**Полузаточение (2)**

Честно говоря, эти две недели не были такими уж мучительными.

Это не была ситуация, когда мне тайком отстригали волосы или кормили одними лишь жареными пельменями трижды в день.

Еда, само собой, была высочайшего качества, а жизнь в комнате — более чем комфортной.

Если бы меня спросили, то это, конечно, было VIP-обслуживание. Жизнь была настолько роскошной и расточительной, что я даже диву давался, как такое возможно.

Нельзя было отрицать и тот факт, что подобное удобство доставляло удовольствие…

Мне буквально не нужно было шевелить и пальцем, так что неудивительно, что в голову лезли подобные мысли.

Ничего не нужно делать, даже двигаться нет нужды. Проголодался — заказываешь еду, что-то понадобилось — зовешь человека.

Я не пробовал, но, скорее всего, если бы я попросил меня покормить, они бы с радостью это сделали.

Учитывая, что в последнее время Сон Хиён, Элена и Чон Хаян по очереди кормили меня кашей с ложечки, это было более чем вероятно.

Хотя это и угнетало, были в этом и свои приятные стороны. Кто откажется от возможности поваляться в постели и с комфортом провести время?

Время, проведенное в ленивом чтении книг… честно говоря, мне это даже нравилось.

Конечно, присутствовало и некое чувство стесненности, которое ничем нельзя было восполнить.

Какой бы просторной ни была комната, ограничение радиуса действий вызывало крайнее неудобство.

Есть огромная разница между тем, когда ты сидишь в четырех стенах по собственной воле, и когда ты не можешь из них выйти.

Первую неделю я покорно слушался, считая, что так будет лучше, но после этого пребывание взаперти начало потихоньку действовать на нервы.

Я и в шахматы с Чо Хеджин играл! И это! И ел! И в сауну ходил! И это! И в бассейне плавал! И это! Я развлекался в перерывах, но находиться в одном месте две недели — задача не из легких.

Я пытался держаться сколько мог, но проблема заключалась в том, что конца этому полузаточению не было видно.

На самом деле, мне было плевать на пару недель безделья, но, глядя на то, как развивается ситуация, я невольно начал впадать в беспокойство.

«Твою же мать…»

Не знаю, стало ли это травмой после того, как я в одиночку шлялся где попало и угодил в лапы демонов на пытки, но изменения в окружающей среде были видны невооруженным глазом.

Поскольку я сидел взаперти, я не знал, что происходит снаружи, но даже того, что просачивалось сквозь стены, было достаточно для тревоги.

Самым ярким примером была, конечно же, Личная гвардия Ли Киёна.

Да, именно Личная гвардия. Личная гвардия Ли Киёна. Дожились — мне даже гвардию создали.

«Называйте это гвардией, ага, как же».

Те самые парни, что сейчас молча охраняют дверь снаружи. Эти придурки с гербом гильдии Паран, которых и они сами, и другие называют Личной гвардией Ли Киёна.

Конечно, я этих уродов не выбирал и в свою гвардию не назначал.

Это было творение Ким Хёнсона и других членов Парана.

Четыре высокоранговых авантюриста — двое мужчин и две женщины — назначили себя командирами отрядов, и, как я слышал, под началом каждого из них было по 15 человек.

Я видел не всех, но каждый член этой группы был достаточно талантлив, чтобы войти в рейтинг высокоранговых авантюристов.

Ума не приложу, где и когда Ким Хёнсон откопал таких людей.

Итого, Личная гвардия Ли Киёна состояла из 4 командиров и 60 гвардейцев.

Если учесть еще и персонал гильдии, поддерживающий их, то личная свита Ли Киёна была едва ли не самой крупной структурой внутри Парана.

Меня просто распирало от досады при мысли о том, что эти высокоранговые авантюристы, которые могли бы приносить невообразимую прибыль, зачищая подземелья, тратят время на бесполезную охрану за огромную годовую зарплату.

Ким Хёнсон выглядел гордым собой, но для меня это было ничем иным, как пустой тратой человеческих ресурсов.

«Может, я все-таки переборщил?»

На этом этапе стоило всерьез задуматься, не слишком ли масштабную кашу я заварил.

Кто же знал, что помимо режима «защитного заточения» он додумается еще и гвардию учредить.

С надеждой я осторожно поднялся и попытался открыть дверь, но, как и ожидалось, услышал лишь щелчок запертого замка.

В этот момент дверь открылась с той стороны.

«Она что, вообще не спит?»

Перед глазами предстала командир 2-го отряда гвардии. Фехтовальщица, использующая парные мечи, ровесница Ким Йери. Сбалансированный тип с высоким показателем ловкости, пусть и не на уровне Ким Хёнсона... её имя...

