Ночь. Ливень не переставал лить вот уже второй час. Звуки сирены полицейских машин заглушали стуки капель о стекло. Они приехали забрать преступников под охрану. Наехали репортеры. Старатель, директор Незу, Тсукаучи и несколько других учителей остались дать показания полиции и ответить журналистам. Раненые были отправлены в лазарет. Среди них был Бакуго, парочка студентов и Эктоплазм сенсей. Остальным было велено вернуться в общежития. 1А вернулись к себе. Мокрые и уставшие они поплюхались на диван общей гостиной.

— Что только, что, черт возьми, произошло? — высказался Киришима

— Если честно, я тоже не поняла? Куда исчез Шигараки? — начала размышлять уставшая Момо

— Меня больше беспокоит Мидория-чан. Он избил Бакуго…

— Да уж, он его отхлестал, что есть силы. И эти чёрные щупальца стали намного больше чем тогда, на тренировке!

— И он мог их контролировать.

— Но почему он ушел?

— Вернее улетел. У него появилась новая причуда?

— Это не столь удивительно, учитывая то, что Лига могла создавать Ному, передавая им новые причуды

— Все очень странно. Раз он собирался атаковать нас почему вдруг напал на Шигараки? Тогда, мне казалось, он на нашей стороне. Но он избил Бакуго. И ушёл. Куда он ушёл? Почему не остался с нами? Я… Я ничего не понимаю!

Тодороки встал и направился к выходу.

— Шото, ты куда? Нам сказали ждать в общежитиях.

— Мне нужно… подышать

Он вышел из двора и пошёл в лазарет. Там он заглядывал через окошки в дверях палаты, чтобы найти того кого он искал. Наконец дойдя до четвёртой комнаты он открыл дверь. Там согнувшись, сидел Бакуго, запустивший пальцы в свои колючие волосы. На руках были приклейены пластыри.

— Ты как? — спросил Тодороки

Бакуго промолчал. Тогда Шото подошёл к нему и поставил руку на плечо.

— Это был Мидория. Он победил. Он на нашей стороне, — хотел подбодрить его одноклассник

— Ты не понял? Он уже ни на чьей стороне. Мы его предали. Он ушёл.

— Он победил Шигараки. Он победил злодея. Он герой. Он наш друг, — твердил Тодороки. Он видел улыбку своего Мидории. Такую искреннюю. За это время у него было столько сомнений, но теперь он уверен, что Мидория все тот же.

— Он убил Шигараки, потому что тот его пытал. Вот и все. А мы его не спасли. Я должен был прийти к нему. Он нас ненавидит. Он ненавидит меня.

— Бакуго, ты ошибаешься…

— Ты! Половинчатый ублюдок! Уйди! Он не хочет нас видеть. Мы его подвели. Я его подвёл.

— А мне все равно! Я пойду за ним и найду его! А когда мы приведём его, то мы его починим, что бы с ним не случилось.

***

— Черт! Как же башка трещит! От новых жильцов скоро в моей голове будут расколы! — Мидория зарычал и уселся на землю.

Его изначальная личность наконец вырвалась на свободу. Он начал анализировать все, что с ним произошло. После уколов Шигараки, он очень малое время был в сознании. Все это время он тонул в холодном как лёд океане и не мог выбраться. Вместо неба он мог видеть то, что происходило с ним в реальности, а звуки и голоса гулко доходили до него, пока он пытался не захлебнуться. Лишь когда Шигараки хотел забрать силу, руки бывших носителей Один-за-Всех, вытащили его наружу, и он мог контролировать своё физическое тело.

Правда, во сне немного легче, тогда воды в том метафизическом океане становятся спокойнее и теплее. Пока пытался удержаться на плаву в этом абстрактном море, Мидория видел как Шигараки и он ударились. Яркая вспышка. Затем услышал всплески воды, будто что-то большое упало в воду с высоты. Он заметил белую копну волос, над поверхностью в нескольких сотнях метров от него. Это был Шигараки. Он теперь тоже в его голове. Но как это произошло? Ладно… сейчас надо разобраться с текущими проблемами. Неизвестно когда он сможет ещё раз взяться за штурвал. Интересно, как сейчас дела у его матери. Она наверное переживает и сильно нервничает.

Мидория попробовал взлететь. Вроде бы получилось, но ощущения были странные, будто он вот-вот упадёт, и поэтому и пересел на ночной автобус. Завидев, знакомый жилой дом, он улыбнулся. Пройдя через низенький деревянный забор, Изуку по лестнице поднялся до четвертого этажа и дотронулся кончиком пальца дверного звонка. Такой привычный, почти забытый, трезвон. Послышались мягкие шаги, и скрипящие половицы.

— Кто это посреди ночи? — послышалось тихое ворчание.

— Мам… открывай!

— Из-Изуку? — уставшая женщина с мешками под глазами от недосыпа, быстро отперла дверь. Она увидела исхудавшую фигуру с непослушными зелёными кудряшками.

— Изуку! Изуку! — Инко бросилась обнимать сына. Из глаз полились слёзы.

— Изуку! -повторяла она.

— Все хорошо, мам, — сказал он и погладил ее по таким же зелёным волосам, — все хорошо…

Они зашли в дом.

— Изуку, ты так исхудал. Давай я приготовлю тебе кацудон. И твой любимый сок у меня есть. И… и… — в свету она наконец разглядела его, — Изуку… что с тобой случилось? Почему у тебя такой шрам на лице? — она погладила его по лицу, не переставая плаксиво шмыгать носом.

