Мужчина, которого девочка называла «Дядей-торговцем собачатиной», видел сон. Он ясно осознавал, что спит, но вовсе не хотел просыпаться. Действие происходило в тот самый день, когда он решил больше не спускаться в лабиринт. Это было мгновение, предшествовавшее его роковому отказу.

Этот миг стал вечным сном. Время застыло, давая ему шанс изменить будущее, возможность сказать: «Давайте продолжим путь через лабиринт вместе!»

Это был 43-й этаж лабиринта, лес хвойных деревьев. В тот день шёл проливной дождь, стена воды была такой плотной, что не видно было ни зги. Но сейчас ливень, низвергавшийся так, словно небеса разверзлись, замер в воздухе.

Он видел себя стоящим перед товарищами, с серьёзным лицом, готовым открыть рот. Если бы он мог вернуться в то тело и то мгновение, возможно, это стал бы сон, в котором время снова потекло бы. Ведь это было прошлое, которое он так жаждал изменить.

После того как он в реальности сказал, что больше не пойдёт вниз, его товарищи оставили его на 43-м этаже, ушли и так и не вернулись. Но мужчина всё равно не мог заставить себя произнести: «Давайте пойдём дальше вместе!».

Он боялся. И в то же время у него не хватало мужества проснуться, ведь это было то прошлое, которое он хотел исправить.

У него не было смелости изменить свой выбор в прошлом, но не было смелости и утвердиться в нём, чтобы проснуться. Ему было суждено остаться в этом застывшем времени навечно. Даже зная ужасное будущее, даже во сне, он не мог согласиться спуститься в лабиринт с товарищами. Как человек, осознавший истинную структуру лабиринта, он больше не мог выбрать этот путь.

Это понимание граничило с предвидением.

Лабиринт даровал сверхчеловеческую силу тем, кто пробивался сквозь него. Чем глубже заходили авантюристы, тем больше мощи они получали. Лабиринт давал им всё, чего они желали: невероятную силу, красоту, магию, искусство фехтования, могущественные артефакты. Стоило только продолжать ходить туда, и это оставалось с ними навсегда.

Но бесплатного сыра не бывает.

Люди, получившие силу от лабиринта, становились всё более странными. Высокомерие и чувство превосходства? Нет, это было не обычное тщеславие. Они становились настоящими безумцами. Извращённая психика, бесконечная ненависть к людям и бессвязный бред. Когда уровень безумия переходил определённую черту, лабиринт поглощал их. Такие люди больше не возвращались.

И хотя большинство знало об этом, они не могли остановиться. «Огромная сила» вызывала зависимость.

Дядя был единственным, кто перестал спускаться в лабиринт после прохождения 30-го этажа. Лабиринт было легко пройти, если действовать осторожно и шаг за шагом, словно в игре. Но люди сходили с ума после обретения силы. Сопоставив эти два факта, он понял цель лабиринта.

Лабиринт трансформировал людей в нечто иное. И отбирал тех, кто мог сохранить рассудок после трансформации.

Вот почему мужчина не мог идти дальше. Он уже начал терять себя. Он больше не мог вспомнить, чем занимался в Японии и каким человеком был. Ирония заключалась в том, что именно предвидение, обретённое ценой потери собственного «я», привело его к пониманию структуры лабиринта.

Он долго стоял неподвижно, погружённый в мысли, а стена ливня, словно слёзы небес, висела в воздухе, не шелохнувшись. Это был замороженный сон без звуков, но шум дождя, бьющего по деревьям и земле, всё ещё стоял у него в ушах. Прошли годы, а образ хвойного леса всё ещё стоял перед его глазами, яркий, как картина.

Мужчина ничего не мог сделать, просто стоял на месте, не в силах выбрать ни один из путей.

◯

Девочка поднялась на крышу школы и посмотрела вниз. Багровый свет заката окрашивал мир в тона сумерек.

