Тайрону понадобились долгие часы работы для подготовки своих прислужников, но не так много, как ему хотелось бы. Он почти что мог представить, какого было бы для нового Некроманта пытаться учиться в окружении, где его не преследуют. Уделение времени оттачиванию каждой техники без необходимости спешки на каждом шагу. Он с огромной радостью провёл бы неделю, просто проверяя различные методы вливания магики в кости, или сшивая скелет с последующим рассеиванием нитей для новой попытки.

Что бы он не отдал для подобного расслабленного темпа, где мог бы проводить исследования и неспешно размышлять над каждым шагом процесса, доводя свои заклинания и навыки до десятого уровня ещё даже до приближения к двадцатому уровню у его класса. Возможно уделил бы время выбору подкласса, подходящего ему, сливая их двух воедино для создания чего-то более великого, чем сумма отдельных частей. Если бы всё прошло согласно представляемым им до пробуждения планам, он бы прямо сейчас этим занимался. Заперся бы в академии волшебников, практикуя магику и готовя себе путь до восьмидесятого уровня, где присоединился бы к элите среди элит, вроде Магнина и Беори.

Ничего из подобного не было ему доступно. Вместо этого он прикладывал все свои силы, тщательно сшивая кости вместе, формируя сухожилия и суставы, необходимые существу для движения с использованием нитей чистой магики. Его понимание техники снова стало лучше, достижение, признанное Незримым, и во время работы он чувствовал это совершенствование. И когда он вспомнил, как было трудно во время сшивания его первого скелета, сколько раз он возился и переделывал свою работу. Если вспомнить то время, было почти что чудом, что итоговое создание вообще было способно двигаться. Суставы были неаккуратными, нити не были выровнены должным образом, мускулатура в лучшем случае была деформированной, в худшем же попросту неправильной.

В сравнении с тем временем теперь он мог в полной мере сплести полноценного скелета, ни разу не прервавшись. Он методично переходил от одной кости к другой, от сустава к суставу, начиная с левой ноги, затем занимаясь правой, собрав воедино лодыжки, пальцы ног и колени. Это были критичные компоненты итогового сплетения; будь ноги выполнены неправильно, скелет быстро развалится или будет сокрушён в бою из-за нарушенного равновесия или слишком большой медлительности. Колени, выдерживающие вес, в частности требовали тщательной работы.

Покончив с ногами, он перешёл к талии и груди, прежде чем заняться позвоночником. Позвоночник пока что был самой утомительной частью работы; каждая из маленьких костей нуждалась в невероятно точном и тщательном размещении к соседней, однако требовалась несложная вышивка, дабы было возможно необходимое сгибание костей. И наконец в конце череп, являющийся, что достаточно странно, самой простой частью из всех. Если подумать, это было логично; лицевые мышца, необходимые для выражений, еды или разговора, были абсолютно бесполезны для прислужников. Вокруг челюсти проделывалось очень мало работы, большая часть времени проводилась у основания черепа в месте соединения с позвоночником.

И как только вышивка была завершена, он начал изо всех своих сил изучать и заполнять магикой кости. Проводя бесформенным облаком колдовской энергии, он искал дефекты и утечки, прежде чем старательно затыкал их в меру своих сил. По завершении работы он занимался заливанием как можно большего количества Магики Смерти. При идеальных обстоятельствах он бы с огромной радостью провёл неделю на данной стадии, испытывая разные подходы и пытаясь довести ситуацию до совершенства. Даже простое оставление костей на время рядом друг с другом позволит им развить тот странный обмен магикой, который он наблюдал в прошлом.

Он по-прежнему не знал, продолжался ли процесс после их поднятия, что он с удовольствием бы изучил, будь у него время. В текущей ситуации у него не было времени ни для чего кроме поднятия прислужников и сражений.

Наполнение четырёх наборов костей таким образом было времязатратным и эмоционально изматывающим процессом. Не доведи до максимума свою концентрацию, он сомневался что смог бы сохранять внимание на подобный промежуток времени. Это была изнурительная и сосредоточенная на деталях работа, однако он скрипел зубами и старался, пока всё не было завершено. Единственное, что оставалось, это поочерёдно четыре раза сотворить Поднятие Мёртвых, и его четыре последних прислужника будут готовы. Он потратил немного времени для восстановления магики, малость наполнил желудок и собрался с силами, прежде чем занялся этим.

