— Мо... может, это и неплохо? Но мне кажется, его стиль боя слишком экстремален и не совсем подходит для группы, — неуверенно произнесла Миринэ.

— Почему ты так думаешь?

По мнению Сон Хуна, парень был бойцом высочайшего класса. Если брать в расчёт только атакующую мощь, он уже вышел за рамки обычных стандартов и мог потягаться с немногими по-настоящему одарёнными игроками. Сон Хун не понимал, почему Миринэ настроена против.

— Я хочу спросить лишь об одном, — обратилась Миринэ к Са Джон Вону. — Ты можешь контролировать свои действия?

— Это... немного сложно. Иногда получается, иногда нет.

— Мне нужен не туманный ответ, а чёткое «да» или «нет».

Под пристальным взглядом Миринэ Са Джон Вон на мгновение задумался, а затем едва заметно покачал головой.

— Думаю... не смогу.

— То есть, если во время боя тебя поглотит жажда крови, ты можешь направить свой клинок на кого угодно?

— Честно говоря, такая вероятность существует. Как я уже говорил, я стараюсь отличать врагов от союзников и верю, что в какой-то мере могу себя сдерживать, но...

Только тогда Сон Хун осознал истинный смысл их разговора и внутренне содрогнулся. До этого он полагал, что под «неподходящим стилем» подразумевается лишь его излишняя жестокость и жажда убийства, мешающая командной работе. Но всё оказалось серьёзнее: парень буквально терял рассудок и переставал видеть что-либо перед собой.

«Неужели такое и вправду возможно?»

Сон Хуну было трудно поверить, что человек способен впадать в состояние столь неконтролируемой и беспорядочной агрессии, но все остальные присутствующие с крайне серьёзным видом внимали словам парня. В итоге Миринэ, задав ещё несколько уточняющих вопросов, покачала головой:

— Скажу честно. Я считаю, что брать этого мальчика в союзники слишком опасно.

Миринэ и Са Джон Вон выжидающе посмотрели на Сон Хуна. Тот, погрузившись в раздумья, перевёл взгляд на Элли.

— Как я погляжу, это состояние вызывается зельями и магией. Раз так, разве нельзя тем же способом принудительно выводить его из этого транса в нужный момент?

— Это невозможно, — ответила Элли. — Поэтому перед началом боя мы заранее прикидываем, сколько он продлится, и регулируем дозировку зелья и силу заклинания «Берсерк».

— Са Джон Вон, неужели ты совсем не можешь справиться с этим усилием воли?

— Е-если приводить сравнение, это похоже на лесной пожар. Пока огня нет, всё в порядке, но стоит ему вспыхнуть, и остановить его своими силами становится почти невозможно.

Честно говоря, каким бы выдающимся мастером ни был Са Джон Вон, принимать в группу такого человека, затея рискованная. Убийство монстров или определённая доля жестокости в этом мире неизбежны, и в разумных пределах люди относятся к этому с пониманием. Однако Са Джон Вон далеко перешагнул эти границы.

Кому захочется иметь в напарниках психопата? Да не простого, а такого, который с невообразимой свирепостью вгрызается в плоть монстров. А если добавить к этому, что он делает это не по своей воле, а из-за потери рассудка, то реакция окружающих очевидна. Как бы ни приукрашивали его способности, все будут видеть в нём пациента лечебницы для душевнобольных. Бой? Из-за постоянной тревоги с таким и уснуть рядом не получится. Кто знает, когда он «слетит с катушек» и вонзит нож в спину товарищу? А то, что в обычное время он кажется нормальным, пугает ещё больше, чистой воды раздвоение личности.

Са Джон Вон низко опустил голову. Элли приготовилась пустить в ход всё своё красноречие, если Сон Хун откажет. А Миринэ смотрела на лидера так, будто заранее знала его ответ.

— Хорошо. В таком случае Са Джон Вон будет отвечать за охрану Элли в тылу.

— Что? — вырвалось у парня.

— Ты имеешь в виду...

— Кроме того, — продолжил Сон Хун, — время от времени, оценивая обстановку, он будет участвовать в ближнем бою, чтобы постепенно учиться контролировать своё возбуждение на практике. Что скажете?

— Я... я-то только за, но...

— Сон Хун, могу я узнать, почему вы приняли такое решение? — спросила Миринэ.

Элли и Са Джон Вон тоже затаили дыхание, ожидая ответа. Сон Хун ответил так, будто в этом не было ничего особенного:

— Если он не может контролировать себя сейчас, значит, нужно научиться. Нельзя же выбрасывать человека на обочину только потому, что сейчас он чего-то не умеет. К тому же, раз уж мы в одной группе, мы теперь товарищи. Я считаю естественным помогать союзнику исправлять его недостатки.

Короткая фраза. Но от этих слов Са Джон Вон и Элли посмотрели на Сон Хуна совершенно иными глазами. Опекать и вести за собой того, кто представляет угрозу для жизни и безопасности всей группы, просто потому что он «товарищ»? Такие люди, наверное, существуют, если поискать. Но среди тех, кого они встречали до сих пор, подобных не было.

В каком-то смысле это было даже странно. Великодушие Сон Хуна казалось почти ненормальным, но Миринэ, словно о чём-то догадавшись, спросила:

— А что, если он всё же сорвётся и нападёт на нас?

