Четвёртый день из семи был безумным. Таким же богатым на события, как и первый и таким же диким, как и второй.

Всё вновь началось ранним утром. Весеннее солнце едва перебросило тёплые лучи через горизонт, но жизнь мирская не стала дожидаться небесного светила — люди в Орарио уже давно были на ногах.

Кай бежал.

В этот раз он всё же поддался искушению и подмял под себя нежно сопящих Лили и Гестию, чем пригвоздил себя к кровати. До северной стены путь неблизок и подобная небрежность со стороны Кайена обрушивалась в его собственной голове.

— Зараза…

Ругаясь, юноша прибавил шагу — он и правда сильно опаздывал. Дома и переулки проносились один за одним. Отличные друг от друга здания не удосужились внимания юноши, ведь тот сорвался на бег и нырнул в очередной переулок, огибая бочки и пустые ящики. Забег очень напоминал тот самый, происходивший полтора месяца тому назад. Тогда Кайен бежал с украденной сумкой дурного торговца по такому же тёмному переулку, а сейчас, всего жалкий месяц спустя, он бежит на тренировки меча и разума из собственного дома, полного прекрасных дев и благ.

Счастливчик… О большем он мечтать и не мог.

Задумавшись, парень совсем позабыл озираться по сторонам. Мысли о доме с семьёй захватили всё внимание Кайена. В примыкающем к беговой тропе парня переулке, раздался тихий хлопок и такой же вскрик.

Рядом с пошатнувшимся Кайеном, на мощеной дороге сидела прекрасная эльфийка, чьи русые волосы струились по плечам и посоху, который та держала у груди.

— Извини… Ты в порядке?

— Ай… Да, нормально… — потерев голову, чистокровная эльфийка подняла взгляд на того, кто протянул ей руку. Секунду спустя их скрепило рукопожатие и эльфийка поднялась на ноги. Кайен изумился. Высший эльф не побрезговал прикоснуться к совершенно незнакомому человеку и данный факт буквально привёл парня в ступор. Но не успел Кай опомниться, как её следующая фраза ещё больше затормозила его мыслительный процесс: — Ты случайно не видел здесь Айз Валенштайн?! Принцессу Клинка?! — рвение в голосе эльфийки и даже некая жажда отразившая на её лице, поражали.

— Н-нет, не видел… А ты?

— Я Лефия Веридис, из семейства Локи! — и сердце Кайена провалилось в пятки. — Ты точно не видел её? Айз тяжело не узнать! Золотые глаза, волосы? Нет?

— Прости, не видел, — не врал же, ведь сегодня он её ещё не видел.

— Ладно… — грустно на выдохе проговорила Лефия и прижала к себе посох. Кай провожал её глазами и мысленно благодарил всех Господ за то, что не потерял самообладание от такого внезапного расппоса.

Парень поспешил ретироваться. До стены оставалось совсем немного.

Нырнув в очередной переулок, Кайен слегка походил кругами, дабы за ним точно никто не шел, ненадолго остановился, дабы проверить слежку и наконец, убедившись что за ним по пятам не идёт прекрасная лесная Фея, Кай отодвинул уже знакомые ящики и бочки, дабы пройти в скрытой проход бастиона, где на верху его уже давным давно ждали-дожидались.

— Привет! Пост за опоздание!

— Привет… Ничего. Что-то случилось?

Айз, как и ожидалось, уже была на месте и когда Кай подбежал к ней в с обеспокоенным выражением лица, вопрос сам сорвался с губ.

— Представляешь, столкнулся с Лефией Виридис! Она тебя искала!

— Лефия? — удивлённо ответила Айз

— Когда уходила, то бормотал что-то по типу: «И куда она постоянно убегает?».

— Оу…

— Похоже мы в опасности, хе-хе…

— Всё в порядке. Давай начнём, — Айз всё так же настойчива и радикальна. Эти черты всегда удивляли Кайена и препятствовали появлению вопросов о источниках её силы и рвения. Уж чего-чего, а характера этой девушке не занимать, хоть и эмоции Айз выражает скудно.

— Начнём, но… Что это у тебя?

— Это тебе.

