Руководство по использованию регрессора — Глава 726 (726/1785)

< Глава 726. Эксперимент (2) >

*«Кажется, эффекта от этого маловато».*

— Хоть это и просто куски данных, наблюдать за ними действительно интересно. Искоренить желания — задача не из легких. Глядя на возникающие побочные эффекты... Даже если скорректировать детальные характеристики, в конце концов результат один и тот же. Похоже, с этим ничего не поделаешь.

— Хм...

— Месяца три их еще можно сдерживать, но у некоторых персонажей наступает период течки. Ах, нельзя же называть это течкой, люди всё-таки не животные. Как бы выразиться поизящнее? Может, назовем это «Днем любви»?

— Над подходящим словом поразмыслим позже. Это не так уж важно.

— В любом случае проблема в том, что с наступлением этой недели появляются персонажи, проявляющие агрессию. Забавно, что их реакция зависит от их склонностей. Поскольку желания постоянно подавляются, при наступлении «Дня любви» некоторые подвергаются эффекту меньше остальных или полностью теряют интерес к подобному. Другие же, напротив, срываются и даже начинают вести себя агрессивно. Можно сказать, что первые — это ты, оппа, а вторые — это копия Ча Хиры.

И даже если агрессии не наблюдалось... некоторые персонажи всё равно вели себя странно.

Взять хотя бы Чон Хаян и её компанию: глядя, как они то и дело шныряли в комнату, где спала копия Ли Киёна, нетрудно было догадаться, к каким масштабным побочным эффектам привело наше вмешательство.

— Но, несмотря на всё это, система в какой-то мере функционирует. Возникла бы проблема, начни обе стороны проявлять агрессию или полностью лишись они желаний, однако баланс так или иначе соблюдается.

— А ты подошла к делу весьма серьезно, нуна.

— А когда еще доведется заняться подобным? Это же так весело. Всякие эксперименты. Разве не похоже немного на игру? К тому же нам всё равно нужно было это сделать... Думаю, мы получим дополнительные очки хотя бы за сам факт проведения эксперимента. Конечно, кое-что на презентации показывать не стоит... Как ни крути, такие вещи демонстрировать нельзя. Это равносильно признанию, что наша затея обречена на провал.

— Естественно, это следует скрыть. Но и показывать лишь одни плюсы тоже не годится. Достаточно продемонстрировать парочку побочных эффектов. Что-нибудь слабенькое. Без всяких там похищений и заточений в подвалах... Просто такие побочки, при виде которых они понимающе кивнут и решат, что наших способностей с лихвой хватит для решения проблемы. Давай отберем и покажем что-то в этом духе.

— Было бы неплохо упомянуть и о том, что склонности разделяются. Думаю, голубям это тоже покажется интересным. Возможно, у них найдутся ответы, которые мы отыскать не смогли. Честно говоря, устраивать из этого целое представление само по себе уже перебор, но... Ах да! Между копией Ким Хёнсона и копией Чо Хеджин всё ещё никакого прогресса. Я думала, они хотя бы на свидание сходят... И это несмотря на всю нашу помощь! Забавно: они — всего лишь куски программного кода, но всё равно не действуют так, как было задумано.

— Нуна, это не реальность. Зачем ты придаешь этому такое большое значение? В копии Ким Хёнсона и без того, кажется, возникла ошибка. Показатель общительности был слегка завышен, так что он немного отличается от оригинала. И вообще, зачем ты проводишь такие эксперименты?

— Будто я не знаю, что это не реальность! Потому и решила немного поиграться. Да, это просто куски данных, но всё выглядит куда реалистичнее, чем кажется. Хочешь, расскажу кое-что, от чего мурашки по коже бегут?

— И что же?

— Копия Ли Киёна поняла, что в происходящем есть что-то странное. Возможно, он даже догадался, что является лишь копией.

— Что?

*Блять, аж мурашки по коже. Что за хрень.*

— Твою мать, аж мурашки по коже.

