Утро и гомон. Каждый день в Орарио начинался рано, очень рано, и вопреки своему же убеждению, что ленивые не встают после первых петухов, на улицу выскочила невысокая девчушка с чёрными, как смоль волосами, небесными глазами и неестественно привлекательным и противоречивым телом. Из разрушенной церкви на рассвете вышла Богиня… Нет, это не преувеличение, не метафора, не сравнение, не возвышение и не лобызание внешности девушки. Она на самом деле Богиня, коих в Орарио полно. Её белое платьице и синие ленточки, вокруг невероятного размера груди, едва не блестели под утренними лучами солнца, но было бы всё иначе — тускло и блекло, если бы Гестия не была столь воодушевлена своей целью.

— Сегодня! С-сегодня точно получится! — неуверенно и слегка боязливо выкрикнула Гестия в пустоту руин западного района Орарио. Её кулак устремился к небу полон решимости и мотивации. — Сегодня я найду себе дитя в семейство! Сегодня обязательно! — говорила она будто своим коллегам Богам, оставшимся на небе. Может она и хотела показать им всю свою мотивацию, чтобы даже такие зануды как они поняли, что сегодня, юная, невинная и прекрасная Гестия найдет себе человека в семью и будет он первым, кто ступит с её Фалной в подземелье!

— О-О-О-бязательно! — и пустилась та в поиски!

Пару часов спустя…

Да.

Нелегка судьба нищих Богов в Орарио…

Интересно, а те Боги, которые видели целеустремленную Гестию сегодня утром, умерли от смеха? Может их животы лопнули от хохота? Или же они пробили рукой по собственному лицу с летальным исходом, глядя на маленькую Богиню в уже тусклом, белом платье? Та понурая, удручённая и подавленная топает на работу, продавать закуски в ларьке… Интересно, а Богам не стыдно за своего родича?

— Зараза! — в лёгкой манере ругнулась Гестия и ударила по бочке с водой в одном из переулков, на пути к её работе. Мгновение спустя по её телу пробежала дрожь от кончиков пальцев, ведь те упёрлись в железное кольцо на бочке: — А-ай! — вскрикнула Гестия и схватилась за распухшие пальцы, при этом шепча себе под нос, — …Что значит жалованье, награды, звания, состав семьи и благосостояние? Я же только начинаю… У меня такого нет! Разве авантюристы не зарабатывают деньги в подземелье? Так почему?! Гефест не говорила, что не нужно так много… Может я что-то делаю не так? Почему люди требуют с меня так много, понимая, что у меня ничего нет? Я ведь просто… Просто хочу семью! — Гестия не стала вновь лупить бочку. Шаркая сандалиями, она поднялась с брусчатки и потопала на работу… Для того, чтобы понять, что же произошло, нужно переместиться на мгновение назад, в один из многих магазинов с расходниками для помощников и авантюристов:

— А вы состоите в семье?

— Состою.

— А вы состоите в семье?

— Да.

— А вы?

— А вы?

— А вы?

Глупо было искать свободного авантюриста в лавке для авантюристов… Туда ходят только те, кому нужны расходники для подземелья, а для того, чтобы спускаться туда нужно семейство, следовательно они уже принадлежат какому-то Богу! По крайней мере к такому выводу пришла Богиня домашнего очага, вечного пламени, уюта и тепла.

— …Семь, восемь… Десять отказов с самого утра. Это сколько уже? Сто десять? — Боги в Орарио, как бы это абсурдно не звучало, именно те, кто познаёт жизнь с самых низов… Так думала Гестия, чтобы тешить себя. Сто десять отказов… В каком-то роде это достижение достойное похвалы, однако похвалить-то не кому! Гефест, её подруга и Богиня кузнечного дела, запретила тревожить её нюнями про людскую жестокость и собственную немоготу, так что Гестия прожевала собственную гордость вместе с данным достижением и пошла на работу. По пути Богиня пыталась ещё, однако её всё засыпали терминами из семейного ремесла, отчего та терялась и уходила сама… Нелегка судьба Богов, в которых смертные таковых более не видят.