Прямо как и с его навыками вышивки, его способность сотворять Поднятие Мёртвых значительно улучшилось с его первой попытки. Ритм заклинания был гораздо более привычный ему, с необходимыми для формирования колдовской энергии в необходимые фигуры жестами и интонациями. Во многих смыслах сотворяемое им сейчас заклинание и вовсе не напоминало используемое им в первый раз. Фразы были изменены, порядок улучшен, определённые секции сократились, в то время как другие расширились. С помощью средоточия ритуала поток вливающейся в кости энергии был спокойным и непрерывным, пока он создавал каждый из требующихся для формирования функционирующей нежити элементов.

Сотворение четырёх заклинаний подряд без посторонней помощи было перегибом, даже для его крайне расширившегося объёма магики, и после третьего ему пришлось прибегнуть к своему источающемуся запасу конфеток мага для производства требующейся энергии. Когда четвёртое заклинание было завершено, общая работа занимала восемь беспрерывных часов, однако он отказывался отдыхать. С его последними усовершенствованиями эти четыре скелета снова представляли вершину его достижений, единственная четвёрка, получающая преимущества дополнительной помощи Незримого, предоставленного его второй Чертой. Его бесило, что сила его прислужников так разнилась. Если возможно, он бы предпочёл поднять совершенно новых скелетов, убирая старых для освобождения места для новых, однако не мог позволить себе подобные растраты.

Тайрон встал и покинул хижину, быстро призвав к себе всех девятерых своих прислужников. Вскоре он раздал каждому из них доступное ему оружие, и настало время выходить. Прошлым днём он добыл второй щит, и удостоверился, что два из его последних творения носили их. К данному моменту они являлись самыми проворными и стойкими из его скелетов, если кто-либо из них и будет принимать удары, то он хотел, чтобы это были они. Он похлопал по карману, в котором хранил маленький запас Колдовских Кристаллов. Ему было необходимо усердно стараться в течении следующих двадцати четырёх часов, устранители к этому времени уже достигли бреши. Если он и собирался как-либо принести пользу, ему было необходимо быстро туда добраться и внести свой вклад по устранению монстров в округе.

Это была мелочь, но это всё, что он мог надеяться сделать.

Он пошёл в быстром темпе и был рад отметить, что девять скелетов рядом с ним осушали его магику медленнее, чем он ожидал. Причина была неизвестна, возможно вторая Черта Сосредоточенности на Скелетах уменьшала цену поддержания его скелетов больше ожидаемого, или его растущий навык делал процесс напитывания их энергией более эффективным. В чём бы не была причина, он был счастлив по этому поводу. Как оказалось, он всё таки мог поддерживать десятерых, однако не сожалел о нехватке дополнительного прислужника. С лишней магикой он мог применять другие заклинания и наконец начать поднимать их уровень. Вполне вероятно что более частое сотворение Подавления Разума, или использование нового проклятия, больше поможет в сохранении жизней его скелетов чем наличие ещё одного в сражении.

Набравшись решимости делать всё возможное, Тайрон шёл вперёд, молчаливые фигуры нежити были выстроены вокруг него.

В разрываемых землях.

По мнению Дова общая работа устранителей была прекрасной вещью. Будучи большую часть времени соперниками, борясь за миссии, накапливая ресурсы и пытаясь поднять ранг раньше остальных, сотрудничество в их профессии не было распространённой вещью. И всё же, когда появлялось действительно серьёзное дело, ему нравилось думать, что каждый устранитель знал, он мог рассчитывать на то что другие прикроют его спину. И когда ураган дерьма действительно поднимается, когда ситуация выглядит мрачно, они соберутся вместе и побьют любую живую ебанину, что требовала этого, или умрут, пытаясь.

Этого было почти что достаточно, дабы растрогать его.

"Дов, может прекратишь ссаться и потащишь свой костлявый зад в бой?" Прорычала на него Моника, не было ни следа её обычного приличия.

"Моника?" Ахнул он. "Только подумать что я услышу от тебя столь ужасные выражения, когда окружающие могут слышать твои слова!"

