Веньян ощущал, что его тело будто просыпается от долгого и хорошего сна. В его воспоминаниях до сих пор пылала сцена братских объятий. Этого примирения и тёплых слов, которые произнёс Ёриичи. Да, он никогда их не забудет. Но уже через мгновение пришла страшная боль от многочисленный повреждений тела, которые привели юного мечника к одной закономерной мысли:

«Так я всё-таки выжил? Или это помощь Ками? Неважно…» — Вопреки тем телесным мукам, которые ощущал, Веньян светло и ярко улыбнулся, одновременно открывая глаза.

Он чувствовал себя настолько счастливым, насколько никогда прежде не бывал! А боль его не волновала — будучи демоном, он успел к ней привыкнуть. Конечно, его раны теперь не закроются моментально, да и конечности заново он отрастить не сможет… Последняя мысль, впрочем, заставила парня нахмуриться и перестать улыбаться.

— Веньян, ты жив! — Чей-то радостный возглас немного выбил из колеи молодого члена легендарной семьи.

Его лицо тут же начала ощупывать пара женских рук, будто не веря в произнесённое их хозяйкой. Само собой, это была Луна Рункандель, и, по-видимому, обнять своего младшего брата она боялась. По понятным причинам. Повернув голову набок, из-за чего её защекотала пересушенная от жары трава, он увидел целое столпотворение. Поражённая до глубины души мать, удивлённые сёстры и братья… И сама Луна.

— Жив. — Через секунду констатировал он, отстраняя от себя жестом ощупывающие его лицо руки и аккуратно приподнимаясь. — Мои два пальца, ты видела их?

Он спросил это так неожиданно и невозмутимо, что Луна даже опешила, странно скривившись. По-видимому, она думала, что сейчас будет впервые утешать его и жалеть. Но, конечно же, Веньян думал совсем о другом.

— Они лежали где-то там. — Находившаяся неподалёку Мэри, ещё одна его старшая сестра, указывая направление кивком, ответила с таким уважением и серьёзностью, как будто и сама задала бы подобный вопрос первым делом в этой ситуации.

Взгляд Веньяна мгновенно устремился в том направлении и, с помощью прозрачного мира, он легко нашёл искомое. На его лице появилась довольная ухмылка.

— Кто-то из вас сможет вернуть их мне на место? — Обернувшись, со своим обыденно серьёзным лицом спросил парень.

Пожалуй, такая спокойная реакция удивляла, даже поражала до глубины души многих присутствующих. Не говоря уже о самих пальцах, ещё совсем недавно он не дышал, не двигался. По всем признакам — мёртв. Разве такое бывает? Выходило, что да. Некоторых такое положение дел раздражало, но вот других — радовало.

— Сын мой, ты жив…? — Только сейчас отошедшая от шока Роза выглядела так, будто из неё резким рывком вытянули саму душу, настолько была бледна женщина.

— Да, мама. — Коротко бросил он. — Я предлагаю вам обсудить этот вопрос потом, сейчас у меня есть намного более важное дело. Кто-нибудь здесь или в поместье сможет помочь мне с этим?

Он добрался до них и взял. Два пальца, даже не успевшие побелеть после отсечения, теперь лежали в его раскрытой ладони, которую он без всяких сомнений показывал всем окружающим. Вопрос весьма щепетилен, в конце концов пальцы незаменимы в деле мечника.

— Сомневаюсь, тут помогут только маги. А мы их не жалуем. — С сожалеющей и немного пристыженной ухмылкой сообщила Мэри.

Чего она устыдилась — Веньян так и не понял, с учётом её безумного характера причиной могло быть почти всё, что угодно. Например, ей может оказаться стыдно именно за то, что она не успела сохранить своего братца в целости и сохранности ради будущего спарринга, непременно честного и яростного. Эта девушка обожала битвы и кровь. Впрочем, сейчас не это занимало его разум.

— Ладно. — Не демонстрируя словесной щедрости, подросток мигом переложил свою находку в другую, как раз пострадавшую руку.

Сейчас ему требовался навык поразительной мелкой моторики. Это даже сложнее, чем работа ювелира, ведь это касалось его собственного тела. Он обязан сделать всё идеально, иначе ничем хорошим данная затея не обернётся. Ему ещё очень повезло, что Ёриичи — невероятный мастер клинка с оружием под стать. Плоть он рассекал так гладко и ровно, как не смог бы ни один врач, таково дыхание Солнца. Дыхание Луны же строилось на причинении максимальных мук и нанесении страшнейших повреждений, ведь Кокушибо не знал, что такое жалость к противнику.

Клетка к клетке, сосуд к сосуду, артерия к артерии, кость к кости, и соединять всё надо было плотно, без лишних пустых пространств. Здесь его прозрачный мир пригодился так, как никогда прежде, ведь без его помощи он бы никогда не смог повторить это. Всё сложилось идеально, вот только… Если отпустить палец сейчас, то он просто вновь упадёт на землю. Эта проблема решалась божественной энергией Цукиёми, доступ к которой имел Веньян.

Она могла всё: исцелить, создать, травмировать, уничтожить, стереть или поглотить, быть твёрдой, мягкой или просто податливой, как пластилин. Такова она, сила бога. Однако для её работы требовалось понимать, что и как ты делаешь. Например, Веньян так и не научился создавать из неё что-то, кроме лунного света и ночной темноты. Однако для их сотворения напрягаться было вообще не нужно, они появлялись сами по себе, если проявить такое желание.

