— Ты кто? — спросил озадаченный старик.

— В плане кто?

Но тот, вместо внятного ответа, подбежал к сундуку и вынул ещё одну медную пробирку. Затем вернулся, что-то бормоча про юнца возжелавшего приключений, и, схватив без предварительной просьбы руку юноши, проколол её иглой из новой пробирки.

Тут же потекла кровь из вскрытой раны, попадая в новую ёмкость. А когда та заполнила донышко, старик быстро поднёс её ко столу и, словно поя умирающего от жажды, смертельно больного друга, начал вливать телесную жидкость в небольшой, еле заметный канал идущий прямо к кипящей и парящей смеси. Но кровь не достигла конечной точки, встав ещё на середине пути и сменив алый оттенок на темно-красный.

От такого поворота лицо старика перекосилось, брови сошлись, а глаза наполнились негодованием.

— Чёртов щенок! Думаешь это весело? Думаешь героем будешь? Ты не они! — начал он кричать и даже занёс руку для удара, но Ярвуд плавным и быстрым движением разорвал дистанцию.

— Вы про что?

— Вы, молодёжь, всегда ищете себе неприятности на мягкое место! А башкой кто думать будет?! —постучал он по голове, а затем слегка пошатываясь от переизбытка чувств, подошёл к кровати и уселся, смотря на растения под потолком.

— Вы возможно меня с кем-то спутали? — вспомнив, что их посчитали какими-то изгоями, спросил сокращающий дистанцию юноша.

— Спутал? Даже солнце и луну легче спутать чем вас, — устало проговорил старик и, почесав лысину, сказал. — Ты лучше переоденься, а то живым вряд ли останешься.

«Живым вряд ли останусь?» — смутила парня новая информация, вновь приблизив его к неблагоприятному состоянию, но голос был тут как тут:

«Обнаружены сильные мозговые колебания. Высокий шанс ступора из-за перегрузки мыслительного канала и головного мозга. Перенаправление потока в главный процессор. Результат будет дан по окончанию вычислений».

И снова молодого человека накрыло блаженство от падения с плеч незримой горы. Но голос на этом не остановился:

«Сработала функция архив воспоминаний. Ваша одежда обладает способностью изменять свои физические свойства. В данный момент есть угроза для пользователя, рекомендуется сменить одежду на более схожую с местным аналогом. Анализ памяти показал, что вам не известно как выглядят местные мирные жители не занимающие какую-либо должность. Если вы согласны, в вашу память имплантируется шаблон одежды схожей культуры».

«Хм…» — серьёзно задумался Ярвуд, ведь даже не предполагал, как будет проходить эта имплантация в память.

«Имплантация в память не несёт вредоносных последствий для пользователя, но может на время спутать мысли», — поспешила заверить пластинка, удивив Ярвуда фактом ответа.

«Если она была способна читать мысли, то и команды можно было отдавать мысленно? — думал молодой человек и решил попытать удачу: — Разрешить передачу»

«Принято»

Немедленно мысли юноши разнеслись. В голове прыгали и скакали различные картинки, то и дело сменяя друг друга в безумном калейдоскопе, смешивая и разъединяя образы солдат и учёных, птиц и собак, создавая причудливые махинации, где в итоге собрался человек в тоге[1] и свёртком в руке. Таких образов была ещё уйма, начиная от статного литератора, заканчивая бедным колоном[2], еле собирающим на кусочек ткани, кой он обвяжет вокруг талии.

«Имплантация шаблона закончена. Для нормального функционирования мыслительного потока будет проведён отсчёт до десяти, пожалуйста прослушайте. Один. Два. Три. Четыре. Пять. Шесть. Семь. Восемь. Девять. Десять».

Цифры для спутанного Ярвуда оказались как удар молотком по наковальне, быстро налаживая поток мыслей, заставляя инстинктивно сфокусироваться на счёте, от чего они перестали буянить и потекли более привычным маршрутом.

