Се Чи имел дело с самыми разными людьми в деловом мире. Некоторые из них были красноречивы, другие расчетливы, но никто не пытался получить выгоду от него, устраивая сцены.

Джин Ми действительно была дикой.

Се Чи фыркнул, словно удивляясь, но в его голосе слышалась и злость, и недоумение:

— Я никогда не видел такого бесстыдного человека.

На откровенное насмешливое замечание Се Чи Джин Ми даже бровью не повела:

— Бесстыдство это или нет, главное, чтобы это было полезно.

Се Чи промолчал. Он не хотел признавать, что оказался в её руках.

В тот день всё вышло случайно, но, когда об этом расскажет Мэн Цань Жань, его частный позор станет всеобщи известным.

Се Чи сжал губы, внимательно глядя на Джин Ми. Наконец, он вздохнул:

— Хорошо. Я пойду. Время и место?

Джин Ми, увидев, что он согласился, тут же расплылась в радостной улыбке:

— Сейчас отправлю тебе, или могу зайти в офис днём?

— Не нужно. У меня после обеда совещание. Закончу, сам приду.

— Хорошо, — задумалась Джин Ми. Она решила, что раз уж генеральный директор корпорации «Се» дал согласие, то вряд ли он нарушит обещание. — Тогда расскажи мне о ситуации в семье Мэн.

Се Чи снова замолчал.

Она, дочь семьи Мэн, просит его, постороннего, рассказать ей о её собственной семье?

Джин Ми поняла, что её просьба слегка абсурдна, поэтому её улыбка стала ещё искренней:

— Ты же знаешь, я ранее потеряла память. Всё, что связано с семьёй Мэн, практически забылось.

Се Чи с самого начала подозревал, что её амнезия — притворство. Но если и так, то притворяться до такой степени? Это слишком.

— И почему же ты не забыла пароль от банковской карты?

Джин Ми честно ответила:

— Сначала я и его забыла. Но я всегда делаю оплату через Face ID, так удобно!

«…»

— Потом я сама во всем разобралась и изменила все пароли.

Се Чи глубоко вздохнул и нашел место, чтобы сесть.

— Мэн Хуай Шэн, твой дед, — начал он, — имеет двух сыновей: твоего отца и твоего дядю. В семье Мэн больше ценят твоего дядю и его семью.

— Почему? — спросила с любопытством Джин Ми.

Се Чи взглянул на неё и, неожиданно для самого себя, улыбнулся:

— Потому что у твоего отца сын и дочь — оба бесполезны.

«…»

Это он меня сейчас обзывает?

Нет-нет, он говорил о Мэн Цань Жань. Причём тут она, Джин Ми?

С такими мыслями она с лёгкостью проглотила обидное:

— И что было дальше?

Улыбка с лица Се Чи исчезла. Ему было неприятно даже говорить об этом.

— Твои родители надеялись, что через наш брак они смогут поднять свой статус в семье Мэн. Но ты, бесполезная дочь, решила пойти в шоу-бизнес, да ещё и за Шэнь Шэн Сином бегала, выставляя себя посмешищем. Твой дед был в ярости, выгнал твоих родителей из ключевых проектов компании и отправил их за границу.

Джин Ми задумалась.

Так вот почему её родители отправились за границу. Это не командировка, не отпуск, а наказание.

Но она заметила, как Се Чи снова назвал её бесполезной, будто она этого не поняла.

Она притворно кашлянула, убирая волосы за ухо. Её неловкость была очевидна.

— Ну, знаешь, все мы когда-то были молоды и глупы. Завтра я вернусь, и они увидят совершенно новую меня — Нюгуру Цань Жань*.

*П.п. Нюгуру — выдающийся маньчжурский клан эпохи Цин.

Се Чи молчал.

В последнее время она действительно сильно изменилась. Но понять, к лучшему это или к худшему, он всё ещё не мог.

— Ладно, я не буду мешать тебе отдыхать. Спокойной ночи, — Джин Ми улыбнулась, помахала ему рукой и быстро вышла.