Она хмыкнула и швырнула ещё один шаг огня в направлении линии боя.

"К концу дня я буду мертва, репутация теперь едва ли имеет значение."

"Цык-цык. Никаких разговорчиков о поражении. Мы преуспеем! Победа практически гарантирована! Я чувствую её своим левым яичком."

Смесь замешательства и отвращения пробежала по лицу его подруги, пока она обдумывала его слова.

"Почему левым?" Наконец спросила она.

Дов ухмыльнулся и поднял палец.

"Ну как же, ясное дело что левое может видеть будущее, в то время как правое глядит в прошлое."

"А твой член раскалывает настоящее. Мы поняли. А теперь брось заклинания или я сожгу тебя до корочки, как должна была в день нашей встречи."

Разочарованный тем что у него украли финал шутки, Дов надулся, прежде чем начал двигать своими руками и приводить колдовскую энергию внутри него в движение.

"Если так хочешь знать, я ждал восполнения своей магики. Как ты знаешь, призыв забирает много сил."

"Хорошо, а теперь используй свой подкласс и брось во что-нибудь огня."

Было ошибкой избирать боевую магику своим третьим подклассом. Характеристики были потрясающими, и дополнительная огневая мощь делала его полезным в гораздо большем числе ситуаций, однако его бесило отсутствие времени простоя. Если он не занимался призывом, от него ожидалось швыряние огнём и льдом, как у безмозглого железного ранга в своей первой экспедиции.

Слова силы слетали с его губ, пока руки скользили по воздуху, и спустя мгновения шар пламени появился в воздухе перед ним. За несколько секунд он стал жарче и ярче, прежде чем Дов дёрнул ладонями вперёд, и пламя унеслось прочь, по дуге над головами воинов впереди, дабы взорваться среди масс монстров вдали.

"Знаешь, при обычных обстоятельствах это было бы отличной возможностью урвать несколько уровней," высказался он Монике. "Моё плохое умение целиться не особо имеет значение в подобных условиях."

"Заткнись нахер и колдуй!" Взревела она в ответ.

Шум над полем битвы то рос, то падал, пока заклинания и навыки выпускались с разрушительными эффектами. Свет сверкал, существа ревели и шипели, а боевые крики раздавались снова и снова, пока собравшиеся устранители пробивались в сторону разрываемых земель. Шум привлекал порождений бреши будто пламя мотыльков, и они изливались из-за деревьев, дабы накинуться на людей, шипя и визжа от гнева. Устранители с холодным взглядом поднимали свои щиты, готовили оружие и замахивались, вырезая ряды существ, но в свою очередь получая раны.

В центре строя и в самой гуще сражения стояли устранители серебряного ранга, те, кто имеют основной класс выше сорокового уровня, кто сталкивался лицом к лицу с самыми крупными и свирепыми противниками. Существа Нагритина являлись изуродованными монстрами-насекомыми из хитина и искажённой плотью, и теперь Дов видел зверей, с которыми никогда прежде не сталкивался, даже по другую сторону бреши. Неповоротливые громилы размером с дом с чешуйками толщиной во взрослого мужчину, они ревели и буянили среди масс мелких существ. Их можно было повалить лишь при выдвижении нескольких устранителей для окружения, избегая их смертельных клинков и острых, как бритва, зубов, дабы выстругать толстую броню кусок за куском перед тем как нанести смертельный урон.

Ядра этих монстров будут стоить тонну денег, достаточно, чтобы оплатить жизнь каждого устранителя здесь на год, особенно если они добудут и продадут хитин, однако эта авантюра была не ради денег. Это было даже не сражением ради выживания, к этому ещё предстояло прийти, эта битва служила лишь получению доступа к бреши. Сражение бушевало часами, пока Дов продолжал опустошать удерживаемую магику, бросаясь заклинаниями или взывая к свои контрактам. Каждый из призванных существ, доступных ему, вытягивал энергию, пока затраченная на формирование тела существа в этом измерении не рассеивалась через получение урона и они не возвращались в астрал, в то время как Дов начинал взывать к следующему.