Всё вернулось к той самой бочке и подбитым пальцам. Спустя несколько минут, грустно вздыхающая Богиня, прибыла на место и быстро переоделась в рабочий фартук.

— Здравствуй, Гестия, милочка, как ты?

— Здравствуйте, Грамм… Я в порядке, сегодня снова пыталась завербовать к себе ребят… А ты хочешь присоединиться к моему семейству?

— Ох, Гестия, сколько бы ты не спрашивала, но мой ответ останется прежним, извини… — с неподдельной грустью ответила женщина-циантроп и погладиладила приунывшую Гестию по голове.

— Нет, ничего, Грамм, в конце концов я ведь хочу создать семью исследующую подземелье…

— Да-а и представить себя не могу с мечом в руке! — Грамм немного посмеялась над фантазиями авантюрскими и принялась за работу. Это немного повысило настроение Гестии, ведь и позитивный настрой начальницы, и дальнейшая работа помогут ей в преодолении недуга, она знала это, ведь так было вчера, позавчера, позапозавчера… И сколько ещё таких дней будет?

— Извините, можно мне два сладких?

— Д-да, здравствуйте! — в рабочей манере поздаровалась Гестия с подоспевшими посетителями. Их выстроилась уже порядочная очередь, отчего Богиня работала быстро и абсолютно на автомате. Все её мысли ушли в приготовление джагамарукунов с разной начинкой. Гестия готовила их из заранее приготовленного хозяйкой пюре, выдавала посетителям, брала деньги, отдавала сдачу. Так изо дня в день и не было это плохим занятием, ведь Гестия была полезной, кому-то нужной… хоть она и хотела быть нужной немного в более божественном смысле, однако чего бранить то, чего может вовсе не стать? От жизни нужно брать всё — не долго сыграть в ящик, если каждый день плакаться на одиночество в пустом подвале церкви…

— …ните

Так ведь? Гестия же не плачется ночами в тёмном подвале?

— Извините?

Сама приказала себе же не унывать, но каждое возвращение домой вечерами, делает её непомерно грустной.

— Гестия, не витай в облаках, а работай! — крик доброй женщины и суровой начальницы, заставил потерявшуюся Богиню вздрогнуть от неожиданности и наконец опомниться. Очередь перед прилавком выстроилась нешуточная, так что не время спать!

«Соберись, Гестия! Всё не так плохо, как могло бы быть!» — мысленно ударив себя по щекам, девушка подняла голову, дабы взять заказ у очередного посетителя, однакого голову ей пришлось задрать слишком высоко, уж таков был посетитель. Короткая Гестия едва могла рассмотреть его лицо, скрытое в лучах утреннего солнца, однако четко она увидела лишь пару вещей — меч на поясе и кожаную броню на самых уязвимых частях тела. В голове само собой всплыло имя и название людей, рискующих своими жизнями изо дня в день:

— Мне одну очень сладкую.

— …Авантюрист.

— Что?

— Что?

Грамм молча ударила себя ладонью по лбу. Её работница всё ещё спит: — Ну Гестия!

— Из-звините, я ещё не проснулась! Сладкую, да? Одну! Сейчас сделаю! Извините! — таков был Орарио и устои в нём. Богиня всея небес, носящая множество титулов и уважаема если не всеми Богами, то многими, была вынуждена сыпать извинения перед смертными за свою медленную работу… — Орарио чудный город, — произнёс юноша, глядя на милую, милейшую Богиню, упорно делающую ему закуску за жалких пятьдесят валис. Гестия на секунду остановилась но тут же продолжила, ведь его голос, хриплый, тихий, бунтарский и даже слегка грустный, подхватил Богиню на таких знакомых словах — та считала точно так же и по спуску в нижний мир говорила тоже самое.

