Теплый палец на холодном курке, адреналин в мозге и кипящая кровь, так каждый день, одно и тоже. Проснулся я только два часа назад, а сейчас уже иду на поле боя убивать врагов. Три года назад, когда все это началось, у меня не было выбора, кроме как пойти на передовую. С самого детства я учился всему что связано с войной, стрелял, дрался, осваивал разные тактики ведения боя. Но не смотря на все это ненавидел войну всем своим сердцем.  Тогда, в самом начале, я попал в первую волну призыва и сразу отправился на передовую, и с того времени почти ничего не менялось. Я просыпаюсь, если вообще ложился спать, беру в руки свою винтовку, ложу пистолет в кобуру, нож в ножны на ноге и бегу сменять ночной отряд, и так день за днём на протяжении 1083-х дней без перерыва. Но это все лирика, сейчас главное я и враг, я должен выжить, враг-умереть, другого не дано, ибо если умру, фронт ослабнет и противнику будет проще прорваться в тыл, а отступать нам больше некуда, как говорится стоим спиной у расстрельной стены и бежать нам смысла нет. Уже как три года мы так пытаемся выжить, они нападают – мы отбивается и изо дня в день теряем все больше и больше Земли. В первый год нас прогнали почти со всех остальных материков, осталась только Евразия, а сейчас даже говорить об этом тошно, так как и от нее они отгрызли у нас больше половины, и сколько ещё сможем держатся не ясно. Ещё помню у меня семья была вроде. Могу я это предположить по тем немногим воспоминаниям не связанных с военной школой, а там я был с пятилетнего возраста. Враг идёт – я стреляю, он наступает – я отступаю, я пытаюсь напасть – ему приходит подкрепление, и я обратно прячусь в окоп, и так без изменений, день за днём, месяц за месяцем, с каждым шагом подходя к "Рубикону". Антон – командир нашего отряда, как-то сказал : "Если у нас и получится победить, потом все равно скорее всего вымрем из-за потери технологий, или на столетия откатился в развитии, но если же проиграем умрем точно, так что цепляется за шанс не такая уж и плохая идея". Хочу есть, не помню, когда я в последний раз нормально ел, максимум что сейчас могу вспомнить, что до начала войны на мой двадцатый день рождения мне подарили торт, который я никогда в жизни не забуду. Сладкий, с мягкой воздушной текстурой, вишневый крем по краю в центре немного шоколадной стружки для добавления вкуса, а внутри нежнейший зефир запечённый в тесте.  За такой торт, я сейчас сделал бы что угодно, но мне не положено отвлекаться от боевых задач. Один раз мне приказали проникнуть на их базу для сбора разведданных. Проникновение оказалось успешным, в компьютерной технике они продвинулись не особо дальше нас, так что взломать их базу было мне посильно, единственная проблема была в их системе оповещения которая сразу распознала чужака проникшего в фаервол. Сбегал я через коридор, в подземный тоннель, по пути успел перебить пару десятков этих тварей. Сами по себе они не особо сильны, но проблема в количестве, на каждого нашего бойца в среднем приходится около пятидесяти— ста их бойцов, благо из их базы я успел прорваться до того как большинство собралось.  Первого я прирезал ножом, у них строение тела походит на человеческое, потому просто перерезал ему шею, следующим пустил пулю в лоб, а дальше в ход шло все что попадалось под руку. Иногда я пользуюсь их оружием, так как энергетические оружие имеет большую бронепробиваемость нежели огнестрел. Проблема в том, что мы не можем его нормально зарядить, так как технологий нету, а все исследователи сейчас заняты разрабатываем чего-нибудь, что может помочь на войне. Три врага упали, их тела похожие на подростков с рахитом истекали слегка фиолетовой, флуоресцентной "кровью", она постепенно остыла и превратилась в просто серую жижу, которая довольно сильно напоминает сгущёнку по виду и консестенции. Карликовые тела с уродскими лицами падали то тут то там, у одного дыра меж "глаз", у другого в торсе, третий с перерезанной шеей, у четвертого нет двух верхних конечностей, пятый просто превратился в кровавое-серое месиво из мышц и костей, так как его придавило огромным валуном, которым я пытался заблокировать тоннель. На базу я вернулся спустя 12 часов, за это время мы потеряли ещё двенадцать бойцов, казалось бы не много но в условиях воны на истощения и когда мы и так уже находимся в углу, даже один боец–это много...