На этот раз в горячие поиски попала официальная промо-фотография с подписью и названием сериала.

Перед съёмками съёмочная группа завела официальный аккаунт в Weibo, выложила фото с церемонии запуска, и на этом всё затихло. За время съёмок фанаты то и дело приходили в комментарии и просили выложить хоть какие-нибудь материалы, но официальный аккаунт так и не отвечал.

Никто не ожидал, что как только аккаунт проявит активность, то сделает это с таким размахом.

— О да, вы наконец-то ожили! Я уже подумал, что съёмочная группа слилась!

— А-а-а, это фото просто бомба! Даже волосы Мэн Цань Жань живут своей жизнью!

— Даже вся эта кровь не может скрыть неземную красоту моей сестрёнки Жань! Она здесь выглядит даже лучше, чем в прошлом шоу!

— Какое выразительное фото! Лучше бы вы уже завтра закончили съёмки и сразу начали показ, и не смейте перечить!

— Зашёл с горячего поиска, хотел просто взглянуть, какой кадр с Мэн Цань Жань смог забраться на первое место в горячих поисках, а теперь просто хочу вежливо спросить — когда премьера?

— На этом фото сестра Жань выглядит моложе, чем на прошлых закулисных фото со съёмок. Моя сестра Жань и старшеклассницу сможет сыграть без проблем!

— У Мэн Цань Жань по-настоящему кинематографичное лицо. Этот взгляд просто завораживает. Готов спорить, сериал взорвёт рейтинги!

— Что ж, я готов «покупать акции»* Мэн Цань Жань [ура].

— Сколько раз этот «никчёмный» сериал уже попадал в топы поиска, хотя ещё даже не вышел? Вместо того чтобы тратить деньги на маркетинг, лучше бы нормально снимали.

— А что поделать, моя сестра Жань по-настоящему популярна! Вместо того чтобы ныть в Weibo, иди лучше уроки делай!

*П.п. Покупать акции — популярный интернет-мем. Означает «стать фанатом», «начать поддерживать» знаменитость или проект в ожидании его будущего успеха, как при выгодной инвестиции.

Когда Джин Ми проснулась, её кадр всё ещё висел в топе. Честно говоря, она сама удивилась — ведь фото опубликовал официальный аккаунт сериала. Неужели у съёмочной группы появились деньги на покупку места в горячих поисках?

Поскольку она сама была одним из инвесторов, Джин Ми тут же написала режиссёру. Тот объяснил, что раз им удалось сэкономить на аренде виллы, то часть этих денег он решил пустить на маркетинг.

Но денег было немного, поэтому тратить их следовало точно по делу. Вот, например, на это фото Джин Ми. Режиссёр сам признался, что кадр получился шикарным, и он решил им похвастаться.

Он и сам не ожидал, что публикация взлетит на первое место в поисках, и, похоже, добавленное имя Мэн Цань Жань действительно сыграло свою роль.

Чтобы никого не обделить вниманием, официальный аккаунт съёмочной группы тут же выложил фотографии с двумя главными актёрами-мужчинами, не тратя при этом деньги на их рекламу.

Когда Джин Ми спустилась вниз, было почти время обеда. Сюй Цзя Шан и Се Чи сидели в гостиной и собирали конструктор. Кокос сидел рядом и наблюдал, время от времени протягивая лапу к столу, словно тоже хотел поиграть.

— Кокос! — позвала его Джин Ми.

Пёс тут же завилял хвостом и пулей понёсся к ней. Сюй Цзя Шан, услышав её голос, тут же бросил конструктор и побежал следом за Кокосом, крича:

— Мама!

— Шан Шан, хороший мальчик, — Джин Ми ласково потрепала его по голове. За последнее время она заметно набила руку в том, как обращаться с детьми. — Что ты сегодня утром делал?

— С папой немного позанимался уроками, а потом собирал конструктор.

Джин Ми немного не поняла:

— Уроками? В детском саду что, задают домашку? Мы же уже обед готовили, вроде всё сделали?

Се Чи встал с коврика и надел домашние тапочки:

— Он уже прошёл программу до третьего класса начальной школы.

Джин Ми:

— …

Неужели теперь даже в детском саду такая гонка?

— Теперь, когда мама проснулась, ты, надеюсь, спокоен? — обратился Се Чи к Сюй Цзя Шану.

Накануне вечером Джин Ми уехала на съёмки, и мальчик очень волновался. Укладывали его спать чуть ли не час, а утром он первым делом стал спрашивать, вернулась ли мама.

Се Чи даже специально отвёл его в комнату Джин Ми, чтобы тот убедился сам — тогда ребёнок наконец немного успокоился.

Сначала Се Чи не понимал, из-за чего он так тревожится, пока Чэнь Цзюэ не прислал ему кадр из сериала с Джин Ми. Увидев фото, Се Чи на мгновение опешил.

Он уже видел Джин Ми раньше в развлекательных шоу, но ни одно из тех появлений не производило на него такого впечатления.

Всего один взгляд, но сколько в нём силы и драмы.

