~°~

На рассвете войска Триумвирата выстроились у стен Нагариуса, готовые принять бой. Воздух был наполнен напряжением, словно перед грозой. Солдаты, измученные годами войны, стояли в строю, их лица были суровы, а глаза полны решимости. Они знали, что этот день станет переломным. Либо они остановят Эксидру здесь и сейчас, либо падут, и тогда всё будет потеряно.

Среди них выделялся Сора. Он стоял впереди, его доспехи сверкали в первых лучах солнца, а меч, поднятый высоко над головой, казался символом надежды. Его присутствие вдохновляло войска, и даже самые уставшие солдаты выпрямлялись, глядя на своего лидера. Рядом с ним стоял Габриель, его крылья, золотые, светились, словно солнце, шевелясь на ветру.

Сора повернулся к Габриелю.

- Габриель, - начал он, его слова звучали так, чтобы слышал их только его собеседник. - Я хочу поблагодарить тебя за всё, что ты сделал. За эти годы ты стал для нас не просто союзником, а символом надежды. Что бы сегодня ни случилось, я позабочусь о том, чтобы тебя записали в учебники как героя.

Габриель посмотрел на него скептически.

- Я не герой. - сказал он просто. - И никогда им не был.

- Мне не важно, что ты говоришь. - усмехнулся Сора. - Моя дочь, Изанами, считает меня героем. А раз так, ты тоже должен соответствовать этому званию. Ведь если на поле боя сегодня будет не один, а два героя, шансы у нас многократно вырастут.

Он бросил Габриелю улыбку, и в этот момент что-то изменилось. Габриель, обычно сдержанный и холодный, впервые улыбнулся в ответ.

- Хорошо. - сказал Габриель. - Пусть будет так.

Сора кивнул, его лицо стало более решительным. Он поднял меч ещё выше, его голос прозвучал, как гром, разносясь над рядами солдат.

- Вперёд! - закричал он. - За Нагариус! За Астриум! За Куронеко! За Триумвират! За наше будущее!

Его примеру последовали генералы других королевств. Их голоса слились в единый рёв, который подхватили тысячи солдат. Войска Триумвирата двинулись вперёд. Они ринулись навстречу армии Эксидры, которая уже виднелась на горизонте, как чёрная туча, готовая поглотить всё на своём пути.

Габриель расправил крылья, его глаза горели. Он знал, что этот бой станет последним. И он был готов. Готов сражаться. Готов защищать. Готов стать тем, кем его считали другие. Даже если он сам никогда не видел себя героем.

Армии столкнулись с грохотом, который мог разбудить даже мёртвых. Мечи звенели, щиты трещали, а крики раненых и умирающих смешивались с рёвом сражающихся. Габриель парил над полем боя, а его крылья рассекали воздух и противников. Он был везде, где был нужен, его присутствие вселяло страх в сердца врагов и надежду в сердца союзников.

Сора, тем временем сражался в самой гуще битвы. Его меч, быстрый и точный, разил врагов одного за другим. Но судьба была не на его стороне. В какой-то момент его конь, раненый стрелой, рухнул на землю, сбросив седока. Сора упал на колени, но мгновенно поднялся.

Перед собой он увидел женщину. Её фигура была стройной, но в её глазах горел огонь безумия. Её взгляд был хищным, самовлюблённым, словно она уже видела себя победительницей. Её тон был надменным, а улыбка зловещей.

- Сердца правителей всегда самые вкусные. - сказала она, облизываясь. - Последнее сердце, которое я отведала, принадлежало Патроклу, королю павшего Антиноя. Интересно, каково на вкус сердце короля Астриума...

Сора сжал меч в руке, его глаза сузились. Он знал, что перед ним не просто враг, а нечто большее. Файзет, генерал Эксидры, была опасна не только своим мастерством, но и магией крови, которая позволяла ей манипулировать кровью уже убитых и своей собственной. Она вытянула руку в сторону мёртвого коня и, выдавив его глаза, потоки крови устремились наружу, обретая в руке Файзет форму огромной косы.

Но прежде чем они успели сойтись в бою, между ними возникла третья фигура. В фиолетовом свечении ворон, пролетевший между ними, принял человеческую форму. Это был Лайнхольд. Он выставил ладони напротив их обоих, останавливая от конфронтации.

- Файзет. - произнёс он. - Не убивай его.

- Почему это? - Файзет нахмурилась, её губы изогнулись в ухмылке. - Ты решил самолично убить короля Астриума? Как благородно с твоей стороны.