Девушка протянула юноше меч в ножнах, всё это время качавшиqся из стороны в сторону на её поясе.

— Мне? Меч?

— Таких людей мало, но я видела, как некоторые сражаются с мечами в каждой руке… Попробуешь?

— С-спасбо… Попробую.

— Угу.

На щеках Кайена заиграл румянец. Он с радостью принял короткую катану из рук Айз. Меч был в половину короче, чем оружие, которое он использовал на тренировках, но оно принадлежало к тому же типу мечей, что любил Кайен. Он не мог сказать подарок это или нет, но то что Айз так серьёзно подошла к его обучению грело сердце и душу.

Кайен аккуратно вынул лезвие из ножен и полюбовался блеском совершенно нового меча. Рассвет засиял на кромке и небеса отразились на клинке.

— Вау… Красивый.

Казалось, Айз наслаждалась детским восторгом юноши, ведь улыбка на её лице играла так же ярко, как и небо на острие нового товарища Кайена.

— Я купила его… для тебя. Надеюсь он послужит тебе… Долго.

«Так это всё же подарок!» — и Кайен расплыося в улыбке. Не было сил сдерживать эмоции.

— Айз, ты чудо! Спасибо! — не дожидаясь заветного «Угу», юноша набросился на Айз, но вовсе не с намерениями начать тренировку — объятия, в которые он её заключил, были тёплыми и преисполненными благодарностью. На сей раз в ступоре застыла Айз. Удивление от его поспешного сближения пронеслось по телу сразу, но то не двинулось и на сантиметр, ведь подсознательно понимало, что сейчас будет очень тепло и уютно.

Наконец, после недолгий объятий, Кай отстранился и вновь с улыбкою посмотрев на девушку, произнёс: — Мне не терпится его опробовать! Начнём же!

Короткий меч и длинный.

С этих пор, с это дня.

В бою их всегда трое.

Новый символ нового мечника — опущенные к земле парные клинки с отличием в полметра. Короткая и длинная катана.

Никто не знал, никто не ожидал, но наконец, недостающая детальки пазла, никому неизвестная по сей день, стала на своё место.

Как Айз выбрала путь меча, как Фин выбрал путь копья и как любой другой авантюрист нашедший свой путь воина — Кайен вырос за секунду. Он наконец выпрямил спину мечника.

Когда два клинка оказались в руках юноши, весь мир обернулся для него с головы на ноги.

Дышать стало легче.

Двигаться, будто на крыльях ангела.

Разить, словно беспристрастная, юркая молния.

Вот она, услада для мечника — найти своё призвания в искусстве, где есть лишь два острия:

Одно из них смерть.

Второе лишь Я.

И закружились мечники в танце, как только их мечи стали одним целым с телами — истина, котороя не была озвучена Айз для Кайена, ведь юноша знал её от и до на уровне инстинктов.

Это был талант, видимый невооружённым глазом.

Айз не могла перестать удивляться и трепетать.

Свист становился сильнее с каждой минутой.

Слова: «Давай будем тише, ведь Лефия может на заметить», — были выброшены и забыты, как только меч Кайена впервые за всё дни тренировок, оказался предельно близко к коже Айз.

Мечница собственными руками создала чудовище с двумя клинками вместо рук.

Длинный меч разрезал место, где мгновение назад стояла Айз. Девушка оказалась за спиной юноши и готовилась нанести сильный удар за его небрежную стойку, но в ту же секунду ей снова пришлось уклоняться — короткий меч в левой руке бросил выпад прямиком ей в лицо и не было выбора, кроме как пригнуться. Но там, снизу уже подавно раздавался свист длинного меча.

Лезвие полоснуло камень, а затем ножны сабли. Айз заблокировала удар и оборвала серию выпадов и взмахов юноши точным ударом ноги в живот.

Она так увлеклась уклонением от его атак, что вновь потеряла контроль над силой. Юноша отлетел вдоль стены, прокатившись кубарем по полу. Мечи из рук так и не выпустил.

Сердце Айз замерло. В этот раз она ударила и правда слишком сильно.

