Проблемы наверху (6)

— И что с того?

[Даже такому мусо... нет, человеку, как ты, не стоило этого слышать...]

«О чем она вообще говорит? Мне совершенно все равно».

Честно говоря, мне было плевать.

Я понимал, что на Земле что-то произошло и те, кто ею управлял, спихнули нас сюда, но сопереживать этому или считать это трагедией было выше моего понимания.

Проще говоря, я этого не чувствовал.

Если бы меня бросили родители, я бы, возможно, пролил пару слез, но это ведь не родители, а целая планета.

Масштаб настолько огромен, что я даже не знал, как правильно среагировать и с чего начать печалиться, чтобы это выглядело естественно.

«Боги — они и есть боги».

Я подумал, что их точка зрения в корне отличается от человеческой.

По сравнению с тем моментом, когда она только начала бесноваться, атмосфера стала на редкость спокойной.

Видя, как серьезно она отвечает на мои вопросы, я начал смотреть на статую богини немного иначе.

Пока я медленно погружался в свои мысли, голос Бенигор прозвучал вновь.

[Хорошо, если тебе всё равно... В любом случае, всё именно так. Д-для нас это довольно печальная история.]

— Можно сказать, что вы приняли нас как беженцев. Хм... Значит, я должен быть благодарен?

[В этом нет необходимости. Для нас это тоже был вынужденный выбор.]

— Хм... Значит, по твоим словам, сейчас на Земле возникли какие-то проблемы?

[Там проблемы были всегда. Здесь, впрочем, тоже... Но если ты спрашиваешь, возникло ли нечто из ряда вон выходящее — ответ «да». Однако я не могу рассказать подробности. Изначально это место не в моей юрисдикции. К тому же они хотят оставаться скрытыми...]

— Хм-м...

[М-м... Подожди. Если ты беспокоишься о своей младшей сестре, можешь не волноваться. Скорее...]

Юльха — такая личность, что выживет, даже если ее оставить одну в Антарктиде, так что я не особо за нее переживал.

— Нет. С Юльхой всё понятно.

[Тогда на этом вопросы окончены?]

— Есть еще один.

[Какой?]

— Ким Хёнсон. Это тоже секретная информация?

[Частично. Есть вещи, которых даже я не знаю. Но есть то, о чем я могу рассказать. Что именно тебя интересует? Первый раунд?]

— Причина, по которой Ким Хёнсон регрессировал. И что вообще такое эта Альтанус, которая заставила его вернуться в прошлое.

Фактически, это можно назвать главной темой. Самый важный вопрос.

Судя по наступившему молчанию, здесь тоже были моменты, о которых ей было трудно говорить.

Я медленно постучал по плечу статуи, и лишь спустя долгое время послышался голос.

[Причина регрессии в том, что Альтанус этого захотела.]

— ...

[Альтанус — такая же богиня и администратор, как и мы. И она была ответственной за Ким Хёнсона.]

— Как я и ожидал. А где Альтанус? Я могу с ней встретиться?

[Нет. Это невозможно.]

— Почему?

[Потому что Альтанус больше нет.]

— А...

[Она мертва. Нет, выражение «исчезла» подошло бы больше. Она заплатила цену за то, чтобы повернуть время вспять. Но мы продолжаем нести её волю.]

«Так и знал».

Если немного подумать, это было очевидно.

Даже для того, чтобы запустить принудительный квест или даровать профессию, нужна святость.

Сложно даже представить, сколько святости потребовалось бы для совершения такого антинаучного и невозможного чуда, как регрессия.

Это не просто воздействие на мир под небесами, это полный откат самого времени.

Скорее всего, Альтанус была божеством более высокого ранга, чем Бенигор.

В обычной ситуации такое было бы невозможно.

Я не мог представить, чтобы Бенигор, которая прячет частицу себя внутри статуи, была способна повернуть время вспять.

«Тц».

[Альтанус любила этого мужчину. И... она сопереживала его жизни. После долгих раздумий она решила пожертвовать собой, чтобы вернуть всё назад. Конечно, тогда я, кажется, пыталась её отговорить... но я уважаю её выбор. Наверное, нет другого бога, способного на такое. Это чувство — ценность, признанная среди нас.]