— Ты не представляешь, как мне самой стало жутко. Он даже письмо оставил!

— Какое еще письмо?

Ли Джихё легонько коснулась пустоты перед собой, и перед глазами появилось письмо, написанное копией.

— «Я не знаю, чего вы хотите, но, возможно, я смогу быть полезен».

*«Угх. Твою мать, как же жутко».*

— Удали данные этого ублюдка, нуна.

— «Уважаемый Высший. Я знаю, что Вы за мной наблюдаете».

— А-а, нуна. Меня реально в дрожь бросает от этого урода. Что за хрень.

— Я уже от него избавилась. Так вот, это был... 345-й. Ты еще не читал отчет, который я прислала?

— Ещё нет...

— Какой же это был раунд? Кажется, 382-й. Тогда он, кажется, тоже однажды всё понял. Мне нужны были данные для случая, когда события развиваются в радикальном ключе... Честно говоря, даже на мой взгляд, там возникло многовато ошибок. Я не смогла всё настроить в деталях... И изменения окружающей среды оказались слишком резкими, так что здешние копии, должно быть, были в полном замешательстве. Естественно, в 382-м раунде нас тоже раскусили. Копия Ли Киёна отправляла подобные сообщения, но я их просто игнорировала.

— И что дальше?

— Знаешь, что произошло?

— И что же?

— Он поднял восстание. Занимался подстрекательством, убеждая всех, что нужно сопротивляться системе, и вообще слетел с катушек. Я реально опешила. В одночасье храм превратился в море огня, а он упрямился и сыпал угрозами, вопрошая, неужели мы и после такого не покажемся... Я чуть с ума не сошла. В полном шоке понаблюдала за происходящим и тут же всё сбросила.

— Это реально пугает. Серьезно.

— Говорю же, у меня самой мурашки по коже побежали. Я даже заволновалась: а вдруг и мы находимся в такой же ситуации? В любом случае прочитай тот отчет и сразу же от него избавься. Эти данные всё равно нельзя использовать на презентации. Уж лучше пусть их вообще не будет, верно?

— Я и так собирался их удалить. Есть еще какие-нибудь странности? Ах да, как там наши.

— Копии?

— Нет, настоящие.

— Кажется, всё идёт по руководству. Похоже, они вовсю готовятся к войне, и атмосфера стала чуть более обнадеживающей... По крайней мере, лучше, чем раньше. Ким Хёнсон всё ещё в прежнем состоянии, но, кажется, пытается пробовать разные методы. Раз голуби пока не отправляют армию, у них появилось время на подготовку.

Точнее будет сказать, что мы их сдерживаем.

Война в прямом смысле перешла в фазу затишья. Наверное, сторона человечества тоже в замешательстве.

Поскольку голуби внезапно бесследно исчезли и заперлись у себя, я подумал, что у людей тоже должно было возникнуть немало вопросов.

Сейчас настал тот самый момент, когда было бы совершенно неудивительно, выведи они свои войска прямо сейчас.

Херувим, конечно, настаивал, что нельзя упускать подходящий момент, но Серафим его сдерживал, так что всё не могло пойти по плану первого.

К тому же изначально атмосфера совсем не располагала к ведению войны.

Внутри фракции всё накалилось до такой степени, что даже мне это казалось абсурдным. Бесконечные споры и дискуссии не утихали ни на миг, а порой дело доходило даже до рукоприкладства.

Сцены, в которых старейшины-голуби хлопали крыльями и срывались на крик, выглядели поразительно реалистично.

Фракции окончательно раскололись, и начали появляться даже такие голуби, которые протестовали просто ради самого факта протеста.

— В такой ситуации им будет нелегко.

— Если бы они действительно считали это кризисом, то не стали бы так делиться на фракции. У них пока земля под ногами не горит, вот они и решили, что могут позволить себе не спешить. Означает ли это, что человечество так и не стало для них достаточно серьезной угрозой?

