«Хамф!»

Гу Янь отвернулся!

Он был так расстроен, что прядь волос на его макушке поднялась торчком вверх, сообщая тем самым о его недовольстве!

Гу Чанцин негромко рассмеялся.

Его голос был холодным и магнетическим, а улыбка обладала необычайно неотразимым обаянием.

Гу Янь на мгновение захотел оглянуться ...

Но все же он продолжил идти обратно в переулок.

Но как только Гу Янь сделал несколько шагов, Гу Чанцин заметил, что что-то не так: «Что случилось с твоей ногой?»

Гу Янь надулся и сказал шепотом: «Ничего, я просто немного подвернул ее».

Их дом находился в центре переулка. Это было не слишком далеко отсюда, но и не слишком близко. Обычный человек без проблем добрался бы обратно и с подвернутой ногой, но речь ведь шла о Гу Яне.

Гу Чанцин посмотрел на его тощее маленькое тело и беспомощно вздохнул: «Поднимайся».

«А?» Гу Янь посмотрел на него в ответ с противоречивым выражением лица – не то смышленым, не то глупым.

Гу Чанцин снова подумал о глупой косуле, которую видел в лесу, но на этот раз в этом взгляде чувствовалось некое высокомерие.

Гу Чанцин протянул свои широкие сильные ладони и схватил Гу Яня за плечи, затем осторожно приподнял его и усадил в седло.

«Разве ты совсем не ешь?»

Такой худой.

Гу Янь, сидевший перед ним, хотел ответить: С чего ты взял, что я ничего не ем? Это ты ничего не ешь!

Но, прислонившись к его твердой, широкой груди, Гу Янь уже не мог сказать этого.

Неужели этот человек съедал в день по десять ведер риса?

Почему он такой сильный?

«Держись крепче», - напомнил ему Гу Чанцин.

Гу Чанцин натянул поводья, и Гу Янь мог только вцепиться в седло.

Изначально Гу Чанцин был вполне доволен своим седлом, в конце концов, он был сыном маркиза, и то, что его слуги приготовили для него, не могло быть плохим.

Но как только на него легли белые и нежные пальцы Гу Яня, оно тут же превратилось в его глазах в кусок гнилого дерева.

Это седло придется заменить, - подумал Гу Чанцин.

«Я отвезу тебя обратно домой», - сказал он.

«Я не хочу возвращаться домой», - ответил Гу Янь.

Гу Чанцин странно посмотрел на него и спросил: «Почему?»

Гу Янь сказал: «Я хочу что-нибудь съесть».

Гу Чанцин: «Что ты хочешь съесть?»

Гу Янь: «Сладкие жареные каштаны».

На улице Чанъань, в том направлении, откуда он приехал, был лоток со сладкими жареными каштанами, поэтому Гу Чанцин подстегнул свою лошадь и поскакал туда, где находился лоток со сладкими жареными каштанами.

Учитывая состояние здоровья Гу Яня, он не стал пускать лошадь слишком быстро, но и этого было достаточно, чтобы взволновать Гу Яня.

Это был первый раз в его жизни, когда он скакал на лошади!

Гу Янь был так взволнован, что не мог спокойно усидеть в седле.

«Вперед, вперед, вперед!»

Несмотря на то, что он говорил шепотом, слух Гу Чанцина был настолько острым, что даже незаметное движение мастера боевых искусств из Цзянху не могло ускользнуть от его ушей.

Гу Чанцин не мог не приподнять уголки губ и немного ускориться.

Гу Янь был вне себя от радости!

Он давно хотел покататься на лошади, но последние четырнадцать лет из пятнадцати лет своей жизни он был болезненным ребенком. Все это время он ни разу не играл на улице и не имел товарищей по играм.

Несмотря на то, что сейчас рядом с ним были маленький Цзин Кун и Гу Сяошунь, они были младше его, а он очень хотел играть с кем-то, кто был старше его.

