— Выполняй работу, Джаред, иначе тебе бесполезно здесь оставаться, — он повесил трубку и обратил внимание на меня.

Почти не изменился. Черты лица все еще красивы, но он казался смелее, сильнее. Теперь, когда я всмотрелась ему в лицо, увидела, что в серых глазах появился оттенок голубизны, из-за чего взгляд был хищным. Аристократическая бледность, губы, сжатые в тонкую линию, и то, как он уложил волосы, заставили меня заерзать.

Возможно, просто реакция на то, что это самая важная миссия в моей жизни, но я знаю, что это нечто большее.

Я, наконец, столкнулась лицом к лицу с человеком, который убил мою мать. Он имел наглость унизить ее, когда она была такой же, как я — лучшая в организации, способная выполнить любую миссию. Та, на которую равнялись все остальные агенты. Но нет, этот подонок убил ее. И этот факт потряс. Я боялась человека передо мной.

Его угольно-черные волосы стали светлее, почти приобрели коричневатый оттенок, что сильно отличалось от того времени девять лет назад, когда он предстал передо мной. Глаза метнулись к его губам. Я вспомнила ту улыбку так же ясно, как будто это было вчера.

— Энтони, мне так жаль, — выдохнула Сиенна, притворившись, что погналась за мной, когда я вбежала в комнату. — Я не могла ее удержать.

Он поднял руку и отпустил ее.

— Кто вы, мисс? — его глаза загорелись интересом. Сразу захотелось отвести взгляд, но я удержалась.

— Мия, — ответила прежде, чем смогла себя остановить.

Я сразу поняла, почему так охотно выпалила ему свое имя. Что-то чудовищное внутри меня хотело убить его прямо здесь, пока он обдумывает мой ответ. Это будет последняя мысль, которая придет ему в голову, а я заберу у него жизнь.

Но была и другая причина, успокаивала я себя. Знаю, что он не будет копаться в информации обо мне. Во-первых, он ничего не найдет. Во-вторых, каждый агент работал под вымышленным именем. Я как раз взяла свое настоящее имя. Рада, что на этот раз могу действовать, не притворяясь, бродить без маскировки и фальшивой личности. Ничто не мешало мне позволить истинным эмоциям высвободить из себя в виде гнева, который я сдерживала внутри себя годами.

Я знала о его чуйке. Никто не мог проникнуть в его организацию, потому что он точно знал, кто они, и единственный способ избежать подозрений состоял в том, чтобы быть максимально честным, чтобы он не мог найти ни следа обмана.

Взгляд каким-то образом медленно заставил страх рассеяться. Это превратилось в непоколебимую решимость. В его глазах мелькнула тень черного юмора. Он не выказывал никаких признаков того, что скрывает свои эмоции, и способность читать его нервировала. Он — как открытая книга, к которой нужно подобрать верное заклинание и слова проявятся.

— Мия. Какое красивое имя! — развернулся в кресле. Я увидела ухмылку на его лице.

Пытается меня разозлить.

— Я знаю, — голос звучал слабо и хрипло.

'Убей его. Убей его", пел внутренний голос.

— Присаживайся, Мия, — он указал на стул напротив.

Подошла к стулу, но лишь положила руку на его спинку. Я была не в настроении сидеть перед ним, когда он очень любопытно поставил свой стул выше, чем у гостя. Он не удостоил меня взглядом, когда зазвонил телефон. Поднял его плавным движением и начал бегло говорить по-французски.

Впечатлена, хотя в этом не было ничего впечатляющего.

Он говорил о каком-то грузе. Наверное, о наркоте. Я с интересом навострила уши, ловя каждое слово о покупателях, которые создавали проблемы и расставляли ловушки для группировки Энтони.

— Позаботься об этом, — сквозь стиснутые зубы процедил он.

С восторженным вниманием наблюдала, как он отнял телефон от уха и начал набирать последовательность цифр. Резко дал команду человеку на другой стороне. Его голос был низким, источающим грубую властность. Внезапно голос становился громче, с низким рычанием, от которого у меня по спине пробегали мурашки.

Хотя его движения завораживали, у меня не было много времени, чтобы тратить его впустую. Нужно подтвердить свое место работы, а затем подготовиться к тому, что будет дальше. Его настроение менялось, как маятник, то холодное, то пылающее.

— Я все еще здесь, — раздраженно рявкнула я. Он бросил на меня взгляд. — Вам бы лучше дослушать. Я здесь не для того, чтобы стоять весь день.

— Не возражаю, — ухмыльнулся он. Я подняла брови, глядя на него отчасти в отчаянии, отчасти в замешательстве. — Если бы ты пялилась на меня весь день. Наслаждаюсь твоим безраздельным вниманием и не хотел тебя прерывать.

Говнюк.

— Ну, выкладывай, Мия.

— Хочу присоединиться к вам, — мягко сказала я.