— Уже почти готово! — Гестия пообещала себе, что когда выдаст очень сладкую закуску юноше, то взглянет на него, обязательно! Она посмотрит на его душу, увидит его суть! Так уж сложилось, что невинная телом и душой Гестия, обладала редкой, даже для Богов особенностью — видеть живое насквозь, не буквально, но близко к этому… Души смертных не могут быть скрыты от этой маленькой Богини, именно поэтому желание взглянуть на парня перед собой раздувало её любопытство. Уж такое у неё увлечение… Эта работа идеально подходила ей — Гестия за день видела тысячи людей и тысячи душ, смакуя их суть и смысл. У кого-то душа была такой невинной и прекрасной, что хотелось подойти и погладить это чистое дитя, у кого-то души были покрыты тьмой и развратом, у кого-то они были обыкновенными, с равным количеством злого и доброго, а у кого-то… У кого-то души бывают такие, от которых дыхание перехватывает, от которых веет новым, невиданным ранее…

Прямо как к него.

Гестия протянула юноше в броне закуску, а тот деньги. Они провели своеобразный обмен и всего на мгновение, на короткую секунду их пальцы соприкоснулись.

В тот миг Гестия увидела огонь. Белый, как свет, но тусклый, как мгла. Его белая душа, вздымающаяся в небо языками белого огня, принудила Гестию вздрогнуть — она впервые видела такую душу, она впервые за долгое время была благодарна себе, что не пожалела сил, дабы рассмотреть душу смертного. Гестия впервые… Впервые пропустила через себя одно слово, столь постыдное для невинной, доброй, милой, несомненно скромной Богини.

Одно единственное слово: «Хочу…»

Гестию обуял порок. Не удосужившись отсчитать сдачу, она наклонилась через прилавок, даже не обратив внимания на то, что лента её фартука практически опустилась в кипящее масло. Гестия задрала голову и в своевольной, грубой манере уставилась на юношу. К её большому сожалению тот и не собирался ждать сдачи. Он просто развернулся и направился к Вавилону.

— Гестия, ты что творишь?! — но никакие крики начальницы не могли вразумить Богиню. Она увидела кое-что, распалившее в ней порок жадности до пикового градуса.

Когда юноша развернулся, а Гестия перевалила через прилавок, то по её лицу едва не удалили волосы… Белые, как свежевыпавший снег, диаметрально противоположные таковым, чёрным, у Гестии. Белые, как его душа, тусклые, как его грусть.

Пожар разгорелся с новой силой.

Гестия замерла и смотрела вслед парню, борясь с жадностью.

Завязанные в высокий хвост волосы стали её слабостью в тот миг. Серебряный наплечник, дублёная кожа на броне, потрёпанные ножны на бедре… Всё его стало синонимом её «Хочу».

Хочу…

Но жизнь жестока.

— Гестия, с тобой всё в порядке? Ты не простудилась? Чуть масло на себя не вывернула! — ловким движением Грамм подняла Богиню и переместила на метр от плиты.

— Чт… А-А-А?! — всё-таки начальнице удалось вернуть Богиню на землю всего на несколько секунд, но даже этого хватило…

— Что случилось? Ты увидела знакомого? — и тут, словно что-то осознав, Гестия распахнула глаза и выбежала из-за прилавка!

— Гестия, да что с тобой?!

«Хочу» внутри неё сменилось криком… А в реальности шёпотом: — На нём не было Фалны… Он не тронут Богами! — Люди в глазах Богов читаются, словно детские книжки с картинками, поэтому понять что человек ещё никогда не носил на себе божье благословение было просто. Но в тот момент Гестия потеряла этот факт в пожаре жадности и собственных желаний. Она бы побежала за ним сиюсекундно, но сейчас, уже… юноша исчез. сколько Гестия не вглядывалась в толпу, не искала белых волос и высоких людей, она не могла найти его… Он растворился, словно капля в океане.