Девушка подбежала к юноше и поднесла зелье к его губам, но её действия прервал заливистый смех из тех самых губ: — БХА-ХА-ХА-ХА!!!

Кайен заливался и хватался за живот то ли от боли, то ли от смеха. Айз уж думала, что ударила его слишком сильно, но после того как он успокоился и вытер слёзы с уголков глаз, он тихо произнёс: — Это всё правда происходит? Или просто моя мечта стала явью?

Айз не знала, что ответить, но поведение Кайена казалось ей вполне нормальным для человека, нашедшего свой путь на острие клинка.

Тихо шагая по холодному металлу можно достичь всего.

Только бы твоя цель была достойна блеска неба на твоём клинке.

×××

Пятый день можно было назвать днём, когда солнце настолько разбушевалось, что желания даже моргать нет, поэтому мечи сегодня отправились в ножны очень быстро.

— Ну и денёк… Отчего погода в Орарио такая дикая?

— Риверия говорила, что подземелье влияет на погоду. А ещё…

— Скоро будет дождь, — проговорили они синхронно, переглянувшись. Кайен улыбнулся на безразличие Айз, уже переставшее быть таковым. На её лице тоже красовалась маленькая улыбка.

Эти пять дней стали для обоих прогрессом — удары Кайена стали разить чаще, как и улыбка Принцессы.

Оба смотрели на небо. Где-то там, далеко, заходило огромные, свинцовые тучи. Парило. через час или два сорвётся ливень.

— Жаль, что так вышло, но маме природе не прикажешь.

— Угу-а-ах… Ой. Прости, — несдержанный зевок посреди излюбленного слова Айз, вызвал волну умиления на голову несчастного Кайена, терпевшего все эти милости от Айз, практически целую неделю.

— Ничего… Когда такая погода — хочется спать, да?

— Угу, — а вот на сей раз, стоя внутри бастиона, они услышали немного другой звук, вновь сопроводимый согласием Айз.

— И-извини… — лицо девушки залилось румянцем.

Урчание живота не сдержать, каким бы крутым авантюристом ты ни был.

— В общем… — сдерживая хохот произнёс Кайен, — Ты хочешь кушать и спать, да? — во избежание ещё чего-нибудь, Айз просто сдержанно кивнула под тихий смех Кайена. Смущение всё не покидало девушку.

— Хорошо. Тогда я схожу за джагамарукунами, ты не против?

— Не против, — тут же оживилась девушка, — Мне сладкий, с фасолью.

— Оу, сладкоежка? Я тоже!

— Угу.

— Но что будем делать с тренировками? У нас нет сменной одежды, чтобы танцевать под дождём.

— Танцевать?

— Тренироваться.

— А… Да, нет одежды… Потренируемся здесь, под крышей. Будет, как в подземелье.

— Хорошая идея! Тогда я за едой, а ты отдохни.

— Я с тобой, — было поднялась девушка, как рука юноши её остановила, нежно умостившись на её плече.

— Ты много для меня сделала, так что просто дай мне о тебе позаботиться, хорошо?

И, всё же, девушка за эти пять дней не научилась сопротивляться его просьбам: — Ладно…

Хоть девушке было вовсе не накладно.

— Скоро буду! — слова Кая превратились в эхо на винтовой лестнице, когда его силуэт ушёл во тьму вниз по бастиону. Айз осталась одна.

Вовсе не накладно. Ей просто скучно одной…

— Деле не в заботе… — прошептала Айз сама себе, сев на пол стены и прислонившись к арке входа в бастион. От солнца защищала массивная тень не менее крупного сооружения, а всего в тридцати сантиметрах от её ног, гуляли лучики солнца, плясали весёлый танец, перед тем, как скоро исчезнуть.

Небо стало затягивать. Свинцовые тучи всё ближе и мир, будто разбавили серым.

Дурное впечатление… Кай ушёл и всё вдруг стало выцветшим и блеклым.

Совпадение ли?

И Айз не знала, поэтому единственное, что она сделала — свернулась в свою излюбленную позу эмбриона и обхватив руками колени, опустила на них голову и поддалась дождливой сонливости.

Из тенистого бастиона доносилось тихое сопение.

