Из глубокого сна меня разбудили громкие крики и яростные стуки в дверь. Мирный покой уступил место волнению.

Внезапно я поняла, что у Шарлиз были ключи, и задалась вопросом: «Что происходит?»

Я поспешила к окну и увидела, как деревенские жители кричат что-то зловещее.

Страх сковал меня, и я не могла понять, что происходит. Все жители деревни собрались возле гостиницы, где я временно располагалась.

«Как им удалось меня найти?» — пронеслось в голове. Вероятно, юноша на ресепшене выдал моё местонахождение старосте.

«Шарлиз, наверное, сбежала», — с горечью подумалось мне.

«Какая же я наивная, ожидать от человека, с которым знакома всего несколько дней, чего-то большего», — раздался смех.

Почему же так яростно кричат? Почему считали меня ведьмой и демоницей?! Что я сделала такого?

Неожиданно среди толпы я увидела своих родителей, играющих роль жертв: М-с Сарбо, плакала и взывала к М-ру Джексону, обвиняя меня перед жителями деревни в том, что я ведьма, соблазнившая мужа (отца) и других селян.

Ложь, я никогда в жизни не опустилась бы до такого!

Сильная боль пронзила моё сердце, когда я поняла, что мать предала меня и обвинила в ужасе, которого никогда не было. Осознав, что я была чужой в этом поселении и никто не знал меня достаточно хорошо, чтобы поверить мне, я почувствовала себя одинокой и отвергнутой. Толпа, окружавшая меня, казалась злобной и готовой к моей казни.

Сумерки проникали сквозь тонкую штору, заливая комнату мягким туманным светом. Взгляд мой блуждал по мебели, ища выход из этой ловушки. Но все попытки были напрасны. Они уже окружили меня, как добычу, и я понимала, что время моего бегства истекло.

«Ха» рассмеялась, ощущая безысходность положения. Каждый уголок комнаты напоминал мне о том, что я попала в западню. Мысли бешено кружились в голове. Я знала — не существует спасения от этой смертельной ловушки.

Снаружи враждебные крики и свист гнали страх в самое сердце.

Всё кругом смахивало на предательство.

«Может, мой путь заканчивается на костре?» — думала я, чувствуя, как страх сжимает сердце. Жизнь промелькнула перед глазами, и я поняла, что остаётся лишь принять свою судьбу, как бы тяжела она ни была. «Судьба никого не щадит».

В тёмном помещении, наполненной тревогой. Шум толпы за дверью становился всё громче, будто сердце коллективной ярости бьётся в унисон с моим собственным. Но в этом хаосе зарождается искра идеи, дарящей мне надежду на выживание.

Минуты тянутся медленно. Понимая, что каждая секунда – это не просто время, а ценный ресурс, который необходимо использовать с максимальной выгодой.

«Мне нужно найти способ действовать быстро и решительно».

Молитва кажется последним оплотом разума в этом безумии. Я прошу о помощи, умоляю о милосердии, стараясь привлечь к себе внимание высших сил. Но время не ждёт, оно бежит вперёд, заставляя меня осознавать, что каждая секунда приближает к грани.

И вот, мой взгляд упирается в окно, словно оно стало символом моего спасения. Шанс на выживание мерцает передо мной, и я понимаю, что это рискованно, но альтернативы у меня нет.

«Пора действовать».

Как загнанный зверь, я чувствую себя на грани опасности, когда шагаю к окну и осторожно открываю его. Внизу на улице толпится народ, готовый исполнить приговор. Я улыбаюсь про себя, понимая, что в этой ситуации решающую роль играет не охотник, а дичь.

Прыжок вниз – и вдруг весь мир сжимается в одно мгновение. В воздухе звучит шорох, земля приближается стремительно. Мои мысли переплетаются с адреналином, и я понимаю, что каждый момент может стать последним.

Но в тот решающий момент, когда земля казалась непозволительно близкой, я обнаружила, что вишу на ветке, зацепившись за свою ночную рубашку.

Сила воли подсказывает мне дёрнуться, и я с грохотом приземляюсь на землю, ушибая ногу. Боль пронзает меня, но в этом моменте я осознаю, что сила внутри меня сделала возможным выжить.

«Везение, чистой воды»

Туман окутал деревню, создавая игру теней.

«Природа на моей стороне» — ехидная улыбнувшись.

Поднявшись, я уяснила, что боль в голове была лишь мелочью в сравнении с тем, что могло произойти. Подумать только, люди видели, как я спрыгнула с третьего этажа. Может быть, они уже ринулись искать моё тело. Возможно, мне стоит поторопиться и убежать, пока не поздно.

Шорох в кустах заставил меня вздрогнуть и резко обернуться, случайно наступив на больную ногу. Боль была невыносимой, но боязнь за свою жизнь заставил меня преодолеть страх.

Чья-то рука схватила меня за волосы и с силой дёрнула назад, отчего я упала на холодную землю. Кричать было опасно, так как это могло привлечь нежелательное внимание, но времени на размышления не оставалось.