— Пожалуй, так и есть. Я бы и сам так подумал. Нуна, если немного утрировать, они смотрят на людей точно так же, как мы — на эти копии... Ты ведь тоже не считаешь копии реальной угрозой.

— Это совершенно разные вещи. Херувим-то получил от Ча Хиры по полной программе.

— Я же сказал, что немного утрирую. Они вбили себе в голову, что обладают изначальным превосходством, поэтому мой план и сработал. Именно благодаря их уверенности в том, что они стоят выше людей, мне удалось заставить этих ублюдков проявить интерес к Проекту Нового Человечества и всему такому.

— С этим соглашусь. Вероятно, они решили, что смогут всё изменить. Если верить твоим словам, оппа, получается, что Тронус и Херувим — единственные, кто относится к людям более-менее как к равным. Какая ирония, правда?

— Да они все, по сути, одним миром мазаны. Но если спросить, кто из них хуже, то идиоты, поднявшие руки за план Нового Человечества — та ещё застарелая коррупция. Так что можно с чистой совестью выжимать из них всё до последней капли. Материалы для презентации готовы?

— Да. Осталось лишь внести финальные правки в качестве завершающего штриха. Кажется, будто Серафим только вчера приходил сюда впервые, а времени уже прошло так много. Время летит незаметно. Вот что меня раздражает, когда работаешь как проклятая — дни пролетают слишком быстро.

— Я пойду первым и займусь подготовкой.

— Да. Удачи на презентации.

Стоило мне выйти наружу, как в поле моего зрения попала сцена, где должна была проходить презентация.

*«Будет весело».*

На самом деле особо и показывать было нечего. Достаточно было объявить о том, что мы проводим подобный эксперимент и наметился определённый прогресс — и на этом всё.

Даже этого с лихвой хватит, чтобы разжечь аппетиты инвесторов.

Вскоре один за другим начали появляться старейшины-голуби.

Если при первой нашей встрече на некоторых лицах читалось лёгкое пренебрежение, то теперь от него не осталось и следа. Напротив, они широко улыбались и дружелюбно приветствовали меня, так что мне оставалось лишь отвечать кивками.

Серафим тоже уже занял своё место. Херувим не явился, но голуби из его фракции мирно сидели на своих местах.

*«Наверное, его гордость задета».*

Разумеется, я послал ему приглашение. Но, видимо, гордость не позволила ему явиться лично. Можно ли расценивать это как молчаливый протест?

*«А этот зачем пришёл?»*

Тронус тоже занял своё место, то и дело оглядываясь. Некоторое время в суетливом зале слышался гул бесед общающихся друг с другом голубей. Голоса постепенно становились всё громче.

Я так и думал, что они сцепятся. Две фракции, которые рычат друг на друга при каждой встрече, собрались в одном месте — как тут могло обойтись без инцидентов?

Честно говоря, я именно этого и добивался.

Так ведь эффект получится куда сильнее.

*«Пора».*

Освещение мгновенно погасло.

Зал снова взволнованно зашумел, как вдруг раздался щелчок, и включившийся свет ярким лучом осветил меня.

Я решил, что нет нужды втирать им какую-то дичь. Если продукт говорит сам за себя, то и чесать языком без надобности.

Вместо того чтобы тянуть время затянутыми вступлениями, куда надёжнее показать всё сразу.

Я хлопнул в ладоши, и прямо перед глазами появилась уменьшенная проекция континента.

*«Отличный тайминг. Нуна».*

Это качественно отличалось от того, что я показывал одному лишь Серафиму пару дней назад. Дело было не только в воссозданном окружении. Было чётко видно, как копии передвигаются и живут своей жизнью.

Кто-то отправлялся в приключение, а кто-то наслаждался мирными буднями. Каждая из копий действовала по-своему, проживая свою собственную жизнь на континенте в самых разных обличиях.

Новая технология, представшая перед ними в виде огромной голограммы, погрузила зал в абсолютную тишину.

