---- Королевские покои, Новое Королевство Ксенобия.

Коумей вздохнула, глядя на гору донесений. В то время как ее Новое Королевство процветало благодаря быстрому расширению, в процессе этого возникли различные проблемы. Деревни и города, что они поглотили, имели свои собственные уникальные обычаи, традиции, культуру и кухню. Естественно, жители этих городов также придерживались различных социальных договоров. Коумей всегда была единственной, кто контролировала отношениями между "первоначальными" жителями Ксенобии и их "новыми гражданами".

- Как я и думала, нет возможности для создания беспроигрышной ситуации, да...?

Были всевозможные проблемы, такие как драма в королевской семье, мольбы о поддержке со стороны деревень, борьба за военную власть и судебные иски за землю и в защиту прав; все это каждый день требовало внимание Коумей. В основе всего этого лежало сопротивление к завоеванию и оккупации. Сколько бы праведных оправданий они ни приводили, люди, которых заставляли служить силой, никогда это не забудут и не простят. Сопротивление оккупантам саботировало доставку товаров на передовую, дискриминировали людей по месту их рождения и многое другое.

- Ты дьявол в человеческой шкуре, Семпай. Ты просто не можешь сочувствовать людям.

Сказала Беатрис, жуя печенье.

Она, как всегда, лежала в своей экстравагантной постели, и из-под одеяла, как и обычно, торчала только голова. Эти она чем-то напоминала очаровательную улитку.

- В этом мире выживают только сильнейшие. Слабые всегда будут не более чем добычей.

- Но твоя цель охотиться на сильных, Семпай. Ты сине-жаберная.

Рассмеялась Беатрис.

Синежаберные рыбы, мало того, что ели все, что было на их пути, так они были еще и отвратительны на вкус. Беатрис намекала, что никто не захочет тронуть Коумей даже десятифутовым шестом.

- Съесть все на своем пути...

- Семпай?

- Слушай, Беатрис, а ты вообще знаешь, почему мы расширили наши земли?

- Мы? Я в этом не участвовала. Это все твои заслуги, синежаберная Семпай.

- Перестань называть меня синежаберной!

- Уня! Я против насилия!

Увидев, что Беатрис съеживается под одеялом, Коумей опустила плечи от изнеможения.Не было похоже, что у Коумей были какие-то личные обиды на соседние страны, все началось, когда некомпетентный прошлый король был изгнан. После этого псевдо-переворота, Коумей расширила Ксенобию за счет поглощения окрестных деревень и городов, иногда силой, перенеся гнев народа на внешнего врага. Она рассчитывала угодить народу, расширив земли своей страны и сделав ее жителей богаче... и тактика Коумей сработало. И Ксенобия стала быстро расширяться. Каждый раз, когда возникали какие-то проблемы из-за поглощения или завоевания, Коумей отвлекала гнев народа на внешнего врага. Ксенобия быстро раздулась, как какой-то воспроизводившийся и делящийся организм.

Не успела она опомниться, как Беатрис уже прозвали "маленькой завоевательницей Севера" а меня, Коумей, - "Ледяной Канцлер".

(Катящийся с горы камень не остановится так легко...)

Эта мысль пришла в голову Коумей. Внешне Ксенобия казалась богатой и могущественной страной, но всегда несла риск того, что ее импровизированные структура рухнет изнутри. Ксенобия Внешне казалась богатой и могущественной страной, но... на самом деле была похоже внутри на хрупкое папье-маше. Страна всегда имела риск появления внутреннего врага... ведь они не могли ожидать долгосрочной преданности от людей и военных, что наспех поглотила их страна. Сердца людей висели на волоске, удерживаемая иллюзорной харизмой их «завоевателя» Беатрис.

(Это было спасением, когда у нас был внешний враг...)

Хотя война и обходилась очень дорого, она стимулировала различные отрасли промышленности и экономику в целом. Более того, она отметала все внутренние проблемы страны. Когда шла речь о жизни и смерти, ни одна страна не могла позволить себе внутреннюю вражду. На протяжении всей истории существовало бесчисленное множество стран и народов, что вели себя как Ксенобия. Большинство из них постепенно разрушались из-за внутреннего разложения или теряли все из-за всего одного катастрофического поражения в битве.

- Но ты в последнее время очень холодна, Семпай. Тебе наконец-то надоело убивать?

- Не настолько, чтобы не убить тебя прямо сейчас.

- Уня! Я против убийств!

Прервав язвительный комментарий Беатрис, Коумей углубилась в размышления. До этого момента все, что оставалось делать Ксенобии, так это бродить по северу, как голодная пиранья, в поисках следующего куска мяса. Однако это не могло продолжаться вечно. После вторжения в княжество Мармук, с которым они вели войну со времен правления предыдущего короля Ксенобии, и поглощения печально известного милитаристского королевства Пальма, Ксенобия была полностью измотана.

- Если бы "его" не было рядом... то мы могли бы...

Коумей подумала о конкретном человеке - герое, что в одиночку вырастил ныне исчезнувшую Пальму в военную нацию, способный в одиночку поддерживать фронт.

- Он... Ты говоришь о генерале Леоне из Королевства Пальма?

- Не произноси при мне это имя. Даже упоминания о нем меня просто раздражают...

И без того раскосые глаза Коумей сузились еще больше.

Каждый раз, когда Леон появлялся на поле боя, Ксенобия терпела поражение. Временами вся ее стратегия полностью срывалась из-за него. Для Коумей это было имя - имя ее кошмаров наяву.

- Благодаря твоему плану, теперь он за нас, Семпай. В отличие от некоторых людей. Генерал Леон благороден и добр... Генерал Леон, только его я могу уважать. Он человек, которого я действительно могу понять...

- Леон то, Леон сё! Да заткнись уже!

- ...Ле-мон

- Прекрати! И чтоб никаких каламбуров про него тоже!

- Что ты имеешь против каламбуров, Семпай!? Перестань быть такой занудой... уня!