В момент, когда я повернула голову, всё изменилось: мысли, надежды, разум — я поняла, что спасение было не так близко, как казалось.

«Привет» — прозвучало его приветствие. С улыбкой и гневом в глазах, спросил:

«Скучала?»

Моё сердце застыло на секунду.

«Джек?!»

«Что тебе нужно?» — собирая волю в кулак.

— Помнишь, я говорил у озера — начал он, играя в загадочность, — что с тобой будет, если мы ещё раз встретимся, — потянув за волосы. Его лицо было в сантиметрах от моего.

Я с тревогой взглянула на свои волосы, намотанные на его кулак, и не могла понять, как только парень появился в моей жизни, уничтожил её.

— Не понимаю о чём ты — прошептала я, чувствуя, как адреналин начинает бурлить в моих венах.

«Господи, как же всё это не вовремя»

— Помочь вспомнить? — ответил он с улыбкой.

«Сколько можно?!» слёзы подходили, но я не дала им возможности пролиться.

— Неужели мои слова тебя задели?

— Слова шлюхи, не могут задеть, — проговорил он, впиваясь своими губами в мои.

«Кто сказал, что ты можешь меня целовать?!»

Прокусив ему губы, он взвыл и отстранился. В ту же секунду врезала ему в челюсть с кулака.

— БЛЯДЬ!

Он упал, сжимаясь от боли, освободив за собой мои волосы.

Я быстренько замотала их в косу, чтобы больше не допустить подобных ситуаций, закидывая за ворот ночной рубашки.

Подойдя к нему, произнесла:

— Ты прав! Земля круглая — и со всего размаху ударила по яйцам.

Его крик разнёсся по всей округе, люди прибежали на помощь, но мне было всё равно. Я продолжала его бить и измываться над ним, до тех пор, пока он не потерял сознание.

— Твоя жизнь будет хуже смерти.

Вздохнув с облегчения, я подумала:

«Если мне и суждено умереть, то я буду бороться до последнего».

— Как ты посмела сотворить, такое с моим сыном?! — рявкнул старейшина, приближаясь.

— Понимаете, — обращаясь к нему, — Грех рожать такого ублюдка. — пиная Джека младшего.

Я ощутила, как адреналин закипел в жилах.

Смех хлынул из меня, и я не могла остановиться, пока не услышала новые голоса:

— Убить её!

— Оно должно умереть!

— На костёр её!

Крики вертелись в моей голове, вызывая головокружение.

Взглянула на них так, будто готова убить, а я могла. Я чувствовала, что могу.

Наступила тишина. Пока один не нарушил минуту молчания:

«Глаза демона!»

Люди начали перешёптываться, а потом и во всё в голос орать: — Убить ведьму!

«Вы хоть определитесь кто я, ведьма или демон?».

Хотелось плакать, смеяться, рвать и метать, но больше всего, жить!

Мои глаза закрылись.

«Устала, хочу спать»

Тело двигалось само.

«Убей» — шептал голос.

Рука взмыла, вверх высвобождая поток силы, образовывая столб света, разломив небо пополам.

«ДАВАЙ! УБЕЙ» — кричал кто-то.

Сознание боролось с чем-то внутри меня.

Начался хаос.

Последнее, что помню, как нечто стекало по моим щекам.

Когда я пришла в себя, ощутила, что мои руки и ноги были связаны к столбу, а рот заткнут тряпкой. Под моими ногами лежала горка веток, а вокруг развернулся пир. Столы были вынесены на улицу и украшены дорогими скатертями, на них громоздились вино, фрукты, много мяса. Люди пили, веселились и распевали песни о великом охотнике на ведьм в знак победы над злом.

— Разве это справедливо? — шептала я, слёзы стекали по моим щекам.

Внезапно мне показалось, что я услышала шорох, и по краю уха донёсся звук, который заставил меня вздрогнуть: «в деревню едет инквизитор».

Тихие шёпоты разносились по толпе, волнуя воздушное пространство.

«Кто же приедет?» — сплетались голоса, пронизывая мои уши, словно стрелы.

— Слышал, что это будет капитан Гидеон — продолжался разговор, словно таинственный шёпот ветра.

Мне не хотелось слушать дальше, мои силы иссякали, но я чувствовала, что должна узнать, что меня ждёт.

Прежде чем разговор дойдёт до конца, мальчик внезапно вскрикнул: «Она проснулась» и метнул в моё лицо помидором. Острый удар овоща о кожу был первым звеном в цепи гнева, пронизывая меня.

«Если, каким-то чудом выживу, больше не буду пресмыкаться наперёд кем, тем более перед мужчиной».

Люди смотрели на меня, как на дикое животное в клетке, невозмутимо попивая свои напитки.

«Никчёмные» — прокатилась мысль в моей голове.

«Как я вообще могла им помогать?»

Осознание собственной беспомощности накрыло меня тёмной пеленой, и я поняла, что эта ночь навсегда изменит меня.

— Розалин, я вижу, тебя интересует, что произошло, — начал старейшина.

