Руководство пользователя для регрессора — Глава 271. Каков отец, такова и дочь (3)

Первая принцесса изменилась.

Если быть точным, по дворцу поползли слухи, что она «взялась за ум».

Даже на мой взгляд она выглядела иначе, чем прежде, а значит те, кто находился рядом с ней долгое время, воспринимали эти перемены еще более драматично.

Первыми эти изменения ощутили на себе, конечно же, личные служанки Первой принцессы. Вероятно, с течением времени их изумление только росло.

Вещи, на которые раньше она реагировала крайне болезненно, теперь всё чаще спускались на тормозах, а на мелкие промахи она и вовсе великодушно закрывала глаза.

Неудивительно, что у служанок, которые раньше сполна огребали от её истерик, на полную мощь заработали «схемы счастья».

Забавно, что этот отряд горничных только и ждал того момента, когда я навещу Первую принцессу. Уверенные в том, что именно я стал причиной её преображения, они начали проявлять странную активность. Независимо от приказов самой Шарлии, они действовали организованно, стараясь сделать её еще ближе к нашей стороне.

Конечно, для меня эти попытки выглядели довольно мило, поэтому я не особо обращал на них внимание. Скорее даже, мне было немного жаль этих женщин, вынужденных идти на такие ухищрения.

«Да уж. Вам, должно быть, пришлось тяжелее всех…»

У меня не было желания разрушать их хрупкие надежды. Для меня это были лишь мелкие интриги, но для них эта слаженная деятельность была сродни борьбе за право на выживание.

Я даже испытывал к ним какое-то дешевое сочувствие, поэтому, находясь рядом с Шарлией, иногда демонстративно хвалил поведение её служанок, поднимая большой палец вверх. Эффект превзошел все ожидания.

Когда на следующий день я столкнулся с горничными, на их лицах читалась такая решимость, будто они готовы были прямо сейчас присягнуть мне на верность. Для слов, брошенных просто из жалости, результат оказался великолепным.

На деле же, спустя еще некоторое время, дошло до того, что служанки начали докладывать мне о том, как вела себя Шарлия в моё отсутствие. Конечно, это не выглядело как официальный отчет. Просто когда я спрашивал, в каком настроении она была до и после посещения приемной, они отвечали весьма охотно.

— Вчера, после того как господин Почетный епископ ушел, она выглядела очень счастливой, — говорили они. Или: — Она читала книги и долго не могла уснуть.

Вот и всё. Тем не менее тот факт, что её служанки были настроены ко мне благосклонно, определенно был хорошей новостью.

«Где-нибудь да пригодится».

Любой материал найдет свое применение. Даже от обычных служанок, не имеющих власти, определенно будет польза.

Как я уже говорил, фактически главными выгодоприобретателями в этой ситуации стали горничные Первой принцессы. Само собой разумеется, что широкая улыбка появилась не только на лицах тех, кого она раньше изводила. Те, кто искренне беспокоился о ней, также одобрительно кивали, видя её изменившееся поведение.

Особенно император — он теперь каждый день пребывал в прекрасном расположении духа. Перемена в Шарлии, которую считали главной обузой императорской семьи, была достаточной причиной, чтобы старик, живущий ради детей, почувствовал себя счастливым.

На самом деле ничего кардинально не изменилось. Я не использовал магию, чтобы полностью перекроить психику Шарлии. В конце концов, человек — такое животное, которому легко стать хуже, но крайне трудно стать лучше. Даже если исправление возможно, это не то дело, которое можно провернуть за столь короткий срок.

«Именно так…»

Сделать из Шарлии достойную императрицу путем её перевоспитания — задача практически невыполнимая. Я просто обсудил с ней, какой она должна предстать перед публикой, и обрисовал ей это видение. Мягко уговорил её, объяснил, как нужно действовать. Кроме того, само собой, я составил список дел и расписание, чтобы контролировать её график.