Бросив пачку бумаг в лицо Беатрис, Коумей представила мужчину, который все еще рушил ее планы. Чтобы убрать его с поля боя, Коумей распускала всевозможные гнусные слухи, пока король Пальмы не заподозрил неладное и не отозвал генерала. Стоит отметить, что Коумей использовал ту же тактику в прошлом, чтобы увести Паладина Отогласа с поля боя. Хотя в его случае она только распространяла правду.

- Ты похитила их принцессу и заточила ее в темницу, так ведь, Семпай? Бедный генерал Леон, как его жаль. Заставить его поклясться в верности, взяв в заложницы принцессу? Тебе должно быть стыдно за то, что ты есть на этом свете. Если подумать, ты - воплощение грехов человечества. Серьезно, как ты уживаешься с собой?

Коумей чуть не задушила Беатрис, но сумела взять себя в руки. Убей она эту сквернословящую негодяйку, правителя ее страны, то она погибнет вместе с ней.

- Беатрис. Разве я не объясняла тебе, что эта история была просто способом контролировать Леона, и это все неправда.

- Я и забыла.

- Ты что, золотая рыбка!? Единственное, что у тебя, кажется, растет, так это сиськи!

- Я также становлюсь выше! Угх!

Коумей бросала одну стопку бумаг за другой, каждый раз попадая прямо в лицо Беатрис. Беатрис же была не совсем неправа, поскольку этот слух был широко распространен и принят за правду. Большинство людей теперь верили, что Ледяной Канцлер приказала похитить упомянутую принцессу и заперла ее в какой-нибудь изолированной тюрьме.

- Я ничего подобного не делала... Должно быть, это дело рук дьявола.

- Но ты же и есть дьявол, Семпай. Признай свои грехи и прими казнь.

- Казнь, говоришь!! Да, сейчас будет казнь, но только твоя!!

Достигнув своего предела, Коумей отбросил одеяло и прыгнул на Беатрис, которая едва успела отбиться от него, прежде чем ту прижали к кровати.

- А-а-а! Меня похищает дьявол!

- Я наполню твой грязный рот льдом... Интересно, сколько в него войдет.

- П-прекрати... Он слишком большой, он не поместится!

- Не волнуйся. Я буду нежна с тобой И засуну туда его медленно...

- С-Семпай!? Твой взгляд меня пугает!

Парочка каталась по кровати, говоря друг другу вещи, которые легко могли быть истолкованы неверно. Кстати, как и предполагало ее прозвище, Коумей специализировалась на магии льда, манипулировании водой, и причем очень хорошо.

- Говорю же, я точно не замешана в этом похищении. Я невиновна.

- Ты врешь! Я знаю это! С твоим-то девизом "Ешь, спи и убивай", ты бы похитила принцессу даже во сне... Угх!

- Кажется, надо добавить еще...

- Т-ты извращенка! Семпай - ледяная извращенка!

По правде говоря, Коумей действительно была невиновна, когда дело касалось этого инцидента. Тем не менее, благодаря ее силе, остальной мир легко поверил, что она может это сделать. Используя это недоразумение в своих интересах, она намекнула, что принцесса была бы освобождена, если бы Леон хорошо послужил Ксенобии. И, таким образом, верный генерал был порабощен.

- Я почти уверена, она была убита или сожжена при захвате их замка. Или покончила с собой.

Когда пали замок или крепость, происходила невообразимая жестокость. Всюду были грабежи, изнасилования и убийства. И Пальма не была исключением. Когда их замок пал, бушующий огонь распространялся по столичному замку, сжигая весь город дотла. Нетрудно было представить принцессу среди бесчисленных жертв, сожженных заживо.

- С таким же успехом ты могла убить ее, Семпай. Пока еще не поздно, ты должна сдаться правосудию. Я приговорю тебя к смерти, не волнуйся. Смерть всем извращенцам!

- Хммм... Ясно: похоже ты хочешь, чтобы я охладила и другие твои отверстия...

- Уняяяя!

---- Тем временем в другом месте, пока пара продолжала драться...

Знаменитый герой стоял на поле боя у границы Ксенобии, вдали от королевского дворца. Западный фронт страны столкнулся с многочисленными иностранными войсками и постоянно был втянут в сражения. Другие страны постоянно заключали и разрывали союзы, плюс ко всему наличие всевозможных наемников в этой области добавляло еще больше хаоса. Несмотря на то, что Коумей не доверяла упомянутому герою, она была вынуждена использовать его в бою, чтобы защитить линию фронта.

- Эта деревня слишком близко к тому месту, где ожидаем следующего сражения... Скажите им, чтобы они эвакуировались.

Леон отдал приказ, наблюдая за окрестностями с холма. Это был высокий и хорошо сложенный мужчина, украшенный оружием и доспехами, делающим его похожим на героя войны. В немалой степени его устрашающему виду способствовало копье, что он держал в своей руке: "Гладеус Пронзающий Небеса". Вид Леона, смотрящего вниз на их следующее поле битвы, заряжал его людей с бесконечной храбростью. Даже просто стоя здесь, Леон полностью менял атмосферу передовой. Его серебряные волосы, что немного потеряли свой оттенок из-за его прошлых невзгод, придавали внешнему виду генерала почти мистический блеск.

И все же среди этой мифической картины был человек, который смотрел на Леона с недовольством.

- Это маленькая деревушка, генерал Леон? Мы должны захватить ее или сжечь.

- Это наша война. Мы не должны втягивать в нее невинных людей.

- Да, сэр... Не буду спорить с приказами.

Недовольно выплюнул Зорм, его первый помощник.

Леон не мог не застонать про себя. Этот первый помощник, что ему навязали, был крайне подлым и несговорчивым. Он постоянно игнорировал приказы и не чувствовал никаких угрызений совести, сжигая невинную деревню без чьего-либо разрешения. Чтобы не дать ему совершить какое-либо злодеяния, Леону приходилось держать Зорма под постоянным наблюдением. Из-за чего Леон обнаружил, что время от времени не может вовремя мобилизоваться. Конечно, Коумей была той, кто приковала Леона к себе.

("Защищай границу, но на наших условиях" - вот вся суть этого послания...)

