Несмотря на усталость на его лице, он улыбается очень мягко.

Я не уверена, могу ли встретиться с ним взглядом, так что отвожу взор и опять заговариваю:

— Карен тоже со мной. Я думала, что должна вам рассказать...

Пансион распахивает глаза.

— Понятно. Вы обе приехали в Эгелот по какой-то причине?

Причина? Да потому что твои служанки издеваются над ней!

— Да, я хотела бы, чтобы леди Карен погостила у нас пару дней. Я была так разочарована, что наша сегодняшняя встреча оказалась короткой, что пригласила леди Карен. Если вы не возражаете, я предпочла бы получить разрешение от сэра Пансиона... Ох, дело не в этом. Что я пытаюсь сказать, так это то, что Карен приехала в Эгелот, поскольку хотела побыть со мной еще несколько дней, так что, пожалуйста, позвольте ей остаться на ночь.

Однако, вопреки моему решению, я не могла просто так заговорить об этом, так как Карен, которой это касалось, не хотела рассказывать Пансиону.

— Если только с этим ребенком все будет в порядке, мне неважно. Кстати, леди Карен правда попросила о встрече со мной по такой причине?

Выражение лица Пансиона не менялось, оставаясь спокойным.

Очевидно же, что я выдумала причину на месте? В конце концов, кажется, обманывать не так просто. Так как все обернулось подобным образом, я решаю, что просто должна действовать аккуратно. Карен находится в ситуации домашнего насилия. Терпеть было бы не лучшим решением.

— Нет. На самом деле, я пытаюсь рассказать вам немного другую историю.

Давай подождем. Когда Карен не сможет больше это выносить, тогда она сможет ему рассказать.

— Раз вы дали мне разрешение, я проведу два дня с леди Карен в Эгелоте. Не беспокойтесь о ней слишком, ведь я и служанки будем о ней заботиться. Слуги в Эгелоте, в отличие от некоторых, не грубы.

Конечно, я сказала это, чтобы косвенным образом поставить его в известность.

Ты понял смысл моих слов?

На лице Пансиона все еще было нечитаемое выражение.

Он коротко кивает и затем поворачивается спиной ко мне. Некоторое время спустя темно-русые волосы исчезают за углом. Я тоже разворачиваюсь и распахиваю дверь в гостиную.

Мне просто хотелось найти Незару возлюбленную, но как я вообще могла вмешиваться в чьи-либо семейные дела? Вздохнув, я вохожу внутрь.

Незар молча таращится на большую карту на столе. Как только я сажусь, он задает мне вопрос.

— О чем вы говорили?

— Хм...

Я облизываю губы в ответ. Карта, на которую смотрел Незар, отличалась от известной мне. Стрелки и буквы, кажется, обозначали пути доставки.

— О взаимосвязи между спокойным домом и неглубокой дружбой?

— Что это за чертовщина?

— Незар, что для тебя важнее? Гордость друга или удобство?

Незар, молча пялящийся на стол, хмурится. Глаза, в которые я смотрю, кажутся мертвыми, словно он не спал в последние несколько дней.

— Этот друг — сэр Пансион?

— Сэр Пансион или нет, я говорю не о конкретном человеке, а просто о друге. Что для Незара важнее?

Внутри гостиной холодно, несмотря на то что ее наполнял послеполуденный свет, и дыхание Незара, касающееся моего лба, было горячим как пар.

— Беспокойство об удобстве друга, должно быть, ранит его гордость.

— Думаю, что это, возможно, так.

— Тогда тебе просто нужно беспокоиться об их удобстве, не задевая гордости.

— Ты вообще слышал, что я сказала? Что, если это не сработает?

— Тебе не о чем тревожиться.

Протянув руку к другой стороне стола, он поднимает чашку, катая ее по всей карте. Затем берет чайник, который я не заметила, и наполняет чашку. Судя по тому, что я даже пара не видела, должно быть, чай остыл.

— Все, что тебе нужно — это не дать другому человеку это заметить, верно? Тогда ты можешь делать что хочешь, и никто тебя не заметит.

Такого ответа я не ожидала. Нет, это ведь и не совет, верно? Он просто говорит мне быть хитрой.

— Почему-то мне кажется, будто я просто много болтаю. Насколько ты привык обманывать?

— Совсем не привык. Ты, должно быть, ошибаешься.

— Я так не думаю... Ты часто обманываешь тех, с кем сталкиваешься? А потом скрываешь это до самого конца?

Незар сухо и коротко смеется в ответ на мой вопрос.

— Это поведение слабого, Кейт. Ты должна заслужить благосклонность других людей, и их восприятие будет определять то, какой ты предстанешь в глазах общества. Поэтому, если ты окажешься в затруднительном положении, не трать времени на размышления об этом и скажи мне. Лучшего ответа, чем от меня, ты не получишь.

Я притворяюсь спокойной, но чувствую, как холодный пот струится по спине от соприкосновения с диваном. Конечно, это могло быть просто иллюзией.

Как бы там ни было, кажется, Незар прочел мои мысли.

Я быстро опускаюголову, так как мне почему-то стало сложно смотреть на него. Не говоря уже о том, что я дрожу, так как слова Незара вызывали у меня неловкость, а лицо горит.

— Ты так беспокоишься обо мне, потому что я — твоя невеста?

Незар, попивая чай, смотрит на меня. Его карие глаза, раньше темные, теперь стали совсем тусклыми, как ночное небо.

О да. Теперь я поняла, что здесь такого странного.

В течение всего моего разговора с ним Незар совершенно не менял выражение лица. Он притворялся улыбающимся, но все это было ложью. На самом деле, с того момента, как я впервые вошла в гостиную, его лицо постоянно было застывшим.

Происходит что-то плохое?

Он медленно моргает с угрюмым выражением на лице, а затем подносит чашку к губам.

— Да.

— Ты уверен?

— Да. Уверен.

Шокированная его словами, я подпрыгиваю на месте. Как он мог сказать это с таким небрежным лицом?

— Не перебор ли? В такие моменты, даже если все правильно, не обязательно давать вежливый ответ! Ты — кронпринц, Незар. Ты что, забыл?

Незар смеется.

Прошло буквально очень короткое мгновение, прежде чем глубокий вздох срывается с его губ. Теперь он кажется хладнокровным, не как прежде.

Я устала говорить, так что вжимаюсь задом в диван.

Несмотря даже на то, что старался показать, что не устал, он не дразнит меня. На самом деле, сегодня он выглядит так, словно приблизился к своему пределу.

— Ты сказала, что вышла встретить леди Йентеру?

Откуда ты это услышал?

— Я встретилась с ней случайно, когда отправилась в императорский замок. Леди Карен сама меня пригласила. Она даже написала письмо. Разве это не невероятно?