Часть 2. Дверь в конце тоннеля

Наша группа разделилась по несколько человек, чтобы как можно быстрее исследовать комнаты на этаже, которых было немало. Я следовал за Сенго. Мы осмотрели несколько комнат, но надежды найти хоть что-то сохранившееся, вроде компьютера или записей, не оставалось, тем более внутри помещений освещение было тусклым, либо вовсе отсутствовало.

– Глядя на эту разруху, можно подумать, времени прошло лет двести, а свет горит - значит есть какой-то источник питания. Если он сохранился, возможно сохранились какие-то базы данных или оборудование рядом с ним, – высказывала своё умозаключение Сенго. – Надо найти этот…

Неожиданно где-то неподалеку раздался грохот падающих камней и треск, прервавший речь Сенго. Мы тут же побежали в ту сторону.

– Что же там могло произойти? – обеспокоенно вскрикнула Сенго. – Этого ещё не хватало!

Мы пробежали метров сто и забежали в одну из комнат. От бега и волнения у меня бешено билось сердце и появилась сильная одышка. Перед собой, сквозь стоявшую столбом строительную пыль, в полумраке мы увидели гору обломков и торчащие балки. На шум подбежало ещё несколько ранее отделившихся членов группы. Началась суматоха.

– Ничего толком не видно! Как разобраться в этой темноте?! – сказала Сенго, подходя ближе к обломкам и всматриваясь. – Осторожней! Может ещё что-нибудь упасть! Давайте осмотрим, в этой стороне этажа должны были находиться два человека.

Сначала Сенго, а потом остальные начали звать в темноту:

– Есть здесь кто? Есть пострадавшие? Ответов так и не последовало.

Все мы вшестером стали шарить руками по обломкам, пытаясь нащупать возможных пострадавших. В мою голову закрадывались самые дурные мысли и предположения.

Я попытался их отогнать и обратился к Сенго:

– Сенго, может, их тут не было? Может, всё обошлось?

– Надеюсь, что ты прав, Кэтсеро, – она была подавлена и взволнована не меньше моего. – Хочется верить, что их здесь не было во время обвала…

«Что это?».

Моя рука нащупала между двумя большими кусками плит что-то горячее и влажное. Я отдернул руку и попытался её рассмотреть.

«Это…КРОВЬ?!».

Я испуганно отшатнулся и закричал:

– СЕНГО! Сенго, тут кровь! Здесь есть человек!

Меня панически затрясло и бросило в пот. Я начал судорожно и брезгливо вытирать руку об обломки, но меня не покидало маниакальное ощущение, что кровь не стирается с неё.

Остальные быстро разгребли обломки и вытащили окровавленное тело на освещенное место. Я понемногу начал успокаиваться, но нелицеприятный вид этого несчастного вызывал у меня отторжение и страх, потому я старался поменьше смотреть в его сторону.

– Ему уже не помочь… – с горечью констатировала Сенго, проверив пульс и дыхание.

Удивительно, но никто не стал паниковать или кричать что-то в отчаянии. Все организованно и спокойно пошли дальше исследовать завал в надежде найти живым хотя бы второго человека.

«Стальные же нервы у этих военных… Да уж…».

Пытаясь подавить мысли и панику, я заставил себя продолжить помогать на завале. Почти следом мы обнаружили бездыханное тело девушки…

– Чёртово подземелье! – раздосадовалась Сенго. – Как же обидно…

Раздались ускоряющиеся шаги, и к нам подбежал один из членов нашей группы, исследовавший дальнюю часть этажа. Он посмотрел на два лежавших тела и тут же, без лишних расспросов, переведя дух, отчитался:

– Лейтенант Харада! В дальней части этажа мы нашли большую металлическую дверь с рабочим пультом управления. Это всё, больше ничего обнаружить не удалось.

– Веди к двери! – тут же приказала Сенго.

В моём сердце затрепетала надежда.

«Ну хоть что-то хорошее».

Попутно Сенго крикнула в пространство центрального зала комплекса:

– Группы 1,2,3! Говорит лейтенант Харада! Вы что-нибудь нашли?

– Нет, ничего нет! Один хлам! – отозвались с нижних этажей

– У нас глухо, – раздался голос Ребела. – Что у вас там был за грохот?