«Если бы моя магия могла убивать, ты стал бы первым в очереди».

Скорее всего, мой взгляд уже давно говорил, сам за себя, ведь М-р Джексон поперхнулся, и лёгкий смех вырвался из его горла.

В этот момент старейшина швырнул в меня бокал, который попал прямо в висок, и кровь потекла по щеке.

— Жалко — произнёс он, — Пусть мать и расскажет о твоей судьбе.

Я заметила женщину в толпе, перед которой люди начали разбегаться, чтобы получше разглядеть происходящее. Её облик был, как всегда, экстравагантным, и, возможно, новый наряд она приобрела на те деньги, за которые я пахала.

На ней было пышное платье цвета ночи с рубинами, сверкающими как кровь. Вырез был настолько глубоким, что её можно было сравнить с куртизанкой. Она прикрывала лицо пышным веером ручной работы, возможно, чтобы скрыть ухмылку, но её строго направленные глаза были устремлены на меня.

— Начну с того, что ты не наша дочь, — сказала она, и моё сердце остановилось.

— Что?!

— Мы нашли тебя возле старого дуба у нашей деревни. Ты лежала, плача, завёрнутая в старую пелёнку.

Я была в шоке.

— На тебе был только этот мешочек, в котором лежала серьга, — сказала Мисс Сарбо, доставая мешочек из выреза и вытаскивая из него серьгу, длинным ногтем, показывая публике.

— Судя потому, что у тебя не было записки, тебя даже твои родители не любили.

Слёзы текли из моих глаз рекой.

— Мы забрали тебя, из-за того, что потеряли собственного ребёнка, — продолжала она, положив руку на свой живот. — Не удивляйся, всё в деревне об этом знали, и никто не сочувствовал тебе.

Я не могла найти слов, моя правда была как река, несущая всё на своём пути.

— Мы боялись, что ты принесёшь беду, и вот, ты сделала это.

«Что я сделала?» — пытаясь выбраться, чтобы вмазать ей хорошенько.

— Ты соблазнила моего мужа, сына старейшины, и ещё двух мальчишек, так ещё спалила наш дом, тебе не стыдно, — сказала она, швырнув в меня моё собственное наследство, серьгу.

— Нет! — раздался решительный ответ, и в тот момент.

Если бы здесь была Шарлиз, и она решила сжечь всех заживо. Я даже слезинки не пролила бы!

— Тебя ожидает ужасная участь, — отвернувшись, произнесла Аделаида. — Сюда направляется святой рыцарь Гидеон, он ещё ни одной ведьме не дал спокойно умереть, и после всего, что ты сделала,— указывая наверх.

Золотой купол окутал деревню «Что это?!»

— Тебя подвергнут пыткам, а затем публично казнят, и наша деревня прославится, а мы с мужем обретём богатство. — закончив свою речь, скрыла веер, подчёркивая зловещую улыбку.

Деревенские молчали.

Похоже, все и вправду все знали одна я, идиотка не догадывалась. Только мисс Стейси всегда была рядом, готовая помочь. Я оглянулась по лицам сельчан, но не смогла найти её. И вот я увидела её рядом с Джеком младшим, они разговаривали очень эмоционально.

«Как он вообще встать смог?»

Мисс Стейси размахивала руками, кричала и плакала. Может быть, из-за меня она так возмущена? Казалось, будто мои мысли прочли, когда я услышала голос:

— У мисс Стейси, есть дочь, которая была кандидаткой на роль жены Джека, — Я ошарашенно посмотрела на женщину — оказалось, что это жена старейшины. Её каштановые волосы были заплетены сверху оливковой лентой, а строгое платье цвета кожи седла лошади подчёркивало её серьёзность.

— Стейси, видимо, не знала, как избавиться от тебя, поэтому разнесла слухи.

«Нет, она не могла...» — я не могла поверить её словам.

— Она пришла к нам, когда никого не было, и рассказала, что ты ушла с моим сыном в лес. Смотря мне в глаза: — Это был её план. Здесь тебя никто не любит, никто не поможет. Даже твоя подруга бросила тебя.

Шок.

— Шарлиз, я рада, что ты сбежала.

— Этот мир слишком жесток для такой, как я — прошептала я, последняя слеза скатывалась по лицу.

Солнце вставало, лучи проникали сквозь купол, заливая всё золотом.

Меня сломали, что-то во мне лопнуло, стремилось вырваться наружу, но разум говорил: «Ещё рано. Ты сможешь выдержать». Было странно чувствовать, как разум и сердце борются друг с другом, пытаясь сохранить рассудок.

Внезапно вспыхнувший волчок пламени с разрушительной силой обрушился на стол, который рассыпался на крошечные щепки. Люди, словно муравьи, разбежались в стороны, укрываясь от опасности. Я повернула голову в сторону и услышала шёпот:

«Не смотри». В этом голосе звучала страшная смесь боли и ярости. Это была Шарлиз, молящая не обращать внимания. Но мне было невозможно не глядеть — я хотела увидеть, что она собирается сделать.