«Нормализация потока закончена», — отчеканил женский голос и замолчал.

Услышав это, юноша решил проверить результат и удивился. Теперь, стоило ему подумать как выглядел бы обычный гражданин местной страны, в его голове тут же всплывал образ человека в тоге, а если преступник или раб, то либо голый, либо в набедренной повязке.

«Хм… Надо бы одеться так, чтобы меня не посчитали изгоем, но в тоже время не посчитали высшей или низшей личностью», — пытался хоть как-то стимулировать размышления молодой человек, но голос постоянно сообщал об перегрузке потока и рушил всё на корню, заставляя начинать с начала.

Теперь Ярвуд понимал, как чувствовали себя все те обожаемые сыночки богатеев, когда он демонстрировал возможность размышлять на малопонятные темы.

Это бессмысленное противостояние с пластинкой происходило настолько долго, что старик, уже подумавший будто парень покинул палатку, встал и собрался заниматься своими делами. Он потянулся, немного поворчал на несмышлёного юношу и только после заметил этого несмышлёного юношу.

— Ты так и не ушёл?

— Да. Пытаюсь переодеться, — ответил ему Ярвуд, даже не подумав, как это поймёт пожилой разум спрашивающего мужчины.

— Переодеться? — смерил юношу взглядом старик и вынул из сундука тунику белого цвета.

— Вот. Как наденешь свою, эту верни.

— Спасибо, — выразил благодарность Ярвуд, но ещё до того как рука сомкнулась на протянутой одежде, пиджак, штаны, перчатки и вообще вся одежда скрутилась, как в водовороте, преобразившись в подобную протянутой тунику. Талию же обвил верёвочный пояс, а ноги теперь были в сандалях. Также всё это преображение открыло занимательный факт о Ярвуде.

Ноги, руки и предположительно всё тело юноши было неплохо натренировано, обладая чётким, выраженным рельефом. Но как бы не было печально, всё это меркло из-за худощавого телосложения, поэтому дамочки, падкие на сильных мужчин, замечали бы его только на пляже или других местах где нужно бы было оголиться.

— Что это за чертовщина!

Для старика же более важным фактом оказалась не мускулатура Ярвуда, а одежда.

— Извините… Это… — замер с протянутой рукой молодой человек, абсолютно не соображая, из-за надоедливой пластинки, как разрешить эту ситуацию.

— Что это? Ты такую штуку у изгоев спёр? — сделал старик шаг назад, пока в его глазах играл страх.

— Это… Эм…

«А Александр говорил что-то про секретность?» — вдруг пришла мысль Ярвуду, от чего он вновь услышал голос, но в этот раз не прерывающий размышления.

«Ответ от архива воспоминаний: подобной информации нет».

— Я не из этого мира.

— Все изгои не из этого мира, но ты не один из них, твоя кровь об этом говорит, — не принял объяснения старик, всё ещё считая, что парень просто играет в изгоев.

— Я серьёзно, — перешёл Ярвуд от слов к действию, но на начале этого самого действия вдруг запаниковал.

«Чёрт! Медальон!»

Но паника оказалась напрасной, ведь искомый объект оказался прямо на руке, достаточно прочно обмотанный вокруг кисти.

«Фух…» — вздохнул парень в облегчении и приподнял руку, после чего она начала слабо светиться, как огонёк светлячка. Но старик лишь слегка удивился, считая что молодой человек пользуется способностями одежды.

Ярвуд тоже это понимал, поэтому решил не останавливаться на такой простой демонстрации, создав над рукой пламя, затем зеркальную поверхность из сжатой влаги, и под конец заставил расцвести одно высушенное растение, прежде чем упереться об пол из-за истощения.

— Что за? Ты… ты не из наших… и не изгой… Кто ты?