Порой жизнь… Жестока. Порой твои «хочу» не могут быть исполнены.

Так и стояла Гестия, пока Грамм не оттащила её за воротник обратно к прилавку.

— Ты всё-таки заболела?

— Если бы, я упустила свой шанс, — Гестия опустила плечи и с неохотой взяла в руки заготовки для закусок.

— Что-о? Так ты нашла кого-то подходящего в свою семью?! Чего же ты стояла?!

— Я-я… не знаю, я впервые испытываю подобное… Я никогда не видела подобных людей, да таких, что нетронуты Богами… Почему я не побежала вслед?! — Богиня чуть не ткнула себя шпателем в глаз, но Грамм вовремя выхватила его у Гестии.

Порой жизнь бывает жестока и не страхует даже Богов от ошибок.

— Знаешь, Гестия, не стоит тебе вот так пытаться затащить в семью каждого встречного-поперечного…

— Знаю я, ну не стану же я брать к себе злых людей… Я кому попало не предлагаю стать моей семьёй.

Однако порой, жизнь подкидывает нечто, очень сложно уловимое после произошедшей ошибки. Это бывает всегда и вещь эта может быть чем угодно: фразой, словом, опытом, мыслью, действием, да всем… Даже надеждой: — Если он твой, Гестия, то вернётся. Обязательно вернётся.

Жизнь странная штука… Она делает такую огромную вещь как мир, тесной. Кто-то, единожды, случайно встретившись — разминутся. Души связанных между собой людей уйдут в разные стороны, но это ведь жизнь… Она сделала такую огромную штуку как мир маленькой… Кто знает, может Грамм права?

Если твой — вернётся?

×××

— Огромная… Вавилон, да? — пришлось задрать голову так высоко, как только могу, ведь башня передо мной всё не хотела прекращать расти ввысь. Воистину монументальное сооружение… Не верится, что это может стоять на земле и не падать.

Я стоял прямо перед Вавилоном, центром Орарио, в который я прибыл пару часов назад. Побег из закрытой ракийской столицы был тем ещё делом, однако, в сравнении с красотой Орарио и эмоциями, что вызывает город, и рядом не стоит… Каждое здание отличается друг от друга, цветом, размером, формой, будто двух одинаковых домов в Орарио быть не может. А люди здесь… Вот кто когда-то видел дворфа, прума и эльфа, которые в дружной манере смеются со своего товарища циантропа? Вот я не видел… До сегодняшнего дня.

Орарио чудный город. Место, где даже Боги, коих тут сотни, живут и работают… Чудный город.

Перекусив, я собрался с силами. В конце концов моя персона перед Вавилоном не просто так. Сейчас я спущусь в подземелье. Хоть одним глазком посмотрю на место работы в своей, возможно, будущей профессии. На входе в город стражник посоветовал пойти в гильдию, раз я хочу стать авантюристом. С чего же он вдруг это взял? А всё просто — увидел броню, меч и проверил что-то на моей спине… Фарна, Фурна… Как же он это назвал?

— Да всё равно. Пора идти… — разговаривать с самим собой стало привычкой. Уж несколько лет я жил сам и общался лишь по делу с такими же воришками как и я… Немудрено, что из-за одиночества и вечной тьмы моего бывшего пристанища я стану потихоньку видеть в себе собеседника.

Но шепча себе под нос любопытства не уймёшь — я зашёл в основание Башни, её первый, грандиозный в своих размерах этаж. Это было невероятно красиво… Даже моё загрубевшее сердце не могло сдержать трепета от фрески на потолке с изображением неба, а вот спуск вниз… Заставил это же сердце замереть на долю секунды. Я смотрел на спуск под землю и неосознанно сжимал кулаки.