Впрочем, будучи владельцем прозрачного мира ещё с прошлой жизни, когда он был демоном, юный мечник прекрасно знал человеческую анатомию, понимал процессы, протекающие в человеческом организме. К тому же он был весьма начитан и опытен ещё в эпоху собственной первой молодости, когда приходилось заботиться о ранах, полученных в схватках с демонами, самостоятельно. Жизнь истребителя о’ни не была лёгкой.

Чёткая пограничная линия разреза, которая разделяла отсечённую часть от уцелевшей, засияла сумеречным серебром. Было неприятно, Веньян не желал впускать эту энергию внутрь своего организма, однако у него не было выбора. Она в избыточном количестве и без чёткого управления могла стать страшнейшим ядом из возможных. Но и величайшей же благодатью.

Отрезанный палец, наконец, начал сращиваться с кистью вновь! Однако самый младший член семьи Рункандель не позволял расслабиться себе и на миг. Пускай часть его тела была прирощена лишь наполовину, но картинка перед его глазами уже расплывалась. И это он не дошёл даже до второго! Он и так зачерпнул слишком много во время битвы с Ёриичи, а потому ему стоило заканчивать побыстрее.

Его родственники, неустанно наблюдавшие за этой сценой, разумеется, были невероятно поражены. Чрезвычайно хмурый Джошуа обратился к своей старшей сестре:

— Что это за странная сила такая? Похожа на ауру... И не похожа одновременно. — В его недобром взгляде читалось множество самых разных эмоций.

— Не знаю. — Вполне честно ответила взволнованная Луна. — Я и сама сегодня впервые увидела её, даже не подозревала, что Веньян владеет чем-то подобным.

Вариант магии, конечно, даже не учитывался, ведь различить её применение смог бы каждый присутствующий. Эта энергия совсем иная, буквально внеземная. Странная и обволакивающая, успокаивающая. Она, казалось, испускала неимоверное одиночество, от которого становилось даже дурно.

Луна Рункандель прямо сейчас сравнивала эти ощущения с теми, которые она испытывала в присутствии сгинувшего огненного монстра. Тот излучал жажду, жадность и горячую свирепость. Будто бы дикий зверь, так и ждущий возможности поглотить и загрызть тебя. Пламя самого Солнца! Беспощадное и бесконечно жгучее. Старшая сестра Веньяна пришла к простому заключению: энергии её брата и того чудовища были словно двумя разными сторонами одной монеты.

К тому моменту, когда размышления Луны уже заканчивались, её младший брат тоже заканчивал свои действия. Соединяя последние миллиметры плоти, он ощущал уже очень сильное головокружение. Впрочем, всё было не так плохо, чтобы он потерял сознание. Однако спать ему придётся крепко и весьма долго…

— Закончил. — Довольно улыбаясь, констатировал Веньян.

Он осторожно сгибал и разгибал прирощенные назад пальцы, постепенно делая это всё резче. На месте не осталось даже шрама, настолько всё вышло хорошо… Однако с исцелением обширных повреждений может прийтись очень тяжко, ведь энергия зависела не от «сложности» задачи, а от её «обширности».

— Мама, вы хотели со мной поговорить? — Соблюдая положенные правила общения с правой рукой главы, задал вопрос юный мечник легендарной семьи.

— …Пожалуй. — Помедлив, подтвердила женщина. Лицом она была бледна до сих пор. — Нам действительно нужно поговорить, но наедине.

После сказанного она на несколько секунд прикрыла глаза, сделала глубокий вдох и выдох, чтобы затем раскрыть веки. Теперь в её взгляде появились привычные и знакомые всем присутствующим строгость с величием. Сейчас она действительно напоминала достойную и гордую аристократку, каковой и была на самом деле, а от простой перепуганной женщины не осталось и следа.

— Раз всё завершилось победой члена нашей семьи, то мы можем возвращаться к привычным делам! Луна, по прибытию в поместье составишь полный отчёт по произошедшему. — Острый взгляд Розы упал на её старшую дочь.

Пожалуй, она была очень недовольна тем, что Веньян лишь чудом остался жив. И виновник такого обстоятельства уже был найден. Осталось лишь подтвердить то, что она не ошиблась…

***

Шагая по коридору вслед за своей родительницей, парень разглядывал мраморные полы, устеленные коврами. Видя в этих полах собственное отражение, он будто бы вновь видел своего брата-близнеца из прошлой жизни, Ёриичи. И в его мыслях мелькало приятное воспоминание. Воспоминание о великой радости своего брата, которую тот испытал при встречи с ним, мерзким грешником, что не заслуживал прощения. Его счастливая улыбка.

«Да, теперь я окончательно понял, почему ты не любил держать свой меч, мой брат Ёриичи.» — В бордовых очах появилась глубокая печаль. — «Пока я искал возможность становиться могущественнее, моя человечность испарилась. И ты… Словно Будда, не зависящий от мирских забот, застывший между Землёй смертных и Небесами богов, пытался обрести спокойную жизнь. И подарить такую же другим. Даже если я и сравнялся с тобой по силе, то моё сердце никогда не будет таким же большим, как у тебя, мой любимый брат.»

Прикрыв глаза, Веньян печально вздохнул, но затем на его лице расцвела осторожная улыбка. Он начал всё сначала. Определённо, те убийства и страдания, которые он причинял, никуда не исчезли, но он попробует раскаяться по-своему. Потому как Ёриичи не достоин быть братом такого выродка, как Кокушибо.

«Король ада Яма не смог заставить меня заплатить за грехи. Значит, мне следует оплатить хотя бы их часть самому. Достаточно лишь жить по совести, этого хватит.» — Подумал мечник.

Массивные створчатые двери, ведущие в кабинет его матери, распахнулись. Веньяну предстоял непростой разговор…