«Пак Риан».

Несмотря на длинный шрам на одной стороне лица, её можно было назвать красавицей.

Хотя общее холодное впечатление портило вид, её статы были сопоставимы с показателями мелкой Ким Йери.

Несмотря на юный возраст, от неё исходила странная аура, заставлявшая людей невольно робеть.

Даже её голос заставлял меня чувствовать себя маленьким. Как бы это сказать... у неё было лицо того, кому суждено стать королем.

Даже если я не знаю наверняка, уверен, что в первой временной линии она занимала не последнее место. Наверное, поэтому Ким Хёнсон и притащил её.

— В чем дело, заместитель главы гильдии?

— Послушайте... госпожа Риан.

— Вы можете говорить неформально, господин заместитель. Как я всегда и говорю, мы — ваши руки и ноги. Мы готовы исполнить любой ваш приказ.

«Тогда выпусти меня отсюда, пожалуйста».

— Вам что-нибудь нужно?

— Да нет... просто немного душно. Я хотел бы выйти ненадолго...

— ...

— ...

— Я просто хочу немного прогуляться поблизости. Вы же будете рядом, госпожа Риан, так что проблем возникнуть не должно.

— ...

— ...

— В данный момент глава гильдии отсутствует. Я немедленно свяжусь с ним, чтобы составить график ночной прогулки. Пожалуйста, подождите немного.

Докатился — «график ночной прогулки».

Я уже слышал это не раз, но, услышав снова, не смог сдержать нервного смешка.

— Бог с ним, с графиком... а в Линдель...

— Линдель всё еще закрыт для посещения гражданскими лицами. Лишь некоторые маги, включая Чон Хаян, задействованы в работах по восстановлению Федерации. В вашем нынешнем состоянии вам будет трудно вынести магический фон снаружи. Так сказал глава гильдии.

— Но я чувствую себя здоровым...

— Госпожа Элена и госпожа Сон Хиён также не рекомендовали господину Ли Киёну выходить на улицу. Ваше состояние заметно улучшилось, так что, если вы еще немного отдохнете, то скоро сможете действовать свободно. Сейчас, пожалуйста, ни о чем не думайте и сосредоточьтесь на восстановлении.

— Нет, послушайте...

— Простите, господин заместитель. Я могу выполнить любую вашу просьбу, но только не эту...

— ...

— Глава гильдии сказал: если господин заместитель прикажет напасть на него самого — мы должны подчиниться. Но любые действия, которые могут нанести вред вашему здоровью, должны пресекаться безоговорочно... так он сказал.

«Да здоров я, говорю же».

— Ах, не знаю, послужит ли это утешением, но я получила сообщение, что глава гильдии скоро прибудет. Я распоряжусь, чтобы подготовили всё для прогулки, так что подождите еще немного…

«Какой еще график прогулок, твою мать…»

Даже желание подышать свежим воздухом не прошло.

«Если я начну капризничать, неужели ты сможешь меня остановить?» — я чувствовал себя дураком, когда с такими мыслями пытался на неё давить.

— Я понимаю, что вам тяжело, господин заместитель. Но прошу вас уяснить: всё это — воля главы гильдии, продиктованная желанием защитить вас.

«Проблема в том, что он слишком сильно хочет меня защитить».

Ситуация была логичной, но принять её до конца я не мог.

Впрочем, я понимал, о чем он думает.

Я видел его непоколебимую волю защитить меня от информации и угроз, видел его страх того, что мне снова причинят боль.

Но я и представить не мог, что всё зайдет так далеко. Судя по всему, фраза «Пожалуйста, убей меня» сработала чересчур эффективно.

Конечно, лицо Ким Хёнсона стало выглядеть гораздо спокойнее.

Не знаю, действительно ли он сбросил этот тяжкий груз, но одно было ясно — на душе у него явно полегчало.

По сравнению с тем временем, когда он в отчаянии умолял не навязывать ему ответственность, это была невероятная, радикальная перемена.

Но у любого лечения есть побочные эффекты.

И…

«Это и есть тот самый побочный эффект…»

Не знаю, осознает ли он это сам, но его доверие ко мне стало еще крепче.

Вероятно, для Ким Хёнсона я стал братом и близким другом, способным разделить его ношу.

Поэтому он так одержимо вцепился в мою защиту.

Ведь если человек по имени Ли Киён исчезнет или пострадает…

Ему снова придется нести всю ответственность в одиночку.

Ким Хёнсон, несомненно, боится именно этого.

