Благодаря тому лишнему рису, который был сварен для завтрашнего обеда, я смог без проблем приготовить карри на нас двоих.

Оставить его на ночь стоило того. Пикантный запах и содержимое кажутся очень аппетитными.

Легкая сладость распространяется во рту, а выдержанный вкус и насыщенность усиливают общее впечатление от карри.

— ...Вкусно.

— Спасибо.

Домашнее карри, похоже, пришлось по вкусу «Ледяной Леди», и она сделала мне искренний комплимент, вкусив кусочек.

Я беспокоился, что она снова расплачется как в прошлый раз, но трапеза прошла гораздо спокойнее, чем три дня назад.

Однако, хотя мы и разделяли один стол вместе, мы не были достаточно близки, чтобы непринужденно разговаривать друг с другом.

В тишине неизбежно раздавался только звон посуды, и у Асахи, который закончил есть первым, оставалось довольно много свободного времени.

„Думаю, мне следует доделать оставшиеся задания“

Было довольно странно всё время сидеть на одном месте, поэтому Асахи отошел и направился к дивану, где разложил на столе свой блокнот.

Буквально несколько часов назад эта задача была бы довольно сложной для решения, но теперь, под руководством Фуюки, он должен был решить её самостоятельно без каких-либо проблем.

Асахи стал ломать голову над тем, какую формулу следует использовать для решения этой задачи.

Однако, так как это было сразу после ужина, он не мог собраться с мыслями.

Но размышления Асахи были прерваны.

— ...Кагами-сан, ты ведь умеешь готовить?

Я засомневался в своих ушах, услышав голос, похожий на звон маленького колокольчика. Неожиданно, что Фуюка сама начала со мной разговор.

Я уверен, что она не из тех, кто не выносит тишины, и то, что она заговорила со мной, совсем не соотвествовало её образу «Ледяной Леди».

— Я думаю что могу гордиться своей карри, но, скорее, именно родители больше всего повлияли на меня в этом вопросе.

— ...Родители, да?

— Мой папа – шеф-повар, а мама – патисьер*. [ * — дословно с французского: pâtissière – кондитер, кондитерская. Тип итальянской, французской или бельгийской пекарни, специализирующейся на выпечке и сладостях, а также термин для этих же видов продуктов питания ]

Я никогда не скрывал этого, поэтому честно рассказал ей, и Фуюка, которая перестала есть своё карри, издала легкий голос восхищения.

Но всё же, я воздержусь от того, чтобы рассказать ей, что один из них владеет трехзвездочным рестораном, а другая была известной победительницей масштабного конкурса.

В некоторых ситуациях это может быть воспринято как хвастовство и даже рассердить других.

— Тогда, Кагами-сан, ты планируешь карьеру в сфере кулинарии?

— Когда я был маленьким, то был полон решимости возглавить семейный бизнес, и мои родители возлагали на меня большие надежды и поддерживали меня. Но сейчас я вроде как передумал.

— Твои родители... Они не возражали против такого решения?

Фуюка посмотрела прямо на Асахи и задала ему вопрос, как будто ей было очень интересно, что он скажет.

Её взгляд был серьезным, а в словах, казалось, была какая-то страсть.

Кроме того, её глаза также выражали слабое беспокойство.

— Ну, сначала мы много спорили, но в конце концов они уважили мой выбор, потому что, по их словам, это было моё право. Мои родители также помогли мне с тем, чтобы я мог жить один.

— ...У тебя прекрасная семья...

— Ну, думаю что так. Благодаря им я могу готовить еду для других.

Будучи довольно тихим человеком, Асахи удивился тому, что неосознанно разговорился, но, несмотря на эти мысли, продолжал говорить.

Беседы, состоящие из нескольких слов и ответов, должны быть вполне нормальными, но когда такое происходило с «Ледяной Леди», это казалось чем-то особенным.

В конце концов, непринужденная беседа продолжалась до тех пор, пока Фуюка не положила ложку и не сцепила руки вместе.

— Жучок в твоём животе успокоился?

— ...Благодаря тебе. Спасибо за еду.

Я увлекся и слегка пошутил, но её ответ был холодным и серьезным, совсем не веселым.

Наоборот, встретив меня холодным взглядом, я решил, что лучше воздержаться от продолжения.

— Поставь посуду в раковину с водой.

Фуюка кивнула головой и направилась на кухню с тарелкой и чашкой в каждой руке.

Теперь, когда желудок Фуюки должен быть полон, она сможет без проблем возобновить занятия.

Однако я немного засомневался, стоит ли начинать заниматься сразу после ужина.

Не знаю, как другие, но Асахи гордился тем, что не мог ни на чем сосредоточиться, пока чувствовал себя сытым.

Я не против решать задачи самостоятельно, но если мне придется просить кого-то учить меня, я буду чувствовать себя неловко.

Когда я уже собирался предложить сделать небольшой перерыв, я услышал звон посуды и шум воды.

— ...Что ты делаешь?

— Как видишь... Я мою посуду.

Я немного опешил, когда она посмотрела на меня глазами, которые, казалось, говорили: „Естественно, я должна это сделать“.

Надев резиновые перчатки и держа в руке губку, можно было с первого взгляда понять, что Фуюка собирается делать.

Я хотел спросить, почему она моет посуду.

— Я займусь этим позже. Ты можешь просто оставить всё как есть.

— Так не пойдет. Пожалуйста, позволь мне сделать хотя бы это.

— ...Ох. Хорошо. Тогда оставляю это на тебя.

Это был всего лишь двухдневный договор, но было легко представить, что Фуюка будет упрямиться и не сдаваться, когда дело дойдет до чего-то подобного.

Поскольку особых причин останавливать её не было, Асахи решил, что лучше оставить всё на её усмотрение и просто присмотреть за ней.

Я мог бы вернуться в гостиную и продолжить учебу, но остался смотреть на Фуюку, моющую посуду.

Всё начинается с легкой неуверенности.

Однако эта маленькая частичка сомнения, в конце концов превращается в нечто определенное, а затем она соединяется с другими частями, одна за другой.

— Эй, Химуро, не возражаешь, если я тоже задам вопрос?

— ...Если это что-то, на что я смогу ответить.

— Как часто ты готовишь для себя?

Раздался глухой звон, чашка покатилась по раковине.

К счастью, её не уронили с большой высоты, к тому же она была сделана из пластика, так что реальной проблемы не было, но у человека, который её уронил, похоже, была более серьезная проблема.

— ...Почему ты спрашиваешь об этом?

Думаешь, ты ведешь себя как обычно, спокойно и невозмутимо?

Голос Фуюки слегка дрогнул, уши слегка покраснели, она подняла чашку, как ни в чем не бывало, и продолжила мыть посуду.