Скрываясь и петляя между клеток, кошечка быстро приближалась к источнику шума. Никто из рабов не замечал ее из-за слабого освещения. И даже если кто и видел черную тень, то у него промелькивала лишь мысль «показалось». Ибо, как сюда могло проникнуть животное, и что оно вообще тут забыло?

Когда Ночка подошла совсем близко, она припала к земле и чуть выглянула из-за клетки в которой спал раб, все еще не разбуженный криками. Взору кошечки пристала сцена с участием четырёх человек. Внимание многих заточенных было так же направленно на это представление.

Разьяренный Киан мягко говоря покрывал девятиэтажным матом одного из работников этого места. Второй работник стоял рядом и разводя руками пытался хоть как-то успокоить графского сына, а рядом на земле сидела юная девушка. По одежде и железному ошейнику Ночка сразу поняла, что это рабыня.

Худая, но очень миловидная. На вид ей не было и двадцати. Сидя на земле и сильно сжав ткань платья она проливала слезы не в силах успокоиться. Вся ее спина была исписана свежими красными ранами от хлыста, а ткань в том месте была порвана и пропитана кровью.

- Кто давал тебе права портить товар? Или хочешь занять ее место? Уж поверь, блядь, я могу это устроить, и никакой закон тебя не спасет! – краснея от гнева орал Киан.

- Но это же всего лишь раб! - возразил мужчина лет тридцати. Толстенький с козьей бородкой, и в целом не очень неприятной внешности. После возражения, он поменял стратегию разговора и начал пытаться оправдать свои действия.  – Я должен был показать где ее место! Эта шлюха ни во что не ставила меня! Кхм, Вас!

Рабы в этом мире даже не считаются за людей, так какая разниться если на их теле появиться один другой шрам? Или если он вообще умрет. На стадионе, в столице, вон почти каждый день уносят как минимум по трупу. И этот магазин, как и многие другие поставляют туда их, поэтому работник искренне негодовал почему его работодатель так разозлился из-за небольшой травмы этой девчонки.

На прошлом месте работы этого мужчины, таком же магазине рабов, за это ему ничего не было. Многие, если не все поступали так же, а то и хуже.

- Ха? И только из-за этого ты посмел нарушить условия договора?  Или ты их даже не удосужился прочесть? А? – на это толстяку нечего было ответить.

По его реакции уже было понятно, что Киан неосознанно попал в цель. Видимо из-за опыта прошлой, похожей работы он решил не ознакомляться с правилами в договоре. И поэтому упустил пункт о «неприкосновенности рабов».

- Х-хозяин, п-п-прошу, усп-п-покойтесь! – начал заикиваясь лепетать высокий тощий мужичина, что был старше всех втянутых в эту сцену.

- Успокоиться? Ты блядь серьезно? – красноволосый нагнулся и подобрал плеть что выронил работник поднявший руку на рабыню. Парня просто распирало от гнева. – Ты это видел? Этот ублюдок, притащил это сюда!

-Я п-понимаю, но и так м-мало н-н-надзир-рателей, если вы и его ув-в-волите, то к-кроме меня останет-тся лишь д-д-два ч-человека… П-п-прошу п-прощения… - от нервов заикивание мужчины лишь усилилось. Но, красноколосому было все равно как на его особенность речи, так и на его мнение.

Киан пропустил все сказанное мимо ушей, перевёл внимание на толстяка и швырнул в него плеть, тот поймал ее руками, после растерянно посмотрел на работодателя. Бывшего работодателя.

- Забирай свои поганые вещи и что б уже через пять минут тебя тут не видел! Иначе, ты займешь место одного из товаров, на аукционе в следующем, блядь, месяце.

- Это несправедливо! Я же ничего такого не сделал! – завопил мужчина.

- Несправедливо? Подумай кому ты говоришь о справедливости! А теперь свалил на хуй! – Киан повернулся к тощему мужичку. – Ты, живо выпроводи его, и принеси целебную мазь.

- С-с-слушаюсь! – робко сказал тощий, но потом повернувшись уточнил. – Т-т-точно мазь, м-может д-д-доктора?

- Тоже на увольнение нарываешься?

- П-п-прошу п-прощения! – сказав это он подхватил толстяка под руку и начал пытаться его вывезти, но тот, лишь одернул руку и пробубнил «сам дойду!».

Вскоре парочка скрылась среди клеток, а у рабов начались шушуканья. Даже расстояние между одиночных клеток не мешало их бурному обсуждению.

