— Как рыцарь, защищать жителей поместья — это моя обязанность.

— Э-э... Д-да...

Джозеф перешёл от замешательства к полному недоумению. Конечно, он слышал, как важные рыцари-господа произносят подобные слова, но никогда не видел тех, кто серьёзно им следовал.

Это были лишь пустые слова для украшения себя. Чтобы объяснить, почему рыцари благороднее простолюдинов.

— Шучу. Я даже не думал о таком. Это вообще не моё поместье.

— ...??

— Я у тебя кое-чему научился, так что возвращаю долг. Получил — должен отдать.

— !!

Джозефу пришлось скрыть внезапно нахлынувшее умиление. Всю жизнь он смотрел на рыцарей и дворян искоса, но сейчас вынужден был признать.

Молодой рыцарь перед ним — настоящий.

— Спасибо... вам.

— Да брось.

***

Хоть он и говорил решительно, у Йохана не было лошади. Да и доспехов, по сути, тоже не было. Если бы и оружия не было, было бы совсем неловко, но длинный меч всё же имелся.

— Вы просите одолжить коня и снаряжение?

Пусть это было небогатое поместье, но всё же поместье. Род Эйцев не управлял им в одиночку. Помогали рабы, которых привёз с собой сэр Гессен, и слуги, выбранные из зажиточных крепостных.

Будь поместье побольше, были бы управляющий, специализирующийся на делах владения, и даже солдат, отвечающий за снаряжение, но до такого было далеко. Всё делали слуги.

Благодаря этому слуга, отвечавший за оружие в усадьбе лорда, не мог вести себя с Йоханом слишком жёстко. Как бы ни был Йохан неопределённым дворянином среднего статуса, он всё же дворянин. Разница в положении была.

Донести старшему сыну Филиппу или леди Эйц? Это было бы безумием. Йохан, конечно, мог опозориться сейчас, но...

Если Йохан нападёт на него ночью и свернёт шею, он навсегда станет трупом. Йохан же отделается лишь выговором и коротким заточением.

И, глядя на тело Йохана, казалось, не нужно было даже нападать ночью. Слуги, работавшие в усадьбе, питались лучше крепостных и были крепкого телосложения, но по сравнению с Йоханом выглядели жалко.

— Я обещаю. Ни за что не сломаю и не испорчу. Я договорился поохотиться с рыцарями, что приехали в поместье, а идти голым телом нельзя же.

— Эх... Это, конечно, так...

Слуга вздохнул и кивнул. Всё равно отказать было нельзя, да и незачем портить Йохану настроение.

— Пожалуйста, будьте осторожны. Пожалуйста...

— Хорошо-хорошо.

Голос слуги был настолько полон мольбы, что Йохану не оставалось ничего, кроме как кивнуть. Сэр Гессен мог не обращать внимания на многое, но к снаряжению в усадьбе относился бережно. До такой степени, что все деньги бедного поместья уходили на вооружение.

А снаряжение было расходным материалом. Без постоянного ухода и внимания оно быстро приходило в негодность.

Если бы по возвращении снаряжение оказалось испорченным, гнев сэра Гессена обрушился бы на слугу.

— Я не таков, как Ферн или Ян, так что не волнуйся.

Услышав слова Йохана, лицо слуги слегка просветлело. В отличие от других братьев, постоянно пристававших с просьбами, Йохан всё же был добр к слугам.

— Конечно. Вы, господин Йохан, совсем не похожи на них.

С помощью слуги Йохан облачился в доспехи. Сначала надел толстую рубаху из льняного полотна, накинул капюшон, а поверх — кольчугу. Шлем был открытого типа, не закрывающий лицо полностью.

«Наверное, и поддоспешник* не нужен».

Прим.перев.: Поддоспешник или подлатник — термин, используемый для обозначения разновидности одежды, надеваемой под доспех.

Между хорошо сшитой льняной рубахой и стёганой поддоспешной курткой (гамбезоном) не было большой разницы. Гамбезоны были чуть толще и мягче.

До прихода сюда он не знал, но для рыцаря важнее всего была не фехтовальная техника или рыцарский кодекс, а защитное снаряжение. То, насколько хорошие доспехи он носил, определяло его статус и одновременно спасало жизнь.

В детстве он хотел получить полный латный доспех, закрывающий всё тело, но Йохан быстро осознал реальность.

Здесь латные доспехи были куда более редки, чем на изначальной Земле. Это были произведения искусства, которые делали исключительно дварфские мастера, используя сталь и редкие металлы. Носить их могли лишь рыцари, известные во всём королевстве. Это был мир, где шутка о том, что один доспех стоит целого замка, была правдой.

Обычные рыцари надевали кожаную или стёганую поддоспешную куртку, поверх — кольчугу, а затем накидывали сюрко — верхнюю одежду.

Даже этого было достаточно для превосходного вооружения, несравнимого с рядовыми солдатами. Богатые рыцари носили двойные кольчуги, укрепляли кольчугу твёрдыми металлическими пластинами или вовсе заменяли кольчугу чешуйчатым доспехом. Чешуйчатый доспех, сделанный из отдельных металлических пластинок, был дороже кольчуги, но гораздо прочнее.

Если рыцарь убивал монстра, то хорошим выбором была и качественная кожаная броня, сделанная из обработанной и сшитой шкуры. Шкура монстра была куда прочнее, крепче и долговечнее обычной кожи. А если у неё были особые свойства, цена взлетала в десятки раз.

Конечно, всё это не имело отношения к Йохану. У него не было ни денег, ни особых шкур. Он был рад и тому снаряжению, что было в усадьбе.

— Вам очень идёт.

Слуга говорил искренне. И без того статный Йохан, облачившись в доспехи, стал похож на рыцаря, который не ударил бы в грязь лицом в любом месте.

