Глава 3. Как готовиться к экзаменам (6)

Если не считать редких стационарных врат, это, вероятно, единственный путь, ведущий в башню.

Если бы Аферист знал, что здесь находится этот бесценный ключ, он бы непременно велел мне его забрать. Но раз он ничего не сказал, значит, и он об этом не знает.

Предмет, о котором не знает даже этот игровой задрот?

<Ты растеряна, дитя. Хочешь выбрать что-то другое?>

— Нет, я хочу взять это.

В этом мире «ключ» — это крайне ценный предмет, как и говорил Аферист, когда получил ключ зверолюдей. Да и в новелле ключи всегда играли роль важнейших сюжетных артефактов.

Так что и этот ключ наверняка где-нибудь пригодится. Однозначно беру.

<Хорошо. Бери.>

Собрав все три предмета, я низко поклонилась вглубь хранилища.

— Спасибо вам большое.

<Не за что. Мне тоже было приятно поговорить с тобой. Удачи, дитя.>

Стоило мне без колебаний выйти из врат, как хранилище девятихвостой лисы растворилось в воздухе, словно мираж. На поверхности озера снова отражалась лишь полная луна.

Чувствуя себя так, словно всё это мне приснилось, я пошла по ледяной дорожке обратно к ребятам. И лишь зажатые в руках предметы доказывали, что это была реальность.

— С возвращением.

Аферист, нетерпеливо расхаживавший по берегу, тут же подбежал ко мне.

— Вот, держи. Блуждающий огонек!

Как только я протянула ему лампу, он тут же выхватил её и спрятал в инвентарь. Неужели это настолько важная вещь?

Не знаю. Я слишком устала. Погоня от толпы зомби и встреча с мифическим существом выжали из меня все соки.

— Отличная работа.

— С возвращением!

— Ты цела!

Я поздоровалась с ожидавшими меня ребятами. Афериста, разумеется, проигнорировала.

Ли Хана молча, но тепло помахала мне рукой.

Когда ребята спросили, что я выбрала, я показала им норигэ с хвостом и ключ. Правда, рассказывая о ключе, я упомянула лишь то, что это благословение девятихвостой лисы.

Слушая мой рассказ, Аферист пробормотал себе под нос:

— Там было и такое?

Раз так, то в игре этого предмета точно не было.

Закончив рассказ, мы, измотанные до предела, наконец-то завершили эту сумасшедшую ночь.

Естественно, Аферист получил по полной программе от всех членов клуба.

— Это было слишком опасно.

— Угу.

— Вот именно, зачем было давать Нахён такую опасную вещь?

— Не могли сами её подержать?

— У меня не было выбора.

Самое обидное, что мне, несмотря на всю злость, приходилось отыгрывать «всепрощающую» героиню и защищать его.

— Ребята, хватит! Я же в порядке!

Бейте его еще! Черт возьми, я ненавижу сферу услуг!

А на следующий день…

— Прости меня!

На меня обрушился шквал извинений.

— На меня словно что-то нашло! Мне так жаль!

Стоило нам зайти в класс, как бывшие человеческие зомби начали слезно просить прощения. К нам пришла целая толпа.

Они каялись во всех грехах, говорили, что сами не понимают, что на них нашло, и оставляли подарки в знак извинения. Был даже один парень, который сказал, что раз уж он написал мне то жуткое письмо, то теперь написал письмо с извинениями. Я вежливо отказалась.

Вообще-то вы просто стали жертвами махинаций Афериста, так что вам не нужно так извиняться.

— Всё в порядке.

Я решила использовать этот момент, чтобы поднять репутацию Афериста.

— Если вам и правда так жаль, может, позаботитесь о нашем Юхане?

— Ты мне что, мамочка? — проворчал сидевший рядом Аферист со слегка покрасневшим лицом, но отказываться от помощи не стал.

Хитрый жук.

Так закончился долгий период извинений, и наконец-то наступили спокойные дни. А вместе с ними пришли и экзамены.

Промежуточные экзамены делятся на теорию и практику. Между ними дается несколько дней на подготовку.

Поэтому мы временно приостановили тренировки во вратах и организовали учебную группу.

Кстати, Ли Хана теперь тоже участвовала в наших тренировках. Аферист был на седьмом небе от счастья.