В Шарлии не меньше упорства и упрямства, чем в Шарлотте. Просто чувство поражения, которое она испытывала с детства, подтачивало её самооценку. Она бездарна и полна комплексов, но именно поэтому она выросла человеком, который жаждет признания больше, чем кто-либо другой.

Невозможно даже представить, какой стресс она испытывала, когда никто не обращал на неё внимания, а все взгляды были прикованы к её младшей сестре. Могу с уверенностью сказать: человек, которого так ждала Шарлия, — это кто-то вроде меня. Тот, кто признает её и поддержит. Тот, кто назовет «потрясающим» даже тот человеческий мусор, который не подлежит переработке. Тот, кто сможет красиво упаковать её пустые поступки и выгодно продать их на рынке. Тот, кто может продать пакет чипсов, наполовину заполненный азотом.

— Говорят, она даже дала служанкам выходной.

— Судя по тому, что она регулярно посещает храм, Первая принцесса и впрямь взялась за ум.

— Слышал, она присутствовала на утреннем государственном совете. Говорят, сидела с самого края и тихо слушала…

— До меня дошли слухи, что она интересуется жизнью народа империи. Поговаривают, она хочет лично отправиться с инспекцией и уже составила график.

— Кстати говоря, в последнее время она, кажется, совсем не притрагивается к спиртному.

— Я тоже заметил на последнем банкете, как она отказалась от вина.

В пустые поступки Первой принцессы очень просто добавить «азота». Я тихо заговорил, и в поле моего зрения попали лица тех, кто тут же уставился на меня.

— В конце концов, порода берет свое. Ха-ха-ха-ха.

Это была решающая фраза, способная в мгновение ока привлечь на свою сторону старых аристократов. Обычно лозунги предвыборных кампаний олицетворяют кандидата. «Кандидат №1, Шарлия. Порода берет свое».

Конечно, в Империи не используют такие формулировки открыто, но чтобы «упаковать» заурядные действия Шарлии, подобная работа была необходима. Не зря политики на Земле болтают о заботе о народе или о спасении экономики. Действия кандидата, «заботящегося о народе», сфокусированы на народе, а действия тех, кто «спасает экономику», — на экономике. Их политические направления, реклама, агитация — всё кажется одинаковым, но, конечно, есть различия.

В моем случае всё еще абсурднее. Рамка, которую я создал для Шарлии, не про «заботу о народе» и не про «спасение экономики». Это даже нельзя назвать лозунгом, представляющим кандидата. В этом нет ни основы, ни логики, но для некоторых твердолобых это слово звучит как заклинание.

«Легитимность».

— Вот именно! То, что принцесса Шарлия унаследовала истинную кровь императорской семьи, — и обсуждать нечего.

— Верно, верно. Хе-хе. Через период метаний проходит каждый. Разве может эта кровь куда-то деться?

— Если подумать, в историях говорят, что и юность седьмого императора была не такой уж гладкой. Он погрузился в учебу только после сорока, а трон унаследовал после пятидесяти. И всё же, посмотрите на его достижения… Мне кажется, для принцессы Шарлии всё тоже только начинается.

— Ха-ха-ха-ха! Именно так! Всё верно!

Просто умора смотреть, как они поддакивают друг другу. Считая, что моя задача на этом закончена, я взял бокал вина и направился в укромный угол. Разумеется, за мной по пятам последовала Чон Хаян, с которой мы давно не проводили время вместе. Я видел, как с другой стороны зала медленно приближается Ли Джихё, которая занималась тем же самым на своем участке.

— Ты не устала?

— А… нет, оппа. Ведь мы же вместе. Хе-хе.

Такое чувство, будто я давно не разговаривал с Чон Хаян по-человечески. Конечно, мы видимся каждый день и постоянно о чем-то болтаем, но у меня возникло неприятное чувство, что в важные моменты я обделял её вниманием. Хотелось что-то для неё сделать, но, похоже, Чон Хаян была счастлива просто от того, что стоит рядом. Когда я легонько погладил её по голове, она, прищурившись от удовольствия, прижалась ко мне еще плотнее.

