Следующее утро. Окраина Серебряного Дозора.

Старый храм встретил нас унылым видом. Серые каменные стены, покрытые трещинами и мхом, наполовину обрушенная крыша, заросший бурьяном двор. Обычная заброшенная постройка, каких сотни по всей империи.

— Вот и всё? — разочарованно спросил я, обходя вокруг здания. — Это тот самый таинственный храм?

— А вы что ожидали? — поинтересовалась Алиса, легко перепрыгивая через поваленное дерево. — Светящиеся руны? Демонов у входа? Табличку "Здесь проводятся злобные эксперименты"?

"Честно говоря, да," — подумал я. "В игре важные локации всегда как-то выделялись. А тут обычная развалюха."

Мы провели в храме два часа, тщательно осматривая каждый угол. Леон проверял стены на скрытые проходы, Алиса обнюхивала каждый камень, солдаты простукивали пол в поисках подземелий.

Результат — ноль.

— Ничего, — констатировал сержант Бредок, отряхивая пыль с рук. — Ни следов магии, ни следов демонов. Даже мышей нет.

— Слишком чисто, — согласилась Мари. — Будто кто-то специально всё вычистил.

— Или нас направили по ложному следу, — мрачно добавил я.

"Блядь," — мысленно выругался я. "Либо старушка соврала, либо эта Леди в Чёрном умнее, чем я думал. Или..."

Неприятная мысль закралась в голову. А что если Леон и Алиса специально привели нас сюда? Что если они работают на ту самую загадочную женщину?

— Ваше высочество, — окликнул меня Леон. — Может, пойдём в город? Поспрашиваем людей, где ещё могла появляться эта женщина?

— Хорошая идея, — кивнул я, стараясь не показать подозрений.

На обратном пути в город между нами завязался неожиданно откровенный разговор.

— Алиса, — сказал я, идя рядом с лисицей. — Можно личный вопрос?

— Валяйте, — беззаботно ответила она. — Я почти на все отвечаю.

— Зверолюди редко путешествуют свободно. Обычно вы либо рабы, либо живёте в своих поселениях. А вы с Леоном...

— А мы особенные, — перебила она. — Нас боги любят.

— Серьёзно, — настоял я.

Алиса помолчала, её хвост перестал весело покачиваться.

— Вы правы, — наконец сказала она. — Большинство зверолюдей действительно рабы. Или нищие. Или прячутся в лесах от людей.

— А ты?

— Я была рабыней, — просто ответила она. — До недавнего времени.

Солдаты за нашими спинами притихли. Даже Гарт перестал острить.

— Серьёзно? — удивился я. — У кого?

— У работорговца в городе Каменный Мост. Меня купили, когда мне было десять лет, — голос Алисы стал жёстче. — Для развлечений знатных господ.

"Вот дерьмо," — подумал я. "Развлечения. Понятно, какие."

— Как освободилась? — спросил я.

— Сбежала, — коротко ответила Алиса. — Когда научилась фехтовать.

— Где научилась?

— Тайно. Подкупала охранников, чтобы показали пару приёмов. Воровала оружие. Тренировалась ночами.

"Вот почему она так хорошо дерётся," — понял я. "Вопрос жизни и смерти."

— А Леон? — поинтересовался я, оборачиваясь к коту-стрелку.

— Спрашивайте у него, — пожала плечами Алиса.

— Леон, — позвал я. — А ты откуда?

Кот-стрелок замедлил шаг, его синие глаза с кошачьими зрачками задумчиво смотрели куда-то вдаль.

— Я родился в аристократической семье, — сказал он наконец.

— Что? — хором воскликнули солдаты.

Мари и Алиса остались спокойными, что только усилило мои подозрения.

— Зверолюди-аристократы? — недоверчиво переспросил Гарт. — Такое бывает?

— Редко, — ответил Леон. — Моя семья владела землями в Восточных провинциях. Мой отец был бароном.

"Охренеть," — подумал я. "Кот-барон. Ну и мир."

— Был? — заметил я.

— Нашу семью обвинили в связях с демонами, — холодно сказал Леон. — Отца казнили, мать сожгли на костре, земли отобрали. Мне удалось сбежать, потому что я был в лесу на охоте.

— Обвинения были справедливыми? — осторожно спросил я.

Леон остановился и посмотрел на меня:

— А как думаете, ваше высочество? Стал бы я помогать вам бороться с демонами, если бы моя семья действительно с ними сотрудничала?

"Логично," — согласился я. "Хотя в этом мире логика не всегда работает."

— Сколько лет назад это было? — спросила Мари.

— Пять лет, — ответил Леон.

— И с тех пор вы с Алисой путешествуете вместе? — поинтересовался я.

— Не совсем, — вмешалась Алиса. — Мы встретились три года назад. Я тогда недавно сбежала и не знала, как выжить в дикой природе.

— А я знал, — добавил Леон. — Пять лет в бегах многому учат.

— И вы решили объединиться?

