Леон стоял на крыше сгоревшего амбара, его чёрный лук натянут до предела. Ярко-синие глаза с кошачьими зрачками быстро оценивали ситуацию на площади внизу. Рыцарей Северного королевства было слишком много — не меньше тридцати, и все они сходились к его позиции.

Где Алиса? — эта мысль билась в его голове, не давая сосредоточиться. Последний раз он видел её возле центра деревни, сражающейся с огромным медведем-рыцарем.

— "Когда тени врагов множатся, как звёзды в ночном небе, — прошептал он, вспоминая вторую страницу Книги Небесных Стрел, — пусть стрела моя станет лучом рассвета, разгоняющим тьму. Мор'дан тел'кварт — свет через тьму!"

Стрела засветилась холодным голубым пламенем и взмыла в воздух. В полёте она разделилась на двадцать одинаковых снарядов, каждый из которых нашёл свою цель. Двадцать рыцарей упали одновременно, поражённые в жизненно важные точки.

"Лучи рассвета" работает даже лучше "Звёздного роя", — отметил про себя Леон, но радости не почувствовал. Вокруг лежали тела жителей деревни, людей, которые месяц назад встретили их как семью.

Оставшиеся рыцари укрылись за горящими развалинами домов, больше не рискуя показываться на открытом пространстве. Но Леон знал — это лишь отсрочка. Рано или поздно стрелы закончатся, а рыцарей всё ещё будет слишком много.

Нужно пробираться к Алисе. Она может быть ранена.

Он соскочил с крыши, бесшумно приземлившись в тени разрушенного дома. Кошачья грация позволяла ему двигаться практически беззвучно даже по усыпанной обломками земле.

— Эй, кот! — раздался грубый голос. — Выходи, трусишка!

Леон обернулся. Из-за угла показался рыцарь — молодой человек с оленьими рогами, характерными для зверолюдей Северного королевства. В руках он держал тяжёлый арбалет.

— Ты убил моих братьев, — продолжал олень-рыцарь, целясь в Леона. — Теперь моя очередь.

Болт арбалета просвистел мимо уха кота. Леон уже двигался, его лук пел знакомую песню. Стрела прошла точно между рогами оленя, пробив шлем насквозь.

Ещё один, — мрачно подсчитал Леон, доставая новую стрелу из колчана. Осталось тринадцать штук. Нужно беречь.

Он двинулся дальше, скрываясь в дыму и тенях. Каждые несколько метров приходилось останавливаться, прячась от патрулирующих рыцарей. Деревня превратилась в лабиринт огня и смерти.

Возле дома кузнеца Торвальда его ждала засада. Пять рыцарей, вооружённых копьями и мечами, окружили выход из переулка.

— Сдавайся, кот, — предложил их командир, человек средних лет со шрамом через всё лицо. — Принцесса Лунария хочет допросить выживших зверолюдей.

— А потом казнить? — холодно спросил Леон.

— Это уже не твоя забота.

Выживших зверолюдей? — в голове Леона вспыхнула надежда. Значит, Алиса может быть жива?

— Где она? — спросил он, натягивая тетиву. — Где лисица?

Рыцари переглянулись. В их взглядах Леон прочёл ответ раньше, чем они успели что-то сказать.

Нет. Нет, этого не может быть.

— Твоя подруга сражалась храбро, — сказал командир с чем-то похожим на уважение в голосе. — Убила капитана Ростислава. Но в конце концов...

Он не успел договорить. Стрела Леона прошла ему точно в сердце.

— "Когда сердце разрывается от боли, — зашептал кот, доставая следующую стрелу, — пусть скорбь моя станет яростью, а ярость — справедливостью. Тар'нел мор'данн — из тьмы в свет!"

Третья страница Книги Небесных Стрел засияла в его памяти. Стрела, которую он выпустил, разделилась не на несколько копий, а на поток сияющих лучей. "Скорбящая звезда" — заклинание, рождённое из горя по утраченному.

Четыре оставшихся рыцаря упали, пронзённые десятками световых стрел. Но Леон не видел своей победы. В голове билась только одна мысль.

Алиса мертва.

Он побежал к центру деревни, больше не скрываясь. Стрелы свистели мимо него, но он уклонялся автоматически, словно во сне. Рыцари кричали что-то, но он их не слышал.

Только не это. Только не Алиса.

Центральная площадь представляла собой картину ада. Тела рыцарей и жителей деревни лежали вперемешку. Дома горели, дым застилал солнце. И среди всего этого кошмара...

Нет.

Леон увидел серебристо-белые волосы, раскинувшиеся по окровавленной земле. Алиса лежала лицом вниз, её правая рука была изуродована, а из спины торчал обломок меча.

— Алиса! — Леон кинулся к ней, забыв обо всём на свете.

Он осторожно перевернул её на спину. Золотистые глаза были закрыты, на губах застыла слабая улыбка. Кровь запеклась на её лице, но даже в смерти она выглядела красивой.

— Алиса, — прошептал он, прижимая её к себе. — Прости меня. Я должен был быть рядом. Должен был защитить тебя.

Слёзы текли по его щекам, капая на её неподвижное лицо. Вокруг лежали тела рыцарей — много тел. Она сражалась до конца, как настоящий воин.

Моя подруга. Моя сестра. Единственная, кто понимал меня.

Леон вспомнил их первую встречу в лесу, когда она защитила его от бандитов. Вспомнил, как они учились работать в команде. Как она смеялась над его серьёзностью, а он улыбался её безрассудству.