Тем временем, на Главной Северной Улице, Кайен шёл в уже знакомую лавку, где виднелись прекрасные черные волосы и слышались тихие звуки колокольчиков, коими эти волосы и были собраны в милые пучки.

Очереди перед стендом не было, поэтому Кайен бесцеремонно подбежал к прилавку и переклонившись через него, поцеловал Гестию в губы, сильно испугав ту и ошеломив хозяйку Грамм, стоящую совсем рядом.

— Привет, трудяги, как дела?

— К-каен?!

— Ах ты мерзавец! Как ты посмел?! — Грамм вспылила и замахнулась лопаткой на юношу. Благо, Гестия остановила свою начальницу от расправы над её любимым мерзавцем:

— Всё нормально, Грамм, это Кайен!

— Тьфу ты! А я испугалась! Так это тот про которого ты мне всё уши прожужжала?! Не знала, что вы в таких отношениях! — слегка обиженно и грубо наставляла начальница, чем вгоняла Гестию в ещё больший румянец и чем веселила юношу.

— Приятно познакомиться! — ответил Кайен, на недовольную тираду женщины-циантропа.

— Как… Твои тренировки? — смущению Гестии не было предела, но всё же, она задала свой вопрос.

— Всё хорошо. Потренируемся ещё немного, а после ливня я пойду домой… Сделаешь мне четыре сладких, два с фасолью и два с кремом?

— К-конечно! Если пообещаешь больше так не делать…

— Как не делать?

— Так, как ты сделал!

— Не понимаю~

— Кайен!!! — взмолила Гестия, непривыкшая к любви на публике.

— Ох, где моя молодость?

Не удержавшись, после риторического вопроса Грамм, Кайен и Гестия звонко рассмеялись.

— Ничего смешного! Здесь плакать надо!

Странная аномалия — доселе серая улица окрасилась всеми цветами радости, как только губы юноши коснулись своей Богини… Связано ли это?

Аль может там, где серый цвет — Кайена нет?

Вполне возможно.

— Скоро ливень. Смотри не простудись.

— Боги не болеют…

— Тогда будь осторожнее, я скоро приду домой, — вновь клюнув Гестию в губы, Кайен удалился с закусками. За ним по пятам шёл цвет, а там где его не было, уже покрапывал мелкий дождь.

— Буду…

Грамм глядела на влюблённый взгляд своей верной помощницы и диву давалась, насколько яркая и жгучая любовь поразила Гестию.

— И всё же… Где моя молодость?

Вопрос, на который боится дать ответ любая женщина, растворился в жарком воздухе. Вот-вот сорвётся ливень. Юноша вдалеке побежал и завернул в переулок.

Его ждёт Принцесса в тёмном, одиноком бастионе.

— Фух, успел… — Кай забежал в секретный лаз, как раз когда с неба сорвался водопад. За спиной звучали мириады капель, глушась о стук ботинок о ступени.

Неся четыре огромных закуски, которых никогда не видать обычным покупателям, Кай поднялся на последню ступеньку винтовой лестницы и оказавшись в бастионе, заветного «привет», не услышал.

Та, кто должна была встретить его — тихо сопела.

— И правда спит?

Кай тихо, как мог, достал из рюкзака, лежащего неподалёку, полотенце и застелив, положил на него закуски. Что странно, шуршания Кайена ни разу не потревожили Айз. Девушка размеренно дышала и всё в ней выдавало соню, видящую десятый сон. Кайен умилялся зрелищу.

На улице лил дождь. Ручейки воды стекали по дождевым каналам и падали со стен. Симфония стихии усыпляла.

Юноше стало не по себе — Айз спала под прекрасные звуки природы, но то в каком месте она это делала, было ужасным. Её золотые волосы собрали всю пыль на полу, а белое платье измазалось. На сей раз сердце обливалось кровью. Кайен понял, что испытывала Айз, когда он лежал на её коленях и та видела, что белые волосы касаются пола.

Именно поэтому он решил поступить так же, как и она.

«Колени-подушки» для принцессы Меча? Запросто!