— Он спас мне жизнь, — просто сказала Алиса. — Я попала в капкан охотников на зверолюдей. Леон их всех перестрелял.

— А она отплатила тем же неделю спустя, — добавил Леон. — Когда на меня напали бандиты.

"Трогательная история дружбы," — подумал я. "Но что-то тут не сходится. Слишком всё идеально."

Мысли Феликса:

"Ладно, давайте по порядку. Алиса — бывшая рабыня с травматичным прошлым, которая научилась драться как берсерк. Леон — бывший аристократ, которого лишили всего из-за ложных обвинений. Оба изгои, оба ненавидят систему, оба умеют убивать.

И они случайно встретили нас именно тогда, когда мы попали в засаду.

Блядь, либо судьба у меня такая, либо меня разыгрывают как лоха.

С другой стороны, а какая разница? Даже если они работают на кого-то, пока они мне помогают. А если попытаются предать — ну что ж, с мечом у горла я уже общался.

Хотя грустно, конечно. Я уже начал к ним привыкать. Особенно к Алисе — она напоминает мне о том времени, когда я мог просто шутить и не думать о политике.

Да и вообще, когда в последний раз у меня были... друзья? В России особо не было — все однокурсники были заняты своими делами, а я игрался в компьютерные игры. Здесь тоже — принцы не дружат, они конкурируют.

А Алиса с Леоном... блядь, даже если они шпионы, с ними хотя бы не скучно."

Мысли Леона:

"Интересный принц. Очень интересный.

Когда я впервые услышал о Феликсе, все говорили одно и то же — неудачник, маменькин сынок, который после смерти матери сломался и перестал бороться за престол. Самый слабый из всех наследников.

А сейчас передо мной человек, который без колебаний принял в отряд двух зверолюдей. Который спрашивает о нашем прошлом не из любопытства, а из желания понять. Который не презирает Алису за её происхождение и не удивляется моему.

Либо он очень хороший актёр, либо действительно изменился.

Но что могло его так изменить? Люди не превращаются из трусов в героев за несколько недель. Не без серьёзной причины.

А ещё он странно говорит. Использует выражения, которые я никогда не слышал. И реагирует на вещи не так, как должен принц, выросший во дворце.

Будто он... не отсюда.

Мари что-то знает. Я видел, как она на него смотрит — не как на принца, которого она знает с детства, а как на загадку, которую пытается разгадать.

И ещё одно. Когда он спросил меня о семье, в его глазах я увидел понимание. Не сочувствие, не жалость — понимание. Будто он тоже потерял семью. Тоже знает, каково это — остаться одному.

Но его семья жива. Его отец — император, братья и сёстры — принцы. Откуда у него такое понимание?"

Мысли Алисы:

"Хех, прикольный принц попался! Совсем не такой, как я ожидала.

Обычно знать либо нас боится, либо относится как к говорящим животным. А этот... этот общается как с равными. Даже когда узнал, что я была рабыней, ни капли презрения в глазах.

И ещё он смешной! Когда Гарт предложил найти боевую корову, принц так хохотал, что чуть с лошади не упал. А когда я сказала про грызть мебель, он улыбнулся — не снисходительно, а искренне.

Что самое странное? Он пахнет не как обычные люди. У зверолюдей очень острый нюх, мы чувствуем эмоции по запаху. Страх пахнет кислым, гнев — горьким, радость — сладким.

А от принца Феликса пахнет... одиночеством. Глубоким, старым одиночеством, которое стало частью его самого.

Но ещё пахнет решимостью. И какой-то... чужеродностью? Будто он пришёл откуда-то издалека.

Леон тоже это чувствует, я знаю. Мы с ним обсуждали это вчера вечером. Что-то с этим принцем не так. Но не в плохом смысле — в интересном.

А ещё у него золотые глаза, как у меня! Может, мы правда дальние родственники? Хехе, было бы забавно — принц с лисьими генами.

Хотя если честно, мне всё равно, кто он и откуда. Он первый человек за много лет, который не смотрит на меня как на вещь. И это... приятно."

Мысли Мари:

"Леон и Алиса начинают меня раздражать.

Не потому что они плохие — наоборот, они слишком хорошо вписываются в наш отряд. Феликс к ним прислушивается, солдаты их уважают, даже я должна признать их полезность.

Но именно поэтому они опасны.

Феликс и так слишком доверчивый для принца. А эти двое играют на его одиночестве, на его желании иметь настоящих друзей. Они говорят правильные слова, рассказывают трогательные истории, ведут себя как идеальные союзники.

Слишком идеальные.

Я знаю их дольше, чем они думают. Знаю, что их история дружбы — правда. Но знаю и то, что у них есть собственные цели, которые они скрывают.

И пока эти цели совпадают с нашими, всё хорошо. Но что будет, когда они разойдутся?

Феликс уже привязался к ним. Я вижу, как он расслабляется в их присутствии, как впервые за долгое время позволяет себе быть просто молодым человеком, а не принцем.

Это делает его сильнее — но и уязвимее.