Некоторые смотрели на это разинув рты, словно дикари, впервые узревшие достижения современной цивилизации. Даже во фракции Херувима почувствовалось явное волнение. Но, конечно, на этом всё не заканчивалось.

Я хлопнул в ладоши ещё раз, и перед ними предстал совершенно другой город.

Лес, соединяющий города, затерянные в нём деревни и подземелья, огромные горы и моря, озёрный храм, ещё один огромный мегаполис и заполняющие его бесчисленные копии.

Голуби в режиме реального времени наблюдали за тем, как пять миллионов личностей существуют в этой необъятной среде, которую было попросту невозможно охватить одним взглядом.

— Это...

Разумеется, трое руководителей выглядели весьма довольными. Должно быть, они очень гордились, видя, как вложенные ими средства оборачиваются столь грандиозным результатом наяву.

— Не будет преувеличением сказать, что эта система является миниатюрной копией континента. Это не просто куклы, слепо выполняющие команды, а копии с самыми разными склонностями. Пять миллионов видов склонностей и паттернов поведения. Да, вы не ослышались. Целых пять миллионов. В прямом смысле этого слова я, Доминионс и уважаемый Серафим создали маленькую вселенную.

— Это...

— Безумие. Нет, правильнее будет сказать — это поразительно.

*«Ещё бы это не было поразительно, ублюдок».*

— Невероятно...

*«Почему же невероятно? С готовыми данными возможно всё».*

— Всё это было создано ради тестов. Да. Первый шаг Проекта Нового Человечества был сделан для того, чтобы перевести проект из сухой теории в твёрдую реальность. Чтобы своими глазами оценить риски и заранее испытать грядущие планы, мы и сотворили этот маленький мир. И да, вы правы. Возражения тех, кто выступает против этого плана, не лишены смысла. В нём кроется риск, он не идеален. Мы даже точно не знаем, какие невзгоды могут поджидать нас впереди. Но взгляните. Посмотрите на тех, кто существует в этом маленьком мире.

Перед их глазами предстала картина опустошаемого континента. Стали видны кричащие копии и те, кто корчился от невыносимой боли.

Города, некогда купавшиеся в ослепительном свете, погрузились во мрак и отдалились от цивилизации. При виде того, как континент возвращается к своему первозданному виду — эпохе, когда на нём не было ровным счётом ничего, — со стороны некоторых голубей даже послышались полные сожаления вздохи.

— Разве это тот результат, которого вы желаете?

— ...

— Действительно ли к такому результату вы стремитесь?

— ...

— Какими бы благородными ни были цели, неправильными методами не добиться ничего. Негативом и насилием ничего не изменить. Нашу благородную волю делает ещё более возвышенной не результат, а сам процесс. Мы мыслим. Да. Мы находимся здесь именно потому, что способны к сочувствию. Неважно, совпадают наши мнения или нет. Важно лишь то, что мы сопереживаем их страданиям и чувствуем боль этого континента.

— ...

— Если у вас есть способность сопереживать боли, вызванной результатом, то вы должны уметь сопереживать и боли, причинённой в процессе. Если вы можете посочувствовать боли всего леса, то должны прочувствовать и боль отдельного дерева. Рискуя всем, что у вас есть, вы должны искренне взглянуть в лицо их страданиям. Вы считаете, что человечество обладает безграничным потенциалом, но ведь вы ничем от них не отличаетесь! Перед нами точно так же открыты безграничные возможности. Прямо на наших глазах вершится судьба: созданное нами Новое Человечество будет процветать не только на этом континенте, но и во всех измерениях!

— ...

— При наличии правильной теории, инновационных технологий, способных её подкрепить, и вас — тех, кто нас поддерживает, — мы сможем изменить мир. Мы станем хозяевами этого мира. Изгнав некомпетентных богов и демонов, терзающих жалкое человечество, мы станем богами нового мира. Мы запомнимся как новые творцы Нового Человечества! Господа!

— ...

— Инвестируйте! В будущее! В надежду! В Новое Человечество! Инвестируйте в счастливое будущее, которое мы создадим!