Средь большого числа гор, чьи вершины покрыты вечными снегами, на севере империи расположилось невероятное сооружение. Его красота, а также величие завораживало любого, кто видел его в первый раз. Из-за своего расположения оно также являлось неприступной крепостью.

Вобрав в себя детали многих эпох, можно было лишь гадать о истинном возрасте сего творения искусства. Необычайных размеров собор, который выходил за любые рамки воображения, возвышался над остальными строениями, тем самым привлекая к себе всё внимание. Его шпили будто бы пронзали сами небеса, а необыкновенный вид оставлял за собою множество вопросов.

Близ него также находилась маленькая, по сравнению с размерами собора, церковь, которая, несмотря на свой невзрачный вид, привлекала к себе не меньшее внимание. Её часовая башня, на вершине которой виднелся крест необычной формы, по высоте могла соперничать с самим собором.

Позади двух строений, которые являлись истинным олицетворением величия и значимости религии в империи, расположились едва ли заметные постройки, которые были давным-давно заброшены. Тем не менее возникает один вопрос — если такое величие на поверхности, то что находится под землёй?

∆

— …ч-что Вы имеете в виду?

— То, мой мальчик, что я всё ближе приближаюсь к концу своей истории. Дряхлое тело этого старика более не способно бороться с искажённым течением времени.

— Искажённым?

— Скоро ты всё поймёшь… Видишь ли, империя увядает из-за междоусобных распрей внутри императорской семьи. А всё из-за того, что император на старости лет так и не выбрал своего преемника. Герцог же, как и его дом, всё больше расширяет своё влияние по всей территории империи и уже способен противостоять, в некоторых аспектах, королевской семье. Из-за этого дворяне поделились на группы и противостоят друг другу в угоду своих интересов.

— Вы многое знаете, Верховный Понтифик…

— Иначе никак, Тейлор. Тебе тоже придётся многое познать…

Верховный понтифик и священник спускались по огромной винтовой лестнице, которую освещал едва ли заметный голубой свет, глубоко под землю, параллельно общаясь на различные темы. Вскоре они достигли последнего этажа, который ярко освещался голубыми камнями. Медленно идя по коридору, который был украшен золотыми узорами, попутно осматривая картины предыдущих понтификов, Тейлор задал один интересующий его вопрос.

— Верховный Понтифик… почему Вы привели меня в подобное место?

— Тейлор, я хочу, чтобы ты стал новым понтификом и повёл простой люд в новое будущее.

— Но почему именно я? Есть же ещё Сьюзен и… я не уверен, что готов принять сие тяжкое бремя.

— В твоём возрасте у меня были такие же сомнения. Что же до Сьюзен… то, в отличие от тебя, она не сможет адаптироваться к грядущем событиям, да и уверенности у неё нет. Но вот ты… Ты другое дело. Я вижу внутри тебя стальной стержень идеалов и непоколебимой веры, который не сломить и…

— И?

— …Впрочем, это пока что не важно. Скажи мне, что ты знаешь о Святом Рирнбуре? — понтифик поправил свои очки, остановившись.

— Святом? Разве согласно писанию, он не является величайшим грешником за всё время существования церкви? Его грех был настолько страшен, что лично Богиня покарала его… — ответил Тейлор с удивлённым выражением лица.

— Верно, но это всего лишь конец истории. Я тебе кое-что расскажу о реальной истории мира, как следующему понтифику. Святой Рирнбур или же величайший грешник, которого покарала Богиня. Он был одним из первых понтификов с момента зарождения церкви, ещё тогда, несколько тысяч лет назад. Этот собор является последним, что Рирнбур оставил после себя… и то, что хранится под ним. Имея высокий интеллект и холодный ум, он, умудрившись спрятаться ото всех, в том числе и от взора Богини, начал строить этот собор. В итоге он стал его единственным наследием, что хранит в себе историю всего мироздания…

— То есть, это собор Святого Рирнбура?

— Верно, технически. В отличии от остальных он не верил в идеалы церкви того времени, но понимал, что донесения Богини были правдивыми. Он долгое время собирал различную информацию о её сказаниях и посланнице, которую та отправляла раз в период около десятка лет, чтобы передать свои слова. Рирнбур, опасаясь последствий, создал под своим детищем особенный архив, защищённый особой и сильной магией.

— Магией? То есть тогда люди обладали ею?

— Нет, не обладали, — понтифик, сняв очки, смотрел на картину без полотна, — Не придумав каких-либо альтернатив, Рирнбур жёстко убивал всех обладателей магии и проводил с их останками различные ритуалы и эксперименты. В поисках способа создания необходимой магии для защиты от сил Богини он вырезал целые виды, не оставляя от тех и следа. Теперь они все охраняют тайный архив, до конца времён.