Леон догадывался о намерениях Коумей, но не мог ей противостоять. После того, как он отдалился от короля, которому поклялся в верности, его страна рухнула. Единственным лучом надежды Леона была маленькая девочка, принцесса несуществующей страны. Насколько Леон знал, она была заперта в секретном месте Ледяным Канцлером.

(Я должен выяснить, где же она ...)

Представив принцессу, что была драгоценным цветком, Леон покрепче сжал "Пронзающего Небеса". Он был полон решимости спасти принцессу-ангела, которую все обожали. И теперь, когда его страна пала, Леон был единственным, кто может спасти ее, после того как он ее потерял.

(Только посмотри у меня, Ксенобия... Я спасу принцессу и предам суду твои ужасные преступления, чего бы мне это ни стоило...!)

Воспоминания о пропавшей принцессе разжигали черное пламя в сердце этого героя.

Зорм, казалось, почувствовал, что что-то в Леоне тлеет, и язвительно заметил:

- Генерал, я думаю, что в ваших же интересах не позволять своим мыслям блуждать.

- Блуждать, где?

- Это забавно, но знаете ли вы, генерал, как выжить на войне?

- ...ну и как, по-твоему.

- Гха-ха! Ты должен больше следить за своим тылом, чем за тем , что перед тобой!

Брови героя слегка искривились. Зорм, как ни странно, сделал точную оценку в том смысле, что участники войны должны уделять больше внимания могущественным людям, дергающим за ниточки, даже больше, чем врагам, с которыми они сражаются. Нередко в истории многие успешные герои войны подвергались демонизации за угрозу, которую они представляли для правящих сил, и заканчивали свою жизнь в плену или трагической смертью, часто после того, как необоснованные слухи запятнали их репутацию и общественную поддержку.

- Вам следовало бы уже усвоить этот урок на собственном горьком опыте, генерал. Мы просто будем смотреть своими спинам и пожинать плоды войны! Это шведский стол из убийств, грабежей и секса! Поле битвы - это просто рай, не так ли!?

Зорм ехидно захихикал и пошел прочь.

Оставшись один, герой с горечью посмотрел на небо, затянутое тучами. Ни один луч света не пробивался сквозь облака, словно небеса отражали душевное состояние Леона.

---- Невольничий Рынок, Территория демонов.

Как и Леон, здесь был человек, что потерял свой дом. Этим человеком был Хамер, который поднялся на борт определенного корабля, не зная, что на нем находится. И теперь он оказался в клетке. Как и Хаммер, большинство его товарищей по команде были заключены в клетку, находящихся на знаменитом невольничем рынке на территории Демонов.

(Как так получилось... что я здесь оказался...)

Хаммер ворочался в тряпичном одеяле, пытаясь отвлечься от голода. С тех пор как его заперли в клетке, ему давали еду и воду только раз в несколько дней. "Еда", если ее можно было так назвать, представляла из себя объедки того, что демоны скармливали свиньям. Несмотря на холодные ночи, ему не давали ничего кроме тонкого одеяла. Команда корабля, что поначалу кричала и вопила, стала гораздо тише. Всякий раз, когда Хамер замечал, что некоторые из пленников внезапно замолкают посреди ночи, он обнаруживал их мертвыми утром.

(За что бы я не брался, меня всегда преследовали неудачи по жизни...)

На какую бы работу он ни брался, Хаммера клеймили медлительным и бесполезным. Даже его единственное в жизни решение стать авантюристом привело к тому, что он получил тяжелую травму и вообще ушел из профессии. После того, как его назвали бесполезным носильщиком, он устроился рабочим и теперь стал рабом на рынке. Хаммер был совершенно нещадно безнадежен. Если какой-либо бог и существовал в этом мире, они бы ни разу не взглянул на Хамера.

- Гу-гу. Посмотри, на этот раз много добычи!

- Т-ты только посмотри на это мясо... Я ... я начну с ног!

Вокруг клеток с рабами бродили демоны разных видов, абсолютно чуждые Хамеру. Он почувствовал, как из него жизнь уходить только из-за того, что он был в сознании в такой среде. В этот момент смерть была бы более желанным спасением.

(Я уже не чувствую своих пальцев...)

---- Когда его зрение затуманилось от переохлаждения, Хамер вспомнил, как он здесь оказался. Он не мог сказать, сбегал ли он в свои воспоминания, или это его жизнь проносится перед ним.

(В море было очень весело. Это огромное, мерцающее море...)

Хаммер пришлось пережить некоторые невзгоды во время мореплавания, такие как атаки пиратов, шторм и бесчисленные скольжения и падения на палубе, но это путешествие было самым захватывающим и наполняющим больше событиями что все то время, что Хамер провел до этого в своей жизни. Даже первый помощник капитана Марлин, который сначала держал дистанцию, постепенно принял Хамера и его тяжелую работу. Ближе к концу путешествия Марлин даже научил его ловить рыбу.

(Марлин... Капитан...)

Вспомнив их, Хаммер почувствовал, как по щекам текут слезы. Ни одного из них больше не было с ним.

(Я был так счастлив, когда мы причалили...)

Хамер узнал, что находится на территории Демонов, только после того, как они начали разгружать корабль. Те из членов экипажа, кто до этого не знал, куда они направляются, тряслись от страха, в то время как опытные матросы кричали взад и вперед, стараясь уплыть как можно быстрее. Хамер двигал своим тучным телом так быстро, как только мог, вынося на берег один ящик за другим. Тогда-то он и понял, что их груз включал в себя и людей.

- Что...?

Он с недоверием смотрел на толпу людей, которых сгоняли с трапа с корабля. У каждого из них было сквозное отверстие в каждой руке, позволяющее одной длинной веревке связать их вместе, как четки. На первый взгляд, они больше походили на стадо крупного рогатого скота, чем на людей.

- Почему они..?

Пробормотал Хамер себе под нос.

- Продолжай двигаться, старик.

- Н-но, Марлин...