– Мы нашли дверь! Кажется, рабочая! Поднимайтесь к нам! – отвечая прокричала вниз Сенго, опасно наклонившись через ограждение яруса.

Наша группа собралась возле двери. Постепенно начали подходить люди, поднявшиеся с других этажей. Ребел с третьего этажа подошёл к нам одним из первых.

– Так вот эта дверь? Пульт действительно рабочий и в неплохом состоянии, – произнес он, разглядывая её.

– Ага! Удивительно, судя по разрухе вокруг. Только загвоздка теперь её открыть: тут код нужен или биометрические данные… – озадаченно пробормотала Сенго, а затем расстроенно продолжила: – В одной из комнат произошло обрушение… Мы двоих потеряли…

– Вот как… Харада-сан, давай отойдем, я должен кое-что сказать… – тихо и встревоженно сказал Ребел, взял Сенго за локоть и потянул в сторону от присутствующих.

– Ребел, что случилось, к чему такая секретность?

– Сенго! Я могу к тебе так обращаться? – не дожидаясь ответа на вопрос, он продолжил вполголоса: – Мы тоже потеряли одного человека, там, на третьем этаже. У него был приступ «Идзанами». Я своих просил помалкивать, чтобы не наводить панику. В ближайшее время этого никто не заметит - люди ещё мало знают друг друга, да и многим не до этого… Вы тоже поменьше распространяйтесь о завале.

– Он умер? – поникшим голосом спросила Сенго.

– Да, его хватило минут на пять. Мы даже ничем помочь не смогли! – ответил Ребел с разочарованием. – Сенго, здесь нет ни оборудования, ни лекарств, ни еды. Вода грязная, люди обессилены, измотаны походами по этажам. Скоро болезнь начнёт проявляться почти у всех. Если эта дверь не откроется или это не выход, то в течении суток-двух мы все здесь покойники.

– Ребел, я всё понимаю, но не думала… Или не хотела думать, что так быстро начнутся потери.

– Мы все отгоняем от себя эти мысли. Но смерть может прийти каждую секунду к любому, кто здесь находится. Нам надо спешить и любым способом открыть эту чёртову дверь. В случае чего, нам нельзя допустить паники.

– Ситуация патовая… Даже если нам и удастся выбраться, ещё не факт, что на поверхности мы сразу найдем помощь… что нам вообще смогут помочь... – далее, отогнав от себя упаднические мысли, Сенго продолжила: – Так чего мы тут стоим? Пошли вскрывать эту треклятую дверь!

Когда Сенго и Ребел вернулись, два человека уже что-то горячо обсуждали, стоя перед дверным пультом.

– Что скажете? – обратился к ним Ребел.

– Капитан Ребел, я сержант Фукудо, из отдела технического обеспечения ССО, – представился один из них, кивнул на своего оппонента и далее отрапортовал: – Это мичман Оока, техник отдела связи ВМФ. Пытаемся вскрыть дверь!

– А о чем спор? – вмешалась Сенго.

– Нам необходимо разобрать пульт, но у нас нет инструментов. Ничего подходящего...

Я внезапно вспомнил и тут же его перебил.

– Я видел какие-то ржавые инструменты в одной из комнат.

– Почему ты сразу не сказал?! – недовольно спросила меня Сенго.

– Я не успел, случился этот…

– ПОШЛИ! Покажешь! – громко и намеренно перебила меня Сенго, схватила за руку и потащила в сторону завала.

Когда мы почти добрались до места, Сенго пошатнулась, затем плечом прижалась к стене и тихо по ней сползла на пол. Я тут же бросился к Сенго и испуганно закричал:

– СЕНГО! СЕНГО! Что с тобой?

Она отвечала едва слышно:

– Кэтсеро, у меня приступ… Ничего… Найди инструменты! Сейчас отпустит и мы пойдем обратно… Не говори никому… Нам нужно вернуться с инструментами… Ты меня понял? Иди, Кэтсеро…

– Чёрт! Сенго, прошу тебя не умирай!

– Поторопись…

Убегая за инструментами и пытаясь подавить в себе панику, я крикнул ей:

– Хорошо, держись Сенго! Я мигом!