Экономка, увидев, как она покинула комнату Се Чи, подошла к двери и постучала:

— Господин, простите за беспокойство.

Примерно двадцать минут назад она хотела обсудить с Се Чи рабочие дела, но заметила, как туда вошла Джин Ми.

Господин и госпожа — законные супруги. Находиться вдвоём в одной комнате для них было совершенно естественно и разумно.

Однако экономка не ожидала, что через двадцать минут госпожа уже выйдет.

Хотя это её слегка удивило, как профессионал она знала, что не следует вмешиваться в дела, которые её не касаются.

Се Чи, услышав её голос, подошёл и открыл дверь:

— Что случилось?

Экономка ответила:

— Сегодня госпожа сказала, что хочет поменять кровать в своей комнате на ту же модель, что у вас. Вы уже слышали об этом от неё?

Се Чи слегка удивился. Они только что много говорили, но про кровать она ничего не сказала:

— Нет, не слышал. Раз уж она хочет поменять, то меняйте. Счёт отправьте мне на электронную почту.

— Хорошо, господин.

Экономка кивнула и уже собиралась уйти, но Се Чи остановил её:

— Подождите.

Экономка обернулась и вежливо спросила:

— Господин, есть ещё что-то?

Се Чи сказал:

— Моя кровать — это модель двухлетней давности. Если у Нильсена есть что-то поновее, замените на последнюю модель.

— Хорошо, господин.

Вспомнив, что сегодня Мэн Цань Жань вылетела из шоу, причём это было явно спланировано командой шоу, Се Чи добавил ещё два слова:

— Ускорьте это.

Поскольку это индивидуальный заказ, сроки изготовления могли быть долгими, а фабрика наверняка имела очередь заказов. Однако, если вложить немного денег, чтобы ускорить процесс, всё становилось возможно.

Экономка снова кивнула и наконец вышла из комнаты.

Се Чи едва успел закрыть дверь, как получил сообщение от Джин Ми. Она прислала время и место завтрашнего семейного ужина, а в конце добавила стикер с надписью «люблю тебя».

— … — Се Чи тихо усмехнулся. Ещё один бесполезный трюк.

На следующий день.

Сегодня Джин Ми нужно было встретиться с Чжао И Нань в студии, чтобы обсудить дальнейшую работу. Вчерашний эпизод шоу до сих пор обсуждали в интернете, и с утра несколько тем с хэштегами держались в горячих поисках.

— Команда шоу хочет, чтобы ты ещё раз всё обдумала, — сказала Чжао И Нань. Вчера она сообщила им о решении Джин Ми выйти из шоу. Но в текущей ситуации их уход мог ещё больше навредить шоу. — Если ты не уйдёшь, они гарантируют тебе прохождение в следующий этап.

Джин Ми молчала.

Это действительно означает, что нам придется идти по этому пути до конца, верно?

— Нет, лучше сразу отказаться от участия, — наконец сказала она. — Это их ошибка, и если я останусь и пройду дальше, потом уже ничего не объясню. Если они считают, что сейчас объявлять об этом неуместно, я могу подождать и не делать заявление.

Правда, так как шоу выходит каждую неделю в прямом эфире, скрыть это надолго всё равно не получится.

Этот момент Чжао И Нань уже обсудила с командой шоу вчера:

— Если ты настаиваешь на уходе, они хотят сами сделать объявление. Заодно представят новый формат шоу.

— Хорошо, — кивнула Джин Ми. Эту проблему можно было считать решённой. Она села за компьютер, воодушевлённо повернувшись к Чжао И Нань:

— Вчера я нашла один интересный сценарий. Сейчас отправлю тебе посмотреть.

Она чувствовала, что Се Чи возможно не обманывал её. В его комнате была хорошая энергетика. После ночи там она быстро нашла сценарий, который ей подходил:

— Вот он. Это адаптация остросюжетного романа Пу Цзяна. Хотя, это малобюджетный веб-сериал, но сценарий очень сильный.

