Руководство пользователя для регрессора — Глава 259. Официальное объявление (1)

Вопрос с Ттолттори был временно решен.

Хотя я и надеялся, что Ттолттори резко изменится за короткий срок, чуда не произошло. Кардинально преобразился лишь его внешний вид. Впрочем, нельзя сказать, что перемен не было вовсе.

Диаругиа постепенно возвращала себе место в доме, и Ттолттори, казалось, начал признавать её в роли матери. Он всё еще совершал неожиданные поступки, когда она находилась рядом со мной — например, прыгал, чтобы переключить внимание на себя, — но это выглядело скорее мило.

Хоть это и не бросалось в глаза, парень понемногу менялся. Не знаю, было ли это намерением самого Ттолттори, но Диаругиа каждый день буквально кричала от счастья. Она была глубоко тронута даже малейшим проявлением доброй воли с его стороны и постоянно прокручивала в голове его действия, которые стали иными, чем прежде.

Естественно, в ответ Диаругиа вкладывала в Ттолттори ещё больше души и сил, но со стороны это выглядело не очень правильно. По моему личному суждению, парню нужно было научиться обходиться без материнских объятий.

В итоге было решено, что Ттолттори будет ходить в школу вместе с Максом. Диаругиа, казалось, была не в восторге от того, что дракон будет получать человеческое образование, но, понимая, что общение с другими поможет формированию личности, в конце концов кивнула. Разумеется, это было верное решение.

К такой рекомендации пришел и доктор Кан Хёнвук, но, что примечательно, на этот раз решение было направлено не на Ттолттори, а на Диаругиа. Он посчитал, что ей жизненно необходимо личное время — время только для себя. Я и раньше знал, что многие матери постепенно теряют себя после появления ребенка…

«Послеродовая депрессия?»

В тесте, который доктор Кан Хёнвук использовал ещё на Земле, Диаругиа набрала пугающе высокий балл. Все показатели буквально пробивали потолок, так что беспокойство было вполне обоснованным. Конечно, сама Диаругиа отшучивалась, говоря, что такого быть не может, но, судя по цифрам, ситуация была не до смеха.

По мнению эксперта, она могла сорваться в любой момент. Дракон, которому было трудно выражать свои эмоции, долгое время копил стресс в глубине души. Поэтому было само собой разумеющимся, что, пока Ттолттори в школе, мы будем помогать ей найти хобби и оказывать всяческую поддержку.

Диаругиа поначалу не знала, что делать с внезапно появившимся свободным временем, но выражение её лица с каждым днем становилось всё светлее.

«Чего не скажешь обо мне…»

Я находился в совершенно противоположной ситуации.

«Слишком занят…»

Пусть это был короткий период, но я действительно начал работать без передышки. Поскольку я в очередной раз отложил накопившиеся дела, было закономерно, что теперь они хлынули на меня лавиной. Благодаря этому я на собственной шкуре прочувствовал, что значит выражение «некогда вздохнуть».

Если обобщить, то в целом я занимался тремя направлениями.

1. Управление связями в Папском престоле.

Я снова встретился с кардиналом Базелем, с которым давно не виделся; мы насладились воссоединением и обсудили множество вопросов. Когда я услышал, что нынешний Папа Священной Империи уже в преклонном возрасте и скоро отправится к богу, мне захотелось закричать от восторга.

Естественно, я узнал, что один из трёх кардиналов будет избран новым Папой, и сам кардинал Базель сообщил мне, что у него самые высокие шансы. Если он займет этот пост, то и статус нашей стороны, примкнувшей к нему, неизбежно возрастёт. Возможно, я получу чин даже выше почетного епископа, поэтому я усердно подлизывался к нему, стараясь во всём угодить.

Но не только ему. Я также провёл молитвенные собрания с архиепископом Джессикой, недавно занявшей этот пост, и инквизитором Хеленой, чтобы подтвердить нашу крепкую дружбу. Кроме того, участие в банкетах, волонтерской деятельности и прочих мероприятиях с важными лицами внутри Папского престола стало рутиной.

Поскольку связи на уровне епископов мне больше не нужно было курировать лично, в этот визит я взял с собой Сон Хиён.

«Атмосфера была что надо».

То, что Сон Хиён, воплощающая образ идеального жреца, быстро поладила с епископами, было предсказуемо. Они казались гораздо ближе, чем я ожидал, поэтому я решил, что смогу передать ей все дела, кроме личного общения с кардиналом Базелем.