Марлин ответил ему только свирепым взглядом. "Ты ведь знаешь, где находишься", - казалось, говорили его глаза. На корабле дождь нередко заглушал любые крики. В результате экипаж часто общался с помощью жестов и выражений лица. В данном случае глаза Марлина выражали его точку зрения гораздо яснее, чем слова.

- Да-Да...

Несмотря на страх и колебания, Хамер продолжал выгружать тяжелые ящики с кораблей. Он видел, что другие члены команды, возможно, изо всех сил стараясь отрицать реальность ситуации, отводили глаза от цепочки людей, неся на берег различные грузы. Когда Хамер сосредоточился на физической работе, возникло ощущение, что они и вовсе не находятся на территории Демонов.

(Мы правда находимся...?)

Небо над головой было чистым и голубым, а порт, в котором они пришвартовались, был хорошо построен и вмещал в себя множество складов. Даже архитектура города на расстоянии казалась похожей на архитектуру человеческого поселения. Большинство людей на этом континенте представляли себе территорию Демонов окутанной темными облаками, с магмой, извергающейся из трещин в земле. По правде говоря, этот образ был внушен публике из-за священнослужителей, что проповедовали годами, своего рода промывая мозги. Не то чтобы на территории Демонов не было нескольких похожих на ад мест, но подавляющее большинство земель было больше похоже на человеческие земли. Земли, управляемые авторитетными Великими дьяволами, были столь же процветающими, как и любой человеческий город. А большинство их дорог были даже вымощены.

- Не то, чего ты ожидал, верно?

Заметил Марлин, словно прочитав мысли Хамера. Должно быть, он почувствовал то же самое при первой встрече с этим местом.

- ...Н-Нет.

- Если бы никто не сказал тебе, ты бы мог принять ее за другую человеческую страну... Но посмотри внимательно на крышу того склада.

Хамер обернулся и увидел, что с крыши на них смотрит какое-то чудовище, чей единственный глаз был слишком велик для его крошечного пурпурного тела. Этого монстра называли Бдительным Глазом, и авантюристы ненавидели его за то, что он наблюдал за своими целями, изучая их снаряжение, сильные и слабые стороны. Когда монстр вырастает, он мутирует в Надзирателя. Надзиратель - это вид монстра, что нажимает на спусковой крючок при вторжении монстров. Любой, кто заметит Бдительный Глаз, обязан был сообщить об этом в гильдию.

- М-Марлин, это же...

- Это выше твоей зарплаты, старик. Люди на берегу должны с этим разобраться.

- Н-но все же...

- Мы принадлежим морю. Мы не можем позволить себе заниматься делами на суше ... Не сейчас.

Заключил Марлин.

Несмотря на это, Хамер дрожал от жуткого глаза чудовища, наблюдающего за каждым его движением. В конце концов, он только что пережил вторжение в Роки.

(Э-эта штука тоже однажды вызовет вторжение...)

Вообразив себе этот сценарий, Хамер не мог унять дрожь. На самом деле он даже уже не был уверен, что выберется из этого порта живым.

К тому времени, как закончили разгружать корабль, в доках то тут, то там появились дьяволы низкого ранга. Их непрекращающийся свирепый взгляд еще больше замедлил Хамера.

- Не высовывайся, старик. Не провоцируй их.

- Да-Да...

Слабо отозвался Хаммер.

Конечно, краска сошла и с лица Марлина.

- Это просто бизнес. Это бизнес...

Продолжал он бормотать, как бы убеждая самого себя.

(Там есть люди ...)

Увидев несколько человек среди адских псов и воинов-скелетов, Хамера снова поразило. Их шеи были скованы ошейниками, освещенными зловещими знаками. Даже Хамер, не знавший магии, почувствовал, что эти знаки указывают на рабство.

- Они здесь уже давно воюют друг с другом. Некоторое количество людей, что у них есть - это просто еще одно проявление силы.

Сухо объяснил Марлин, как ни в чем не бывало. Хамер содрогнулся, осознав, что той доброты Марлина, что обычно проглядывалась сквозь его стоическое поведение, нигде не было видно.

- Старина, мы перевозим любой груз за деньги. Еда, выпивка, опасные наркотики и даже люди. Это единственный способ выжить в море.

- Н-Но все же...

- Это единственный способ выжить в этом гнилом мире.

С этими словами Марлин взвалил коробку на плечо и зашагал прочь. После нескольких походов по укладке груза на специально отведенном складе, некоторые люди остались единственным товаром, оставшимся на корабле.

- Ну-ка все, собрались.

Капитан позвал свою команду, не давая им возможности отдохнуть. Мужчины сгруппировались вокруг него, каждый из них оцепенел от страха.

- Хорошая работа. Теперь мы отправимся поприветствовать короля этой земли, чтобы доставить наш последний груз. Это само собой разумеется, но убедитесь, что не оскорбите его. Вы должны не говорить ни слова.

Пока команда напряженно кивала в знак согласия, епископ беседовал со Зловещим Магом, который, судя по всему, был человеком, одетым с головы до ног в большую изодранную мантию и опирающимся на длинный посох. Никто даже не мог сказать, был ли это молодой человек или старая женщина. В то время как его силуэт был похож на человеческий, Зловещий Маг считался монстром, заклинателем, что потерял себя из-за темных искусств магии. У епископа хватило мужества просто стоять лицом к лицу с таким существом, не выказывая при этом ни малейшего страха. В то время как некоторые члены команды находили поведение епископа успокаивающим, Хамер не мог избавиться от дурного предчувствия. О чем могут говорить поклоняющийся Свету жрец и падший маг?

- ...Пора.

Зловещий Маг достал большое зеркало.

- Хм. Действительно.

Епископ без колебаний прошел через зеркало и исчез.

- М-Марлин----

- Ни слова, старик. Ты хочешь, чтобы тебе вырвали язык?

Капитан последовал за епископом через зеркало. Видя это, остальные члены экипажа последовали его примеру, один за другим, дрожа всем телом. Хамер стоял перед зеркалом, молясь Великому Свету и Ангелу.

(Наш Великий Свет, Дорогой Ангел... П-пожалуйста, помогите нам...!)