И вот, уже секунды спустя, Кайен видит на своих бёдрах, которые попытался сделать максимально мягкими, милое, спящее лицо златовласой красавицы. Упомянутые волосы захватили его колени веером и будто держа кошку на руках, он не смел шевелиться, дабы не разбудить ту.

А оркестр дождя продолжал концерт.

Гладя волосы Айз, Кайен смотрел на водную завесу за тёмным бастионом и постепенно отдавался атмосфере тепла и уюта, хоть и в его ситуации единственные вещи, что напоминали солнце, были волосы Айз и её запах.

«Как можно пахнуть солнцем и ветром?» — Кай не мог найти ответа на вопрос, но это его не удручало. Девушка на его коленях была особенной. Не такой, как Гестия, не держащей в себе го любовь, как к девушке…

Айз была другой.

Особенность, из-за которой незнакомые люди ведут себя с друг другом так, будто были знакомы уже тысячу лет.

— Что ты… делаешь?

И ведь будь на месте Кайена кто-то другой, то не сносить тому головы.

— Повторяю за тобой.

— Не нужно было…

— Но твои волосы пачкались в пыли, ч не мог оставить всё как есть.

— …

— Теперь ты понимаешь, что чувствую я, просыпаясь на твоих коленях?

— Это… Смущает.

— Вот именно, Айз, вот именно.

Девушка вновь протяжно зевнула, прикрывшись руками. Что больше всего веселило юношу, так это то, что Айз совсем не спешила подниматься с его «подушки» и медленно просыпалась.

— Я принёс «марукуны-эксклюзив», так что просыпайся скорее, а то остынут.

— Эксклюзив?

Айз подорвалась и буквально по запаху определила, что закуски дожидаются её на рюкзаке за спиной Кайена.

— Огромные… Можно?

— Конечно можно! Вон те два с фасолью.

Сонные нотки в глазах девушки просто исчезли и в мгновение заменились солнечным блеском. Теперь в ней было целых три частички солнца и от того в бастионе стало ещё теплее.

После того, как ребята оттрапезничали, места зрителей на концерт ливня были заняты ими. Кайен сидел в позе лотоса и любовался красотами плачущего неба, Айз же села в позу эмбриона и обвила колени руками. Её взгляд следил за взглядом юноши.

— Редко в Орарио дожди.

— Да…

— Из-за этого так хочется спать.

— Угу.

Брызги от крупных капель с неба долетали до самого входа в бастион, будто пытаясь атаковать ребят, очень не хотевших продолжать тренировки.

— Ха-а-ах… Прости

— От твоих зевков и мне хочется зева-а-а-ха-ать… Ох…

— Ты тоже хочешь спать.

— Хочу, Айз, хочу, вот только если посплю, то ночью не усну.

— Да? Я всегда сплю хорошо…

— Потому что ты соня.

— Неправда…

— Правда.

— Нет.

— Может поспим?

— Давай.

— Вот видишь!

— Обманщик…

— Хе-хе.

Насколько Кай стал сильнее, настолько и Айз стала разговорчивее…

А парень стал очень сильным.

Совместные тренировки приносят крупные плоды.

— В твоих волосах так много пыли…

— Пыли?

— Ты же на полу спала, вот и пыли нахваталась… Не двигайся, сейчас я всё приберу, — Кай залез в рюкзак и ловким движением вынул оттуда деревянный гребень, украшенный красными камешками и ленточками. Айз, как и было ей велено, не двигалась. Ожидание было томительно, но длилось долго, ведь всего пару секунд спустя, руки Кайена начали работу по уборке одного из солнечных артефактов от пыли. Сопроводимый грубыми пальцами гребень, вонзался в волосы девушки и из-под него те выходили, будто в шёлке — блестели и сверкали своей аккуратностью и чистотой. Кожа девушки покрылась мелкими мурашками.

— Приятно?

— Да…

— Когда Гестия впервые стала причёсывать мне волосы, то мурашки бегали по мне, не останавливаясь, — от его взора ничего не уйдёт, даже если Айз попытается прикрыть пупырчатую кожу платьем.

— У тебя красивые волосы… Мягкие.

— Спасибо…

— Сдею тебе красивую причёску.