— Тогда мы его просто остановим.

Если взбесится, усмирим. Простой ответ.

При этих словах Миринэ слегка покраснела и отступила. Глядя на то, как сражается Са Джон Вон, она на миг почувствовала себя подавленной. Чтобы противостоять врагу, который бьётся с таким суицидальным упорством, даже ей пришлось бы рискнуть собой. Если бы напали двое таких, исход был бы неясен. Но Сон Хун, не выказывая ни тени страха, просто сказал, что усмирит его.

Каждый раз, разговаривая с ним, Миринэ чувствовала себя какой-то маленькой и незначительной. Дело было даже не в превосходстве в силе, его уверенность и широта души были ей просто недосягаемы.

«Вот что значит, человек другого масштаба?»

В этот момент она поймала себя на мысли, что больше не может воспринимать его как соперника.

Тем временем Са Джон Вон дрожащим взглядом смотрел на Сон Хуна, который так легко принял его. До этого единственным человеком, оставшимся рядом с ним после того, как увидел его в бою, была Элли. Она была его единственным приютом, единственной семьёй и опорой. И вот теперь появился ещё один человек, принявший его без колебаний.

— Ну, чего замерли? Будем и дальше время терять? Давайте поскорее закончим и отдохнём в городе.

— Да, верно. Отныне я буду идти впереди.

— Ах, подождите! Нужно собрать трофеи!

Люди всполошились и начали рассредоточиваться. Пользуясь моментом, Сон Хун проверил яд старшей гидры в кармане и поправил снаряжение.

Почему он принял Са Джон Вона? Разумеется, не по тем причинам, что он озвучил. Всё это было лишь красивой ложью.

«Предай прежде, чем предадут тебя. А если я пойму, что не справляюсь с этим типом, просто использую это».

Если он почувствует неладное, он нанесёт удар первым. Сон Хун совершил десятки предательств, для него это было так же естественно, как дышать. Конечно, будь он один, он бы не рискнул. Но сейчас с ним была сильная Миринэ и яд старшей гидры, с которым не совладал бы ни один современный игрок. А самое главное, он понял, как можно использовать Са Джон Вона.

«Значит, зелья и магия...»

Сон Хун прекрасно знал тип снадобий, которые использовала Элли. Иными словами, если он проведёт небольшое исследование, он сам сможет вводить Са Джон Вона в состояние берсерка без всякой помощи ведьмы. И если на пути встретится враг или монстр, с которым невозможно сладить обычными средствами, принудительная ярость Са Джон Вона будет весьма кстати.

«Очень полезный инструмент».

Сон Хун перебирал в уме все известные ему яды и навыки, бросая на Са Джон Вона странный, изучающий взгляд.

Люцифер, единственный распорядитель мира «The Mission», разбирал завалы дел, потирая переносицу. Управлять столь огромным и детализированным миром в одиночку, задача невыполнимая. Однако сейчас он обладал силой, дарованной ему самим Вседержителем. Было тяжко, но не запредельно.

— Ха, и это нелёгкий труд.

— Хочешь, немного помогу?

Голос, внезапно раздавшийся за спиной, мог бы напугать кого угодно, но Люцифер даже не вздрогнул.

— Не нужно.

— Тьфу, ты знал? И почему ты никогда не удивляешься?

— Я не знал. Но подобные выходки случаются не в первый и не во второй раз, так что удивляться всякий раз было бы глупо.

— Твоя реакция, самая скучная из всех возможных.

Тяжело вздыхая и шаркая ногами, к нему подошёл Локи. Оглядевшись по сторонам, Локи слегка высунул язык:

— Надо же, координировать более десяти тысяч миров одновременно... Позвал бы других богов в помощь.

— Настройка этого мира, миссия, возложенная на меня Им. А причина, по которой я не прибегаю к помощи других богов, заключается в том...

Хруст!

— Кх!

— ...в том, что я опасаюсь подобных выходок.

Правая рука Локи оказалась скручена и покраснела, будто зажатая невидимыми тисками. Его рука тянулась к хрустальному шару, в котором отражался город с множеством снующих людей. Люцифер на мгновение задумался, не сломать ли ему запястье насовсем, но всё же отпустил.

— Больно же! Как можно быть таким бдительным?

— Помолчи. Лучше скажи, зачем явился. Ты бы не пришёл сюда только ради глупых шуток, которые я сразу раскушу. У тебя явно есть дело.

«Чёрт, с этим стариком всегда непросто общаться».

Вечно угрюмый, да ещё и такой умный, что видит мысли насквозь.

— Да ничего особенного. Хотел поговорить о грядущих событиях и принудительных миссиях.

Это не была секретная информация. Напротив, сведения такого уровня рассылались всем богам.

— Что касается событий, я раздумываю над предложением Бога Войны провести турнир по боевым искусствам. А для принудительной миссии выбираю из трёх вариантов.

— На самом деле, я пришёл как раз для того, чтобы дать совет по поводу этой принудительной миссии.

— Я не принимаю никаких советов по поводу проведения миссий.

— Ну, не будь таким занудой. О, это те миры, что ты сейчас создаёшь?

Перед ними были три сферы, ещё не обрётшие окончательную форму. Каждая из них в будущем станет миром, где будут действовать люди. Одна сфера станет принудительной миссией, а две другие обычными, и пополнят общий список доступных заданий.