Единственным звуком, раздавшимся эхом в переулке, был стук моих каблуков. Я надела куртку. На улице стало холодно, и ноги замерзли. Подойдя к машине, услышала тихий вздох рядом. Я прищурилась в темноте и увидела там тень. Поняв, что это всего лишь ребенок, я немного расслабилась.

— Чего-то хотел? — спросила. Я услышала мальчишеский смех, направленный на меня, и разочарованно стиснула зубы.

— Мия, верно?

Я увидела его, когда он вышел из темноты. На нем было что-то похожее на защитный костюм. Он был покрыт с головы до ног, все, кроме лица. Он судорожно выдохнул и протянул ко мне руку.

— Шон, — сказал, ухмыляясь.

— Знаю. Видела тебя на собрании, помнишь? — схватила его руку и грубо пожала. — Так что ты делаешь совсем один среди ночи?

Спросила, просто чтобы завязать разговор. У меня не было настроения мерзнуть сегодня на морозе, но я должна делать свою работу. "Сделай ребенка счастливым, а он поможет мне беспрепятственно попасть в банду", подумала я.

— Жду такси, — проворчал он.

Я не могу не хихикнуть. Энтони оставил своего драгоценного маленького хакера на произвол судьбы?

— Здесь такси не поймаешь. У тебя есть мобильник?

Он покачал головой. Я вздохнула, задаваясь вопросом, какой подросток в наши дни не носит с собой сотовый телефон.

— Где Энтони?

Он пожал плечами. Я снова вздохнул.

— Садись в машину, — сказала я, раздраженная Энтони и мальчиком. Как мог Мюррей оставить подростка одного так поздно ночью?

Несколько мгновений он смотрел на меня, а затем дважды моргнул, осознав мои слова.

— Лезь в машину! — рявкнула раздраженно. Он подпрыгнул, придя в себя, и потопал в сторону пассажира. Покачав головой, я села в машину и включила обогреватель.

Шон молча сидел, расположившись как можно дальше от меня и глядя в окно. Я почувствовала, как улыбка расползлась по лицу, когда я увидела, как он неловко поерзал.

Я повернулась к нему.

— Живешь где? — спросила я.

Он сглотнул, наконец повернувшись ко мне. Отбарабанил скороговоркой адрес, который я ввела в свой GPS-навигатор, и поняла, что он живет в пятнадцати минутах ходьбы от меня.

— Пристегни ремень, — приказала я. Он торопливо выполнил, ворча что-то о бандитах и ​​безопасности. Я закатила глаза и поехала. Первые несколько минут пути прошли в тишине. Я слышала его нервное ерзание. Чувствовала, как его глаза блуждают по моему лицу, когда я сосредоточилась на дороге.

— Ты хорошенькая, — неожиданно объявил он, удивив меня. Я не ожидала, что он будет настолько смел, чтобы сказать это.

— Я знаю, — попыталась улыбнуться ему.

— Я знаю, что ты знаешь. Сколько тебе лет? — спросил он с любопытством.

— Двадцать два. Почему спрашиваешь? — повернулась и подозрительно посмотрела на него. Он сглотнул и отвел взгляд.

— Ты на двенадцать лет моложе Энтони… Это просто странно.

Его лицо скривилось от презрения. Я подняла бровь, и он усмехнулся.

— Все видели сегодня ваше шоу. Нужно быть слепым, чтобы пропустить это! — он фыркнул. — Ты первая, кто ему отказал. Было весело.

Он улыбнулся, снова глядя в окно. Сначала я подумала, что он меня боится. Он очень часто ерзал и переминался с места на место, но потом я посмотрела на него и размышляла о том, как он себя вел. Он не был уверен, доверять мне или нет. Вероятно, он был хорошим ребенком, которым Энтони воспользовался.

Но какой хороший ребенок грабит банк?

— Что твои родители думают о том, что ты так поздно тусуешься с бандитами? — спросила я.

— Ха! Они не знают, — он фыркнул, качая головой. — Я сбегаю.

Повернулся, чтобы самодовольно улыбнуться мне. Я ухмыльнулась в ответ.

— Звучит круто. Как тебе это удается?

Он пожал плечами.

— Ты просто убегаешь?

Он кивнул.

— Прямо просто так? — допытывалась я.

Он затрясся от безмолвного смеха.

— Мои родители немного невежественны, когда дело касается меня, — его лицо стало хмурым. Он выглядел так, как будто попробовал что-то плохое.

Он больше ничего не сказал, и в машине воцарилась тишина.

— Меня усыновили, когда мне было несколько недель, — сказал парень, наконец, нарушив молчание. Я кивнула, не сводя глаз с дороги. Не понимаю, зачем он мне это говорит. — Я не знаю, кто мои настоящие родители…

Я покачала головой и потянулась к радио. Не хотелось сейчас обсуждать родителей.

— Но! — воскликнул он резко, что я отдернула руку. — Как насчет твоих родителей?

Мои челюсти сжались, когда он спросил. Я знала, что до этого дойдет. Сжала губы, стараясь не сказать грубости, и проигнорировала его.

— Ты мне не ответила. Они знают, что ты теперь работаешь на мафию? — он усмехнулся.

— Не знают.

Проще говоря, иди нахер.

— Да ладно, я не люблю односторонних разговоров! Расскажи, пожалуйста, о своих родителях. Я повернулась, чтобы посмотреть на него.

— Они скончались, — холодно ответила я, надеясь, что он заткнется. Я чувствовала его взгляд, но не делала ему замечаний.