— Ты можешь рассказать, какой была первая временная линия?

[Ты ведь и так примерно знаешь. Через ту особенную человеческую женщину, Касугано Юно. Я и сама не знаю всех деталей.]

— Вы тоже не помните первый раунд?

[И да, и нет. Мы не помним всего, но храним волю Альтанус.]

— Послушай, я ни черта не понимаю, что это за воля Альтанус. Это не то объяснение, которое я могу принять. Вы не видите тот черный мир, который видит даже Касугано Юно?

[Не стоит недооценивать возможности людей. Она особенная. Так же, как Чон Хаян и Ча Хира. Потенциал людей безграничен. Даже твое Око Разума... нет, забудь. Конечно, среди нас есть те, кто может видеть этот черный мир, о котором ты говоришь, но и здесь есть ограничения. Управление измерениями гораздо сложнее и запутаннее, чем ты думаешь. Если бы мы действительно могли решить всё, Альтанус не пришлось бы отправлять Ким Хёнсона в прошлое.]

— Потенциал?

[Да. Потенциал. Альтанус тоже увидела его.]

— Вы тоже не идеальны.

[Верно. Не идеальны. Запомни это хорошенько, мой гордый почетный кардинал Ли Киён. Мы не совершенны. Мы несостоятельны. Мы просто стоим на другом уровне, отличном от тех, кто живет на континенте, но в остальном мы мало чем отличаемся. Ты должен это помнить. Что мы тоже не идеальны.]

— Не обязательно так это подчеркивать. Глядя на тебя, я и сам это понимаю. Кстати, ты как-то ловко уклонилась от одного вопроса. Богиня Бенигор, меня интересует причина регрессии Ким Хёнсона. Я не хочу слышать ответ про «волю Альтанус». Какая именно угроза существовала и из-за чего он вернулся? Говоря прямо — причина провала.

[Это не секретная информация. Но я не могу рассказать. Будет лучше, если ты услышишь или увидишь это через Касугано Юно или Ким Хёнсона. Одно могу сказать точно — твои догадки верны.]

— Что?

[Угроза существует. Ким Хёнсон готовится именно к ней. И... не хочется признавать, но ты... ты до сих пор... х-хорошо справляешься...]

— Хм. Благодарю за похвалу. Но... у меня такое чувство, что я узнал гораздо меньше, чем ожидал...

[Я-я ничего не могу поделать. Правда, ничего... Думаешь, я сама не хочу тебе всё рассказать? Я тоже хочу, чтобы мне стало легче!]

— А, спрошу еще кое-что.

[К-х-х-х. К-х-х-х-х. Сколько же у тебя вопросов. Я уже...]

— Это естественно. Меня притащили сюда, не спросив, я впутался в непонятные дела, на моем месте ты бы не спрашивала? Короче, вопрос такой. Мы... хм... можем вернуться на Землю?

[Хочешь вернуться?]

— Нет, не особо. Просто интересно.

[Невозможно. Теперь вы жители этого мира. Вы не можете уйти в другое место.]

— Слышать такое напрямую всё же немного обидно.

Но, конечно, лишь немного.

Было бы ложью сказать, что у меня нет привязанности к родине.

Но что поделать, раз всё уже случилось.

Я не мог начать капризничать и требовать вернуть меня на Землю.

Хоть и нельзя всему верить, но Земля нас бросила, а Бенигор и остальные, кажется, приняли.

Я украдкой взглянул на статую и увидел, что Бенигор всё еще проливает кровавые слезы.

[Э-это неизбежно. Это своего рода знамение... Я-то сама плакать перестала.]

— Какое знамение? Знамение того, что фундамент континента рушится?

[По...хоже на то.]

«Черт».

— В любом случае, если ты восстановишь святость, всё вернется в норму?

[В основе своей — да. А-а, в любом случае, теперь я скажу то, что хотела...]

— А. Говори. Не знаю, что там, но... это серьезно?

[Это довольно серьезный разговор.]

«Да что еще такое».

Тон её голоса выражал явное беспокойство.