В ту секунду Се Чи искренне поверил, что она действительно умеет играть.

Сюй Цзя Шан прожил у них неделю, а потом дедушка с бабушкой всё-таки приехали и забрали его домой. Когда он уходил, рыдал так, будто рушился мир.

Се Чи и Джин Ми пообещали, что он сможет приезжать, когда захочет, и только тогда мальчик успокоился.

Хотя прошло всего семь дней, без этого маленького человечка дома стало как-то пусто. Сюй Цзя Шан при них всегда вёл себя паинькой. На фото и видео, которые они присылали бабушке Се Чи и дедушке с бабушкой Сюй Цзя Шана, мальчик выглядел совсем иначе, чем обычно: весёлый, открытый — словно обычный ребёнок.

Пожилые люди были тронуты: всё-таки детям нужно, чтобы рядом были родители. Пусть даже ненастоящие, зато улыбка на лице Сюй Цзя Шана была самая настоящая.

После этого Джин Ми провела на съёмках ещё чуть больше недели, и съёмочная группа досрочно завершила съёмки.

Так как серий было всего двенадцать, а спецэффектов требовалось минимум, постпродакшн займёт месяц, а потом сериал сразу выйдет на платформе.

После стольких недель изматывающей работы Джин Ми подумала, что наконец-то сможет взять длительный отпуск и как следует отдохнуть. Однако Чжао И Нань тут же нашла ей новую работу:

— В твоём возрасте думать об отпуске? Ты вообще можешь спать*?

— …

Она прекрасно спала!

*Ещё один интернет-мем. Означает: «Как ты можешь позволять себе отдыхать, когда нужно работать?».

— У нас съёмка для журнала, время забронировали давно. Завтра я даю тебе один день на отдых, послезавтра — съёмка.

— …

Это действительно похоже на то, что сделала бы сестра Нань.

Она вспомнила свой самый загруженный год — тогда за весь год у неё было всего пятнадцать выходных.

В итоге свой единственный день отдыха Джин Ми провела дома, лёжа пластом, а уже на следующее утро, чуть свет, Чжао И Нань вытащила её из постели и отправила в фотостудию. На этот раз Чжао И Нань договорилась для неё о съёмке обложки для одного из ведущих модных журналов страны. Внутри журнала ещё будет большое интервью, так что шанс действительно редкий.

Фотосессия была рассчитана на два дня: первый — студийный, второй — на улице.

Джин Ми вместе с Чжао И Нань прибыли в студию точно по расписанию, однако в гримёрке, забронированной для неё, уже сидел кто-то другой, и там вовсю шли приготовления.

Чжао И Нань нахмурилась и уже собиралась подойти выяснить, в чём дело, как из комнаты вышел мужчина средних лет и, увидев её, улыбнулся:

— Неужели это сестра Нань? Давно не виделись!

Чжао И Нань взглянула внимательнее, и лишь через пару секунд узнала его:

— Ты… Цай Жун?

Цай Жун раньше был одним из ассистентов Джин Ми. В то время у неё каждый день было полно работы, вокруг неё крутилась масса самых разных сотрудников, и он среди них совершенно не выделялся.

Так длилось до тех пор, пока с Джин Ми не случилась беда. Когда полиция опрашивала её ближайшее окружение, Цай Жун выступил вперёд и заявил, что лично видел, как она употребляет наркотики.

Работал он с ней недолго, причём занимался мелочами. Тогда Чжао И Нань прямо спросила его, откуда он это взял, но у того, казалось, уже была заготовленная история — и время, и место, звучали слишком уверенно.

Его слова было невозможно проверить, но грязь уже была вылита на Джин Ми, что делало обвинения ещё более правдоподобными.

Услышав имя Цай Жуна, Джин Ми тоже посмотрела в его сторону.

Незадолго до этого, во время обеда с мамой, она специально расспрашивала о тех событиях, и мама также упомянула этого человека.

Именно он первым выступил вперёд и твёрдо заявил, что видел, как она употребляет наркотики.

Джин Ми его помнила. Он был всего лишь одним из множества сотрудников вокруг неё. Она была уверена, что не сделала ему ничего плохого, к тому же, зарплату она ему платила щедрую. Неужели он её настолько ненавидел?

— Ах, сестра Нань, они забыли вас уведомить? — притворно огорчился Цай Жун, глядя на стоявшую перед ним Чжао И Нань. — Сегодняшнюю съёмку экстренно перенесли на другую модель. Можете пока вернуться обратно, прошу прощения.

На словах он извинялся, но на его лице не было и тени раскаяния, напротив, в них сквозило злорадство.

Чжао И Нань всё поняла. Он специально перехватил эту съёмку, и даже специально не дал никому их предупредить, чтобы сейчас лично над ними поиздеваться.

Она не сдержала усмешки:

— Видимо, ты до сих пор помнишь ту пощёчину, которую я отвесила тебе двадцать лет назад. С таким запасом терпения ты рискуешь скоро умереть от злости, глядя на мои успехи.

