троицу:

— Не ожидал, что у самой популярной актрисы Мэн Цань Жань уже есть муж и ребёнок.

Джин Ми: «...»

Помогите, как всё дошло до такого?

Неужели её отец внезапно сменил профессию и стал папарацци?

— Кто вы такой и почему следили за моей мамой? — Сюй Цзя Шан смотрел на незнакомого мужчину. Это лицо он видел в своих видениях, но там был только этот человек, и мальчик не придал этому значения, так как не знал его.

Оказалось, что тем, за кем он следил, была его мама.

Джин Шэнь, глядя на то, как ребёнок с таким серьёзным видом говорит... Что и говорить, он и вправду чем-то походил на сидящего рядом господина Се.

— Это я должен вас спросить. С виду вы люди не бедные, так зачем же обманываете стариков на деньги? Не боитесь кары небесной?

Джин Ми: «...»

Погоди-ка, «мошенник», о котором он говорит… неужели это она?

— Моя мама ни за что не стала бы выманивать у вас деньги! — громко возразил Сюй Цзя Шан.

— ... — Джин Ми дважды рассмеялась, но в её смехе не было такой уверенности. — Думаю, здесь какое-то недоразумение.

— Недоразумение? — Стоило ей заговорить, как Джин Шэнь тут же обрушился на неё: — Я всё проверил! Это ведь ты обманом заставила Пань Хуэй Чжэнь перевести тебе десятки миллионов? И даже виллу в Цзиньхае она переписала на твоё имя в виде подарка! Она врала мне, что дом всё ещё у нас. Если бы я не почувствовал неладное и не проверил всё специально, ты бы присвоила всё состояние моей семьи!

Джин Ми: «...»

Се Чи слегка нахмурился, его взгляд остановился на Джин Ми.

Он не знал о миллионах, но сочетание «вилла в Цзиньхае» и «Пань Хуэй Чжэнь» неизбежно заставляло вспомнить о Джин Ми.

После её смерти вилла перешла её матери, которую звали Пань Хуэй Чжэнь.

Неужели Пань Хуэй Чжэнь на самом деле отдала эту виллу Мэн Цань Жань?

— Я правда могу всё объяснить, — Джин Ми сделала глоток чая, чтобы смочить горло, и с улыбкой обратилась к Джин Шэню: — Тётя Пань одолжила мне виллу под студию...

— Ты называешь это «одолжила»? Ну-ка, попробуй одолжить мне такую же!

— ...Тётя Пань почувствовала, что мы очень подходим друг к другу, поэтому признала меня своей названой дочерью.

Джин Ми не успела договорить, как Джин Шэнь снова её перебил:

— Названой дочерью? Да она относится к тебе как к родной!

Джин Ми: «...»

В этом он был прав.

— Я за эти два дня изучил информацию о тебе. Ты ведь большая звезда, старшая дочь семьи Мэн, зачем тебе понадобилось выманить деньги у пожилой женщины! Сейчас же верни всё, иначе я вызову полицию!

— Дядя Джин, — наконец заговорил хранивший молчание Се Чи. — Раз второй стороной в этом деле является тётя Пань, почему бы нам не пригласить её сюда и не выяснить всё при личной встрече?

Джин Ми: «...»

Только не это!

— Не стоит…

— Хорошо, я как раз хочу послушать, как вы её одурачили, — Джин Шэнь снова перебил Джин Ми и набрал номер Пань Хуэй Чжэнь.

Узнав, что Джин Шэнь отправился к Джин Ми, Пань Хуэй Чжэнь тут же взяла такси и приехала в «Тяньсяцзюй». Распахнув дверь комнаты, она замерла на пороге, глядя на сидящих за столом Се Чи и Сюй Цзя Шана.

— А это кто?

Джин Шэнь усмехнулся и посмотрел на неё:

— Это твой названый зять и названый внук, неужели не узнаёшь?

Джин Ми: «...»

Ей хотелось провалиться сквозь землю.

Пань Хуэй Чжэнь снова замерла и с некоторым недоверием посмотрела на Джин Ми:

— Мяо Мяо, ты уже замужем?

Джин Ми опустила голову, не желая встречаться взглядом. Но Джин Шэнь, услышав имя «Мяо Мяо», снова взорвался:

— Ты ещё зовёшь её Мяо Мяо! Ты и впрямь считаешь её нашей дочерью!

Услышав это, Джин Ми недовольно посмотрела на него:

— Ну и что? Думаешь, ты можешь всё контролировать и даже моё детское имя Мяо Мяо?