Вскоре она заговорила.

[С-слушай, ты не слышал когда-нибудь сообщение: «По неизвестным причинам создание квестов приостановлено»?]

— Что? Вроде слышал...

[Э-это касается той ситуации.]

— Раз ты в таком состоянии, неудивительно, что создание квестов прекратилось, разве нет? Это... нет... блядь...

[П-прости меня. Моя...]

— Х-хватит нести чушь. Блядь.

Естественно, я мгновенно закусил губу.

Это было настолько нелепо, что у меня вырвался сухой смешок.

Если немного поразмыслить, к этому выводу можно было прийти самому.

Раз нет святости, они не могут давать квесты.

Это я еще мог понять. В конце концов, я примерно этого и ожидал.

Проблема заключалась в том, что в таком состоянии находилась не только Бенигор.

У других ситуация могла быть получше, но в целом всё одно и то же.

Вся эта компания — члены одной семьи на тонущем корабле.

Пока я в тревоге кусал губы, голос Бенигор зазвучал вновь.

[Для начала, минимальные системы, такие как профессии или туториалы, сохранятся... Но подземелья легендарного ранга и часть героических... будут закрыты. И-и все спящие рейдовые монстры будут по-полностью запечатаны...]

— Почему их закрывают? Зачем их закрывать?! Зачем их закрывать?!

[Потому что некоторые подземелья опасны. Вспомни тот же Музей. Т-так вот, такие типы подземелий... по-вашему говоря, нуждаются в обязательном мониторинге богов. Есть места, которые мы сами превратили в подземелья, но есть и много таких, что возникли естественно или из-за Разломов. Мало того, что вошедшие туда люди окажутся в опасности, так еще и в случае провала или возникновения проблем их будет невозможно устранить. Мы тоже не хотим их закрывать, но это необходимо сделать...]

«Блядь...»

Ситуация стала намного серьезнее.

Учитывая текущее положение дел, это было особенно критично. То, что человечество объединило силы — это достойно аплодисментов.

Но если на этом всё закончится — всё равно наступит худший сценарий.

Эти люди становятся сильнее в борьбе. С этим невозможно спорить.

Боевая мощь людей в первом раунде смогла возрасти в том числе и потому, что они постоянно грызлись друг с другом.

Я не хвалю глупость тех времен, когда они изнуряли друг друга. Я говорю о том, что благодаря тем конфликтам они могли развиваться.

Угроза, к которой готовится Ким Хёнсон, реальна. Я и так предполагал это, но только что услышал подтверждение от Бенигор.

«Они вынуждены закрыть подземелья?»

Это всё равно что перекрыть путь к росту.

Особенно это касается подземелий героического и легендарного рангов, куда заходят лучшие кадры.

Даже сложно представить, какой хаос начнется, когда всё это будет закрыто.

Более того, если запечатают рейдовых монстров, ситуация станет еще хуже.

Все перерабатывающие заводы, производящие продукцию из останков монстров, закроются, а избыточная рабочая сила окажется на улице.

Это удар не только по военной мощи, но и по экономике.

Припасы продаются потому, что есть подземелья.

Есть люди, зарабатывающие и тратящие деньги на то, чтобы ходить в подземелья.

Эта система уже слишком глубоко укоренилась в жизни континента.

Если немного утрировать, это всё равно что исчезновение нефти в современном обществе.

«Мы же по миру пойдем...»

Разумеется, продажи зелий «Made by Ли Киён» тоже упадут до нуля.

«Киён-коин летит на дно».

— Черт...

«Киён-коин летит на дно!!»

— Черт возьми.

«Зеркальное озеро, погнали!!!»

Хотя моя реакция была преувеличенной, в голове сами собой всплывали картины, о которых не хотелось даже думать.

Не знаю, понимала ли Бенигор мое смятение, но она продолжала подливать масла в огонь, и я не выдержал и закричал на неё.

[И-и... на некоторое время генерация квестов на всем континенте будет приостановлена. Я-я не знаю, когда она возоновится...]

— ...

[...]

— Ах ты, сумасшедшая тролльша!!!!!

В этот крик я вложил всю свою душу.