Глава 506. Пробуждение Ким Хёнсона (1)

— Внешний советник.

«…»

— Внешний советник.

— Вперёд… В золотые земли… В Эльдорадо…

— Внешний советник!

— В… вперёд!

— ВНЕШНИЙ СОВЕТНИК!

— А…

От звавшего меня голоса сомкнутые веки начали медленно открываться.

Было такое чувство, словно я пробуждался от сладкого, как мёд, сна, и подниматься было мучительно.

Но стоило вспомнить, что произошло «там», как я невольно сжал кулаки.

«Получилось?»

Ощущения определённо были иными. Пребывание в подсознании казалось на удивление реальным, но это чувство разительно отличалось от того, что давала действительность.

Машинально сжав кулак, я наконец осознал, где нахожусь.

Это была та самая карета, в которой я уснул.

«Точно получилось».

Хоть я и беспокоился о последствиях, сейчас можно было с уверенностью сказать: всё прошло на удивление гладко.

Хотелось ещё немного побыть в плену этих ощущений, но времени наслаждаться послевкусием успеха не было.

Нужно было выяснить, как обстоят дела.

Я был почти уверен, что не прошло и часа, так что особо не тревожился, но всё же решил, что первым делом нужно осмотреться снаружи.

Забыв про магическую голограмму, я высунул голову наружу. Перед глазами предстал опорный пункт, уже погрузившийся в хаос.

Судя по всему, битва шла уже некоторое время.

— Квооооооооооооо!

— ДЕРЖАТЬСЯ! ДЕРЖАТЬСЯ!

— Огонь! Огонь! Маги, готовьте заклинания! Колдуйте до полного изнеможения! Ни за что не отступать! НИ ЗА ЧТО НЕ ОТСТУПАТЬ! Чёрт побери!

— Не сдаваться! Не отступать! Никогда не забывайте, что богиня Бенигор всё ещё с нами! Сражайтесь, пока кости не рассыплются! Мы не можем отдать свет континента этим грязным демонам!

Ква-д-д-дык!

Ква-а-а-а-а-а-а-анг!

— Не давайте им подняться! Ни в коем случае не позволяйте им перебраться через стену! НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ!

— Кха-а-а-а-ах! Грязные людишки! Как вы смеете!

«Ого… А они держатся лучше, чем я думал».

Только тогда моя тревога немного улеглась.

Я всё ещё был словно в тумане, не до конца понимая, сон это или явь, но вид развернувшегося передо мной зрелища заставил меня резко прийти в себя.

С облегчением вздохнув, я посмотрел в сторону и увидел Ронове, зажимавшую нос.

— Госпожа Ронове?

— А, э-э, простите, простите, внешний советник. Кажется, я увидела нечто слишком возбуждающее.

«О чём это она?»

Снова взглянув на Ронове, я, кажется, понял, почему она зажимала нос.

Зрелище было то ещё: она изо всех сил пыталась остановить хлещущую из носа кровь.

Более того, её лицо пылало, а тело то и дело вздрагивало, что заставляло задуматься, чем она тут вообще занималась.

«Вот почему я и срежиссировал всё так… по-собачьи».

Впрочем, винить её я не собирался.

Так или иначе, дело было сделано успешно, и, если судить по результату, эта постановка даже помогла.

Я покачал головой, вспоминая недавнюю жуткую сцену, и она, глядя на меня с тревогой, вновь заговорила.

— Всё-таки… вы разочарованы?

«Какая чушь. Чем это я разочарован? Ах да, чёрт, постановкой я был разочарован, это точно».

— Нет. Всё в порядке. Лучше… вкратце доложите о текущей ситуации, пожалуйста.

— А… да, да, эм… в общем, да. С начала битвы прошло около сорока минут. Как видите, мы не то чтобы сильно уступаем. Люди сопротивляются лучше, чем ожидалось, так что я пока просто наблюдала за ситуацией.

— Хёнсон ещё не появился?

— Да, думаю, это займёт ещё немного времени.

