Я очнулся от запаха горящих трав.

— Наконец-то! — радостно воскликнула Алиса. — А мы уж думали, ты решил поспать до следующей зимы.

Открыв глаза, я увидел потолок гостиничного номера в "Серебряном кубке". Левая рука была крепко забинтована и болела как чёрт, но в остальном я чувствовал себя... живым.

— Сколько я спал? — прохрипел я.

— Два дня, — ответила Мари, сидевшая у окна. — Местный лекарь сказал, что ты потерял много крови и истощил себя магией.

— Магией, которой у тебя быть не должно, — добавил Леон, стоявший у двери. — Это отдельный разговор.

"Ага," — подумал я. "Объяснения не избежать."

— А что с рукой? — спросил я, пытаясь пошевелить пальцами. Боль пронзила всю руку от плеча до кончиков пальцев.

— Сломана в двух местах, — сообщила Мари. — Лекарь говорит, срастётся, но нужен покой.

— Покой, — фыркнула Алиса. — Ему бы ещё недельку поспать, а мы тут...

— Алиса, — предупреждающе сказал Леон.

— А что? Я же правду говорю! Он чуть не помер, а теперь хочет встать и дальше геройствовать!

Я попытался сесть, но голова закружилась.

— Лежи, — приказала Мари. — Лекарь сказал — минимум день постельного режима.

— Но нужно докладывать императору...

— Доложишь, когда встанешь на ноги, — перебила она. — Мёртвые принцы плохо докладывают.

В дверь постучали. Вошёл хозяин гостиницы с подносом еды.

— Ваше высочество! — обрадовался он. — Как же хорошо, что вы очнулись! А то я уж думал...

— Думал что? — поинтересовалась Алиса.

— Ну... что принц помрёт у меня в гостинице, — честно признался хозяин. — Это же скандал был бы! Представляете заголовки: "Принц умер от недосмотра в провинциальной гостинице"!

— Зато реклама была бы отличная, — хмыкнул Леон. — "Здесь умирают даже принцы — значит, качество услуг на высоте".

Хозяин побледнел:

— Нет-нет! Я не хочу такой рекламы!

— Расслабься, — засмеялась Алиса. — Принц живой, здоровый... ну, почти здоровый. Твоя репутация в безопасности.

— А что с телами врагов? — спросил я.

— Сожгли, — коротко ответила Мари. — Как полагается при демонической заразе.

— А их лаборатория?

— Разрушена. Леон очень тщательно всё взорвал.

— Очень тщательно, — подтвердил кот-стрелок. — Алхимические реагенты дают отличные взрывы, если знать, что смешивать.

"Интересно," — подумал я. "Откуда у бывшего аристократа знания по подрывному делу?"

Следующие два дня прошли в восстановлении. Алиса развлекала меня рассказами о своих приключениях — некоторые были настолько неправдоподобными, что явно являлись выдумкой.

— ...и тогда я говорю этому дракону: "Слушай, чешуйчатый, либо ты отдаёшь мне сокровища, либо я расскажу всем, что ты боишься мышей!"

— Драконы не боятся мышей, — возразил Леон.

— Этот боялся, — невозмутимо ответила Алиса. — У него была фобия.

— Драконы не бывают с фобиями.

— Бывают! Я видела!

— Где это было? — спросил я, втянувшись в их спор.

— В... эм... в очень далёких землях, — уклончиво ответила Алиса. — Там, где живут драконы.

— То есть нигде, — резюмировал Леон.

— Ты просто завидуешь, что у меня есть интересные истории, а у тебя только "тренировался в стрельбе", — обиделась лисица.

Мари слушала их перепалку с каменным лицом, но я заметил, что уголки её губ чуть дрожали. Похоже, даже Ледяное Сердце не было неприступно для юмора Алисы.

А солдаты вообще были в восторге от зверолюдей. Особенно Гарт.

— Ваше высочество, — сказал он, когда я наконец смог встать с постели, — а можно вопрос?

— Спрашивай.

— А нельзя ли взять мисс Алису в нашу постоянную команду? Она же лучше дерётся, чем мы все вместе взятые!

— Эй! — возмутились остальные солдаты.

— Ну почти лучше, — поправился Гарт. — И потом, с ней веселее!

— А ещё она красивая, — добавил молодой солдат по имени Томас.

— И хвост у неё пушистый, — мечтательно сказал ещё один.

— Парни, — прервал их фантазии сержант Бредок, — вы понимаете, что обсуждаете зверочеловека?

— Ну и что? — пожал плечами Гарт. — Зверочеловека женского пола. Разве это проблема?

— Это... — Бредок задумался. — А вообще, есть ли какие-то законы против...

— Лучше не думай об этом, — посоветовал ему Томас. — Голова болеть начнёт.

"Блядь," — подумал я. "Мои солдаты влюбляются в лисицу. Что дальше? Браки между видами?"