— Из другого мира… по крайней мере. Я так думаю. Вы отличаетесь от нас… так мне сказали, —объяснил он, пока тело дрожало, а пот лился ручьём.

— Ещё одни… Похоже боги решили нас испытать, — поднял старик руки, незримо молясь, и решил помочь борющемуся с гравитацией юноше.

— Давай руку, — появилась перед лицом парня ладонь старика.

— Снова кровь брать будете? — в шутку спросил молодой человек, и воспользовался помощью.

«Произошёл физический контакт необходимой степени. Анализ завершён. Ранее видимые существа и находящееся перед вами — первого типа. Конфронтация не рекомендуема», — вдруг сообщил голос, но остался проигнорирован.

— Нет. Вы же не принесли с собой заразу, как изгои?

— Что за зараза? — до сих пор не мог понять Ярвуд.

— Ты же видел мертвецов? Так вот, они все больные, заражённые “инфекцией”, — решил не томить с объяснениями старик. — Эти изгои, боролись с этой заразой на протяжении почти двадцати лет, а затем смогли попасть в наш мир неведомым способом. Да ещё заодно и притащили сюда “инфекцию”. Но боги смилостивились, поэтому она для нас не так опасна как для них.

— Мертвецы… — хотел либо возразить, либо уточнить юноша, но уже начинающий раздражать голос снова вмешался в поток размышлений.

«Завершена процедура расчёта информации о богах. Боги в данном мире метафизическое понятие, не имеющее реального воплощения. Исходя из анализа, боги никогда не контактировали с этим миром».

«Боги никогда не контактировали с этим миром», — проносилось в мыслях юноши множество раз, ломая устоявшиеся шаблоны мировосприятия бедного молодого человека.

«Как так», — думал он, ведь, по словам уже почивших религий, мир или миры сотворили боги, способные только одним словом создавать моря и реки, двигать небеса. И тут в голове Ярвуда что-то щёлкнуло. На образ непостижимых и величественных богов, стал накладываться до боли знакомый образ человека в цилиндре и странном шарфе.

Но как так? Если Александр — бог, то должен был разрешить все проблемы мира или подогнать его под себя. Но вместо этого он устроился учителем в самую престижную и единственную магическую академию Куть-дарма, начав там преподавать. Это никак не вязалось с характером богов, но в тоже время и вязалось, ибо богов не просто так называли непостижимыми.

Размышления не давали ему покоя, из-за чего даже постоянно тараторящий об ступоре голос не мог всё перенаправить.

— Да, мертвецы. Они заражённые и уже не живые люди, — посчитал старик, что юноша задал вопрос.

— Но разве они не просто восстают?

— Ну… если слишком неуважительно относиться, то да.

Смесь на столе всё ещё кипела, выделяя густой пар, уже начавший проглядывать через свисающие с потолка растения. Но кипела она не долго, из-за подошедшего и пнувшего что-то под столом владельца палатки, откуда тут же повалили клубы пара, как от затушенного костра

Когда пар перестал выходить из-под каменной столешницы, старик кивнул, а затем продолжил рассказ не осознающего проблему юнцу.

— Но когда, “инфекция” убивает тебя, то берёт контроль над телом и заставляет убивать других живых, и даже растения, продолжая заражать.

— Она обладает разумом? — не был подготовлен к такому повороту юноша, но потом, немного подумав, предположил: — Может это проклятие?

— Нет. Наши жрецы, способные снять любой вид проклятий, бессильны перед этой напастью.

— Тогда может это…

Хотел он предложить ещё несколько вариантов, но ворвавшийся в палатку человек в тунике сказал про какой-то вернувшийся разведывательный отряд, немедленно переменив лицо старика на сосредоточенное.

— Есть раненые?

— Двое, — ответил человек и покинул палатку.

— Хм… Ладно. Ты говорил что с тобой были ещё. Я попрошу кого-то вас вывести отсюда, а пока можешь идти, — несколько раз махнул рукой старик, прося Ярвуда покинуть палатку.