В темной пыльной подсобке, я впопыхах собрал в подол больничного халата с пола всё, что напоминало собой инструмент, и тут же ринулся обратно к Сенго. Она лежала и не шевелилась…

Выронив все инструменты, я начал истошно кричать о помощи в ту сторону, где находились остальные. Через несколько минут на крики прибежал Ребел и ещё несколько человек.

– Что случилось? Что с ней? – встревоженно вопрошал он у меня, подбегая к лежащей на полу девушке.

– У Сенго приступ! Она внезапно упала и больше не отвечает.

Всё мое лицо было в слезах, а от одной только мысли, что Сенго умерла - внутри разгорался страх.

– Она дышит! Есть пульс! – сказал Ребел, приложив руку к её шее, и тут же скомандовал остальным, показывая то одного, то на другого: – Ты - собери инструменты с пола и дуй срочно к двери, пусть вскрывают как можно скорее. Ты и ты - помогите отнести туда Сенго.

Затем он прикрикнул на меня, сидящего на коленях подле Сенго:

– Не реви, она ещё жива! Иначе потом расскажу Сенго, что ты плакал как девчонка!

Пока мы пытались привести Сенго в чувство, техники среди вороха ржавых и полусгнивших инструментов отыскали кое-что сохранившееся, видимо из титана или какого-то не коррозирующего сплава. Примерно через полчаса удалось открыть дверь, и толпа радостно и оживленно забурлила. Тем временем Сенго открыла глаза…

«Сенго! Милая Сенго!» – радовался я про себя, не понимая возникшей близости и привязанности к этому человеку, вдруг появившемуся в моей жизни практически пару-тройку часов назад.

За дверью находился освещённый, чистый, сохранившийся в прекрасном состоянии коридор. Вдоль обеих стен было по несколько дверей, а в конце была металлическая, но на этот раз не такая большая, дверь с пультом.

– Вскрывайте следующую дверь! – отдал капитан Ребел распоряжение. – Остальные осмотритесь в помещениях!

Мы обнаружили комнату с источником энергии, до сих пор питавшем капсулы и аварийное освещение. Судя по всему, это был какой-то ядерный реактор. По крайней мере, так опознал его мичман Оока, сталкивавшийся с подобными вещами в ВМФ. В остальных комнатах обнаружились зал управления реактором и жизнеобеспечением комплекса, оружейная, заваленная ржавыми оставами автоматов и пистолетов, санузел и серверная, где от оборудования остались лишь груды прогнившего хлама.

– Интересно, почему реактор, пульт, капсулы - целы, в отличии от всего остального? – задался кто-то вопросом к возившимся у двери техникам.

– Все это не из железа. Тут особые сплавы и металлы: золото, платина, иридий, серебро, графит. Все дублируется, практически вечное оборудование, – ответил сержант Фукудо. – Если бы реактор не исчерпал бы себя, то лежать бы нам в морозильнике ещё сотню-другую лет.

Я тем временем находился рядом с Сенго, которая хоть и пришла в себя, но ещё не могла самостоятельно передвигаться. Мы сидели в углу, не обращая внимания на окружающую суматоху.

– Кэтсеро, что ты со мной возишься? Я буду ношей, – тихо и с трудом обратилась она ко мне.

– Не говори так, я не брошу тебя. Не смей так думать! – я обиженно ответил, оторвал от своего халата кусок ткани, смочил его водой и положил ей на лоб.

Сенго улыбнулась и, в попытке развеять гнетущую атмосферу, выдала:

– Если я выкарабкаюсь, придётся тебе признать меня своей девушкой.

Её слова заставили меня раскраснеться, и я смущенно ответил:

– Ну у тебя и шуточки…

– А может это и не шутки…

Я готов был провалиться ещё глубже под землю, хотя мы и так уже находились под землей.

Никакой информации получить так и не удалось, а на открытие второй двери ушло в два раза больше времени, чем на предыдущую. За дверью находился узкий неосвещенный проход.

– Все собираемся у прохода и аккуратно продвигаемся внутрь! Освещения там нет, так что идем на свой страх и риск… В любом случае, идти нам больше некуда! – обратился ко всем громко Ребел. –Двое замыкающих вместе с Кэтсеро помогают Сенго.