Но проблемы межвидовых отношений отошли на второй план, когда Алиса сама подошла ко мне.

— Принц, — сказала она, — нам пора.

— Куда?

— Дальше. У нас есть дела в других местах.

— Какие дела? — поинтересовался я.

Алиса и Леон переглянулись.

— Скажем так, — осторожно ответил Леон, — наша работа в этом регионе закончена. Пора двигаться дальше.

"Опять тайны," — вздохнул я мысленно. "Но настаивать не буду. У всех есть свои секреты."

— Понятно, — кивнул я. — Жаль. Я привык к вашей компании.

— И мы к твоей, — улыбнулась Алиса. — Знаешь что? Давай договоримся — когда у тебя будет время, как в старые добрые времена сразимся?

— На мечах?

— Ага! Посмотрим, стал ли ты сильнее с тех пор, как научился колдовать.

Мари, стоявшая рядом, с невидимой улыбкой сказала:

— Как хочешь.

Но в её тоне я уловил нотку... одобрения? Или предвкушения?

"Мари ждёт этого поединка," — понял я. "Интересно, почему?"

Утром мы выехали из Серебряного Дозора. Город провожал нас с облегчением — новости о разгроме демонического логова быстро разошлись, и жители снова почувствовали себя в безопасности.

Алиса и Леон проводили нас до городских ворот.

— Не скучайте без нас, — сказала лисица, обнимая меня на прощание. — И помните — если понадобится помощь, мы найдём способ узнать.

— Как? — удивился я.

— У зверолюдей свои способы связи, — загадочно ответил Леон. — Мир меньше, чем кажется.

Мы попрощались, и наш отряд тронулся в путь к столице.

— Будешь по ним скучать? — спросила Мари, когда мы отъехали от города.

— Да, — честно ответил я. — А ты?

— Не знаю, — задумчиво сказала она. — Они... непредсказуемые. Мне это не нравится.

— Но они спасли нам жизни.

— Да. И поэтому я им благодарна. Но доверять им полностью...

— Не стоит?

— Не стоит доверять полностью никому, — напомнила Мари. — Даже мне.

"Особенно тебе," — подумал я, вспомнив ту ночь, когда она приставила меч к моему горлу. "Но странно — несмотря на это, я ей доверяю."

Тем временем в замке Драконьего Сердца...

Дамьен стоял у окна своих покоев, глядя на дорогу, ведущую к столице. Гонец только что принёс новости с севера.

— Значит, он справился, — пробормотал одиннадцатый принц. — Убил демонов, разрушил их логово, спас город.

За его спиной из тени материализовалась Лилит. Сегодня она была в особенно мрачном настроении — чёрное платье делало её похожей на богиню смерти.

— Да, — сказала она тихо. — Моя служительница мертва, а ваш братец возвращается героем.

— Ты злишься? — спросил Дамьен.

— Нет, — к его удивлению, ответила Лилит. — Скорее... восхищаюсь.

— Чем?

— Он использовал заблокированную магию. Знаете, какова цена такого поступка?

— Смерть?

— В лучшем случае. Обычно маги, которые пытаются форсировать магические блоки, просто сгорают изнутри. А ваш братец не только выжил, но и смог убить древнюю демоницу.

Лилит подошла к окну:

— Это требует невероятной силы воли. И знаний, которых у обычного принца быть не должно.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Что Феликс действительно изменился. И это изменение... интригует меня.

Дамьен нахмурился:

— Ты не думаешь отказываться от наших планов?

— О нет, — рассмеялась Лилит. — Наоборот. Теперь победа над ним будет ещё слаще. Сломать сильного соперника гораздо приятнее, чем раздавить слабака.

Она обернулась к Дамьену:

— Готовьтесь, мой дорогой принц. Игра переходит в новую фазу. И ваш братец больше не недооценённый аутсайдер — он опасный противник.

— А мне это на руку?

— Конечно. Когда вы его победите, все поймут — одиннадцатый принц достоин трона больше, чем любой из его братьев.

Дамьен улыбнулся:

— Тогда пусть возвращается. Я его жду.

Дорога к столице...

Мы ехали уже второй день, когда Мари заговорила о том, что меня беспокоило.

— Феликс, — сказала она, — нам нужно обсудить твою магию.

— Что именно?

— Откуда она взялась. Как ты смог её использовать. И почему не рассказал мне раньше.

Я вздохнул. Этого разговора не избежать.

— Честно говоря, — сказал я, — я и сам до конца не понимаю.

— Попробуй объяснить то, что понимаешь.

— Помнишь, я рассказывал про сон о матери?

— Да.

— Там было не только видение её смерти. Там были... воспоминания о том, как она учила меня магии. Объясняла, что это такое, как работает.

"Частично правда," — подумал я. "Лучше всего ложь, разбавленная правдой."

— И что она говорила?

