- Продолжим… - Фауст ещё раз прикоснулся к символу на стене, заставив исчезнуть его зеркальную копию на полу, после чего вернулся за кафедру. – Теперь, когда я уверен, что вы ничем не угрожаете миру, я могу говорить свободнее. Магия была обнаружена ещё в древности, она свободно использовалась ещё в период вымершей цивилизации, то есть, около 700 лет назад. И, скажу даже больше, судя по всему, ранее она была более развита и менее таинственна, чем сейчас. Людской род утратил огромную часть знаний вместе с уничтожением древнего народа, и ныне мы учимся лишь по тем «огрызкам», которые поддались расшифровке.

Вновь обернувшись ко стене, педагог прикоснулся к уже другой руне, и на сцене возникла проекция какой-то исписанной доски.

- Вашему вниманию представляется древний язык. Руны, которые я успешно сейчас использую, как уже заметил ученик за первым рядом, - он указал на Лукаса, - также содержат в себе их буквы. Он таинственен, и примерно сорок процентов языка остаётся нами неизведанным до сих пор. – Пройдя сквозь проекцию, Фауст рукой указал на ряд различных символов. – Особенность этого языка в том, что каждая буква, или символ, как вам будет удобнее, может быть заряжен частицами магии. Причём, любой магией. Как это происходит, нам неизвестно, это просто факт. Но, мы точно из этого узнаём, что каждый человек обладает одинаковой силой, но с различными преобразованиями в ту, или иную стихию. И доказать это очень просто. - Он повторил действие у стены, и проекция потухла. – Каждый из вас может активировать руну, когда научится высвобождать магию…

Занятия проходило неспешно и до смертельного долго. Но никто не клювал носом и не задумывался о сне, ведь сама тема урока была невероятно интересной. Каждый до неприличия внимательно слушал Фауста, не смея прерывать монологи даже шмыганьем носом. Изредка поднимались руки, и доцент объяснял детали более подробно, максимально упрощая предложения для более лёгкого понимания. Этот факт подтверждал профессиональность человека, стоящего перед студентами.

Наконец, настало время обеда. Забавно то, что завтрака тут, как такового, не было. Студентам позволялось брать еду с собой и есть во время занятий, но самой академией он не предусматривался. К сожалению, первокурсникам об этом никто не сообщил, отчего, ближе к перерыву, всё чаще прослеживалось глухое урчание живота.

- Фух, на сегодня мы закончим. – Педагог языком облизнул сухие губы, но это практически не помогло. Его мучала жажда. – Прошу, пройдите в столовую, она будет слева на выходе из аудитории. Далее вас ожидают индивидуальные занятия, прошу, дождитесь своих педагогов там.

Лукас вопросительно нахмурил брови.

«Разве там была дверь?»

Поднявшись с места, он пропустил вперёд оголодавших людей, дабы не толпиться, после чего сам вышел в холл. За деревянной стенкой, где располагалось «расписание», у стены, в прямом смысле появилась дверь с открытыми дверями, ведущая в следующее помещение.

«Продолжают удивлять».

Войдя в столовую, Лукаса ожидал достаточно привычный для этого места вид. Знамёна академии вывешивались плотной тканью вдоль стен, гармонируя с красными коврами на полу, олицетворяющие дорожки. Столы располагались в два длинных ряда, с обоих сторон которых приставлялись скамьи для нескольких человек. На столах уже стояли большие тарелки с аппетитной на них едой, а неподалёку размещались большие блюда с пышным хлебом. Естественно, всё дополнялось непрозрачными кружками с плескающейся в них жидкостью.

Но, всё-таки, парень нашёл, чему удивляться. За правым рядом сидели студенты другой группы, то бишь, четвёртый курс. Немного утомлённые, с блестящими лицами одни, и совершенно не уставшие другие.

«Слишком яркий контраст. Почему?»

И, они ели в тишине. Мрачной, ни капли ни дружной. Будто бы враги в период перемирия. Не оглядываясь, ни озаряя улыбкой. Лишь несколько человек бегло перешёптывались друг с другом, обмениваясь парой слов.

«Запрещается рассказывать о индивидуальных занятиях…Всё из-за этого?»

На душе зарождалась печаль, если это ждёт и их группу. Но, в принципе, парню было всё равно, ведь, вероятнее всего, он здесь ненадолго.

Сев так, чтобы по бокам места пустовали, он жадно начал запихивать в себя еду.

«Вкусно».

- Как бесцеремонно. – Роза уселась рядом, поправляя тёмного цвета юбку.

Проигнорировав её, Лукас сделал крупный глоток ягодного напитка. После чего счастливо выдохнул.

- Даже словом не обмолвишься? – Сложив руки в молитвенной позе, Роза на некоторое время замолкла, после чего схватилась за приборы.

- Я вот не пойму. Ты хочешь подружиться, или выбесить? – Огрызнулся Брайан.

- Да как ты…

- Скажи прямо. Мне не нужна эта напыщенная гордость.

Бровь девушки дёрнулась. Положив приборы, она развернулась к студенту. - Да. Стань моим другом.

- Пожалуйста?

- Да ты… - Она была готова взорваться. – Сам сидишь в одиночестве, и ещё выставляешь это, как просьбу?

- Я же говорил. В отличии от тебя, мне плевать. – Он холодно блеснул глазами. – Мне никто не нужен. Но не прочь завести знакомства по воле случая.

- Тц, - принцесса отвернулась, - ты невыносим.

- Вот и поговорили. – Спокойно промолвил парень, загребая ложку картофельного пюре.

- Пожалуйста. – Послышалось откуда-то сбоку. – Я не хочу выглядеть, как «серая мышь». Мне противно одиночество. А заговорив с кем-нибудь, меня могут высмеять, ещё и слухи расползутся.

«Ха…Вот так-то лучше».

- Не оправдывайся, и так всё ясно. – Отрывая массивный кусок хлеба зубами, он начал усердно жевать. – Как тебе занятие, подруга? – Это звучало наигранно...