— Примерно сколько?

— Не думаю, что долго. В отличие от вас, внешний советник, тот… тот человек пробыл в подсознании очень долго. Но не стоит слишком беспокоиться. Вероятно, он придёт в себя максимум через час. А может, и раньше. В обычных условиях это могло бы занять около дня, но он — человек высокого ранга…

«Час…»

Выстоят ли они?

Судя по царившему духу, казалось, что выстоят.

Конечно, уверенности не было, но то, как они, опираясь на основы оборонительной войны, упорно отбрасывали врага, впечатляло.

Определённо чувствовалась воля человечества, осознавшего, что отступать больше некуда.

Хотя все сражались как один, особенно выделялся Пак Докку.

«Этот кабан. Недурно».

— Держимся до последнего! Изо всех сил! Скоро подойдёт подкрепление из ближайшего опорного пункта!

Сложно было точно описать, что изменилось, но казалось, что сама атмосфера стала другой.

Нет, она и вправду изменилась. Я видел, как от него исходит неведомое усиление, окутывающее всё войско.

Больших надежд я не питал, но, похоже, он всё же немного подрос.

Его боевая мощь сама по себе не сильно увеличилась.

Но то, как он стоял в центре войска, воодушевляя уставших солдат и сдерживая демонов, походило на сцену из священной войны.

Собственно, это и была священная война. Нынешняя битва была схваткой между континентом и демонами, пытавшимися его пожрать.

Ча Хира на равных сражалась с одним из командиров-радикалов, и другие тоже не отставали.

Глядя на то, как сплочённая гильдия «Синий» держит один из флангов, я невольно почувствовал гордость.

Некоторые члены гильдии, которые ещё час назад пребывали в растерянности, теперь, словно получив новый заряд бодрости, поднялись и сражались, так что я невольно одобрительно кивнул.

Беспокоило скорее то, что ситуация развивалась слишком уж гладко.

«Нужен кризис».

— Чтобы было драматичнее…

Грубо говоря, при таком раскладе они могли бы отбиться и без появления Ким Хёнсона.

Но, похоже, это было лишь моё заблуждение.

Со временем я начал замечать, что их всё сильнее теснят.

Точнее говоря, это произошло в тот момент, когда в бой вступил Донован.

Этот парень, которого даже в 27-м Легионе можно было назвать «именным», безжалостно прорывался через поле боя, и, честно говоря, от этого вида становилось немного тошно.

Один взмах его кулака — и десятки людей разлетаются в стороны. Одно движение — и ход битвы меняется.

Для обороняющихся он был как бельмо на глазу.

Я ожидал, что против него вот-вот соберут особый отряд, но, видимо, свободных сил не нашлось — дорогу ему преградил сам Пак Докку.

Это была битва не на победу. Он стоял там, чтобы выстоять.

С огромным щитом в руках он преградил путь врагу, и эта сцена напоминала поединок Давида с Голиафом.

Рядом с ним даже такой здоровяк, как Пак Докку, казался маленьким, и трудно было вообразить, какая сокрушительная аура исходила от его врага.

Донован ударил кулаком, а Пак Докку отразил удар.

Он отбросил даже меч, сосредоточившись на обороне, и хоть это выглядело рискованно, заставляя меня невольно вздрагивать, Пак Докку определённо держался.

— Забавно, человек! Забавно! Ничтожный человечишка!

— Ху-ух… Ху-ух…

Конечно, его тело не могло оставаться невредимым.

Даже при постоянном притоке святой силы от Элены и Сон Хиён, даже при всех усилениях, наложенных на его тело, разница в силе была слишком очевидна.

Всё его тело трещало по швам, он был покрыт кровью, но при виде того, как Пак Докку сдерживает Донована, у меня невольно защипало в носу.

В моменты, когда святая сила не поступала, он держался, вливая в себя зелья, а от атак, которые, казалось, невозможно было заблокировать, он уворачивался, даже перекатываясь по земле.

Он ни за что не падал, вцепившись в противника так цепко, что на ум приходило слово «неотступный».