— Ч-что же находится в том архиве, что Рирнбур действовал так жестоко? — Тейлор спросил, сглотнув.

— Боюсь, я не знаю… Я потратил всю жизнь, размышляя как же открыть этот архив, но ни одно решение так и не посетило мою голову. Впрочем… — понтифик снял со своей руки перчатку и посмотрел на неё, увидев как та выглядела как раскрашенный фарфор, после чего вновь одел перчатку, — я продолжу свой рассказ. Несколько лет назад я, в поисках решения как попасть в архив, нашёл один свиток. Он не был защищён магией, но ёмкость, в которой он хранился, немного, но сохранила его от уничтожения на протяжении всего этого времени. Можно сказать, что это были его личные записи или что-то подобное. К сожалению, они сохранились обрывками и мне пришлось их расшифровывать, ибо написаны они были на древнем языке.

— И что же он там написал?

— В свитке он указал на то, что нашёл тех, кто обладал необходимой магией для сокрытия от взора и влияния Богини, и чтобы защитить архив он принял некое ужасающие решение. Также Рирнбур описал главные черты ритуала принятия посланницы. Понтифик обязан был встать на колени и снять головной убор для того, чтобы посланница положила на его голову свою руку.

— Зачем?

— Я также задался этим вопросом и продолжил расшифровку в поисках важной информации. Вскоре я дошёл до того, что он стал называть церемонию принятия посланницы кощунством и то, что это в корне различается с учением церкви. Заинтересовавшись, я стал уделять всё больше времени расшифровке, пока полностью не погряз в в этот процесс с головой.

— Да… тогда мы не могли с Вами связаться и нам пришлось решить проблему с продовольствием для беженцев самостоятельно. Жаль, что не всех удалось…

— У тебя доброе сердце, Тейлор, но помни. Спасти всех не удастся, а добро может представать злом. Так вот… вернувшись обратно по временной линии, мне удалось разобрать, что посланница, если так можно сказать, заменяла воспоминания понтифика, убирая ненужные. Рирнбур как-то один раз попытался нарушить это правило. Посланница метнула в него молнию, почти убив его. В итоге он удалился с церемонии, прикрываясь резким ухудшением здоровья, хотя посланница и предложила ему излечиться.

— С Богами шутки плохи…

— Верно, но это не остановило его в своём расследовании. К моменту следующей церемонии он уже успел создать защищённую особо сильной магией небольшую комнатку, где и переждал её, взамен отправив своего приближённого. На следующий день он решил прогуляться по округе. Рирнбур заметил, что деревья резко позеленели, а птицы, что давно улетели вновь вернулись в ареал своего обитания. Он подозвал послушника и задал ему под предлогом один вопрос.

— Какой?

— Через сколько произойдёт следующая церемония принятия посланницы. Получив ответ, он вновь вернулся в свою комнату, которая теперь стала для него единственным местом, где жизнь, если я правильно расшифровал, текла в обратном направлении. На этом свиток закончился, и я отправился в его, так называемую, комнату жизни в поисках дополнительной информации. Полностью исследовав весь кабинет, я случайно поскользнулся и упал, тем самым, сломав пол. Пытаясь встать, я обнаружил, в прямом понимании этого слова, его дневник. Благо он был написан на общем языке, и я мог спокойно его прочитать.

— И что же Вы узнали?

— То, что я не должен был знать… — понтифик тяжело вздохнул, дотронувшись до картины без полотна, — … ни при каких обстоятельствах. Во время церемонии посланница Богини заменяла воспоминания понтифика, а также возвращала мир во времени вспять где-то на два месяца назад, слегка заменяя воспоминания всех живых существ. Не зря же существовала временная погрешность в провождении церемонии длительностью до одного года…

— То есть около десяти лет назад мои воспоминания были изменены? И так происходило не раз?

— Нет. И это следующая глава запретных знаний, которые не должны вырваться в свет. Чем больше Рирнбур заполнял архив и делал его всё безопаснее, тем больше в его голове появлялось опасных замыслов. Однажды, неизвестно как, в дневнике это не описано, он пару раз убивал посланниц.

— Пару раз? Посланниц?

— Да, на смену одной приходила другая. Тогда ему в голову пришла одна затея. К моменту её исполнения он уже защитил свой архив и создал специальную комнату, способную не только защищать от влияния божественной силы, но и сдерживать её. Он, осознавая, что при любом раскладе умрёт, потратил около 20-ти лет на подготовку. Поняв, что с каждым таким избеганием церемонии он всё быстрее старел, он приступил к исполнению задуманного.

— И каков был его замысел?