Все сорок человек поочередно вошли в тоннель. Ребел шёл первым. Мы передвигались практически на ощупь. Прошло около часа, быстро идти не получалось: слишком было тесно, по щиколотки стояла холодная вода, ноги то и дело спотыкались о какие-то камни или вообще проваливались по колено в ямы. Тем, кто помогали переносить Сенго, приходилось то и дело меняться. Люди выдохлись.

Ребел прокручивал в голове мысли:

«Главное, чтобы ни у кого сейчас не случился приступ! Это не самое подходящее место и время. Мы не сможем задерживаться и нести несколько человек… Только не сейчас…».

Видимо, высшие силы или вселенная услышали мольбы Ребела и, пока мы не дошли до конца прохода, приступа ни у кого не случилось.

– Здесь тупик! Должна же быть здесь какая-то дверь! – громко прокричал Ребел.

Все остановились и начали обессиленные плюхаться в холодную воду. Капитан Ребел начал ощупывать пространство перед собой и спустя несколько минут он наткнулся на кран, какой встречается обычно на гермодверях, в подводных лодках или на кораблях. Кран был сильно обросший ржавчиной и представлял собой больше выступ на двери, чем подвижный и отдельный её элемент.

– Помогите мне! Здесь надо повернуть, чтобы открыть дверь! Слышите?! ТУТ ЕСТЬ ВЫХОД!

Присутствующие приподнялись духом, а несколько человек подорвались помогать капитану, но кран невозможно было повернуть, настолько сильно он прикипел и слился с дверью.

Спустя долгие минуты некоторые стали паниковать:

– Дойти до сюда, чтобы умереть? Нет уж!

– Достали эти чёртовы двери!

Мичман Оока расковырял отвёрткой обод крана и хоть как-то отделил его от дверной поверхности. Через десяток минут, которые всем показались вечностью, кран стал подаваться и не без исполинских усилий окончательно повернулся.

– Вот зараза! Ещё и дверь прикипела! – разочарованно проорал Ребел и пнул дверь ногой.

Чем ближе подходил момент открытия двери, тем яростнее и напористей действовала команда. Наконец дверь слетела со сгнивших, но некогда очень прочных петель и с глухим шлепком упала на землю. Яркий свет до боли врезался людям в глаза, которые до этого несколько часов провели в полной темноте, а свежий тёплый воздух ударил в голову.

Мы с радостными возгласами, толкаясь, стали выбегать из подземелья и тут же падать счастливыми на землю, пытаясь её потрогать, расцеловать и даже обнять. Я распластался на земле и смотрел в багряно-красное небо, с жадностью вдыхая воздух.

«Какое необычное и странное небо…» – подумал я и заметил проскользнувшую улыбку Сенго.

Постепенно люди начали приходить в реальность, осматривали местность и с тревогой поглядывали на зияющую чёрную дыру, из которой, казалось, никто уже не выберется живым.

– Так, не отходите далеко! Не забывайте, пока мы не доберёмся до помощи - мы всё ещё смертники! У нас пару часов на отдых! – собравшись с силами, хотела громко произнести Сенго, но получилось вполголоса.

Ребел был неподалёку, услышал её и продублировал обращение, чтобы слышали все. Потом встал, подошел к Сенго и попросил:

– Набирайся сил, тебе нельзя перенапрягаться. Я всё возьму на себя!

– Хорошо, – ответила она, улыбаясь, и попросила: – Если я умру, позаботься о Кэтсеро пожалуйста!

– Ты снова за старое? Какого чёрта мы тебя таскали по этим тоннелям, если ты прямо тут помирать собралась? – наигранно-гневно вскипел Ребел. – Сама о нём и заботься!

– Сам справлюсь… – я было встрял в этот диалог, как тут же Ребел и Сенго рассмеялись, после чего Ребел продолжил:

– Это Кэтсеро надо просить о нас позаботиться! Вон как он за тобой всё это время ухаживал! Моложе всех, а выносливости и стойкости не занимать.

Я в очередной раз раскраснелся.

Ребел подошёл ко мне ближе, похлопал по плечу и, наклонившись, произнес на ухо:

– Спасибо! Спасибо за Сенго…