Гу Цзяо могла сделать Гу Яня более устойчивым, но были вещи, которые она не могла ему дать.

Появление Гу Чанцина как раз и заполнило этот пробел.

Гу Янь отлично провел время, катаясь на лошади, и был очень доволен, когда ему купили сладкие жареные каштаны.

Гу Янь взял сладкие жареные каштаны и сказал: «У меня нет с собой денег. Я расплачусь с тобой, когда вернусь домой».

«Не нужно», - ответил Гу Чанцин.

«Тогда ...» Гу Янь открыл рот, чтобы спросить: «Я наверное заставил тебя потратить все свои деньги?»

«Нет».

«О». Гу Янь молча грыз сладкий жареный каштан, затем сказал: «Я еще хочу съесть жареную курицу!»

Гу Чанцин снова повел его покупать жареную курицу. Однако то, что Гу Янь подразумевал под жареной курицей, не было из обычного магазина, и Гу Чанцину пришлось проехать полстолицы, чтобы купить ее в магазине Ху Цзи.

Гу Янь посмотрел на жареную курицу в своей руке и открыл рот, чтобы положить туда кусочек.

«Что еще ты хочешь съесть?» - спросил Гу Чанцин.

Гу Янь моргнул и ответил: «Крабовые пирожки из павильона Саньюань».

Павильон Саньюань находился в Линнане!

Этот парень намеревается сбежать со мной?

Гу Чанцин посмотрел на него с холодным укором.

Гу Янь обиженно сжал пальцами седло и сказал: «Ладно, тогда давай съедим несколько засахаренных ягод боярышника на палочке, но не из магазина, а самых дешевых и нечистых на вид, которые продаются в придорожных ларьках, чтобы потом заболел живот».

Гу Чанцин: «...»

На улице Жукэ был магазин сладостей, где также продавались засахаренные ягоды боярышника, там они, конечно, были подороже, но определенно не были вредными для желудка.

Гу Чанцин взял Гу Яня купить несколько палочек с засахаренными ягодами боярышника. После этого Гу Янь уже не мог ничего держать в руках, а поскольку он уже не мог больше ничего купить, ему пришлось покорно вернуться домой.

На обратном пути поднялся сильный ветер, и Гу Янь не мог унять дрожь от холода.

Гу Чанцин накрыл его своим меховым плащом так, что Гу Янь оказался полностью укутанным в него, и была видна только его взлохмаченная голова.

Но, справедливости ради, надо заметить, что его затылок для Гу Чанцина был намного симпатичнее, чем у двух его младших братьев дома.

Гу Чанцин глубоко вздохнул.

Я боюсь, что, должно быть, одержим ...

Подъехав к дому в переулке Бишуй, Гу Чанцин первым спрыгнул с лошади, а затем помог Гу Яню спуститься на землю. Он взял все, что было в руках Гу Яня, и положил это на каменный стол во внешнем дворе.

«Я ухожу». Сказав это Гу Яню на прощание, он направился к воротам.

Гу Янь выжидательно посмотрел на него: «Хочешь остаться на ужин? Моя сестра очень хорошо готовит».

Это ты про ту девушку, которая была более хладнокровной, чем убийца?

Гу Чанцин с трудом мог себе представить, что у нее хорошие кулинарные способности.

Он взглянул на кухню, расположенную рядом с главным залом, и в его глазах мелькнула тоска, но в конце концов он сдержался: «Нет, я должен идти домой».

«О». Гу Янь был разочарован.

Гу Чанцин сел на лошадь, посмотрел на Гу Яня и сказал: «Заходи скорее в дом».

«Угу». Гу Янь кивнул, но не двинулся с места. Он смотрел, как его силуэт исчезает в конце переулка, а затем повернулся на пятках, подпрыгнул на месте и вошел в дом в приятном настроении.

Да, вот так.

О каком растяжении лодыжки вы говорите?

Не было ничего такого!

......

Перевод: Флоренс