Ей очень нравились сумерки в Городе Лабиринте. Единственное, что объединяло тот город и Японию – это сумерки. Она любила этот час и тот шум, которым завершался день.

Девочка закрыла глаза и прислушалась. Крики школьников, бегающих по площадке. Гул машин и людская суета на улице за школой. Она слушала эти мирные звуки. Даже сейчас, стоило закрыть глаза, ей чудилось шкворчание мяса на сухих дровах и громкие разговоры пьяных людей.

Почему-то Япония казалась ей чужой. Она чувствовала, что не может вечно оставаться в этой похожей на сон фантазии. Это была та повседневная жизнь, о которой она тосковала каждую ночь. Но она не хотела притворяться, будто всех связей, обретённых в Городе Лабиринте, никогда не существовало.

К тому же в этом месте не было милой чёрной феи, изо всех сил защищавшей её.

Было весело вернуться в школу после долгого перерыва.

Поэтому... Девочка попрощалась с этим миром. Попрощалась до тех пор, пока они не встретятся по-настоящему.

◯

Чёрный Жнец бегала по Саду Маленьких Жнецов. А за бегающими вокруг малышами наблюдала Серый Жнец с самой доброй улыбкой на свете.

Любящая Мама, которая кормила уставших от игр Маленьких Жнецов пудингом с ложечки. Мама, которая не воровала у детей еду, проходя мимо, а, наоборот, делилась своими закусками. Когда Маленькие Жнецы приносили пудинг, чтобы поесть вместе, Мама не убегала с добычей, а ела вместе с ними.

Это был поистине счастливый Сад Маленьких Жнецов.

Когда Чёрный Жнец уставала от игр и выходила из Сада, её встречала драгоценный человек, находившаяся в Институте Сехи.

- Ам! Ням!

Чёрный Жнец сидела на ладони своего человека и ела пудинг, которым её угощали.

Я счастлива.

Я счастлива, что Мама странно добрая. Правила лаборатории тоже изменились, так что драгоценный человек работала всего час в день, и это было настоящим счастьем. Она могла оставаться с любимым человеком вечно!

Однако мирное небо Института Сехи внезапно разорвалось, и счастливому мгновению пришёл конец. Сверху, из разлома в небесах, на Чёрного Жнеца смотрели озорные жёлтые глаза.

Это был кошмар. Чёрный Жнец проснулась в испуге.

◯

Ты должен познать гнев Тиранно!

Я смотрела сверху вниз на босса лабиринта, сплющенного в форму тираннозавра, и беззвучно рычала. Уничтожив врага и придя в себя, я наконец ощутила боль, сжигающую всё тело. Сила, исходящая от Нимба, беспощадно жарила меня.

В тот же миг я сорвала Нимб и швырнула его на пол. Боль от Нимба не уменьшалась, сколько бы раз я его ни использовала, она только продолжалась. Очевидно, это моя способность, так что по идее я должна была привыкнуть, но нет. Было так больно, что я не хотела использовать его снова, но месть за Тиранно затмила мой рассудок, и я неосознанно призвала его.

Пока отброшенный Нимб возвращался в небо, я перевела взгляд и увидела хаос: Чёрные Жнецы носились вокруг. Те самые Чёрные Жнецы, которые заботились о девочке, превратившись для неё в кровать... Сейчас одни прыгали, празднуя победу, а другие... спали с выражением невероятного счастья на лицах.

Не знаю почему, но, видя их блаженно спящие физиономии, я почувствовала себя странно. Будто они проклинали меня.

Вы знаете, чего это они?

Когда я спросила, почему эти дети продолжают спать, бодрствующие Чёрные Жнецы вздрогнули и бросились к спящим сёстрам. Золотые Жнецы и Чёрные Жнецы, видимо, знали о своей выносливости, поэтому обычно были безразличны к собственным травмам. Это контрастировало с Синими Жнецами, которые береглись любой царапины, словно новорождённые младенцы.