Киан тяжело вздохнул, вымотанный данной ситуацией. Но, шушуканье «товара» его раздражало.

- Да заткнитесь вы! – выкрикнул парень после чего повисла тишина. Этот крик был столь неожиданным что Ночка аж вздрогнула.

«Мда.. Злить этого сапожника не стоит…» - подумала про себя кошечка продолжая наблюдать за Кианом. - «И почему он не позвал доктора?»

Пока Ночка была в раздумьях не отводя взгляд от красноволосого и каштановолосой к тем подбежал тощий мужчина, неся что-то в руках.

Приблизившись к Киану, он протянул небольшой, плоский флакон, тяжело при этом дыша. Видимо графский сын его запугал своими словами и тот торопился как мог. Молодой парень без слов выхватил лекарство из рук мужчины и показав рукой знак что б тот свалил повернулся к все еще сидящей на полу рабыне.

Девушка уже успокоилась, но не решалась двигаться и говорить. Она настороженно посмотрела на Киана.

- Снимай верх. – холодным тонам произнес парень. Девушка, как и Ночка вытаращили глаза. Рабыня начала краснеть, от мысли о том, что ей продеться обнажиться перед чужими глазами. Она конечно была готова к подобному, когда подписывала рабский контракт, но не ожидала что подобное произойдет сейчас.

Ночка же в этот момент лишь и смогла сказать про себя: – «Извращенец! Я была о тебе лучшего мнения…»

Руки рабыни тряслись, она опустила голову, и уже начала тянуться что б снять платье, как Киан опомнился. Кругом же множество рабов, и им будет в радость полюбоваться юным телом. Это может повлиять на психику товара, а от этого цена может упасть.

- Всем, кто будет сюда смотреть выколю глаза. – Сказал красноволосый оглядывая клетки. Рабы не понаслышке знали об отвратном характере этого парня. Ведь сцены подобные сегодняшней не то что б редкость. Можно, даже сказать. Что сегодня все разрешилось быстро и мирно. А потому, не желая испытывать терпение Киана все мигом отвернулись. Кто-то начал делать вид что спит, кто-то что занят вселенски важными делами.

У Ночки же, что ничего не знала, были нехорошие мысли на счет парня. Она уже думала, что точно поспешила с выводами на тот счет что он хороший.

- Никто не смотрит, теперь опусти верх платья. – Девушка начала медленно снимать одеяния, обнажая белоснежную кожу, исписанную полосами. Когда она уже думала снять ткань с бедер Каин схватил ее за руку. – Стоп, стоп, стоп! Ты что удумала?

- А? – издала непонимающий звук девушка.

- А? – так же, не понимая происходящее произнесла кошечка.

- Я просил, оголить только спину. Мне не надо что б ты, блядь, раздевалась. – Киан ударил себя по лбу рукой и тяжело выдохнул. Ему на мгновение показалось что его окружают одни идиоты. И не то что б он прям не прав, ведь большинство рабов необразованные и имеют узкий кругозор. – Надо нанести лекарство на раны. Сама ты не сможешь. Так что просто, оголи спину, что б я мог это сделать. Чего тут непонятного? Или еще раз повторить?

- А... Я… Простите…. Я думала, что вы… Меня…– Чуть ли не плача, произнесла девушка. Ее лицо было пунцовым, она сгорала от стыда, но при этом чувствовала невероятное облегчение.

- Боже, даже не мечтай. – закатил глаза Киан.

Дальше, у этих двоих все прошло хорошо. Рабыня опустила верх платья прижимая его к себе спереди что б скрыть грудь. В это время, графский сын наносил мазь на ее раны. Его движения были точными, и он ни на мгновение не смущался, не волновался, у него вообще не было никакой реакции.

Было видно, что, во-первых, наносить мазь для него не впервой, во-вторых, в этой рабыни он совсем не видит ни предмет для удовлетворения потребностей, ни девушки.

- И все же, почему ты просто не позвал врача? – вслух спросила Ночка, понимая, что ее вопрос так и останется без ответа. В ее глазах, он был хамом, матершинником, бунтарем, возможно теперь еще немного извращенцем, но никак не злодеем. Какой из него злодей? Никакой!

Но, что произошло, что это место так изменилось в книге? За что, его вообще казнили? Ночка, хотела вспомнить, хотела узнать и просто понять все происходящее.