— Что магия — это знание плюс фантазия. Что нужно понимать, как устроен мир, чтобы его изменить.

Мари задумалась:

— Интересная теория. Но это не объясняет, как ты смог преодолеть блок.

— Возможно, блок ослаб из-за стресса? — предположил я. — Или из-за близости к смерти?

— Может быть, — согласилась она. — Но будь осторожен. Такие эксперименты могут убить тебя.

— Понял.

"Если бы ты знала," — подумал я, — "что я чуть не помер от одного заклинания."

— И ещё одно, — добавила Мари. — Не демонстрируй магию при дворе. Пока не поймёшь, как она работает.

— Почему?

— Потому что братья и сёстры не должны знать о твоих новых способностях раньше времени. Это козырь, который нужно беречь.

"Умная женщина," — одобрил я. "Думает на перспективу."

— Хорошо. Буду осторожен.

Остаток пути мы провели в относительной тишине. Солдаты острили, лошади мерно стучали копытами, а я думал о том, что ждёт меня в столице.

Братья и сёстры наверняка уже знают о моём успехе. Император тоже. Это означает, что отношение ко мне изменится — я больше не буду восприниматься как неудачник.

"Хорошо это или плохо?" — размышлял я. "С одной стороны, больше уважения. С другой — больше внимания. А внимание может привести к разоблачению."

Но выбора не было. Игра продолжалась, ставки росли, а я должен был играть роль принца Феликса до конца.

До самого трона.

Или до самой смерти.

Когда мы въехали в столицу, солнце уже садилось. Знакомые улицы, знакомые здания, знакомый запах большого города — смесь пыли, дыма и человеческого пота.

— Дом, — сказал Гарт, вздыхая. — Как же я скучал по городскому смраду!

— И по городским девочкам, — добавил Томас.

— И по городскому пиву, — мечтательно сказал третий солдат.

— А я скучал по нормальной постели, — признался сержант Бредок. — В походе вечно что-то в спину впивается.

"А я скучал по дворцовым интригам," — иронично подумал я. "Сказать бы им такое — решили бы, что я сошёл с ума."

Замок Драконьего Сердца встретил нас величественным видом чёрных стен с красными прожилками. Вечерние факелы уже горели, освещая гордо развевающиеся знамёна.

— Принц Феликс возвращается с победой, — торжественно объявил стражник у ворот.

"Победой," — повторил я про себя. "Звучит красиво. Жаль, что я почти умер ради неё."

Но когда мы въехали во двор замка, я увидел знакомую фигуру, ожидающую нас у главного входа.

Дамьен.

Он стоял один, без свиты, в простой чёрной одежде. Руки сложены за спиной, лицо непроницаемо.

Но глаза...

В его серых глазах я увидел что-то новое. Не зависть, не раздражение — холодный расчёт.

"Что-то изменилось," — понял я. "Дамьен больше не тот безобидный одиннадцатый принц, которого я помнил."

Мы спешились, и я подошёл к брату.

— Дамьен, — кивнул я. — Рад тебя видеть.

— И я тебя, братец, — улыбнулся он. — Поздравляю с успешным выполнением миссии.

— Спасибо. Как дела во дворце?

— По-старому. Братья интригуют, сёстры плетут заговоры, отец наблюдает.

Он сделал паузу:

— Но теперь всё изменится, не так ли? Ты больше не тот Феликс, которого все игнорировали.

В его тоне было что-то странное. Не злость, не ревность — предвкушение?

— Возможно, — осторожно ответил я.

— Определённо, — поправил Дамьен. — Герой Серебряного Дозора, убийца демонов, принц, который сумел сделать невозможное.

Он подошёл ближе:

— Знаешь, о чём я думаю?

— О чём?

— О том, как интересно будет посмотреть, справишься ли ты с новым статусом. Ведь быть героем гораздо сложнее, чем им стать.

С этими словами он развернулся и пошёл к замку.

— До встречи, братец, — бросил он через плечо. — Увидимся на завтрашней аудиенции у отца.

Я смотрел ему вслед с растущим беспокойством.

"Что-то определённо изменилось," — подумал я. "И мне это не нравится."

Мари подошла ко мне:

— Что думаешь?

— Что Дамьен больше не тот безобидный брат, каким казался.

— Нет, — согласилась она. — Теперь он опасен.

— Опаснее Тристана? Виктора? Александры?

— По-другому опасен, — задумчиво сказала Мари. — Тристан предсказуем в своей подлости, Виктор — в своей прямолинейности, Александра — в своих интригах. А Дамьен...

— А Дамьен?

— Дамьен научился скрывать свои истинные мысли. А это самый опасный навык для принца.

Мы вошли в замок, и привычная атмосфера дворцовых интриг окутала меня как старый плащ.

Игра продолжалась.

И ставки снова выросли.

ГЛАВА 5: "Серебряные испытания: Путь к пробуждению"