— Что? Не нужно…

— Ладно тебе, будет очень красиво. Тебе любая подойдёт.

— Правда?

— Как говорит моя советница — подлецу всё к лицу.

— Я… Подлец?

— Ах-ха-ха, нет, подлец это я, а ты просто красивая… Не двигайся, а то могу дёрнуть.

— Угу…

Руки юноши плясали на золотых волосах, строя из тех золотые косы, сплетённые вместе. Постепенно, от висков девушки до затылка, протянулись золотые косы.

— А ты ещё не придумала желание?

— Желание?

— Помнишь, в ту ночь, когда я пришёл к тебе? У тебя я попросил тренировки, а ты у меня, пока что, ничего.

— Помню… Я не знаю…

— Ничего, я подожду. Даже интересно, что ты мне загадаешь!

А тем временем две косы слились в одну огромную, пышную, падающую на спину. Вытянув некоторые локоны из косы, Кайен сделал ей объем и краса то была неземная. Он свил её женственность в золотые канаты их крепкой дружбы. Коса заканчивалась милым, маленьким узлом, практически в низу спины.

— Ну как тебе?

— Н-непривычно…

— Но тебе очень идут косы.

— Спасибо… — Айз покружилась и после смутилась, но только лишь слепец или самый недальновидный из всех подобных, скажет что девушка не испытывала радости в тот момент.

Коса ощущалась по-другому. Тяжесть, изредка хлопающая по спине, была приятной. Если Кайен сказал, что ей идёт, значит это так и есть.

— Спасибо… большое.

— Не за что… Вот придёшь домой и сразу услышишь, как тебя будут хвалить.

— Угу…

И всё же, дождь прошёл. Как только Кайен сплёс солнечные косы, серость ушла и цвета вновь стали яркими.

Солнце засветило вновь

Несколько часов спустя. Сумеречный Особняк.

Колыхая косой из стороны в сторону, Айз шла по главному коридору первого этажа.

Не было лиц, не обернувшихся ей вслед.

— Айз… Это…

Названная обернулась на голос. В проходе стояла Риверия с редким для неё удивлённым выражением лица.

— Привет, Риверия…

— Здравствуй… Что это у тебя? Коса? — эльфийка обошла девочку по кругу, задержавшись за её спиной. Прическа Айз казалась ей столь инородной вещью, что она и не надеялась увидеть такую красоту на голове девочки ещё очень долго. Но удивило Риверию ещё больше то, что сказала Айз после:

— Риверия… Мне не идёт?

«Айз беспокоится о своей внешности?!» — внутренний крик эльфийки выразился искренним удивлением на её лице. Риверия уж не упомнила, когда так сильно задирала брови.

— Идёт, Айз… Ещё как идёт! — внезапно для девушки, её по праву мама, расплылась в улыбке и позволила себе высокие нотки в тоне, — Я не ожидала увидеть тебя с прической. Тебе очень идёт. Это Тиона или Тионэ постаралась?

— Ой, это… — но вот врать Айз не умела и желание сказать, кто сплёл красоту за её спиной, было ненормальным, ведь этот человек ещё и не соврал, что ей правда идёт.

— Кто?

— Д…

— Д?

— Друг… — и бросив это маленькое слово, непохожая на себя Айз сбежала, оставив Риверию, словно молнией поражённую, наедине.

— Д-друг? — капелько пота скатилась по лбу. Проклятия за собственные слова тогда, в подземелье, когда Айз осталась помогать тому юноше, посыпались один за одним.

— Друг?! — и бросилась Риверия вслед, разузнать всё в деталях.

Может она просто пыталась остудить горячую кровь.

Может, как мать, она беспокоилась.

А может её тревожил тот факт, что «друг» у Айз появился быстрее, чем у неё?

Кто знает...

×××

Шестой день был волшебным во всех смыслах этой таинственной силы.

Клинок просвистел около живота Айз. Следом пошло второе лезвие, но и оно не попало в цель. Кай принял защитную стойку и резко развернулся — девушка стояла прямо за ним и готовила удар. В последний момент юноша отодвинул голову от столкновения с пустыми ножнами и попытался контратаковать, выбросив левойю руку с короткой катаной вперёд, но Айз была на шаг впереди. Это было слишком наивное и опрометчивое действие, поэтому за ошибку девушка отвесила Кайену крепкого пинка под дых, да так, что тот проскробил по полу и только стенной шип остановил его бренное тело.