Чёрные Жнецы трясли спящих за плечи, хватали их за щёки и растягивали их. Они перепробовали всё, чтобы разбудить сестёр, но те не подавали никаких признаков пробуждения. Осознав, что проблема им не по зубам, Чёрные Жнецы взвалили спящих на себя и собрались передо мной.

Беда!

Сонный колокольчик!

Выслушав историю Чёрных Жнецов, я поняла ситуацию. Это значит, что им снится что-то вроде моего приключения с Тиранно. Сон сладок, а реальность холодна. Значит, у меня нет выбора, кроме как разбудить их. У них были очень счастливые лица, но я ничего не могла поделать. Не то чтобы я им завидовала, понятно?

Решение было простым. Войти в сон с помощью способности Золотого Дерева, а затем использовать Разрезание Пространства, чтобы уничтожить сновидение!

Сперва я проникла в сны Чёрных Жнецов через Золотое Дерево, и те, вздрогнув, начали просыпаться. Я даже не использовала Разрезание Пространства, так почему?

Проснувшиеся Чёрные Жнецы огляделись, затем встретились со мной взглядом и протёрли глаза, словно увидели нечто странное. Хорошенько протерев глаза и посмотрев на меня снова, они проронили слезу. Что, чёрт возьми, они видели во сне, раз у них такая реакция? Мне стало неприятно, и я хотела спросить их об этом.

Но не успела – весь лабиринт начал трястись.

- Грохот!

Звук, совершенно не вязавшийся с белоснежным полем и перевёрнутыми деревьями второго этажа. Казалось, шестерни из камня и песка, которые долгое время оставались без движения, наконец начали вращаться.

Картинка лабиринта замигала, как экран сломанного телевизора, и внезапно сменилась пейзажем из камня и песка. Песчаные снежинки взлетали в небо, а с потолка свисало голое дерево, высеченное из камня. Обнажившиеся камни и песок, казавшиеся статичными и твёрдыми, начали рассыпаться. Подобно песчаной реке, текущей под солнцем пустыни, каждая песчинка посыпалась вниз с шуршащим звуком.

Осыпавшийся песок снова поднялся в небо, образуя величественный столб, и море песка, бросающее вызов гравитации, начало заполнять небосвод. Когда этот бесконечный катаклизм прекратился, перед моими глазами раскинулась огромная песчаная равнина.

Однако песок, заполнивший небо над этой равниной, всё ещё тёк, издавая звук, похожий на шорох ползущей змеи. Земля из песка и небо из песка. Посреди этой причудливой пустыни открылась трещина в пространстве. Разлом сформировался прямо передо мной, словно приглашая войти.

◯

В пространстве, созданном из вечно текущего песка, старик, сидящий на стуле, открыл засыпанные песком глаза и заглянул внутрь лабиринта. Взгляд старика, который до этого был прикован к чёрному мечу, теперь остановился на Сером Жнеце, облачённой в чёрную броню.

И когда Серый Жнец сняла доспехи Чёрного Жнеца, явив свой истинный облик, на бесстрастном лице старика отразилось удивление.

<Серое тело.>

<Гомункул.>

<Облик, созданный по образу последнего алхимика.>

Старик открыл рот, словно смеясь. Однако его тело, превратившееся в песок, не могло смеяться. Вместо этого его отвисшая челюсть потеряла форму, рассыпалась в песок и опала вниз.

<Ха-ха-ха.>

<Понятно. Значит, у неё получилось?>

<Дитя, казавшееся наименее вероятным кандидатом на успех, преуспело.>

<Тогда я сделаю ставку на неё.>

Старик взмахнул посохом, и сила лабиринта начала постепенно восстанавливаться и возвращаться к нему.

<Интересно, достойна ли ты носить девять корон.>

Старик издал удовлетворённый вздох, даже когда его тело окончательно рухнуло в песок.