Лайнхольд не ответил. Его взгляд был устремлён на Файзет, и в нём читалось что-то, что заставило её замолчать. Она звонко рассмеялась, её смех был как звон разбитого стекла.

- Хорошо. - сказала она. - Пусть будет по-твоему. Но не думай, что я откажусь от такого лакомства, так что прибереги его тело для меня на потом! - она взмахнула рукой, и её тело начало меняться. В мгновение ока она превратилась в огромного сокола и взмыла в небо, оставив Лайнхольда и Сору наедине.

Сора посмотрел на Лайнхольда, его глаза были полны недоумения.

- Лайнхольд? - спросил он. - Сын Эксидры. И его генерал. Почему ты остановил её?

- Я не собираюсь убивать тебя. Пусть нефелим закончит своё дело. И тогда все станут свободны.

- А я, напротив, был бы не против отправить на тот свет ещё одного генерала Эксидры. - сказал он, его голос был полон решимости. - Особенно его сыночка.

- Ты не понимаешь, это...

В этот момент за спиной Соры раздался тяжёлый шаг. Он обернулся и увидел его. Эксидра. Огромный, около четырёх метров ростом, мускулистый, с диким, страшным взглядом. Его гигантский меч сверкнул в свете солнца, а его улыбка была полна злорадства.

Сора не успел среагировать. Меч Эксидры пронзил его тело насквозь, вырывая последний вздох из его груди. Сора замер, его глаза широко раскрылись, а изо рта хлынула кровь.

- Хорошая работа, сын. - громогласно произнёс Эксидра. - Ты был сообразителен.

Лайнхольд не ответил. Он лишь покачал головой, его лицо стало мрачным. Он взмахнул рукой, и, обратившись белым вороном, взмыл в небо, оставив Эксидру и умирающего Сору на поле боя.

Сора упал на колени, его меч выскользнул из рук. Он попытался что-то сказать, но из его рта вырвался лишь хриплый стон. Эксидра снял его с клинка, его лицо было искажено злорадством.

- Прощай, король. - прошептал Эксидра облизывая лезвие своего меча.

Сора рухнул на землю, его глаза закрылись. Эксидра засмеялся, его смех был как гром, разносящийся над полем боя. Он поднял меч вверх, его голос прозвучал, как приговор.

- Астриум пал! А когда мы перейдём границы Нагариуса, Падёт и он! А там останется за малым! Ха-ха-ха-ха!

Габриель парил высоко над полем боя. Его глаза, холодные и пронзительные, сканировали поле сражения, выискивая угрозы. Но в этот момент он увидел то, что заставило его остановиться. Его сердце сжалось. Сора, король Астриума, лежал на земле, его тело пронзено гигантским мечом. А над ним стоял Эксидра, его фигура, огромная и устрашающая, была словно воплощение зла. Король Кроувелла медленно обернулся, его взгляд поднялся вверх, и их глаза встретились.

Столько лет. Столько битв. Столько раз Габриель был в шаге от того, чтобы поймать Эксидру. И вот он, наконец, перед ним. Наконец-то всему конец.

Эксидра не сказал ни слова. Его лицо, искажённое злорадством, было спокойным, но в глазах читалась готовность к бою. Он поднял руку, и к нему подкатили огромную баллисту. Огромный, трёхметровый болт был заряжен и направлен прямо в Габриеля. Эксидра ухмыльнулся и нажал на спусковой механизм.

Болт полетел с такой скоростью, что воздух вокруг него загудел. Но Габриель даже не шелохнулся. Он просто смотрел на болт, его глаза были спокойными, но в них читалась решимость. Лёгким движением одного из крыльев он разнёс болт на куски, как будто это была не более чем щепка.

Эксидра яростно рассмеялся, его смех был как гром, разносящийся над полем боя. Он схватил свой гигантский меч и ринулся вперёд, намереваясь сбросить нефелима с небес на землю.

Но Габриелю это всё осточертело. Перед его глазами пронеслись воспоминания. Такара, стоящая на балконе, её глаза, полные тревоги. Их разговор перед битвой. Как она попросила его быть осторожным. Как он попрощался с ней, словно знал, что это их последняя встреча. Её лицо, её голос, её тепло - всё это всплыло в его памяти, как яркий свет во тьме.

И в этот момент тело Габриеля засветилось. Его крылья вспыхнули золотым светом, таким ярким, что его можно было сравнить с сиянием солнца. Отметины на его щеках загорелись, пульсируя разными цветами, а в глазах читалась свобода. Свобода от войны. Свобода от боли. Свобода от всего, что держало его в оковах.