Чжао И Нань взглянула на сценарий. Всего 12 серий, сценарий уже полностью готов и был в приложении к письму:

— Да, я видела. Сценарий действительно хороший, но режиссёр и оба актёра, которые уже утверждены на главные роли — новички. К тому же, из-за небольшого числа серий это, скорее всего, будет проект с распределением доходов.

Проекты с распределением доходов — это новый формат, возникший в ответ на текущую экосистему веб-сериалов. Платформа не покупает сериал заранее, а делит прибыль с создателями в зависимости от просмотров. Такие проекты редко имеют маркетинг до выхода, в отличие от высокобюджетных проектов. Если они становятся популярными, платформы начинают вкладываться в их продвижение.

Этот формат уже дал несколько успешных примеров, но, как любила говорить Чжао И Нань, всё решает удача.

— Помнишь проект Лу Юна, S+? Пусть там тебе дали только третью роль, но это была костюмированная историческая драма S+, с серьёзной рекламной кампанией. Здесь, если всё получится, проект может выстрелить. Но если провалится, то не будет и следа.

Джин Ми понимала её анализ. Высокая прибыль всегда связана с высоким риском. Она верила, что главное — это качество содержания. Если всё снять по сценарию, провала быть не должно:

— Я всё равно уверена в этом проекте. К тому же, хочу вложить немного своих денег. Если он выстрелит, я смогу хорошо заработать!

Чжао И Нань лишь молча посмотрела на неё.

Такой стиль работы невольно заставлял её думать о Джин Ми.

Когда Джин Ми покупала виллу в Цзиньхае, многие сомневались в этом жилом комплексе. Но сейчас Цзиньхайские виллы — это редкая недвижимость, которую невозможно купить, даже имея деньги.

— Ладно, в конце концов, если потеряешь деньги, это будут твои деньги.

— … Тьфу-тьфу-тьфу! Я обязательно разбогатею! — Джин Ми тут же возразила, будто боялась, что ещё секунда и удача её покинет.

Чжао И Нань рассмеялась, села за свой компьютер и начала что-то набирать на клавиатуре:

— Раз уж решила взяться за это, тогда я займусь организацией. Все расписания и договорённости буду сообщать тебе сразу.

— Хорошо.

— Кстати, по поводу гонорара, сколько ты хочешь?

Этот вопрос поставил Джин Ми в затруднительное положение. Раньше её гонорар был одним из самых высоких. К тому же из-за большого количества предложений она могла долго выбирать. Но после провала Мэн Цань Жань... теперь ей пришлось бы доплачивать, чтобы её взяли на роль.

— Я не совсем представляю текущие расценки, — осторожно сказала она. — Как думаешь, учитывая моё участие в последних двух шоу, сколько мне могут предложить?

— На шоу были только отдельные сцены, да ещё и с репетициями. Это не особо убедительно.

Джин Ми замолчала.

Когда ты отправляла меня на шоу, ты так не говорила!

— Ладно, — она махнула рукой, смирившись. — Раз уж я собираюсь инвестировать в этот проект, то не буду заморачиваться из-за гонорара. Решай сама.

— Хорошо, — кивнула Чжао И Нань. Несмотря на строгий тон к Джин Ми, она, конечно, собиралась выторговать максимально высокий гонорар. Это была часть её работы как агента.

Джин Ми полностью доверяла её профессионализму, поэтому оставила этот вопрос на её усмотрение. Сама же переключилась на мысли о вечернем семейном ужине в доме семьи Мэн.

Её семья была далека от уровня богатства семьи Мэн. У них семейный ужин — это просто совместная трапеза. Но «семейный ужин» в доме Мэн — это событие, которое требует нарядного платья и подарков?

Она задумалась и отправила сообщение матери Мэн, спрашивая её, нужно ли приготовить какой-нибудь подарок для дедушки.

Мама Мэн ответила:

— Твой дедушка любит чай пуэр. Принеси немного, этого будет достаточно. Но главное — приведи Се Чи. Он важнее любого подарка.

Джин Ми: «…»

Господин Се действительно популярный человек.