Джин Шэнь: «...»

Нет, погодите. Она же мошенница, почему она ведёт себя агрессивнее, чем он — жертва!

— Ты...

— Это неважно! — На этот раз перебили самого Джин Шэня. Пань Хуэй Чжэнь сейчас явно не волновали прозвища. Она помнила, что Мэн Цань Жань одного возраста с Мяо Мяо, ей в этом году исполнилось двадцать три. — Этот ребёнок ваш? На вид ему не меньше четырёх-пяти лет, но пять лет назад тебе было всего восемнадцать.

Джин Ми: «...»

С её подсказки Джин Шэнь тоже заметил этот нюанс. Если ребёнок родился, когда ей было восемнадцать, значит, забеременела она в семнадцать...

Его взгляд и взгляд Пань Хуэй Чжэнь одновременно скрестились на Се Чи, и в их глазах читалось: «Хуже животного».

Се Чи: «...»

— Нет-нет, это не наш общий ребёнок, он наш крёстный сын, — поспешно объяснила Джин Ми.

— Ха, кого ты пытаешься надурить? — Джин Шэнь пренебрежительно усмехнулся. — Только что этот малец называл тебя мамой.

— ...Шан Шан просто нас очень любит, поэтому зовёт папой и мамой. Это ты тоже хочешь контролировать? Ты что, космическая полиция?

— ... — Джин Шэнь почувствовал, что это ощущение, когда тебя так жёстко осаживают, ему до боли знакомо. Он ещё пару раз окинул взглядом девушку и решил больше не препираться: — Ладно, тогда поговорим о тех десятках миллионов и вилле в Цзиньхае.

Пань Хуэй Чжэнь сказала:

— Деньги я сама перевела Мяо Мяо, а также подарила виллу. Раз я признала её своей названой дочерью, то, конечно, должна была сделать подарки в честь нашей встречи.

Эти слова заставили Джин Шэня замолчать. Он довольно долго приходил в себя, прежде чем заговорить:

— Даже если ты хотела сделать подарок при встрече, не стоило же дарить так много! Тебя явно обманули и промыли мозги!

Джин Шэнь был совершенно поражён существованием такого нового вида мошенничества — притворяться ребёнком одиноких стариков, чтобы выманить всё их имущество! Это просто возмутительно!

— Об этом нужно заявить в полицию, пусть полиция во всём разберётся, — он взял телефон, собираясь позвонить, но Джин Ми подошла и нажала на отбой.

— Дядя Джин, давайте выйдем и поговорим наедине.

Джин Шэнь поднял на неё взгляд, полный настороженности:

— Что, теперь хочешь промыть мозги лично мне?

Он всё ещё помнил, как эта девушка, едва выйдя за дверь, крикнула ему «папа».

Джин Ми улыбнулась ему:

— Думаю, ты не захочешь обсуждать это при всех.

— Ха! — Джин Шэнь усмехнулся и выпрямил спину на стуле. — Я, Джин Шэнь, всю жизнь прожил честно и открыто. Чего мне стыдиться перед людьми?

— Ну хорошо, — с улыбкой начала Джин Ми. — Не знаю, помнишь ли ты соседку по фамилии Тан...

— Эй-эй-эй! — Джин Шэнь резко вскочил со стула и потащил её к выходу. — Давай поговорим снаружи.

Официант проводил их в маленькую комнату отдыха. Оказавшись внутри, Джин Ми посмотрела на Джин Шэня и вскинула бровь:

— Помню, это было в первом классе средней школы. В тот день у мамы была ночная смена. Я вернулась из школы и увидела, что соседка тётя Тан была у нас дома и ты с ней «любезничал»...

П.п. Тут используется идиома, описывающая физический контакт, часто с негативным оттенком: суетливость, неподобающее приставание, потасовку.

— Что значит «любезничал»? Выбирай выражения! Твоей тёте Тан просто стало нехорошо, и я хотел отвезти её в больницу!

— О, кажется, так всё и было...

— Что значит «кажется»? Именно так всё и было! — Джин Шэнь договорил до этого момента и наконец осознал, что здесь что-то не так. — Откуда ты об этом знаешь? Ты даже это разузнала?

Джин Ми ответила:

— Об этом знали только ты и Джин Ми. Даже тётя Пань не в курсе. Где бы я могла это разузнать?

— ...У тёти Тан?

— Она уж точно не знала, что я использовала эту историю, чтобы выжать из тебя жареную курицу, пирожное и большую-пребольшую колу.

— ...