— Но... почему на сюрко нет герба?

Сюрко — верхняя одежда, которую рыцари носили поверх доспехов, — защищала от солнца и жары, но также служила для красоты. Рыцари рисовали на нём фамильный герб, чтобы похвастаться своим происхождением.

Но на нынешнем сюрко не было герба. Лишь тусклый цвет. Слуга с неловким видом сказал:

— Красильщик запросил слишком высокую цену, так что пока отложили.

— ...Вот как?!

Йохан сдержал усмешку. Очень подходящая для рода Эйцев причина. Слуга съёжился, боясь получить незаслуженный выговор.

— Спасибо. Благодаря тебе я смогу хорошо съездить и вернуться.

***

Полное вооружение было непривычным, но Йохан быстро адаптировался. Хоть доспехи и были тяжеловаты, движения Йохана не изменились.

— Всё в порядке?

— В порядке. Даже не особо неудобно.

Побрякивая, Йохан слегка поправил подбородник. Вооружение других всадников было схожим с его. Различалось лишь то, что их снаряжение лучше сохранилось и выглядело новее.

— А я и не знал, что среди сыновей сэра Эйца есть такой смельчак?

Один из всадников усмехнулся. Слова были почтительны, но смысл — насмешка над родом Эйцев.

Конечно, Йохан ничуть не обратил на это внимания. Насмехайся над родом Эйцев, мочись на их герб — Йохан не из тех, кого такое задевает.

Йохан решил сыграть роль юнца из рыцарского рода, не знающего жизни.

— Ха-ха. Наш род слишком мал, так что о нас мало известно. Рад, что могу выехать с вами. Отец не давал мне возможностей. Хотя моя мечта — выйти на поле боя и совершить подвиг.

— У вас была такая мечта?

— Разве это не естественно для рождённого в рыцарском роду? Потому вы и кажетесь мне такими великолепными. Служить такому выдающемуся рыцарю, как сэр Карамаф, и совершать подвиги.

Услышав слова Йохана, на лицах всадников появились довольные улыбки. Мало кому неприятна похвала. Тем более от отпрыска дворянского рода.

Простолюдины и крепостные кланялись им, но их собственный статус мало отличался от простонародья. Они не родились в рыцарских родах и не проходили посвящения в рыцари, будучи просто наёмниками.

Если бы они не состояли в свите такого важного лица, как сэр Карамаф, они ничем не отличались бы от наёмников или разбойников. И тут дворянин Йохан возвышает их — как не радоваться?

— Ха-ха! Верно говорите. Таких крутых парней, как мы, больше нет. Сэр Карамаф тоже нам сильно доверяет.

— Правда? Возможно, я слышал ваши имена от бардов, заезжавших в поместье. Вы откуда родом?

— Слышали о «Волках Акитена»? Мы как раз оттуда. Сэр Карамаф лично нанял нас.

Местные лорды не держали много солдат. Даже в случае битвы сражения ограничивались несколькими сотнями или тысячами человек. Хоть Йохан и привык к историям о сражениях в десятки и сотни тысяч, он быстро понял, что реальность иная.

Содержать армию — прожорливых солдат — было сумасшествием. Никто не мог себе этого позволить.

Но войны между лордами, бедными или мелкими, случались всегда. Континент, где находился Йохан, был местом господства феодальных владык. Каждый был царьком в своих владениях, поэтому войны вспыхивали по самым ничтожным поводам.

А для войны нужны солдаты. Те, кто сражался вместо них, и были наёмниками.

Нанимать их по мере необходимости было куда дешевле, чем содержать постоянную армию. Благодаря этому наёмные отряды и компании всех размеров скитались по континенту, выискивая поля битв и серебряные монеты. Чем больше раскалывался континент и чем больше было войн, тем больше выигрывали наёмники.

«Волки Акитена» были довольно крупным наёмным отрядом из Эрангского Королевства. Даже Йохан о них слышал.

«Судя по их вооружению и коням, думал, что это не простые парни...»

Уровень наёмника можно было оценить по его снаряжению. Чем дороже и лучше вооружение — тем более опытный и умелый наёмник. А если ещё и конь...

«С какой вообще целью приехал Карамаф?»

Он приехал не один, а с такими вооружёнными наёмниками. Хоть он и сказал, что прибыл встретиться с сэром Гессеном, но честно говоря, это не выглядело как доброе намерение.

«Может, у них вражда?»

Неясно, как сельский рыцарь сэр Гессен мог нажить врага в лице Карамафа, но вражда казалась вполне возможной причиной.

«Допустим, вражда. Что он хочет? Дуэль или оскорбление?»

Но стоит ли ради этого привозить целый отряд наёмников? Сэр Карамаф мог бы справиться и один. Пусть в поместье и были люди сэра Гессена, но стоило Карамафу выхватить меч, как они бы разбежались.

— «Волки Акитена»! Неужто для такого захолустья нужно было привлекать даже «Волков Акитена»?

— ...Ха-ха. Даже сэр Карамаф не может разъезжать в одиночку, верно?

Йохан отчётливо увидел, как один из наёмников на мгновение смутился.

— Но есть же слуги?

Слуги, сопровождавшие дворянина в поездках, сами по себе представляли силу. Солдат — не велика важность. Вооружи человека — и вот тебе солдат. Если он ещё немного обучен — будет лучше неумелого наёмника.

— Как слуги будут отгонять разбойников? Такие дела — наша забота. Да и если позволить сэру Карамафу самому размахивать мечом против всякого сброда — разве это не бесчестье? Потому мы и сопровождаем его.

Пока они разговаривали, группа всё глубже проникала в лес. Тропинка среди густорастущих деревьев сузилась. Джозеф вёл группу впереди.