Она медленно лизнула губы. Мой член пошатнулся в штанах. И тогда, моя кузина прошла к своему дому, а я к своему. Машина моей матери стояла на парковке. Я проворчал. Она должна была быть на работе ещё пару часов. Надеюсь, что она не взяла снова отгул.

Её могут уволить, если она продолжит так делать. Смерть отца серьезно ударила по матери. Всё вокруг рушилось, и похоже на то, что это волнует только меня.

Я вошел в дом и едва не врезался в Ли, мою пятнадцатилетнюю кузину. У неё и Мелоди разница в возрасте была год и несколько месяцев. Тетя Вики вытащила их от мудака, с которым она встречалась до того, как он ушёл к другой женщине. Ни Ли, сокращённо от Леанн, ни Мелоди не знали об их отце ничего, кроме того, что он был "донором спермы", как говорила их мать. Мой отец был самым близким примером отца, которого они знали.

— Что ты здесь делаешь? — спросил я, ворча про себя, ведь она ест мою нутеллу.

Она пробормотала что-то то похожее на "кушаю".

— Разве у тебя нет еды в твоём же доме?

Она вынула тост изо рта и показала мне язык. Ей может быть и пятнадцать, но ведёт она себя так, будто ей лет пять. Её волосы были коротко подстрижены. Причёска называется пикси-боб, она отлично украшает ее милую, юную фигуру. Она была стройной и имела больше энергии, чем торчок на спидах.

— Твоя еда лучше, Линт, — сказала она, улыбнувшись.

Я проворчал от ее надоедливой клички для меня, — Ты уберёшь за собой?

— Нет, — она рассмеялась и начала быстро бегать вокруг меня, схватив меня за руку, когда я попытался схватить ее и вернуть ее задницу на кухню. Но она играла в футбол и знала, как обойти защитника

— Леанн, тащи свою задницу сюда, — крикнул я, когда она врезалась в дверь и убежала из дома, смеясь. — Чёрт возьми.

— Это Ли сейчас выбежала отсюда? — спросила Зои, моя старшая сестра. Она спустилась по лестнице, одетая в узкие джинсовые шорты и топ с открытыми плечами, который визуально увеличил её и без того внушительную грудь. Эти большие горы начали прыгать, когда она спускалась по лестнице. Её грудь такая большая и мягкая. Я знаю, что не должен пялиться на сестру, но с её спортивным телосложением трудно не делать этого. Рыжие волосы обрамляли ее загорелое лицо, и ее губы, окрашенные в темно-красный цвет, были пухлыми и их так хотелось целовать.

У Зои была самая большая грудь в нашеё семье. Хотя я и люблю Мелоди, но чёрт, от тела сестры не было шанса устоять. Ей только исполнилось восемнадцать, и она любила щеголять своим хозяйством. Она бродила вокруг меня, ее бедра при этом покачивались и было видно её загорелое, обнаженное и гладкое декольте.

— Как дела в школе, малыш? — она спросила, взъерошив мою прическу. — Мисс Айерс снова дала тебе кучу домашки?

Я нахмурился, выпрямив волосы обратно. Я ненавидел, когда она их взъерошивала. И когда она называет меня малышом. У нас разница в возрасте полтора года, но я был только на один класс младше чем она - предпоследний курс. Это не имело значения. Она относилась ко мне так, словно я был ебучим ребёнком. — Да.

— Так и знала. Она всегда любила задавать тонны домашней работы на выходные. Учила меня в прошлом году. Хуже её человека не бывает.

Я пошёл за ней на кухню и выругался от катастрофы, которую Ли оставила после себя. Как она умудрилась устроить такой бардак, пытаясь сделать тост? — Ты видишь это дерьмо?

— Угу, — сказала Зои, открывая холодильник, наклонившись при этом. Эти джинсовые шорты обтягивали её задницу. Они были такими тугими, что я не видел контуры трусиков. Я покраснел, мой член встал. Почему Мелоди не может так одеваться хоть иногда. Бедра Зои покачивались, когда она устремилась к холодильниу. Она наклонилась ещё сильнее, и я увидел "верблюжью лапку". Эти джинсовые шорты обхватывали ее киску. Черт. — Оу, мама еще не ходила в магазин. Апельсинового сока нет.

Я отдернул взгляд, прежде чем она поймала меня, подглядывающим за ней. Мой член прямо затвердел, и я схватил еще открытую банку Нутеллы, закрутив крышку. Крепко. — Она сказала, что купит завтра.

— Ну да, конечно, — сказала сестра с сарказмом, попивая виноградный сок. Она налила сок в стакан и прислонилась к стойке, наблюдая, как я убираю беспорядок, устроенный Ли.

— Ты хочешь помочь? — спросил я, в тоже время запечатывая буханку хлеба в пластиковый пакет и положив ее в шкаф.

— Не очень, малыш.

Я стиснул зубы. Все катилось к чертям. Она бы не сидела и не смотрела, как я убираюсь, если бы отец был жив. И он никогда бы не стал мириться с Ли, устроившей беспорядок и не убравшей его. Он согнул бы свою племянницу через колено и отшлепал бы ее по заднице.

Зои вытащила свой iPhone другой рукой, печатая и, одновременно, потягивая свой виноградный сок. Я схватил тряпку и вытер стойку. Я ненавидел бардак. Вещи должны быть ухоженными. Упорядоченными. Отец всегда говорил, что дом является отражением своего хозяина. Чистый дом означал человека, который был ответственным. Человека, который поддерживал свою семью и следил за тем, чтобы его дети выполняли свои обязанности.

Дисциплина.

Она исчезла.

Мамины каблуки щелкнули, когда она вошла в кухню, все еще одетая в деловую юбку и блузку. Ее окрашенные в светлый цвет волосы были уложены в неаккуратный пучок. Корни ее волос были темно-черными. Она не наносила много макияжа и не делала ничего большего с причёской, чем затягивала ее обратно в пучок все эти дни. Она красила волосы и не стригла, потому что это нравилось отцу, и она все еще продолжала так делать, хотя уже без особого энтузиазма.

— Что на ужин? — спросил я маму, пока она направлялась к нижнему шкафу у раковины.

Я пытался не пялиться на ее узкую юбку, натянутую на задницу.

Моя сестра унаследовала свое рельефное тело от нашей матери.

— Заказывайте, что хотите, — сказала мать уставшим голосом. Она поднялась, сжимая коробку вина в одной руке. — Я слишком устала, чтобы сейчас готовить.

— Ты каждый раз слишком уставшая для готовки, — пробормотал я.

Она готовила ужин каждый день, кроме пятницы и воскресенья. Отцу нравились домашние блюда, так же как и мне. Поэтому заказы пиццы, китайских блюд, или сэндвичей мы перестали делать. Однако, теперь всё, видимо, будет как раньше.