Несколько лет мы были вместе. Она была моей семьёй.

— Сэр кот! — раздался голос позади него. — Отойдите от тела!

Леон не обернулся. Он знал, что это рыцари, но ему было всё равно. Алиса мертва. Каэль исчез. Деревня, ставшая их домом, превратилась в пепелище.

Зачем жить дальше?

— Я сказал, отойдите! — повторил рыцарь, и Леон услышал звук обнажаемого меча.

Только тогда он поднял голову. Перед ним стояли пять рыцарей Северного королевства, их мечи направлены на него. Но в их глазах он увидел не злобу, а что-то похожее на сочувствие.

— Мы не хотим убивать вас без нужды, — сказал командир, пожилой мужчина с седой бородой. — Сдавайтесь, и мы обеспечим вам быструю смерть.

Леон осторожно опустил тело Алисы на землю и встал. В его руках уже не было лука — он бросил его, когда кинулся к подруге. В колчане оставалась только одна стрела.

Последняя стрела. Как символично.

— Знаете, — сказал он тихо, доставая стрелу, — в нашей Книге есть особое заклинание. Для тех моментов, когда всё кончено, но нужно сделать последний выстрел.

— Кот, не делайте глупостей, — предупредил командир. — У вас нет лука.

Леон улыбнулся — грустно, но искренне.

— А он и не нужен для этого заклинания.

Он поднял стрелу над головой, зажав её между ладонями. Его голос зазвучал торжественно, словно он читал молитву:

— "Когда последний луч закатного солнца гаснет в западном небе, когда последняя птица смолкает в вечерней тиши, когда последняя звезда прячется за облаками — пусть последняя стрела найдёт дорогу к сердцу тьмы. Пусть она унесёт с собой боль живых и станет мостом между мирами. Вел'тарос нел'морн — последний свет перед рассветом."

Стрела в его руках засветилась не голубым, а мягким золотистым светом. Тепло разлилось по его телу, унося боль и усталость.

— "О, духи ушедших, — продолжал Леон, чувствуя, как магия наполняет его, — примите этого странника в свои ряды. Пусть он найдёт покой там, где нет войн и разлуки. Пусть встретится с теми, кого любил, и больше никогда их не потеряет."

Рыцари попятились — они чувствовали нарастающую мощь заклинания, но не понимали его природы.

— Остановите его! — закричал командир. — Он что-то колдует!

Но было уже поздно. Леон направил стрелу себе в сердце и улыбнулся.

— Алиса, — прошептал он. — Я иду к тебе.

Золотистый свет вспыхнул, ослепляя всех вокруг. Когда он погас, на месте кота-лучника лежало только тело, а рядом с ним — стрела, превратившаяся в обычную ветку.

Но это ещё не конец истории.

Леон открыл глаза и увидел белое. Не белый цвет — именно белое, как понятие, как идея чистоты и покоя. Он стоял на чём-то твёрдом, но невидимом, окружённый бесконечным светом.

Где я?

— Леон! — раздался знакомый голос, полный радости и смеха.

Он обернулся и увидел её. Алиса бежала к нему по невидимой поверхности, её серебристо-белые волосы развевались за спиной. Она была такой, какой он её помнил — красивой, живой, полной энергии. Никаких ран, никакой крови.

— Алиса! — Леон рванулся ей навстречу.

Она прыгнула ему на шею, обнимая так крепко, как будто боялась, что он исчезнет.

— Дурак! — смеялась она сквозь слёзы. — Зачем ты это сделал? Мог бы пожить ещё немного!

— Без тебя? — Леон обнял её в ответ, чувствуя, как счастье разливается по всему телу. — Никогда.

— Но теперь мы вместе, — сказала она, отстранившись и глядя ему в глаза. — Навсегда.

— Навсегда, — согласился он.

Алиса схватила его за руку — тёплую, живую руку — и потянула за собой.

— Пойдём! — закричала она, снова превращаясь в ту беззаботную девочку, которой была в глубине души. — Я хочу показать тебе это место! Здесь так красиво!

Они побежали вместе по бесконечной белизне, их смех эхом отражался в пространстве. Алиса рассказывала что-то про новых друзей, которых встретила здесь, про удивительные места, которые можно исследовать.

А Леон просто слушал и улыбался. Боль ушла. Усталость исчезла. Остались только они двое — лучшие друзья, которые больше никогда не расстанутся.

Может быть, это и есть настоящий дом, — подумал он, глядя на счастливое лицо Алисы. Место, где мы всегда будем вместе.

Где-то далеко позади них оставался мир войн и страданий. Мир, где горели деревни и умирали невинные. Но здесь, в этом месте света и покоя, царила только любовь.

И два друга бежали навстречу вечности, держась за руки и смеясь, как дети.

А в мире живых рыцари Северного королевства убирали тела и тушили пожары. Деревня Снежный Бор перестала существовать, стёртая с лица земли по приказу принцессы Лунарии.

Но память о ней жила. В сердцах тех немногих, кто выжил. В историях, которые будут рассказывать у костров. В клятвах мести, которые дают себе те, кто потерял близких.

И в том особенном месте, куда уходят храбрые души, звучал смех двух друзей, которые нашли друг друга снова.

Потому что настоящая дружба сильнее смерти. Настоящая любовь не знает границ. И где бы ни были те, кого мы потеряли, они всегда остаются с нами.

В памяти. В сердце. В надежде на встречу.

Конец второй главы: "Дом там, где сердце"