— Первый этаж… Там должны водиться гоблины. С ними я уже сражался… Проблем возник не должно, — с этими мыслями я и направился вглубь. Первый шаг на огромную ступень высеченную в камне был сделан и пути назад не нет. Я, Кайен, сегодня стану авантюристом! Отрекусь от воровского ремесла и начну новую жизнь! Хватить, воровать, Кай, ты сильнее этого, тебя хватит на больше!

В порыве воодушевления я стал спускаться быстрее и проносился мимо других авантюристов. Не знаю как они смотрели на меня и что думали, но сейчас я хочу лишь увидеть чудо мира, о котором говорят все уже как тысячу лет. Если оно такое чудо, то может и мою жизнь изменит?

«В конце концов не важно кем ты был до, главное то, что сделает Орарио из тебя после!» — так говорилось на одной из страниц Оратории нового издания, недавно попавшегося мне в руки. Надеюсь это правда, ведь не зря я преодолел этот путь? Не зря я бросил всё и потратил все сбережения на дорогу сюда? Не зря я спустился в Подземелье?

— Ох… Надеюсь не зря, — сердце колотится, не думал, что я ещё могу испытывать беспокойство от чего-то нового. Жутко здесь, прямо как у меня дома…

Встретили меня светло-голубые стены, будто светящиеся по непонятным причинам, ведь как объяснить то, что под землёй так светло, хоть источников света нет и не наблюдается? Я ступал осторожно, держась за рукоять восточного меча. Насколько я понимаю, широкая дорога, по которой иду, ведёт на другие этажи…

— Пока что хватит и первого… Осторожность лишней не бывает, — года работы вором научили меня многому, а уж осторожности подавно. Я свернул в ближайший проход, по размерам намного меньше, чем основной путь. Черт его знает, что меня ждёт после, но я готов. Гоблины уже оставляли кровь на моей катане, так что всё в порядке, я начинаю не с самого дна. Мне повезло.

— Мне повез… ло, — но не успел я нарадоваться вдоволь, как увидел нечто впереди. Полметра в высоту, зелёное, мерзкое и до трясучки злое!

— ГРА?! — а оно заметило меня. Я обнажил меч и в ту же секунду стал в стойку.

— Ну, давай!

— ГР-Р-РА!!! — рычащему гоблину команда была не нужна. Он рванул ко мне со всей скорости, брызжа слюной и выражая неподдельную ненависть… Я опешил.

«Что?! Так быстро?!»

Не успел я опомниться, как расстояние в десять метров между нами было стёрто. Гоблин был невероятно быстр!

— ГРА!!!

— З-зараза! — успел лишь вскинуть меч и заблокировать диагональный удар когтями, однако я снова оказался в шоке: «Откуда такая сила?!». Гоблин не уступал здоровому мужику в мощи, а то превосходил его! Как это понимать?! Раньше они не были настолько сильными!

Капелька пота стекла по лбу. Что-то здесь не так. Наверное я просто потерял форму… Гоблин не может быть настолько быстр и силён!

— ГРЬА! — монстр вновь сблизился. На сей раз он целил в бок, но я успел отскочить к стене, отчего упёрся в неё спиной: — Чёрт!

Я достаточно медлил до этого момента, пора наносить ответный удар! Катана свистнула около бегущего ко мне гоблина. Знакомое движение спустя столько лет отдало дрожью в локтях, но сработало! Гоблин отступил, есть время перехватить меч!

— ГРАХ!

На сей раз наступал я! Удар! Меч просвистел у руки гоблина и разлилась кровь. Моя зубчатая катана создана, чтобы лить кровь!

— ГР-Р-Р… — монстр отступил и зарычал, держась за жуткую рану. Уж таковы сколы на лезвии меча, они не режут, а рвут!

— Нападай, монстр! — я выпрямился лишь для того, чтобы пригнуться для битвы с низким монстром. Катана за телом для неимоверного замаха! Руки помнят эти изгибы, суставы хрустят, вспоминая былое! Я рад, что снова занимаюсь этим!

Сближение!