2. Управление связями с аристократией.

Работа с фракцией Императора была не менее важной. Конечно, основные рычаги влияния у меня находились в Папском престоле, поэтому я не уделял светскому обществу столько же внимания, но забота о группировке знатных дам во главе с герцогиней Катрин, которая оказала большую поддержку во время инцидента с Ито Соута, была довольно важным делом.

Сразу после встречи с кардиналом Базелем меня начали приглашать на светские собрания аристократов, и я буквально разрывался между ними. Помню, это время было по-настоящему сумасшедшим.

И без того повсюду шумели из-за музея, когда были опубликованы дневники приключений Парана и Черного Лебедя. А поскольку я был официально назначен в число 8 Мест Империи, к этому добавился такой ореол славы, что моя популярность взлетела до небес. Самолюбие благородных дам, сопровождавших меня, тоже выросло, и благодаря этому я смог получить массу полезной информации.

В перерывах между делами, во время приятных сплетен, заходила речь и об императорской принцессе. Поскольку это был персонаж, о котором я раньше ничего не слышал, информация была довольно свежей. Естественно, я решил, что к ней стоит прислушаться.

3. Черный рынок Каслрока.

Завершив дела на светских раутах, я сразу отправился в Каслрок, родной город леди Марлин. Официальной причиной было её приглашение, но на деле я хотел проверить работу черного рынка, построенного в этом городе.

Из-за решительного протеста Чо Хеджин мы не смогли даже попытаться заняться торговлей рабами на аренах, но этот рынок всё равно приносил неплохую прибыль. Личная проверка позволила мне удовлетворённо кивнуть.

«Неплохо».

Таково было моё краткое резюме. Хотя я понимал, что можно было бы ввязаться и в чуть более незаконные авантюры, мне пришлось от многого отказаться, так как я не мог управлять всем лично. Впрочем, я начинал это дело не ради денег. Смысл существования этого черного рынка — проверка списков клиентов, которые пользуются такими местами. Ни больше ни меньше.

«Позже это пригодится».

Обладание списками клиентов и бухгалтерскими книгами — это огромная власть. Конечно, мы рекламировали рынок, обещая строжайшую секретность, но разве в этом мире бывают вечные тайны? Если проследить за накопленными документами и местоположением, выяснить личности этих мерзавцев в масках будет проще простого.

Конечно, леди Марлин буквально приклеилась ко мне, поэтому я не смог осмотреться слишком подробно, но даже на первый взгляд черный рынок заслуживал 3,5 балла из 5. Я считал, что это далеко не худший результат.

— Фух…

Вышеперечисленное было лишь основными задачами, а не всем объемом проделанной работы. Внутренних дел было не меньше, чем внешних.

Я присоединился к исследованиям Макса и Чон Хаян над магическим голографическим устройством, которые продвигались с трудом, начал подготовку бизнеса с Ли Джихё и официально приступил к отделке музея.

Я не забывал поддерживать и новичков. В ходе дискуссий с Хан Сорой я смог понять механизмы работы чернокнижников, а Ю Аён обеспечил мощную поддержку для быстрого повышения навыков кузнечного дела. Исследования новых зелий не прекращались, также я раздумывал над тем, как поступить с сывороткой, которую не использовал Пак Докку.

В разгар всего этого я занимался ментальным здоровьем Чон Хаян и проводил время с Ттолттори, так что неудивительно, что мне не хватало и пяти собственных копий. Стоило мне только собраться перевести дух, как где-то случался инцидент, а стоило попытаться решить его, как издалека доносился голос, зовущий меня.

Ощущение было такое же, как в те времена, когда Ким Хёнсон заваливал меня работой. Разница была лишь в том, что теперь Ким Хёнсон «пахал» вместе со мной.

Конечно, для этого была веская причина.

«Потому что времени не оставалось».

В буквальном смысле. Империя больше не хотела откладывать официальное мероприятие по объявлению 8 Мест Империи. Нам нужно было как-то выкроить время, и поэтому пришлось идти по такому плотному графику. Все предыдущие мучения стали причиной того, что сейчас мы могли вздохнуть чуть свободнее.

Тем не менее, на лицах у всех читалось легкое раздражение. И гильдмастер Красных Наёмников, которая, как и мы с Ким Хёнсоном, была занята всё это время, не была исключением.

