Глава 68.

— Миссис Сэмюэльс, — застонала Пэм, когда мои пальцы сжали её соски, — Это... Ах, это...

— Скажи. Ты хочешь быть спорщицей. А спорщица должна говорить чётко.

— Это очень приятно, — простонала она, её рот блестел из-за нашей  слюны, — И покалывает. Снизу.

— Внизу? Более точно скажи.

— Моя киска покалывает. Я дрожу и теку, ещё чешется.

— Эти чувства побуждают тебя сделать что?

— Ласкать себя, — прошептала она, становясь смелее, — Мастурбировать.

— Как?

— Я люблю ласкать себя пальчиками, представляя как Клинт делает это или Мелоди или... Другие, — застонала она, — И играть со своими сосками, смазывая их соками киски. Сжимаю и скручиваю их, принося себе море удовольствия. Бывает меняю руки, когда пальцами ласкаю себя.

До понедельника думай только о Клинте и Мелоди, — сказала я ей, — Тебе нужно подготовиться и ублажить его. Попрактикуйся на морковках или бананах. Тебе нельзя касаться зубами. Ты не хочешь причинить ему боль. Ты хочешь доставить ему удовольствие.

— Да, Миссис Сэмюэльс, — застонав, Пэм начала вилять бедрами, — Вы правда... правда отлижите там?

— Говори прямо.

— Вы отлижите мою киску? — выкрикнула она и слова эхом пронеслись по кабинету.

— Да, — произнесла я и сильно сжала её соски, — Я тщательно вылижу тебе и заставлю кончить на мои губы. После этого отправлю тебя домой, но уже полностью уверенной в своем сексуальном теле.

— Я сексуальная?

Я ухмыльнулась, — О да, ты такая. Эта кожа, эти груди, ноги. Девочка, ты восхитительна. Миниатюрная, сексуальная и чувственная. Я настолько же мокрая, насколько хочу съесть тебя, — схватив руку Пэм, я приложила её к своим трусикам, — Мокрая, не правда ли?

Она охнула, — Трусики и правда мокрые.

Убрав руку с моих трусиков, она взглянула на меня, и я кивнула. После кивка, Пэм поднесла влажные пальцы к носу и начала вдыхать запах мускуса, исходящий от них. Её тело задрожало, как и грудь. Затем она облизнула пальцы, пока я вставала перед ней на колени. Её розовый язык скользил по пальцам, пробуя на вкус своё наслаждение.

— Ну разве это не восхитительно? — спросила я её, — Представь какая на вкус может быть моя дочь. Думаю, Мелоди очень вкусная.

И сегодня я выясню это. Если бы могла, уже давно бы съела киски обоих своих дочерей и Алисии. Я очень плохая мама и тётя.

Пока она облизывала пальцы, я спустила с неё юбку. Трусики оказались такими же, как и лифчик, неинтересными, но при этом ещё и мокрыми. Приблизив лицо к трусикам, я вдохнула, наслаждаясь терпким запахом мускуса.

Она заизвивалась, сладкие стоны сорвались с её губ, когда я языком протолкнула ластовицу промеж половых губ. Когда я сделала это, показалось несколько тёмных волосков. Её киска не побрита, отлично. Японские девушки выглядят очень опьяняюще со своими тёмными и густыми кустами. Держу пари, Клинту понравится.

— Миссис Сэмюэльс, — застонала она, глядя на меня.

Она наклонилась на стол, схватившись за края, пока я снимала с неё трусики, медленно скатывая их по бёдрами.

— Вы правда собираетесь сделать это?

— Сделать что?

Пэм облизнула губы, — Отлизать мою киску.

— Угу.

— Это неправильно, я же Ваша ученица, да и мне шестнадцать, а Вы уже взрослая.

— Ну и что, — сказала я, не волнуясь о том, насколько аморально это может быть.

Моя киска горела. Я вдыхала запах, исходящий от её киски, и опускала трусики по гладким бёдрам Пэм.

Сняв трусики, я положила их недалеко от своих коленок и, не в силах больше терпеть, погрузила свой язык в киску своей ученицы. Она вздрогнула и изогнулась, её грудь подпрыгнула над моей головой, пока я облизывала её киску, смакуя её соки и вдыхая запах мускуса.

Её киска девственно тугая. Мои пальцы прошлись по её шелковистым лобковым волосам и раздвинули губы, открывая взору её девственную плеву. Задев её пальцами, я скользнула пальцами по половым губам и коснулась клитора.

Она дёрнулась и широко раскрытыми глазами посмотрела на меня, — Миссис Сэмюэльс, это очень порочно! А-ах! Да!

— Не стесняйся, скажи мне, как тебе, — я медленно провела языком по её половым губам и сказала.

— Восхитительно! Ах! Ваш язык скользит внутри меня. Я чувствую, как он ласкает меня. И... Ах! Мой клитор!