Ко времени завершения битвы все десять из его призванных существ были измождёнными, а его запасы магики полностью истощёнными. Поморщившись, маг вытащил осколок конфетки из своего дорожного мешка и засунул его в рот, действие, повторяемое десятками магов вдоль строя.

Почти двенадцать сотен устранителей присоединилось к экспедиции к разрываемым землям, и оглянувшись, Дов посчитал, что вполне вероятно они уже потеряли часть из них. Как бы усердно они не старались, польза от неимеющего ещё и двадцатого уровня железного ранга в подобном месте будет ограниченной. И всё же он отдавал должное их храбрости. Они вызвались прийти несмотря на риски. В его глазах они были героями.

"Дов! Поднимись сюда и взгляни на это."

Раздался поверх грохота продолжающего сражения голос Рогила, и Дов прошёл к сторону источника шума, где нашёл своего друга, истекающего потом и с измождённым лицом, пока тот смотрел на бреши.

"Да во имя пышных арбузиков богини, дерьмово выглядишь."

"Да это всё рука," хмыкнул Рогил. "Чуть снова не оторвали. Жуть как болит."

"Уж наверняка."

Хотел бы он что-то сделать, но не мог, и Рогил знал, что ничего нельзя было сделать, поэтому они сменили тему.

"Что тебе нужно?" Спросил Дов с необычным серьёзным настроением.

"У нас нет ни одного чистого мага измерения, так что мне хотелось, чтобы ты взглянул на брешь. Достаточно ли она стабильная, дабы мы прошли туда?"

"Она слишком стабильная, в этом чёртова проблема."

Сражение не прекратилось, но притихло. Все наводняющие этот мир из бреши порождения внутри разрываемых земель были уничтожены, однако постоянно вырывались новые. Когда они показывались, устранители по очереди побеждали их, пока остальные отдыхали и копили силы для предстоящего настоящего испытания.

Дов поднял руки и активировал магикеческое зрение. Увиденное им почти что ослепляло, однако он терпел несколько секунд, пока изучал брешь.

"Она быстро стабилизируется. Слишком быстро. Мы можем пройти, никаких проблем, даже таким числом. Блять, мы могли бы притащить в два раза больше народу."

"Не было в два раза больше народу, чтобы их взять," выпалил Рогил.

Дов промолчал, и лидер его команды оглянулся на него. Маг был необычайно потрясённым, его лицо побледнело, пока пот собирался на лбу.

"Что такое, Дов?" Спросил он.

Призыватель вздрогнул, прежде чем посмотрел на своего друга.

"Ох. Просто... никогда не видел её в таком близости. Я имею ввиду Нагритин."

"Рассмотрел как следует, да? Вот что бывает во время разрыва. Ты знаешь об этом больше меня."

Дов сглотнул.

"Хотя, блять, не ожидал увидеть такое, не так ли?" Пробормотал он, вернулась нотка саркастичного тона, "не с этой стороны бреши."

Два царства, что никогда не должны были соприкасаться, становились ближе, пока брешь продолжала стабилизироваться. Разрыв происходил не из-за уничтожения бреши, или какого-то её обрушения, его вызывал контакт двух сторон. И когда это происходило, Нагритин перекрывал своим собственным миром область вокруг разрываемых земель. В некотором роде брешь и вовсе прекращала существовать, и что-либо бродящее по тому проклятому царству свободно может сбежать, буйствовать в месте, которому ещё предстояло пасть.

"Ну ладно, мы не можем ждать ещё дольше. Пора прорываться."

Рогил собрал остальных капитанов команд серебряного ранга, и они организовали собравшихся устранителей. Спустя несколько минут после перегруппировки они прошли через брешь и обнаружили себя стоящими внутри другого мира. Дов поднял взгляд на знакомые кислотно-зелёные небеса Нагритина. Хотя на этот раз они кипели неистовой энергией, чего он никогда не видел прежде.

Порождения бреши повсюду вокруг них рычали и шипели, пока устранители начинали пробивать себе дорогу через монстров.

Однако они были бесконечными, и издали приближались настоящие чудища, земля тряслась под их весом.

Дов раскусил зубами кристалл во рту и прошипел, пока изначальная магика наполняла его тело. Он поднял руки и начал творить заклинание.

"Давайте же, блядские уроды, потанцуем."