— Это финальная арка, где Богиня покарала его. Он, устроив раскол в церкви, начал уничтожать всех, кого можно было. На такой акт неоправданной жестокости в отношении своих верующих Богиня ниспослала свою посланницу, чтобы та остановила Рирнбура. Богиня особо не вмешивалась в дела смертных, а потому не замечала, как понтифик, который должен был исполнять её слова, постоянно испарялся из мироздания, в глазах Богини, а также не появлялся на церемониях.

— То есть он атаковал посланницу Божью?

— Верно, ему удалось её схватить и запечатать в низовьях этого собора. За такой акт надругательства над божественностью Богиня самолично спустилась в наш мир и покарала Рирнбура, горюя по своей посланнице ведь та не погибла, и Богиня не могла вернуть её к жизни. Её посланница просто испарилась и она не знала где та может находиться.

— Получается… Мы идём к посланнице?

— Я тебе уже говорил, что ты умён? Верно, тебе следует быть готовым, чтобы понять всё мною выше сказанное. Постарайся ничему не удивляться и закрывай глаза на нелицеприятные сцены, хорошо? — спросил понтифик, надев очки.

Из-за ранее услышанной информации в голове священника кружило множество различных мыслей. Он пытался во всём разобраться и понять, что есть добро, а что зло. Вспоминая слова понтифика о том, что добро может предстать злом, терзания поглотили его ещё больше.

Несмотря на всё это, разум Тейлора очистился как тот чуть не ослеп от яркого синего света, прослушав слова понтифика о том, что надо закрыть глаза и дать им медленно привыкнуть к синему освещению. Спустя небольшой промежуток времени, медленно привыкая к освещению, Тейлор врезался в руку понтифика, который остановил его от дальнейшего продвижения. Тейлор посмотрел на понтифика и услышал предупреждение.

— Если ты войдёшь, то дороги назад уже не будет. Вот тебе кристалл возвращения. Использовав его, ты сможешь вернуться наружу и тогда ты всё забудешь, ведь церемония произойдёт через пару минут.

— Верховный Понтифик, хоть я и не разобрался в услышанной ранее информации окончательно, а грань между добром и злом для меня полностью исчезла… я всё же готов столкнуться с надвигающимися трудностями и следовать Вашим указаниям ради народа.

— Это-то я и хотел услышать от тебя. Всё же я в тебе не ошибся. Напоследок предупрежу, стой подле меня и не двигайся. И да, ни в коем случае не ослабляй внимательность и постоянно держи себя в напряжении, обдумывая услышанную ранее информацию. Кстати, заранее отвечу на вопрос, это будет не раскалённое золото или что-то подобное… это останки предыдущих двух посланниц…

Стоя перед, казалось бы, обычной дверью, понтифик резко вздохнул, приготовившись. Тейлор с недоумением смотрел на понтифика, который не решался открыть дверь. Спустя почти минуту, понтифик всё же вытянул руку, скрытую под длиной перчаткой, вперёд. Трещины в двери начали заливаться светом золотого оттенка, а в это время рука понтифика развеялась по ветру. Это сильно испугало Тейлора, но он, взяв себя в руки, не решился сдвинуться с места и смотрел на дверь. Понтифик же слегка улыбнулся после чего выпрямился. Тейлор удивился двери, что раскрылась. Раннее на вид человеческая дверь теперь представляла из себя открытый проём около 2-х метров в ширину и 6-ти метров в высоту.

Переступив порог, Тейлор услышал хруст под ногами. Взглянув под ноги, он увидел, что пол был усеян различными скелетами. Теперь-то он понял, что означала фраза понтифика о защите архива и самого зала. Медленно пробираясь вперёд, Тейлор увидел под ногами золотистый свет. Подняв голову, он увидел прекрасную девушку, которую он никогда не встречал в своей жизни, не обратив внимание на то, что она парила в воздухе на останках своих сестёр.

Его голова резко устремилась в пол под давлением второй руки понтифика. Вспомнив наставления верховного понтифика, он успокоил себя и медленно поднял голову, стараясь не смотреть вверх. Вскоре Тейлор услышал голос понтифика.

— О, Посланница, поведай же мне своими устами замысел Божий! Распространи своё послание на веки вперёд, — сказал понтифик без какой-либо интонации или особого обращения.

— …Демон… восстанет. Лишь избранны… спасут… — после этого слова посланница вновь провалилась в сон, а золотой свет начал быстро угасать.

Тейлор, особо ничего не поняв, решился задать ещё один вопрос, что же это было.

— Можно вопрос… что это было?

— Я по-прежнему каждый раз удивляюсь, но её связь с Богиней всё также остаётся сильной… — пробормотал себе под нос понтифик, — не обращай внимания, мы лишь подслушали Богиню через её любимую игрушку.

— Игрушку…

— Готовься к выходу. Мы возвращаемся в прошлое…