- Теперь, человек ...

- А! Как только он услышал голос, призывающий его, Хамер рефлекторно прыгнул в зеркало.

Когда он открыл глаза, то обнаружил, что находится в церемониальной комнате.

(Где... это я...?)

Это был тронный зал, оформленный в малиновых и золотых тонах. Комната была не только экстравагантной, но и гнетущей. Вся команда была поражена блестящими кровавыми цветами у стен и потолка. На троне восседал Великий Дьявол с черными, как смоль, крыльями, расправленные за пышными золотыми доспехами: Бельфегор. Прорези для глаз в его шлеме были похожи на грубо зашитый шов. Один только его вид заставил Хамера почувствовать душевную боль. Когда епископ отвесил глубокий поклон, все присутствующие в зале опустились на четвереньки и ударились лбами об пол. Лишь бы как можно дольше не смотреть из-за страха на дьявола.

- О царь, Правитель Семи... Мы предстали перед тобой в соответствии с нашим контрактом.

Единственное, что Хаммер понял из приветствия епископа, так это то, что Царство Света заключило своего рода сделку с королем этой страны.

- Действительно, спелый груз. Однако, их состояние...

Раздался холодный голос из-под доспехов.

Один только его голос заморозил душу всех присутствовавших там людей, а стук зубов эхом разнесся по тронному залу.

- Прости меня. Но наша скромная страна должна была продемонстрировать свою власть глупым соседям...

Великий Дьявол, казалось, заметил, что рабы были избиты и повреждены больше, чем ожидалось. Он указал на это так, словно критиковал какой-то овощ в продуктовом отделе. После нескольких мгновений жуткой тишины Бельфегор щелкнул пальцами. Дверь открылась, и орда низкоранговых дьяволов - Хунитрапов - принесла различные предметы, такие как редкие металлы и части монстров, которые были доступны только на территории Демонов, в дополнение к трем сундукам с сокровищами. Епископ осмотрел каждый предмет, прежде чем, наконец, открыть три больших сундука с сокровищами. При виде того, что все они были набиты кожаными мешками, стало слышно его носовое дыхание. Самым распространенным наркотиком на этом континенте был "транс" - дорогое, но относительно доступное вещество. Он имел значительное присутствие на подпольном рынке в качестве болеутоляющего средства. Наемники также использовали его, чтобы смягчить страх или боль, связанные с битвой, а также простого для получения удовольствия, но лекарство, которое Бельфегор предоставил епископу, было другого рода. Это был крэк, чрезвычайно мощный и вызывающий привыкание наркотик, что мог легко затуманить разум.

- Могу ли я...?

Бельфегор просто кивнул в ответ на просьбу епископа.

Епископ снюхал немного порошка. В тоже мгновение выражение его лица изменилось, и казалось, тонуло в блаженстве.

- Э-это какой-то качественный крэк ... Невероятно. Я поднимусь в рейтинге своей страны еще выше...

Епископ проговорился, что собирался прикарманить кое-что из товара. Он мог перепродать его, превратив начальство в наркоманов, или сделать что-то из множества различных вещей, на которые был способен кто-то вроде него.

- Король Семи, давай выполним наш договор.----

- А как же ястреб?-

Бельфегор прервал епископа, зловеще глядя сквозь грубый шов.

- Король. Я считаю, что каждый из нас немного облегчил свой груз.

Епископ встал, встретившись взглядом с Бельфегором. Он ожидал увидеть десять сундуков, а не три, как сейчас.

- Со времени нашей последней сделки я научился нескольким трюкам... Сделки должны совершаться с предельной осторожностью.

Орда из Хунитрапа вскочила при словах епископа, но тут же успокоилась, когда Бельфегор поднял руку.

- Выкидываешь фокусы, человек? Ты полагаешь, что мы равны?

- Заключая сделку с дьяволом, ожидай, что он укусит ядом. Я научился этому у Вас, милорд.

Шлем Бельфегора двигался вверх и вниз, как будто он смеялся.

- Когда человек падает... это может быть очень забавно.

Бельфегор щелкнул пальцами, и Орда горгулий и каменных големов заполонила тронный зал, толкая рабов в другое большое зеркало. Затем они потянулись к команде корабля.

- К-Король, почему ты..?

- На этот раз я прощаю вас за отсутствие этикета. Оставьте их в знак своей лояльности.

Епископ быстро подсчитал ущерб и решил, что потеря этой команды стоит оставшегося крэка.

- Не стоит беспокоиться о возвращении, - добавил Бельфегор. - Я попрошу Кракена доставить ваш корабль достаточно близко к стране.

- Какая невероятная честь!

Ирония судьбы заключалась в том, что корабль Царства должно было нести морское чудовище, ненавидимое их религией.

Единственным , кто заговорил потом был капитан.

- Мы так не договаривались, епископ! Ты гарантировал нам безопасность!

- Не припомню такой гарантии. По пути ты отведал больше нектара, чем положено... Просто пришло и ваше время.

- Т-ты еще называешь себя слугой Великого Света!?

- Ха-ха-ха! Великий Свет? Моя вера в такие вещи давно угасла.

Бельфегор довольно смеялся, как будто его забавляла ссора людей. Затем он протянул один палец. Капитан мгновенно разлетелся на куски. Чей-то голос эхом разнесся по тронному залу. Кровь и куски плоти, бывшие когда-то капитаном, были разбросаны по всему полу. Монстры продолжали с легкостью утаскивать экипаж, словно издеваясь над потрясенными людьми.

- Неееет!

- П-помогите! Пожалуйста!

- У меня... у меня дома ребенок... Нет, пожалуйста... Я не хочу умирать!

Даже когда тронный зал погрузился в безумие, жертвенных ягнят тащили прочь. Марлин, чьи глаза налились кровью от ярости и ужаса, выхватил из-за пояса нож и бросился на епископа.

- Ах ты ублюдок!

- Ха! Что это, ничтожная мразь..? Клинок Света.

Епископ, взмахнув посохом, рассек руку и бедро Марлина. Даже Марлин, который держал в узде всех хулиганов на корабле, оказался бессильным перед епископом.