— Спасибо.

Поблагодарив молодой человек покинул укрытие, чуть не столкнувшись с готовым войти в палатку бойцом, в бронзовом доспехе, не звеня в колокольчик как это делал предыдущий боец.

— Хм… новичок? — обронил лишь короткую фразу воин и зашёл внутрь.

Не зацикливаясь на этом, парень пошёл прочь из лазарета, заметив как на местах для больных лежало два бойца с царапинами на руках, ногах и бледной, как у мертвеца, кожей.

Ворочаясь и страдая, они просили воды, еды, сильно потея. Но стоящие рядом товарищи не удовлетворяли ни одну из просьб, лишь держась за оружие, будто перед ними враг.

«Возможно они подхватили “инфекцию”» — подумал Ярвуд, но поборов любопытство отправился к дальше, где понял что не знает куда идти.

Парень смотрел по сторонам в поисках знакомых образов, для восстановления маршрута к отведённой им палатке, но всё безрезультатно.

«Сообщение от архива воспоминаний. Пройдите мимо четырёх палаток, а затем поверните налево», — сообщил ещё раз полезную информацию надоедающий голос.

«Значит так»

Начав следовать указанному маршруту, Ярвуд повторно попытался обдумать новую информацию. Но пластинка не успокаивалась, вновь прервав размышления очередным сообщением:

«Выявлена возможность для продолжения задач. Базовый анализ мира. Мир тип первый. Пояснение. Для более комфортного существования старайтесь мыслить более логично, не опираясь на знания о магии и всего входящего».

«Что? — озадачился молодой человек, что даже остановился, но повторное тараторенье голоса об потоке вернуло в чувства. — Значит тут всё по-другому? Надо будет сообщить это остальным», — ускорил он шаг, стараясь не пропустить нужный поворот. Благо поворот был легко заметным, из-за упорядоченности палаток, и Ярвуд сразу нашёл временное убежище, где расположились остальные участники группы.

Юноша быстро вошёл и увидел как товарищи сидели за столиком что-то обсуждая.

Фритц развалился на табурете, стараясь дать возможность мышцам отдохнуть, пока ворон стоял на столе. Софи также сидела на табурете, но в сравнении с юношей выглядела комично. Её подбородок сравнялся по высоте со столешницей, а табуретка была слишком высока не давая касаться ногами пола.

— Привет. Мы тут пообсужда… Ты чего так вырядился? — первым обратил внимание на вошедшего седой ворон.

— Мне сказали, что если я продолжу ходить как изгой, есть высокий шанс умереть, — не церемонясь с приветствиями выдал молодой человек и сел за стол.

— В смысле умереть? — обратили все на него внимание.

— Не знаю. Просто так сказали. Вот я и переоделся.

— Ясно… — немного задумалась Софи, перед этим отметив хорошо сложенное тело Ярвуда.

По её мнению, это было логично. Ведь изгои это в основном личности не принадлежащие к какому-либо сообществу, но учитывая что у них есть огнестрел, их бы с распростёртыми объятьями приняли любые люди с мечами и копьями в виде основного оружия. Но те всё также звались изгоями.

Это не состыковалось. Из-за этого она предположила, возможно, что изгои были либо представителями другой страны, либо более развитой цивилизацией. Вариант же что это люди из их мира отпадал, так как пластинка ранее сообщила ей как и Фритцам об том что это другой мир.

Но все эти размышления тут же посыпались, стоило Ярвуду вспомнить, при помощи архива воспоминаний, об одной занимательной детали.

— Эти изгои из другого мира. Как и мы.

— Что?! — не удержалась от восклицания группа.

——————————

[1] Тога — верхняя одежда Граждан мужского пола в Древнем Риме.

[2] Колон — зависимый крестьянин (с собственными, хоть и не такими значительными как у граждан) Римской империи и Византии.