— Серьёзно, это так утомительно. Ладно еще официальное объявление, но какой смысл собирать всех восьмерых, разбросанных по разным свободным городам? Разве Император не может просто официально провозгласить это?

— И не говори…

— Они знают, что все заняты, но всё равно гнут свою линию. Наверняка и тайваньцы, и японцы тоже в бешенстве. Что на Земле, что здесь — пустые формальности — это вечная проблема. После этого ведь опять начнутся приемы и прочее, чтобы людей мучить… Бесит до смерти. Не так ли, дорогой?

— Но с позиции Императора он хочет показать, что всё под контролем. Я не слышал подробностей, но, кажется, в последнее время его положение пошатнулось…

— Да?

— Угу. Не знаю, слухи это или нет, но среди аристократов подспудно ходят такие разговоры. Папский престол сейчас в силе, так что это ожидаемо. Ну, скорее всего, это правда. Раз такие разговоры пошли, значит, знать отворачивается… Похоже, он хочет воспользоваться этим шансом, чтобы заявить о своем влиянии. Те, кто в теме, понимают, что это просто шоу, но разве простых граждан Империи это волнует? Раз Император сказал, значит, так оно и есть.

— Я об этом не слышала… Мастер Черного Лебедя была в курсе?

— Да. Я тоже слышала об этом.

Когда вопрос перелетел к Пак Ёнджу, беседовавшей с Ким Хёнсоном, она коротко кивнула и ответила.

Сидевшая передо мной Ча Хира выглядела недовольной. Я, кажется, понимал, почему у неё такое лицо, поэтому мне оставалось только тихо отвести взгляд.

— Опять только мы не в курсе. Может, вам двоим просто дружить без этого тройственного союза?

— …

— Честно говоря, с историей про музей мне тоже обидно. Дорогой, будь ты на моем месте, тебе бы тоже было обидно. Ведь так?

— Простите, госпожа Ча Хира. Красные Наёмники и так всегда оказывали нам огромную помощь… Я услышал, что вы отправляетесь в другое подземелье, и решил, что лучше вас не беспокоить.

— Это я просто к слову, не бери в голову. Даже если я не участвовала в прохождении, спасибо за возможность инвестировать. Но на будущее — не взвешивай всё так тщательно, просто говори. Я не из тех, кто высчитывает выгоду… Если союзник в беде, отправить войска — дело само собой разумеющееся.

— Хорошо.

Когда Ча Хира закончила, Пак Ёнджу кивнула. Я чувствовал, что понимаю, о чём говорит Ча Хира. Если Пак Ёнджу считала, что этот альянс держится на строгом расчете, то Ча Хира, похоже, понимала этот союз в более глубоком смысле. Я всегда думал, что её популярность среди членов гильдии объясняется не столько силой, сколько этим характером.

«Так поступать непросто».

Я бы никогда не смог действовать как Ча Хира.

В любом случае, ожидание начинало нервировать, поэтому я украдкой огляделся. Передо мной предстала картина огромного зала. Ким Хёнсон, Ча Хира и Пак Ёнджу сидели, а за спиной у каждого стояли адъютанты. За Ким Хёнсоном стояла Чо Хеджин, за Ча Хирой — офицер Красных Наёмников, за Пак Ёнджу — Ли Джихё.

Вообще-то Паран не водит с собой свиту, но статус мероприятия обязывал выбрать кого-то из группы, и этим счастливчиком стала Чо Хеджин. Поскольку в первой линии она была тесно связана с Ким Хёнсоном, он, видимо, считал, что она идеально подходит для такого места.

Конечно, я тоже привел сопровождающего. Я оглянулся и увидел сияющее лицо, смотрящее на меня с широкой улыбкой.

— …

— …

Это была Чон Хаян.

«Вообще-то, она тоже могла бы здесь сидеть…»

Пока я перебирал в голове разные мысли, двери медленно начали открываться. Сначала в комнату вошла Касугано Юно, а следом за ней показались лица, которые я видел впервые в жизни.

«8 Мест Империи».

С остальными тремя я определенно встретился впервые. Однако для Ким Хёнсона всё было иначе.

«Конечно, он встречал их в первом раунде…»

В поле моего зрения попало лицо нашего Ким Хёнсона, который поочередно разглядывал вошедших.