— Выпьем?

— Да!

— Кстати, как продвигаются исследования?

— А, кажется, всё идет хорошо. Пришлось немного ускориться, из-за чего стало больше дел, но всё прошло легче, чем я ду-думала. Сказали, что прототип изготовят через несколько дней.

— А точнее не говорили?

— Нет, такого… не говорили.

— Хм…

— Может быть, стоит их еще немного подстегнуть?

— Нет, в этом нет необходимости. А Вторая принцесса?..

— Я… я продолжаю за ней следить.

— Хорошо. Если заметишь что-то необычное, сразу докладывай мне.

— Да!

Когда я слегка взял её за руку, она тут же густо покраснела и опустила голову. Мы как раз были в центре бального зала, и когда я плавно повел её за собой, она с радостью последовала за мной. Я никогда толком не учился бальным танцам, но чувствовал, что смогу хотя бы примерно попадать в ритм.

Чон Хаян тоже счастливо заулыбалась и начала кружиться. Не знаю, о чем она думала, но, судя по её улыбке до ушей, настроение у неё было превосходное. Наверное, она чувствовала себя принцессой из сказки.

Впрочем, и у меня настроение было неплохое. Если бы меня спросили, я бы сказал, что вполне доволен жизнью. Хотя иногда она и пугает, Чон Хаян всегда ставит меня на первое место. За долгое время я привык к этому, и теперь это кажется мне даже в какой-то степени милым.

«Хотя то, что в последнее время она ведет себя слишком тихо, немного настораживает…»

Учитывая, как выросли её магические характеристики, я ожидал каких-то действий, но, кроме периодического использования «Ока Анемоны», она ничем таким не занималась. Если вспомнить, как часто мы стали проводить время порознь, можно сказать, что она стала очень покладистой.

«Неужели она считает, что этого недостаточно?»

Помимо выполнения моих поручений, она тратит всё свободное время на то, чтобы усвоить знания, полученные от посоха легендарного ранга. Возможно, она чувствует, что еще не до конца переварила всё полученное.

«Наверное, хочет стать еще сильнее».

Конечно, меня беспокоит, как она поведет себя, когда получит желаемое. Судя по рассказам Ли Джихё, она может выкинуть что угодно в любой момент, но, по крайней мере, пока она на виду, она не делает ничего странного.

Так или иначе, всё, что можно назвать «планом», продвигалось шаг за шагом. Слежка за Шарлоттой, которую я поручил Чон Хаян, и разработка технологии видео-голограмм, которую я доверил Максу, шли как по маслу.

Главный вопрос в том, успеем ли мы к сроку, но прямо сейчас в этом нет острой необходимости. Борьба за власть между двумя сестрами еще не вышла на поверхность, и даже если видеотехнологии появятся прямо сейчас, их не к чему будет применить.

Проще говоря, сейчас наступило время, когда нужно выравнивать баланс, который сильно перекошен в одну сторону. Пора немного поднять авторитет Первой принцессы и начать проводить «негативную кампанию» против Второй принцессы.

«В конце концов, у любого властителя за спиной всегда должны шептаться о чем-то дурном».

Я думал о том, чтобы распространить правдоподобно сфабрикованные беспочвенные сплетни, но, учитывая, что регрессор присматривает за ней, решил, что лучше придерживаться умеренности. Конечно, для Шарлотты такая рамка может стать причиной дикой ярости, но из всего, что я придумал, эта — самая щадящая.

Лозунг для того, чтобы очернить её, был очень прост.

— Всё-таки кровь — не водица.

Слова те же, но смысл в них заложен совершенно иной. В таком обществе то, что твоя мать — простолюдинка, является огромной слабостью.

«Гены этой полукровки всё равно никуда не скроешь, верно?»