- М-Марлин!

Хамер подбежал к нему.

- Черт, я облажался... Беги, Старик...

Два каменных голема схватили Хаммера и Марлина и начали уносить их прочь. Когда крики эхом разнеслись по комнате, король на троне удовлетворенно сузил глаза.

- Крики людей ... Это всегда так приятно. Так гораздо больше возможностей для исследований...

Бельфегор повернулся к епископу, словно ожидая, что тот согласится. Брови епископа изогнулись. Все было прекрасно до тех пор, пока безжалостное насилие демона было направлено подальше от него, но если оно когда-нибудь будет направлено в его сторону...

- Я могу только надеяться, что упомянутые исследования проводятся только на еретиках...

Ответил епископ и сразу же понял, насколько это нелепо. Он предположил, что Царство Света, поклоняющееся Великому Свету, должно быть казаться более еретическим, чем любое другая человеческая цивилизация.

Однако внимание Бельфегора, казалось, уже переключилось на что-то другое.

- Принеси мне ястреба... Этот вид потерян для нашего мира. Я должен держать его под своей опекой.

Магия вырвалась из Бельфегора подобно порыву ветра, напугав епископа. Он кивнул, понимая, что в следующий раз ему не повезет, если он выкинет такой фокус.

- Мой король. Надеюсь, наша следующая сделка будет выгодна для нас обоих.

- Как и я.

На этом пустом обмене они заключили свою первую сделку, а их следующая будет главной.

(Проклятые демоны ... Я уничтожу вас всех в один прекрасный день ...!)

И так, епископа посадили на корабль, нагруженный грузом, и отправили обратно в Сунео. Оставшуюся команду бросили в клетки и через другое зеркало унесли на невольничий рынок.

Когда мелодичные крики людей затихли в тронном зале, воцарилась тишина. Бельфегор некоторое время размышлял, подперев рукой подбородок, прежде чем произнести зловещее замечание.

- Недостаточно...

Словно в ответ на его слова, скелет, сидевший у окна, начал кричать. Это был печально известный дьявол, отвечающий за рынок рабов.

- Даже несмотря на значительное количество жертвоприношений, Мой Король кажется неудовлетворенным...

Черная аура закружилась вокруг скелета, образуя силуэт. Обычный воин-скелет эволюционировал в течение множества веков, чтобы стать графом Цепешем, чрезвычайно мерзким высокопоставленным дьяволом. Он был одет в черное с головы до ног, с рубашкой, курткой и кожаными брюками. Граф даже носил цилиндр, украшенный необычными серебряными вставками. Он одевался как аристократ, но его лицо буквально состояло из кожи и костей, даже губ не было, чтобы прикрыть зубы.

- Это из-за того, что моей дорогой дочери нет со мной.

- Мадемуазель столь же свободолюбива, как и Вы, Мой Король. У нее все еще есть потенциал созреть, как прекрасное вино после долгого путешествия...

- Или теряет вкус из-за воздействия плохого воздуха.

- Я сомневаюсь, что вы говорите это всерьез, Мой король, но если это так... Я возьмусь за это дело сам.

Граф Цепеш ухмыльнулся.

Бельфегор только усмехнулся, не обрадовавшись. Он посылал небольшие штурмовые группы наугад, находя удовольствие в том, чтобы медленно подвергать свою дочь психологическим пыткам.

- Люди часто отправляют своих отпрысков в путешествие, не так ли..?

Граф Цепеш рассмеялся, стуча зубами при этих словах короля. В конце концов, именно Бельфегор выложил путь своей дочери страхом и муками.

- Я с нетерпением жду ее возвращения.

Бельфегор согласился, затем послышался его смех из-под шлема. Он задавался вопросом, есть ли что-нибудь в этом мире столь же сладостное, как воссоединение с любимой дочерью, которая, несомненно, стала сильнее в гневе и безнадежности.

---- Тем временем Хаммер отчаянно пытался спасти Марлина после того, как его бросили в ту же клетку. Однако у него не было ни лекарства, ни даже куска ткани, чтобы перевязать раны. Он не мог остановить кровотечение, и лицо Марлина продолжало бледнеть.

- Д-давай же держись...!

Крикнул Хаммер.

- Однодневный...

Марин выдавил из себя, тяжело дыша. Поскольку Каменный Голем нес клетку без особой осторожности, их трясло направо и налево, вверх и вниз, так что Хамеру было совсем не слышно Марлина.

- Я знал что-то вроде этого... однажды... произойдет...

- Марлин...?

- Наверное, это мое наказание... и капитана тоже. Мы сделали много ужасных вещей.

Небо над ними было окрашено в темно-красный цвет, и окрестности вокруг превратились в пустынную землю из голых скал. Хамеру казалось, что они буквально находились на пути в ад.

- А теперь пришла моя очередь смотреть в лицо смерти...- продолжал Марлин. - Я сбежал от твердой земли, и посмотри, где я оказался.

- Д-держись, нужно остановить кровь...

Хаммер снял куртку и прижал ее к бедру Марлина. Его дешевая куртка стала краснеть на глазах, как будто ткань впитывала в себя саму жизнь Марлина.

Марлин, кое-что сообразив, достал из кармана книгу.

- Ты живешь честной жизнью, старик.

Хамер даже и не мог ничего ответить на это. Что за честная жизнь? Он не мог даже увидеть впереди следующий восход солнца, не говоря уже о будущем.

- У тебя есть все, что нужно, чтобы жить на море... Не застревай на скучной земле, хорошо...? Выходи... в море...

- Марлин...?

Марлин протянул Хамеру книгу, его рука неудержимо дрожала. Затем он замолчал. Его глаза расширились, как будто он смотрел в небо над головой. Несмотря на настойчивые призывы Хамера, Марлин больше не проронил ни слова.