Радуешься, козлина?

Так или иначе в нашей учебной группе самым отстающим звеном была…

— М-да… признаю, этот вопрос сложный даже для нас.

…Я.

Напомню: я правительственная пробужденная. Пусть я и знаю сюжет новеллы, но мои знания об этом мире крайне специфичны и обрывочны.

Зато Аферист, врубив режим задрота на полную катушку, показал себя как лучший теоретик в нашей компании.

Доволен, игроман хренов?

Пока всем остальным пророчили стабильно высокие баллы, моя отсталость, видимо, не давала им покоя. Каким-то образом наши посиделки плавно превратились в индивидуальные занятия для Кан Нахён…

Особенно меня удивило то, как понятно и доходчиво объясняет материал Ли Хана.

— Вот видишь, это произошло из-за упадка общества пробужденных.

— Поняла!

Я думала, что раз она неразговорчивая, то будет просто сидеть и учить свое, но она активно взялась за мое обучение.

Иногда, когда она пристально смотрела на то, как Аферист гладит меня по голове, Чхве Суджон тискает за щеки, а На Юри обнимает, мне казалось, что она тоже хочет это сделать.

Наверное, просто кажется?

В любом случае благодаря репетиторству ребят мои знания росли как на дрожжах.

Думаю, теперь я смогу похвастаться перед детьми из приюта, что отлично разбираюсь в обществе Охотников.

Вспоминая интересные истории, которые я расскажу малышам, когда вернусь, я невольно улыбнулась.

Раньше, в приюте, я всегда была в роли учителя. Быть ученицей оказалось довольно свежим и приятным опытом. Учиться вместе с кем-то, когда тебе не нужно в одиночку биться над непонятным материалом, — это здорово.

Вот так я благополучно сдала теоретический экзамен.

В день сдачи теории мы решили пропустить тренировку и немного отдохнуть, поэтому всей компанией пошли в кафе.

Усевшись за столик, мы начали сверять ответы.

Мой результат оказался весьма неплохим.

Конечно, до остальных ребят, которые были в топе, мне еще далеко, но я была довольна. Честно.

— Потрясающе!

— Отличная работа.

К похвалам На Юри я уже привыкла, но вот когда меня хвалил Аферист или старшекурсницы — это было всё еще в новинку, поэтому я слегка покраснела.

Начавшись с похвалы На Юри, наша сверка ответов превратилась в вечер восхваления Кан Нахён с легкими нотками поддразнивания.

Кажется, я понимаю, что чувствовал Сухарь в похожей ситуации.

— Нахён, держи.

Этот поток комплиментов прекратился лишь тогда, когда Сухарь, сходивший за заказом, молча приложил холодный стакан с напитком к моей пылающей щеке.

Мне было ужасно неловко, но почему-то в груди приятно щекотало.

Я попыталась вернуть на лицо спокойную улыбку.

Странно, но Сухарь, который всё это время пристально смотрел на меня, вдруг тихо произнес:

— Иногда можно просто расслабиться. Это не так уж и плохо.

— А?

— Мне кажется, ты слишком напряжена.

— Из-за экзаменов? Так сильно заметно?

Ну да, я действительно сильно переживаю из-за экзаменов. Давит ответственность за хорошие оценки. Да и скоро должен произойти тот самый крупный инцидент.

Я широко улыбнулась Сухарю и сказала:

— Поняла. Спасибо. Давай постараемся вместе!

— ……Угу.

Сухарь невозмутимо отвел взгляд и убрал свой бланк с ответами в сумку. После сверки мы просто болтали о всякой ерунде.

Кстати, после того инцидента со сферой На Юри практически перестала разговаривать с Аферистом. Даже во время наших учебных посиделок между ними чувствовалась какая-то невидимая стена.

Не изменилось это и сегодня. Когда Аферист заказал себе карамельный макиато, На Юри бросила лишь одну фразу:

— Разве вы не пьете только эспрессо?

И на этом её общение с ним закончилось.

— Да просто… в последнее время потянуло на сладкое, — отмахнулся Аферист.

Однако тот пристальный, странный взгляд, которым На Юри сверлила Афериста, показался мне весьма зловещим.