«И всё же… при всем понимании, это уже чересчур, черт возьми».

Стоило мне подумать о нем, как дверь распахнулась и в комнату ворвался Ким Хёнсон.

Судя по тому, что за ним следовала Чон Хаян, сегодняшний график прогулок снова был назначен «туда».

Дверь открыл Ким Хёнсон, но первой на меня бросилась Чон Хаян.

«Она-то в последнее время просто в восторге».

— Оппа!

— Пришла?

— Да. О-оппа, я услышала, что ты х-хочешь погулять…

— А, ну да. Здесь сидеть уже совсем невмоготу.

— Даже если н-невмоготу, ничего не поделаешь. Снаружи всё еще н-неспокойно. Сейчас лучше не выходить. Ради здоровья…

«Кажется, она получает от этого суррогатное удовольствие, серьезно».

— Хаян права, господин Ли Киён.

«И ты, похоже, тоже доволен…»

— Да…

— Я бы и сам хотел, чтобы вы поскорее вернулись к делам, но сейчас неподходящее время. Вы так много работали, так что я хочу, чтобы в этот раз вы как следует отдохнули. Вам что-нибудь нужно? Кстати, недавно на аукционе появилась серия «Шанелия Эрмес». Не уверен, обрадует ли вас это, но я уже сделал предварительную ставку из бюджета гильдии.

«Да не люблю я сумки настолько сильно».

Хотя, лишними они не будут.

— Меня немного беспокоило пустое место в витрине, так что хорошо, что оно заполнится.

«И не смотри на меня так умиленно, придурок».

Его лицо сияло, свободное от всяких тревог и забот. Похоже, ему было чертовски приятно видеть, что я в безопасности сижу в этой конуре.

— Ох, что-то я заговорился. Вы, должно быть, ждали… Хаян, подготовишь магию?

— Да.

Вскоре Чон Хаян начала медленно напевать заклинание.

Когда она привычным движением надела мне на шею ожерелье со встроенной магией отслеживания, Ким Хёнсон снова довольно кивнул.

Ведь во время ночных прогулок надевать ожерелье было правилом.

После того как Чон Хаян завершила заклинание, всплеск маны мгновенно изменил пейзаж перед глазами.

Просторная комната сменилась густым лесом с ухоженными тропами — прогулочным маршрутом, подготовленным гильдией.

Место, где в радиусе 50 километров не было слышно даже шороха муравья.

По официальной версии Ким Хёнсона, это самое глубокое место в эльфийском лесу — единственное, куда не проникает мана демонов.

Такова была легенда, оправдывающая использование только этого маршрута. Но я-то знал, что никакая оскверненная тьмой мана не гуляет в атмосфере, так что мне оставалось только горько усмехаться.

«Неужели обязательно было доводить до такого…»

Маршрут патрулировал 4-й отряд Личной гвардии Ли Киёна.

Они не показывались на глаза, чтобы не мешать, но, скорее всего, постоянно держали связь с Ким Хёнсоном.

Всякий раз, когда он выходил со мной наружу, он находился в состоянии полной боевой готовности.

Внешне это никак не проявлялось, но по тому, как его рука постоянно тянулась к эфесу на поясе, это было легко понять.

Чон Хаян прилипла к одному моему боку, словно у нас было свидание на двоих, а Ким Хёнсон занял место с другой стороны.

Прохладный ветерок приятно обдувал лицо, но на душе всё равно было тяжко.

До сих пор я просто наблюдал, мол, «делай что хочешь», но этому парню пора было что-то осознать.

Для начала я заговорил максимально уверенно.

— Хёнсон.

— Да?

Сглотнув слюну, я решительно высказал то, что копилось внутри.

— Вы, наверное, уже слышали от госпожи Пак Риан, но я думаю, что мне пора возвращаться к деятельности.

— …

— Я отдыхал целых две недели. Мне интересно, как идет восстановление Линделя, и больше всего я хочу знать, что происходит в мире. Я понимаю ваши опасения насчет маны, но, уверен, во многих местах нуждаются во мне. Особенно если ситуация критическая.

— Это невозможно.

— Что?

— Как… как вы можете думать об этом в такой ситуации? Вы уже забыли, что они с вами сотворили?

— Нет…

— Киён, вам нужно научиться быть хоть немного эгоистичным. Пожалуйста, подумайте в первую очередь о себе, а не о других. Оставьте все хлопотные и сложные дела мне и отдыхайте как можно больше. Я сам со всем разберусь.

— Нет, я имею в виду... всё равно...

— Это исключено.

«Этот парень, серьезно…»

— Сейчас это абсолютно исключено.