— Кха! Кха!

Видимо, от давления у него повредились внутренние органы, и кровь продолжала течь, но он даже не вытирал её, полностью сосредоточившись на обороне.

Я понимал, что план состоял в том, чтобы изолировать Донована с помощью Пак Докку и получить преимущество на других участках, но ситуация казалась слишком жестокой по отношению к нему.

Ему приходилось, сглатывая боль, подниматься, подниматься и снова подниматься.

Я не был уверен, но, скорее всего, он вызвался добровольно.

Иначе он бы не смог так держаться.

«Донована, этого ублюдка, нужно поскорее убрать».

В такой ситуации я не мог не задаваться вопросом, где же прохлаждается Ким Хёнсон.

Я было подумал, не погрузился ли он снова в подсознание, и посмотрел на Ронове, но стоявшая рядом суккуб лишь покачала головой, ничего не сказав.

Тем временем ситуация на других участках тоже начала ухудшаться.

Ча Хира, чтобы сравняться по уровню с командиром десяти тысяч, всё больше опускала свой интеллект, а святая сила Элены, окутывавшая всё войско, тоже была на исходе.

Хотя фронт всё больше и больше отступал, Пак Докку добросовестно выполнял свою роль, но ситуация становилась настолько критической, что можно было сказать: «Время вышло».

Больше ждать было нельзя.

«Блядь, мне же нельзя сейчас появляться».

Именно в этот момент я почувствовал, что ситуация изменилась.

Одна из многочисленных магических голограмм перед моими глазами затрещала.

«А…»

Это могло означать только одно: с фамильяром, которого я оставил наблюдать за комнатой Ким Хёнсона, что-то случилось.

Демон в ситуационном центре был сбит с толку, но я, само собой, не мог не ухмыльнуться.

Проблема с фамильяром, наблюдавшим за Хёнсоном, означала одно: он очнулся.

«Пришёл! Он пришёл!»

— Дайте, пожалуйста, общий обзор.

— Да.

Драматичнее этого момента быть не могло.

Прямо из комнаты, где находился Ким Хёнсон, вырвался мощный столб света, и обе стороны, охваченные безумием битвы, повернули головы и посмотрели на небо.

«Ох…»

— А вот и он вернулся…

Тихо пробормотал Пак Докку, лежавший на земле весь в крови. Донован тоже смотрел на небо, словно не понимая, что происходит.

— Гильдмастер…

То же самое пронеслось в голове и у Чо Хеджин.

Ким Йери, как и подобает героине, опустила голову и начала всхлипывать, а Пак Ёнджу, вся в крови, наоборот, улыбалась.

Члены гильдии «Синий», которые ещё мгновение назад теряли надежду, громко закричали и снова начали перестраивать ряды.

Даже другие войска, не понимавшие, что именно происходит, обрели силы, чтобы сделать ещё один шаг вперёд.

Атмосфера менялась. По всем канонам жанра, в этот момент должна была заиграть воодушевляющая музыка.

«Эльдорадо!»

— Что… Что происходит?

«Классика!»

— Что происходит? Что… происходит?!

«Очень хорошо. Такие реплики вам очень идут, актёр До».

Донован, произносящий типичную злодейскую фразу, в растерянности протянул свою огромную руку к Пак Докку, но…

— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!

Протянутая рука в одно мгновение взмыла в воздух.

— Моя рука-а-а!

Даже эта реплика жертвы была донельзя типичной.

Увидев это, Пак Докку со слабой улыбкой произнёс:

— Не слишком ли поздно, братец…

Фигура, кивнув, спокойно ответила:

— Прошу прощения.

Перед Донованом стоял полностью пробудившийся регрессор.

Идеальное воплощение каноничного сюжета.

При виде этого типичного главного героя из сёнэн-манги я невольно пробормотал:

— Охренеть, как же круто… Чёрт…

Было такое чувство, будто фильм вот-вот пробьёт отметку в двадцать миллионов зрителей.