А мне нужно защищать его от всех угроз. Даже от тех, которые приходят под видом друзей."

К полудню мы вернулись в город и разделились. Солдаты пошли опрашивать торговцев, Мари направилась к местным властям, а мы с Леоном и Алисой решили поговорить с простыми горожанами.

— Знаете, — сказала Алиса, когда мы шли по рыночной площади, — а вы не такой, каким вас описывают слухи.

— Какие слухи? — поинтересовался я.

— Ну, что вы тихий маменькин сынок, который боится собственной тени, — беззаботно ответила она.

— Алиса! — одёрнул её Леон.

— А что? — удивилась лисица. — Он же сам спрашивает! Принц, вы хотите знать правду или вежливую ложь?

— Правду, — ответил я после паузы.

— Тогда да, слухи говорят, что вы слабак и неудачник. Что после смерти мамы вы сломались и больше ни на что не способны.

"Вот так вот," — подумал я. "Прямо в лоб. А что я ожидал?"

— И что ты думаешь об этих слухах? — спросил я.

— Что тот, кто их распускал, Феликса не знал, — пожала плечами Алиса. — Слабаки не убивают орков. И не принимают в отряд зверолюдей, рискуя репутацией.

— Может, я просто хорошо притворяюсь?

— Нет, — покачала головой она. — Притворство пахнет по-другому. А от вас пахнет... честностью. И одиночеством.

"Зверолюди и их нюх," — вздохнул я мысленно. "Читают как открытую книгу."

— Одиночеством? — переспросил я.

— Угу. Очень старым одиночеством. Таким, когда человек давно привык быть один и не ждёт, что это изменится.

"Попала в точку," — признал я. "И в России, и здесь — всегда один."

— Но знаете что забавно? — продолжила Алиса. — Вы не пытаетесь от этого одиночества избавиться. Не ищете компанию ради компании. Вы как... как человек, который научился жить в тишине и не боится её.

— Это плохо?

— Наоборот, хорошо. Тот, кто боится одиночества, всегда зависит от других. А вы... вы выбираете, с кем быть.

"Умная девочка," — подумал я. "Жаль, что не знаю, можно ли ей доверять."

Мы дошли до небольшой таверны на окраине рыночной площади. Хозяин — пожилой мужчина с добродушным лицом — встретил нас с любопытством.

— Ваше высочество! — поклонился он. — Чем могу служить?

— Информацией, — ответил я. — Слышали что-нибудь о странной женщине в чёрном плаще?

Лицо хозяина сразу потемнело:

— Слышал. И видел.

— Когда?

— Позавчера вечером. Заходила сюда, спрашивала дорогу.

— Куда?

— К старому кладбищу за городом. Говорила, что ищет могилу своей сестры.

Леон и Алиса переглянулись.

— Кладбище? — переспросил я. — А что там особенного?

— Да ничего, — пожал плечами хозяин. — Обычное кладбище. Правда, народ туда не очень любит ходить.

— Почему?

— Говорят, там по ночам странные звуки. И огни какие-то видели.

"Вот оно," — подумал я. "Кладбище вместо храма. Логично для некроманта."

— Спасибо, — сказал я хозяину. — Вы очень помогли.

Когда мы вышли из таверны, Алиса хлопнула в ладоши:

— Ну наконец-то! Настоящая зацепка!

— Кладбище, — задумчиво протянул Леон. — Место силы для тёмной магии.

— Идём туда? — спросила Алиса.

— Вечером, — решил я. — Днём там может быть пусто. А ночью...

— Ночью там будет опасно, — предупредил Леон.

— Поэтому и интересно, — ухмыльнулась Алиса.

"Да уж," — подумал я. "Скучно точно не будет."

Мы вернулись в гостиницу, где нас ждала Мари с мрачным лицом.

— Что узнала? — спросил я.

— Местный капитан стражи исчез три дня назад, — сообщила она. — Вместе с двумя лучшими стражниками.

— Исчез или сбежал?

— Неизвестно. Оружие и доспехи остались, деньги не тронуты. Будто растворились в воздухе.

— А мы узнали про кладбище, — сказал я и рассказал о разговоре с хозяином таверны.

Мари кивнула:

— Логично. Если кто-то проводит эксперименты с мёртвыми, кладбище — идеальное место.

— Тогда план такой, — сказал я. — Ужинаем, отдыхаем, а с заходом солнца идём на кладбище.

— А что, если это ловушка? — спросила Мари.

— Тогда будем драться, — просто ответила Алиса.

— Она права, — согласился я. — У нас нет других зацепок. Нужно рисковать.

Мари посмотрела на Леона и Алису, и я увидел в её глазах тень раздражения. Понятно — она считала, что зверолюди слишком влияют на мои решения.

Может, и правда влияют. Но альтернатива — сидеть без дела, пока загадочная Леди в Чёрном продолжает свои эксперименты.

А я не собирался сидеть без дела.

Игра продолжалась, и пора было делать следующий ход.