Он скрестил все свои четыре крыла и взмахнул ими. Мощная волна энергии, словно лезвие, прошла сквозь армию Эксидры и его самого. В одно мгновение тысячи солдат пали, их тела разорваны на части. Эксидра замер, его ухмылка застыла на лице. Он даже не успел понять, что произошло. Его тело развалилось пополам, как будто это было не более, чем простая бумага.

Армия Кроувелла, оставшаяся без своего лидера, в панике бросилась бежать. Их крики, полные ужаса, смешались с рёвом победы солдат Триумвирата. Война, длившаяся столько лет, наконец закончилась. Габриель завис в воздухе, его крылья всё ещё светились золотым светом. Он смотрел на поле боя, на тела павших, на бегущих врагов. Это был конец. Конец войне. Конец всему.

- Он это сделал! Они это сделали! Наконец война окончена! - видя победу Габриеля через односторонний портал, она радостно воскликнула и обняла Сату.

Но её радость была недолгой. Зенагелд, сидевший рядом, прервал её празднование, его голос был тихим, но в нём чувствовалась горечь. Для Зенагелда это было непривычно.

- Не забывай, какой ценой нам досталась эта победа. - сказал он. - Соры не стало. И единственной наследницей его трона теперь будет его дочь, Изанами. Она ещё молода и неопытна.

Такара погрустнела, её радость сменилась скорбью. Она знала, что победа всегда имеет свою цену.

Вскоре, они разошлись.

Наступила тишина. Она была такой густой, что казалось, будто время остановилось. Ночь опустилась на замок, окутав его своим тёмным покрывалом. Звёзды, словно крошечные огоньки, мерцали на небе, а луна, холодная и далёкая, освещала балкон, где стояла Такара. Её фигура, одинокая и хрупкая, выделялась на фоне ночного неба. Она смотрела вдаль, её глаза были полны надежды и боли одновременно. Сейчас, стоя на балконе, она думала не о Соре, не о войне, не о тронах. Она думала о Габриеле. Где он? Почему он не вернулся?

Сата тихо подошла к ней, её шаги были почти неслышными. Она накинула на плечи Такары тёплое одеяло и протянула стакан с какао.

- Заходи внутрь. - мягко сказала она. - Уже вечереет, воздух стал прохладным. Можно простудиться.

Такара покачала головой, её глаза были прикованы к горизонту.

- Я никуда не уйду, пока он не вернётся. - прошептала она, еле сдерживая всхлипы.

Сата не стала спорить. Она знала, что слова здесь бессильны. Она просто стояла рядом, наблюдая, как её королева, её подруга, медленно теряет надежду.

Часы шли. Ночь становилась всё глубже, а звёзды ярче. Такара всё ещё стояла на балконе, её пальцы сжимали край парапета. По её лицу стекали слёзы, но она не вытирала их. Она вспоминала их первую встречу. Как она стояла здесь же, на этом балконе, и плакала. И как он появился из ниоткуда, чтобы утешить её. Теперь его не было. Он больше не утешит её. Куда он делся? Никто не знал.

Сата снова подошла к ней, её лицо было полным сочувствия.

- Он ведь не вернётся, да? - спросила Такара, её голос дрожал.

Сата покачала головой, не зная, что ответить. Её глаза были полны печали, но она не могла дать Такаре то, чего она так отчаянно хотела.

Такара глубоко вздохнула, её плечи содрогнулись от тихого всхлипа. Она медленно повернулась и, накинув одеяло на плечи, пошла в спальню. На пороге она остановилась, обернувшись, чтобы в последний раз взглянуть на балкон. На парапете никого не было. Только тишина. Только ночь. Такара закрыла дверь, её сердце было тяжёлым, но в нём теплилась надежда. Она знала, что Габриель, где бы он ни был, всегда будет с ней. В её сердце. В её памяти. В её душе.

И вдруг, словно прощальный подарок, на парапет медленно упало золотое сияющее перо. Оно лежало там всего несколько секунд, сверкая в свете луны, а затем его подхватил ветер и унёс прочь. Балкон снова опустел. Тишина. Ночь.

И только звёзды продолжали мерцать, как будто напоминая о том, что даже в самой тёмной ночи есть свет.

А на балконе, в тишине ночи, осталось лишь эхо их любви. И золотое перо, унесённое ветром, останется символом того, что их любовь не угаснет.

~°~