— ГРААА! — рык гоблина стал последним. Занесённая за плечи катана сверкнула, подравшись о потолок пещеры, и обрушилась рвущей сталью на торс гоблина. Диагональный разрез от плеча до груди красовался на зелёном теле монстра. Куски мяса выступали из его раны, ведь катана не могла рубить ровно. Гоблин издал предсмертный хрип… И упал мордой в каменный пол.

— Фух… — наконец выдохнул и продолжил говорить сам себе, — Мой первый гоблин за столько лет… Откуда ж в тебе столько силы? Или это я стал таким слабым?

Уж не знаю ответы на эти вопросы, но битва выдалась неожиданной, даже слегка жутковатой… Не ожидал, что обыкновенный ГОБЛИН, будет столь быстр, силён и прочен. Чудо, что я вовремя понял насколько твердая его шкура! Я бы таким ударом человеку рёбра обнажил, а этому лишь мышцы порвал.

— ГРА!!!

— Чт!

Сильная боль почувствовалась в спине. Тело заваливается. Лишние двадцать пять кило чувствуются в области таза.

Не успел среагировать… Я даже его не заметил! Другой гоблин злобно ухмылялся, когда моё искаженное болью лицо встретилось с ним. Монстр впился когтями в поясницу и благо застрял в кожаном поясе! Его когти оказались настолько остры, что проникли до самых мышц. Немедля, локоть полетел в его висок! С грохотом и рыком монстр свалился с меня, а боль разлилась по телу волной. Пока он падал — успел царапнуть меня по бедру, откуда сочилась свежая кровь.

— Да откуда столько-СИЛЫ?! — я не стал осторожничать и изучать противника. Они такие же гадкие, как и раньше, но просто сильные! Замешкаешься и они тебя задавят. Нельзя медлить!

Всё повторилось вновь, через минуту битвы гоблин снова упал мордой в пол, но на сей раз с перерубленной шеей. Было трудно туда попасть с его-то скоростью, но я смог… К своему счастью.

— Это… Это… Хах… Какой-то бред. Невозможно… Хах… — одышка и беспрерывные ругательства. Новый враг оставил и мне «подарочки», отчего легче не становилось. У меня не хватало культурных слов, чтобы описать эту ситуацию… Я ведь только зашёл в подземелье! Я даже отсюда вижу других авантюристов! Что за БРЕД?!

Я ругался и вдыхал так много воздуха как мог. Новая рана на щеке противно заливала губы кровью и это бесило! — Так… спокойно… Нужно вырезать камни и вернуться… Я точно сделал что-то не так. — к такому выводу меня подтолкнула усталость и множество глубоких царапин на теле… А это всего два гоблина! Жалкие монстры! Раньше я сражался сразу с тремя, а если бы эти двое объединились, то поминай как звали.

— ...ядь, бред… — ругаясь, я наклонился к гоблинам, дабы забрать их камни. Достав ворованный кинжал, руки сами начали работу, хоть знаний о местоположении камней я не имел. Они точно должны где-то быть! «Хлад кристалла вместо сердца», если я правильно помню из Оратории…

Тц… Нужно возвращаться, я определённо что-то упустил. Всё-таки придётся наведаться в эту чёртову гильдию!

С неохотой Кайен поднялся и побрёл по узким коридорам на выход.

— Так… А где я?

Странного человека увидела Подземелье в этот день. Впервые за долгое время она увидела существо, помимо монстра, нетронутого Богами. Этот человек, которого так хочется похоронить в холодном камне, был необычен. Он убил двух её детей, не пуская к своей спине Бога…

Авантюрист без Фалны спустился в рассадник монстров.

Уже не те времена, когда люди полагались лишь на свои силы… Таких нынче не сыскать! Именно поэтому стены подземной темницы для героев так трепетали в предвкушении увидеть его вновь.

Спуститься в подземелье, хоть и по незнанию, но без Фалны…

Не геройство, а глупость, не подвиг, но достойное похвалы безрассудство.