— Зараза… Моя любимая ошибка, неправда ли?

— Именно так.

В этот раз Кайен, хоть и был на соломинке, но не вырубился. За эти шесть дней тренировок его выносливость возраста так же сильно, как и остальные характеристики, поэтому Айз приходилось чуть меньше задерживаться, чтобы отправлять юноши в царство снов.

Солнце заходило.

Их тренировка длилась весь день.

— Ох… Заигрались мы.

— Угу.

Парень поднялся на ноги, а тем временем, Айз вложила клинок в ножны, что минуту назад были на опасном расстоянии от лица юноши, и взглянула на него с противоречивым выражением.

— Что-то не так? — от Кайена это не ушло.

— Я хотела спросить… Как твоя магия?

— Ах это… Всё порядке… Я нечасто её использую, но иногда, в подземелье, она очень выручает.

— Почему нечасто?

— Одежда горит.

— А…

— А почему ты спросила?

— Мне были интересны твои успехи… В магии. Она была похожа на мою… Я её запомнила.

И тут Кайена озарило.

— Точно! Ты же тоже владеешь магией! Я совсем забыл об этом… Тоже огонь?

— Н-нет… Ветер.

— Ветер? Ого…

— Пробудись, Буря!

— О-ой! — Кай не ожидал активации магии Айз и отпрыгнул от неё, как только почувствовал неладное, — Погоди, а это не опас…но, — ветер окутал девушку с ног до головы. Словно крепость из ветра, Айз предстала перед Кайеном в полной боевой готовности.

Повсюду свистел ветер. В бастионах поднялась пыль.

Вокруг её рук, ног, талии, будто перетекала невидимая жидкость и так быстро, что смазывала изображение за собой.

Кайен глядел, как заворожённый. Он мог сказать одно — её магия прекрасна, но вместо этого произнёс:

— Пылай, Каменное Сердце…

Айз распахнула глаза, смотря за перетекающим по шрамам юноши, белым огнём. Он закатил рукав рубашки повыше и вся его правая рука загорелась огнём. Кайен нервно сглотнул и посмотрел на Айз.

— У нас и правда похожая магия…

— Но моя не жжёт одежду.

— За то юбку задирае… Ай!

Всё-таки ножны встретились с его головой и как только разглядывание магии друг друга закончилось и Айз подошла к Кайену, чтобы ударить его ножнами за некрасивые слова, случилось неожиданное.

Ветер заревел.

Огонь затрепетал.

Поднялся ураган.

— Ч-что происходит?

— Мой ветер…

Как только расстояние между ними стало меньше полутора метра, из магия срезонировала.

Огонь тянулся к ветру, а ветер звал огонь.

Таково уж свойство воздуха — питать огонь. Лишь жалкую секунду спустя, когда пламя дотянулось к ветряной крепости, стало ясно, почему их магия резонировала.

Айз и Кайен застыли, как вкопанные.

Белое пламя юноши впитало в себя ветер и разгорелось до самой груди невиданным доселе жаром, а воздушная броня стала разбавлена вкроплениями жгучего и очень сильного пламени.

Их магия впитала друг друга и стала иной.

Частицы волшебства огня и ветра породили всеобъемлющий и лёгкий, словно воздух, огонь, и ветер, такой жгучий и быстрый, словно само древнее пламя.

Повисло молчание.

Свист ветра и треск огня не у тех людей, у которых они должны быть, будто выражали повисшее в воздухе ошеломление.

Секунду спустя магия развеялась и наконец стало полностью тихо.

— …Ты не обожглась?

— …Ты не поранился?

— Нет, — произнесли они в унисон.

Их мысли, как и магия, сплелись в едино, выходя из головы одними и теми же словами.

— Что это было?

Словами полными непонимания закончился этот день…

Следующий, седьмой.

Последний день — он самый важный.

Седьмым днём был Экзамен.