— Хорошо, он уже обещал, что придёт, — ответила она и спросила Чжао И Нань, которая всё ещё работала:

— Сестра Нань, у тебя есть возможность достать хороший пуэр? Сегодня вечером я иду в дом семьи Мэн, мама сказала, что нужно подарить дедушке чай.

— Есть, — кивнула та, не отрываясь от клавиатуры. — Цзян Цзи Мин всё-таки генеральный директор, он часто дарил пуэр. Кажется, у меня дома ещё осталась неиспользованная упаковка. Я передам тебе.

— Отлично. Я заплачу по рыночной цене.

Чжао И Нань попросила помощницу отправить чай. Пока Джин Ми проверяла упаковку, чтобы не допустить ошибки, Чжао И Нань изучала двух актёров, утверждённых на главные роли:

— Я посмотрела их резюме. Оба новичка, но прошли профессиональную подготовку, обладают хорошей актерской игрой и внешностью. Судя по всему, съёмочная группа действительно хочет сделать хороший проект.

— Ага, — невнятно отозвалась Джин Ми, полностью сосредоточившись на чае. Она собиралась отдать его дедушке Мэн вечером и не хотела допустить никаких ошибок.

Видя её равнодушие к обсуждению актёров, Чжао И Нань усмехнулась:

— Ты — единственная в проекте, кто не учился актерскому мастерству. Все остальные — профессионалы.

Джин Ми: «…»

Вообще-то она тоже имеет профессиональное образование!

И ещё она заняла первое место, заслужив любовь преподавателей!

Она почувствовала, как её переполняет злость. Хотелось бы, чтобы её диплом и награды можно было использовать вместо провалившейся репутации Мэн Цань Жань.

— Я считаю, что актёрское мастерство оценивают не по образованию. Когда я буду на сцене, они почувствуют себя ничтожными!

Чжао И Нань: «…»

Она тоже хочет иметь такую уверенность.

— Съемочная группа выбрала тебя из-за популярности, низкого гонорара и готовности рискнуть.

— … Я же ещё и инвестирую в этот проект, — возразила Джин Ми, наконец отложив чай и посмотрев на Чжао И Нань. — Будь внимательнее, как ты разговариваешь с инвестором.

Чжао И Нань: «…»

Они с Джин Ми в студии почти закончили работать над контрактом. После этого Джин Ми отправилась в забронированную стилистическую студию. Там ей сделали макияж и прическу, а затем она переоделась в заранее присланное платье. Чтобы не выглядеть слишком вычурно, она выбрала довольно сдержанный наряд, который отлично гармонировал с её образом.

Перед отъездом в дом семьи Мэн она написала сообщение Се Чи, напомнив о семейном ужине. Се Чи был на совещании, увидел её сообщение и кратко ответил:

— Помню.

На виллу Мэн Хуай Шэна уже прибыла семья дяди Цань Жань. Они сидели в гостиной, оживлённо беседуя. Родители Мэн Цань Жань тоже вошли в дом, с ними был её старший брат.

Не успели они дойти до гостиной, как из комнаты выскочила небольшая собака в одежде и начала громко лаять на пришедших.

Мама Мэн ужасно боялась собак, особенно тех, которые лают на людей. Она от неожиданности чуть не упала, но папа Мэн вовремя поддержал её:

— Это собака отца?

Из комнаты поспешно вышла домработница. Она тут же окликнула собаку и объяснила:

— Это собака кузины молодого господина Цин Чжоу, она сегодня тоже приехала с ними.

Домработница ещё не успела договорить, как из комнаты вышел Мэн Цин Чжоу. Увидев, как собака громко лает, он не стал её останавливать. Вместо этого он бросил взгляд на трёх вошедших:

— Дядя, вы пришли втроём? А Мэн Цань Жань не с вами?

Папа Мэн не успел ответить, как Мэн Цин Чжоу, сам себе добавил:

— Ну да, конечно. Ей зачем возвращаться, если она решила влезть в этот шоу-бизнес? Да ещё и наделала столько шума. Она бы не осмелилась показаться перед дедушкой.