— Мам, я… это ничего. Теперь все хорошо — ответил Мидория — А сейчас давай лучше поедим, я умираю с голоду.

Инко начала готовить, а Мидория поднялся к себе в комнату. Постеры, фигурки и другой мерч Всемогущего, обставлявшие стены, делали комнату такой уютной. Он плюхнулся на красно-синюю кровать со звёздочками на подушке. Как бы ему хотелось остаться здесь подольше. Ещё чуть-чуть. Но он не знал в какой момент потеряет контроль над телом и он точно не хотел причинить вреда своей матери. Спустившись вниз, он помог накрыть на стол и они сели есть.

— Как вкусно-о-о, м-м-м — облизнулся Мидория и начал с жадностью уплетать столь любимое блюдо.

— Изуку, что с тобой случилось? У тебя ожоги на руках. И… и… И вообще ты целый месяц был у злодеев! Не делай вид будто ничего не случилось. Ты знаешь? Знаешь, как мне было страшно? Я так боялась, что потеряю тебя. Я чуть не умерла от беспокойства! — вдруг не сдержалась Инко и вновь заплакала

— Прости… — он оторвался от еды, — я даже не знаю, что тебе сказать… — честно сказал он, и положил свою руку на ее, желая хоть как-то успокоить, — Но я их победил. Я думаю. Теперь все в порядке. Пожалуйста не переживай насчёт меня.

— Как мне не переживать? Ты мой единственный сын.

— Но теперь со мной все хорошо. И ещё хотел спросить ты смотрела в последнее время новости? — он хотел перевести тему, и узнать слышала ли Инко про убийства в том маленьком городке. Деку надеялся, что она ничего об этом не знает.

— Какие новости, ты про что?

— Да так, я же не знаю, что происходило пока меня не было, — отмахнулся сын

— Ничего особенного, вроде не происходило, все как обычно. И кстати ко мне приходили твои друзья, ты думаешь пойти обратно в школу? Если ты хочешь отдохнуть, пожалуйста оставайся дома. Мы съездим в больницу. Ты побледнел и исхудал. Я буду готовить тебе твои любимые вкусняшки…

— Я не могу остаться, — отрезал он.

— Что это значит? Куда ты собрался уйти? - в одно мгновенье лицо матери сменилось с встревоженного на удивленное.

— Мне нужно кое с чем разобраться, — он взял ложку и сжал ее в руке, та посыпалась в пыль.

— Ч-ч-что это? — с дрожью спросила она

— Мне досталась новая причуда, и кажется даже несколько. Мне надо понять, что с ними делать, — объяснил Деку.

Отчасти, это было правда. Он чувствовал как новые причуды текли по его венам и ждали момента активации. Он почему-то уже умел их сдерживать, но он ещё не успел их опробовать, и даже не знает что за причуды достались ему от предыдущих носителей Один-за-Всех и Шигараки. Использовав Распад, он понял, что физиология Шигараки тоже отразилась на его тело. Высокий рост, худощавость, бледность и причуды, это пока все изменения схожие на Томуру, что он смог подметить. И он действительно намеревался изучить новые силы, не из-за того что он рад, что теперь имеет такое могущество, но чтобы знать чем он теперь обладает. Его пугала мысль о том, что по незнанию он совершит большую ошибку.Хотя конечно, Мидория больше боялся, что Шигараки или его Вторая личность смогут выбраться наружу, и он не сможет предотвратить трагедию. Не сможет уберечь близких

— Тогда нам стоит съездить ко врачу специалисту, — мать прервала его размышления.

— Я сомневаюсь, что они сталкивались с чем-то подобным. Имение двух причуд уже редкость, а у меня их… э-э-э… возможно пять…

— Пять?! — удивилась Инко, — Но… но все же стоит пойти хотя бы в Юэй, учителя наверное помогут управлять ими, они ведь сталкивались с самыми разными видами причуд.

— Нет, я действительно должен разобраться в этом сам. Мне нужно время. И твоё доверие. Мам, ты можешь мне довериться?

— Изуку… — помялась она

— Мам, ты можешь мне довериться? — уже с легким напором повторил Мидория.

— Хорошо… но куда ты пойдёшь? Оставайся дома, можешь в школу не ходить, и раскрывай свои причуды сколько тебе надо.

— Это будет… опасно. Я ещё не могу контролировать причуду. И есть одно место в горах, где я смогу поэкспериментировать без риска для остальных.

На остаток вечера Мидория упросил мать посмотреть вместе с ним его любимую документалку про героев. Через полчаса Инко заснула на диване. Мидория встал и намеревался тихо уйти.

— Погоди! — сон матери был чутким и она проснулась, прямо когда Изуку был близко к двери, — Когда ты вернёшься?

— Я не уверен, — пробормотал сын.

Инко протянула ему связку денег.

— Этого должно хватить на пару недель, а потом обязательно возвращайся, а то я буду переживать и поседею.

Изуку неловко посмеялся.

— И я положу тебе твоего любимого сока. И возьми побольше чистой одежды, этот деловой костюм будет неудобно носить, и вообще откуда ты его взял... — она начала суетливо собирать разные вещи во вместительную спортивную сумку с изображением, — и блокноты возьми, будешь записывать наблюдения за причудами, и новая щетка, и мыло, и постельное белье…

— Мам…

— Что такое?

— Спасибо, — он обнял свою мать, чуть приподняв ее низенькое тело над землей.