– !....

На краю крыши за оградой стоял Нора и, подавшись вперёд, смотрел на школьный двор.

Ветер, поднимавшийся с земли, развевал его волосы и одежду. Словно выплывающая из пылающей вечерней зари, его спина казалась какой-то зыбкой. А что, если прямо сейчас он сделает шаг и... По спине пробежал холодок.

– Нора!!!

Я старался изо всех сил, чтобы ветер не заглушил мой голос. Нора поднял голову.

Он обернулся, широко открыв глаза и одними губами произнес мое имя.

Раньше, чем я успел сорваться с места, он перемахнул через ограду и спустился к нам.

– Тама, ты чего тут?

– Это ты мне скажи! Почему ты здесь, да ещё с той стороны забора?!

Под моим внезапным натиском он лишь с отсутствующим видом склонил голову на бок. Я вспомнил, каким зыбким выглядел только что его профиль, и, желая отогнать это видение, схватил его за руку. Должно быть, он с самого полудня тут стоит, а после захода солнца всё время дул холодный ветер. Его сухие руки замёрзли до кончиков пальцев. Повезло, что кость толще – по сравнению с моими, его руки куда выносливее.

– Да я... и сам не знаю.

– Как это – не знаешь? Ты ведь сам сюда пришел? – заметил Ао.

Нора кивнул:

– Подумал, посплю, пока тепло.

– Так ты и раньше сюда приходил поспать? – воскликнул Мике. – Вот, значит, где ты вечно пропадаешь, когда прогуливаешь!

– ...А когда очнулся, дверь не открывалась.

Ах вот почему кое-где перед дверью на крышу не было пыли – это потому, что он иногда наведывался сюда.

– А телефон?

– В классе, в портфеле. Я не мог вернуться, вот и не видел звонков.

– Нора, так тебя кто-то закрыл? – заподозрил Ао.

От его слов я вздрогнул и посмотрел на Нору.

– Да я... толком не понял, – словно эхо, повторил он.

Вероятно на лестничной площадке немного переставили мебель, чтобы можно было открыть дверь. И вот в этом месте кто-то нагромоздил вещи.

– А если случайно? – предположил Мике. – Может, просто кто-то поставил вещи на то место, которое было свободным?

– Хм-м, может, стоит поспрашивать, не ставил ли кто туда чего?

Намеренно передвигать школьный инвентарь могут учителя. А если студенты, то разве что уборку делали после занятия или клуба. Сложно представить, чтобы в одиночку можно было столько столов перетаскать.

Может, кто-то, не зная о том, что Нора на крыше, случайно заблокировал дверь.

И тут меня посетило ещё одно предположение.

Может, тот, кто пытался уронить на меня вазу, теперь пытается дотянуться до Норы? Но зачем?

Это из-за меня его заперли...

– Тама? – Нора заглянул мне в лицо.

Покачав головой, я вытряхнул из головы эти мысли, пока они окончательно не затянули меня.

– Да так, ничего. Ты не поранился?

– Нет. А почему ты в школе?

– Беспокоился о тебе, вот и решил проверить, как ты. Мике и Ао, и Хачи, которого сейчас тут нет, все они помогали мне искать тебя. Слава богу, что с тобой все в порядке...

Нора глядел то на Ао, то на Мике. Хоть он вслух ничего и не сказал, Ао ответил ему:

– Да не за что!

– Эй, ребят, может уже назад пойдём? Холодрыга такая... – поёжился Мике.

– И то правда, – поддержал его я.

– Схожу за Хачи. – сообщил Ао. – Надо сказать, что нашёлся.

На ходу вынимая телефон, он затрусил к выходу с крыши.

Вслед за ним мы тоже вернулись в здание школы.

Начав спускаться, я глянул на боковую сторону лестницы.

– Нормально, если мы тут всё так оставим?

Те вещи, которые мы отодвинули от двери, теперь заполнили лестничный пролёт до самой лестницы. Да и для того чтоб Нора больше не ходил туда, может, лучше запереть дверь?

– Так тут с самого начала так было... – объяснил он.

– Что?

– Оставили, чтобы дверь можно было открыть.

– То есть, тут всё было так с самого начала, а не появилось, когда ты был на крыше?

Оглянувшись по сторонам, он согласился:

– Наверное.

Исходя из его слов, получается, что дело вовсе не в том, что кто-то поставил на свободное место ненужные в классе вещи. А в том, что те вещи, которые отодвинул Нора, кто-то поставил обратно. Судя по тому, как всё было навалено, человек не особо старался и вряд ли это был кто-то, кому по долгу службы приходится наводить порядок в школе.

В таком случае, зачем все это наваливать тут? Не иначе как чтоб запереть Нору на крыше.

– Слушай, а что это ты там говорил насчет того, что Нора может пораниться? – вспомнил Мике.

– А... да я так, просто… лезет в голову всякое... Это... я просто так выразился.

– М-м-м... – Мике заложил руки за голову и продолжал спускаться по лестнице. Какое-то время мы шли молча, я с Норой позади Мике.

Ао сказал, что попытается что-нибудь разузнать, но может быть сейчас лучше ничего не предпринимать? Пока мы шли за портфелем Норы, который так и остался в классе, Нора закатал рукава:

– Жарко.

После того, как он промёрз на крыше, сейчас, внутри здания, ему стало жарко.

Красная линия всё еще была на его руке под рубашкой.

В глубине души я испытал облегчение.

– О, Нора, что это у тебя?

«Что?..»

Мике что, тоже видит эту линию?!