Среди рыданий и стонов команду наконец-то привели на то, что они считали невольничьим рынком. Если в этом мире и был ад, то это был он. Множество людей были закованы в цепи и заперты в клетках. Все они, выставленные на продажу, казалось, потеряли всякую волю к крикам и протестам. Их лица были как у призраков. Ужасное зловоние, особенно запах крови, ударило в нос членов экипажа. Каменный Голем опустил клетку с Хамером и выдернул из нее Марлина, бросив его тело в большой пруд неподалеку, как кусок мусора.

(О н-нет...)

Хаммер быстро понял, что это не пруд с водой, а с кровью. При ближайшем рассмотрении на его поверхности плавало множество тел. Он даже заметил дьявола, который с радостным выражением лица купался в пруду. Рядом с ним стояла женщина, возможно, объект какого-то "эксперимента", чьи руки были сломаны дубинками, а остальная часть тела пронзена иглами. Хамер издал звериный стон от шока.

В центре рынка были десятки людей, которых подвешивали на веревках и мучены до смерти ради удовольствия дьяволов. Некоторые были заколоты клинками, некоторые-копьями. Хамер не мог определить, жив ли кто-нибудь из них.

Самым ужасным зрелищем был большой гроб, стоящий в самом конце. Внутренность гроба была утыкана бесчисленными шипами, в которые демоны бросали по одному изможденному человеку за раз, позволяя мучительным крикам разноситься по рынку. Сам гроб, казалось, был дьяволом, так как он извергал кровь из похожего на рот отверстия на голове, которое служило ярко-красным душем для дьяволов, купающихся в пруду. Команда испустила коллективный вопль, когда из соседней клетки Хамера послышался ошеломленный голос.

- Это Божественный суд... Божественный суд для всех вас... За то, что продали своих собратьев...

Голос, доносившийся из-под рваного куска ткани, казался старческим. Ткань задвигалась вверх и вниз, пока старик смеялся.

- Ангел всегда наблюдает... Суд пришел и для вас, бездушные ублюдки.

Звериные глаза смотрели сквозь тряпку и пронзали душу Хамера.

Хаммер яростно замотал головой.

- Я-я не поэтому присоединился к кораблю----

- Сгиньте в аду, работорговцы. Ты будешь следующим на...

Клетка старика распахнулась, и два гоблина сунули туда нос, обнюхивая все вокруг.

- П-подождите...!

- Это никуда не годится.

Сказал один из гоблинов.

- Этот бракованный. Забираем.

Сказал другой.

- Я... Я еще жив! Возьмите кого-нибудь другого! Я терпел это место годами...

Крикнул старик, кое-как собравшись с силами.

Гоблины подняли дубинки и безжалостно ударили старика по голове. Он испустил последний визг.

- Всем тихо.

Гоблины вытащили человека за тряпку и унесли.

Все это взаимодействие казалось обыденным, как будто они унюхивали запах надвигающейся смерти.

(Для меня... Все кончено...)

Сердце Хамера наполнилось неописуемой безнадежностью. Он не знал, как можно было сбежать из такого места.

(Хех ... Я так и останусь жалким... до самого конца...)

Не испытывая ни стыда, ни гордости, Хаммер зарылся лицом в окровавленную куртку и заплакал навзрыд. Может быть, именно так закончится его жизнь, наполненная отчаянными попытками найти хоть какой-то способ заработать на жизнь, чтобы его не называли никчемным..?

(Мисс Мичи... Я не думаю, что смогу когда-нибудь вернуть...)

Больше всего он сожалел о женщине, которая заботилась о нем в Роки. Если бы она не давала ему объедки, Хамер бы давно умер с голоду.

(Жаль, что я так и не смог хоть раз отплатить ей за ее доброту...)

Хаммер десятилетиями жил с жалкой мечтой о возвращении домой с полным кошельком серебра, но, похоже, этому не суждено было сбыться.

(По крайней мере, в самом конце... Я буду держать свой подбородок... поднятым...)

Прошло некоторое время. И когда Хамер поднял глаза, он увидел девушку, стоящую у его клетки.

- Д-дядя. Вот, возьмите это...

- Что?

Девушка дала ему кусок черствого хлеба и немного воды. Хамер робко взял их, но в сейчас не мог заставить себя ни есть, ни пить.

- П-пожалуйста, ешь... Хоть понемногу...

- В таком месте? .. Я действительно не смогу...

Теперь Хамер был уверен, что если продержится здесь еще дольше, то только усилит свои страдания. Возможно, у него и был хоть какой-то шанс против одного-единственного Гоблина, но он не мог ни сражаться, ни убежать от толпы дьяволов вокруг рынка.

- Не беспокойтесь обо мне ... Лучше оставьте это себе, юная леди...

- Ум... Я понимаю, как ты себя чувствуешь... Но ты должен... поесть...

Девушка, плечи которой дрожали, наконец подняла глаза. На ее глазах выступили слезы.

- Пожалуйста, не сдавайся... Я ведь тоже усердно работаю... и стараюсь изо всех сил...

- Я-я...

- Ааа! Прости меня! Мне не следовало быть такой назойливой...

- Н-нет, дело не в этом...

Девушка и Хамер извинились друг перед другом. Как только они поняли, что оба извиняются, то неловко рассмеялись.

- М-меня зовут Кейк. Могу я узнать, как тебя зовут?

- Я-я Хаммер.

Она несколько раз повторила его имя, сложив руки на груди. Каждый ее жест был наполнен милотой, и Хамеру казалось, будто ему не подобает смотреть на нее. Его неопрятный вид и тот факт, что он был заперт в клетке, еще больше подчеркивали контраст между ними.

- Очень приятно познакомиться, Мистер Хаммер.

- Д-да...

Поклонившись Хамеру, девушка улыбнулась и направилась к следующей клетке. Похоже, она выдавала хлеб и воду и другим в клетках. У каждой клетки девушка разговаривала с человеком, что внутри, пытаясь поднять им настроение.

(Хотя бы ради этой девочки, я должен жить и усердно работать...)

И хотя Хамеру было стыдно за свой пессимистический настрой, он не мог избавиться от ощущения, что девушка была не на своем месте. Ее безупречное внешность была покрыта неуместным платьем, достаточно экстравагантным для того, чтобы позволить себе носить его на королевском балу. И действительно, мимо клетки Хамера прошла пара гоблинов, свирепо смотря на девушку.