Стоило ей упомянуть пощёчину двадцатилетней давности, как лицо Цай Жуна перекосилось.

Двадцать лет назад, когда он выступил с обвинениями Джин Ми в употреблении наркотиков, Чжао И Нань примчалась разбираться и в итоге залепила ему пощёчину.

В те времена Чжао И Нань ещё не утратила своего положения, и ему пришлось проглотить обиду. Но когда Чжао И Нань в индустрии фактически мягко «запретили», он уже не смог её найти.

Он держал эту обиду двадцать лет, и теперь, когда наконец выдался шанс её излить, просто не мог его упустить.

Но признаваться в этом он, разумеется, не собирался.

Он насмешливо улыбнулся, глядя на Чжао И Нань и Джин Ми:

— Сестра Нань, ты сама сказала — прошло уже двадцать лет. Если бы ты сегодня не напомнила, я бы и не вспомнил. А с заменой всё просто — журнал счёл, что наша Цяо Чжи подходит лучше.

Чжао И Нань скользнула взглядом по Цяо Чжи, которая гримировалась неподалёку. Она, как и У Цин Цин, была восходящей звездой, которую сейчас активно продвигала кинокомпания «Вангуань».

После того как У Цин Цин недавно была «задержана», Цяо Чжи осталась единственной надеждой, и кинокомпания, естественно, бросила все лучшие ресурсы на неё.

«Вангуань» — это кинокомпания, основанная Ван Цзин Шэном. После того как Цай Жун оклеветал Джин Ми, он уволился и ушёл работать к семье Ван. Незаметный когда-то ассистент со временем дорос до руководителя высшего звена в «Вангуань».

Чжао И Нань не стала тратить на него слова. Она развернулась к Джин Ми и сказала:

— Подожди меня в комнате отдыха. Я поговорю с ответственным лицом.

Джин Ми кивнула, и они вместе направились к выходу. Цай Жун, видя, что они уходят, крикнул им вслед:

— Сестра Нань, уже уходишь? По-моему, вашей маленькой студии скоро придётся закрыться. Может, перейдёте ко мне в подчинение?

Джин Ми обернулась, и вдруг, указывая на него пальцем, воскликнула:

— А-а-а! На тебе паук!

Лицо Цай Жуна побелело от страха. Он в панике подпрыгнул на месте:

— Где паук?! Чего вы уставились, быстрее помогите мне его снять!

Его подчинённые тут же окружили его, начав осыпать одежду беспорядочными ударами, но так и не увидели никакого паука.

Когда шум за спиной стих, Чжао И Нань посмотрела на идущую рядом Джин Ми и спросила:

— Откуда ты узнала, что Цай Жун больше всего на свете боится пауков?

Джин Ми посмотрела на неё с невинным видом:

— Я не знала. Просто увидела маленького паучка, ползущего по его одежде.

Чжао И Нань замолчала, ничего не сказав. Двадцать минут она вела переговоры с редакцией журнала, прежде чем покинуть кабинет.

Джин Ми с одного взгляда на неё поняла, что переговоры провалились:

— Похоже, всё прошло не очень гладко.

Чжао И Нань сжала губы и наконец вымолвила:

— Цяо Чжи сейчас и так человек, на которого делает ставку семья Ван. Плюс они записали на твой счёт ещё и историю с У Цин Цин. У журнала просто не осталось выбора.

Потом она подняла взгляд на Джин Ми:

— Что ж. Теперь у тебя, будет достаточно времени для отдыха.

Джин Ми:

— …

Она похлопала её по плечу и подбодрила:

— Не стоит так пессимистично смотреть на вещи. Этот журнал не единственный же на свете. Если с ним не вышло — попробуем в другом. Давай, я в тебя верю!

Чжао И Нань:

— …

Но разве не ей, артистке, следовало «давать жару» больше всех?

История о том, как Цяо Чжи перехватила у Джин Ми съёмку для журнала, неизвестно как, но очень быстро разошлась в профессиональных кругах. Чжао И Нань была уверена, что Цай Жун специально пустил слух, чтобы их высмеять.

Довольно детский приём.

Однако его действия невольно предоставили шанс другим, кто был не прочь поработать с Джин Ми.

Не успела Джин Ми как следует отдохнуть дома и пары дней, как и Чжао И Нань уже нашла ей новую работу:

— Твоя поддержка «я в тебя верю» сработала. Я уже обеспечила тебе новую работу — завтра студийная съёмка.

Джин Ми:

— …

За завтраком Се Чи поинтересовался, не столкнулась ли она с трудностями на работе. Похоже, он тоже слышал про перехват съёмок в журнале.

И Цяо Чжи, и Цай Жун — люди семьи Ван, так что неудивительно, что Се Чи в курсе. Неужели он и впрямь, несмотря на все свои дела, успел устроить ей новую работу?

— Это Се Чи устроил?

— … — Чжао И Нань на секунду задумалась, не до конца понимая, не демонстрация ли это чувств. — Нет, журнал просто услышал, что у тебя перехватили съёмку, и сам вышел на нас.