- Этого ребенка... Нет, не так... Я хочу отведать... ее руку. Ее мягкие и нежные руки.

- Нет. Это любимый питомец господина Кейла.

- Хм, господин Кейл пока еще не вернется. Похоже она ему надоела.

- Похоже она какая-то принцесса. Поскорей бы граф убил её, чтобы из неё можно было сделать шашлык...

Хаммер свернулся калачиком в углу клетки, стараясь как можно меньше попадаться на глаза гоблинам. Их последний комментарий шокировал его.

(П-принцесса!? Как она могла здесь оказаться...)

Найти принцессу на территории Демонов, да еще на невольничьем рынке, было немыслимо... По крайней мере, в обычных обстоятельствах. Однако на раздираемом войной севере династии расцветали и угасали также быстро и королевских особ падших стран часто ждала ужасная участь.

(Может быть, ее продали... Ради мести?)

Хамеру стало безмерно жаль девушку, но он ничего не мог с этим поделать. Ведь перед ним встала еще более ужасная дилемма: доживет ли он вообще до завтрашнего дня?

(О "Великий Свет"... Ангелы И "Богиня Судьбы".. Пожалуйста сжальтесь хотя бы над этой девушкой...)

Хаммер молился всем богам, каких только мог вспомнить. Если бы кто-то услышал его молитвы, то у него не было бы времени, чтобы ответить на них.

---- Некоторое время спустя...

Когда небо начало темнеть, девушка вернулась в предоставленную ей изношенную палатку. В то время как многие люди все еще корчились на невольничьем рынке, их число сокращалось. У девушки было печальное выражение лица, и она, казалось, была убита горем из-за потерянных здесь жизней. Она нацарапала несколько пометок на листе бумаги, лежащем на столе, и в изнеможении опустила голову.

- Черт.

Вдруг пробормотала девушка себе под нос.

- Пополнение было совсем маленьким... Эти ублюдки мрут как мухи!

Ее искаженная гримаса полностью ломала, созданный ею, утонченный образ. Бумага на столе была до краев заполнена именами, каждое из которых было помечено различными символами: от кругов и треугольников до крестиков. Помеченные крестами имена, казалось, указывали на покойников.

- Куча тощего сброда... При таких темпах, скоро настанет моя очередь... Угх, этот чертов дьявол...

Она прошлась по списку кисточкой с чернилами и остановилась, дойдя до определенного имени: "Хаммер".

- По крайней мере, этот был толстый. Может быть, он продержится еще немного? Если я умело буду пускать слезу...

- Та-дам!! А ты все такая же, моя маленькая актриса! (напевает)

- Хиии...

В палатке материализовалась большая тыква, из которой высунулась голова Кейла, высшего дьявола, широко улыбаясь, как будто он пришел поиграть в дом друга.

- Какая демонстрация смирения! (напевает) Ты так сильно себя любишь, разве это не мило? Ахахахахахаха!

Услышав смех дьявола, девочка только опустила глаза. Она прекрасно понимала, что любой ответ только ухудшит ее положение.

- Сколько еще людей осталось? Если еще больше людей умрет, то настанет твоя очередь принять участие в пытках. Тебе стоит лучше стараться помочь им всем... придать им больше храбрости и силы духа... чтобы в их сердце теплился лучик надежны!

Пока девушка молчала, ее тело начало дрожать, отражая ее внутреннее состояние. Она слишком хорошо знала, на что способен этот особенно мерзкий дьявол.

- Ахахаха! Только посмотри на себя! Где эта ангельская улыбка? Подданные были бы разочарованы, если бы их принцесса выглядела так! Ах да, у тебя больше нет подданных, твоя страна разрушена!

Кейл бросил ей пару голов гоблинов, с которых все еще капала кровь, хотя у них странным образом отсутствовали глаза, нос, уши, губы и зубы.

- Эти парни говорили обо мне какие-то гадости. Разве это не ужасно? Я еле смог сдержать слезы и выучил этот важный урок... Ну разве не кучка гнилых апельсинов! Ха-ха-ха!

Этот односторонний диалог вызвал у девушки слезы, на этот раз искренние.

- Чем усерднее ты работаешь, тем больше эти люди будут стараться жить! И когда они со временем потеряют надежду, они найдут ее снова и потеряют, и так снова, и снова! Разве это не самый забавный круговорот в мире!? Ты так не думаешь!? Ахахахахахаха!

Хихиканье Кейла эхом разнеслось по палатке, и нож ударил в руку девушки, лежащую на столе. Кровь пропитала бумагу внизу, окрашивая имена на странице в красный цвет, словно предвещая их судьбу.

- Знаешь, тебе надо работать гораздо усерднее. Помни, и не забывай, я твой самый большой поклонник!

Кейл снова и снова колол руку девушки. Несколько неразборчивых стонов сорвались с ее губ, что только послужило приятной мелодией для ушей Кейла.

- Ну да ладно, я собираюсь проникнуть кое-куда через парадную дверь. Не уходи никуда! (напевает) А, а вот и лекарство.

Добавил Кейл, бросая в комнату пузырек.

- Если там еще что-то останется, можешь использовать на этих "зверушках"... не так, я имел ввиду людях. Поняла? (напевает)

С этими словами Кейл исчез прочь. Единственное, что осталось у девушки, так это ее окровавленная бумага и брошенный по землю пузырек с лекарством. Она подняла пузырек дрожащей рукой и втерла зеленый крем в свои раны. Она плакала в агонии - хотя лекарство было эффективным, оно приносило невыносимую боль при его использовании. Даже закаленный рыцарь скорчился бы от боли.

- Уааа... помо.. гите... кто-нибудь спасите... меня...

Слабо пробормотала девушка.

Увы, но в ее палатке больше никого не было, а снаружи только орда жертвенных ягнят в клетках.

----------------------------------------------

Если кому-то понравился перевод или просто есть желание отблагодарить автора перевода, то предоставляю данные: ЮMoney 4100112456858708.