Руководство пользователя для регрессора

Глава 219. Сладкая месть (4)

Все изменилось в одночасье. Это может прозвучать как избитое выражение, но другими словами описать нынешнюю ситуацию было невозможно.

Внимание и взгляды людей, которые обрушились на меня, поначалу вызывали дискомфорт, но спустя некоторое время я к ним привыкла.

Разумеется, я не то чтобы наслаждалась их завистливыми лицами. В конце концов, я лучше всех знала, что это всего лишь актерская игра, и не придавала этому большого значения.

Меня интересовало исключительно то, как реакция окружающих влияет на Ким Гичхоля.

«Подонок...»

Я старалась не вспоминать о нем, но в голове постоянно всплывали раздражающие мысли.

Казалось, я снова видела те отвратительные сцены и слышала те голоса, что было почти невыносимо.

От одних только воспоминаний к горлу подступал комок, а на глаза наворачивались слезы.

«Бесит».

Мне не нравилось само то, что я должна испытывать подобные чувства из-за этого человека.

Если бы я не затеяла все это, то наверняка и сейчас лежала бы одна в своей комнате и рыдала.

Сначала я сомневалась, поможет ли мне участие в плане инструктора Ли Киёна, но это определенно сработало.

По крайней мере, то мимолетное чувство освобождения в сдавленной груди можно было назвать приятным.

Словно кто-то почесал зудящее место в самом потаенном уголке души.

Это не то чувство, о котором можно заявить во всеуслышание, но главное — оно избавляло от удушающей тяжести.

Когда я направилась к общежитию, сбоку раздался голос.

— Аён-а.

Не нужно было гадать, кому он принадлежит.

— Что?

— Что значит «что»? Я пришел, потому что соскучился.

Это был Ким Гичхоль.

На первый взгляд он казался спокойным, но в его лице и движениях сквозила тревога.

Слезы, готовые вот-вот брызнуть из глаз, на мгновение отступили.

Несмотря на негативные мысли, во мне почему-то зародилась капля уверенности.

Вероятно, потому, что я смогла прочесть страх в глазах этого мужчины.

— Разве тебе можно быть здесь в это время? Насколько я знаю, курсантам запрещено выходить из общежития после полуночи...

— Ты ведь тоже...

— Оппа, ты ведь и сам прекрасно понимаешь, что наши ситуации отличаются. У меня есть разрешение на выход, а ты здесь самовольно.

— Строго говоря, не совсем самовольно. У меня есть дело.

— Какое дело? Получил оффер от какого-нибудь клана?

— Ну... в-вроде того.

— Откуда?

— Гильдия среднего звена. Она не в Линделе, а в Каслроке. Не знаю, слышала ли ты о гильдии Гигантов.

Я слышала о них.

Эта гильдия стала заметной после впечатляющей деятельности во время осады Каслрока.

Говорили, что изначально власть в Каслроке принадлежала гильдии Маленькая Скала...

«Кажется, они поднялись после того, как человек по имени Сон Чон Ук отдал жизнь за Каслрок...»

Точно не помню, но, по словам инструктора Ли Киёна, все было именно так.

Хоть это и не Линдель, это была одна из тех гильдий, в которые стремилось попасть большинство курсантов.

В последнее время планка для вступления туда заметно выросла, так что, если рассуждать здраво, с результатами Ким Гичхоля ему там делать было нечего.

«Как же душно».

Раздражение начало постепенно закипать во мне.

«Удушающая тяжесть...»

Не знаю почему, но внутри все сковывало.

Конечно, мне не потребовалось много времени, чтобы понять: это чувство — всего лишь низменная досада от того, что у стоящего передо мной мужчины все идет гладко.

«Бесит...»

Само то, что я это чувствовала, невероятно раздражало. В итоге я не выдержала и выпалила:

— Оппа, с твоими результатами тебя туда не возьмут.

Сказав это, я тут же спохватилась.

Я подумала, не слишком ли грубо это прозвучало, но, увидев, как перекосилось лицо Ким Гичхоля, почувствовала, как тяжесть на душе начала спадать.

«А...»

— С твоими показателями тебе стоит присматриваться к кланам, а не к гильдиям, разве нет?

Я знала, что не должна так говорить, но рот, словно одержимый, не желал останавливаться.

Мысль о том, что я перегибаю палку, мелькнула и исчезла, вытесненная потоком слов, приносящих облегчение.

— Если тебя зовут без подъемных и годовой зарплаты, лучше откажись, оппа. Инструктор Ли Киён говорил... в таких случаях их берут не как официальных членов гильдии, а скорее как носильщиков туш монстров.

— Ты...

— Я говорю это только ради твоего блага. На какую зарплату и подъемные ты рассчитываешь...

— Там приличная сумма.

— Правда?

— Да. Когда я сказал, что пойду вместе с тобой, Аён...

— Я не давала согласия. С чего ты решил это за меня?

У меня просто слов не находилось от такого нахальства. Я понимала, что тут что-то не так, но не ожидала, что он зайдет так далеко.

— Ты... Неужели ты правда собираешься в Паран?

— А что в этом такого? Мне предложили лучшие условия по контракту и зарплате. И социальный пакет там на уровне, превосходящем другие крупные гильдии.

— Но мы же договаривались войти вместе...

— Я никогда не говорила, что мы пойдем вместе. Это ты сам себе так решил.

— Ты разве не знаешь, какие о них ходят слухи? О человеке по имени Ли Киён.

— А что с инструктором не так? Разве не ты первым сказал, что мне стоит сблизиться с ним? Ты сам велел мне так сделать. И он совсем не кажется плохим человеком. Он гораздо значительнее, чем ты думаешь.

— Я тоже кое-что слышал... у него запутанные отношения с женщинами... говорят, по одному поступку можно судить о десяти других. Власть, которую получил инструктор Ли Киён... думаешь, она была добыта честным путем? Каким-то алхимиком?

Слова «у тебя самого всё так же запутанно» едва не сорвались с моих губ, но я с трудом их сдержала.

— Мы не на Земле, здесь это не считается пороком. Напротив, мне нравится его открытость. Он не творит глупости втайне, все и так всё знают... Говорят, большинство талантливых людей ведут себя так же.

— Значит... тебе это кажется нормальным?

— Не то чтобы нормальным, но и не плохим. Он... способный человек, и я думаю, он вполне может себе это позволить.

— Не думай, что интерес Ли Киёна к тебе искренен, Аён. Ты слишком добрая и не знаешь жизни... это всё...

— Какая разница, искренен он или нет? Как думаешь, сколько стоит вся одежда, что сейчас на мне? Ты наверняка даже не представляешь. Оппа, ты за всю жизнь не заработаешь столько, чтобы купить хоть что-то из моих вещей. Я думала, это обычное украшение, но это кольцо... говорят, оно стоит 20 тысяч золотых.

С каждым разом, когда лицо мужчины передо мной искажалось, я чувствовала, как комок обиды внутри меня понемногу рассыпается.

Теперь я точно знала название этого чувства.

«Комплекс неполноценности».

То, что сейчас демонстрировал этот мужчина, было именно комплексом неполноценности.

— Ты... с ним... переспа...

— Как говорится, каждый судит в меру своей испорченности... Неужели ты думаешь, что я торговала бы своим телом?

— Говори прямо. Ю Аён, ты...

— А если и так, то что?

Я увидела, как его лицо снова перекосилось.

По спине пробежали мурашки, и я невольно вздрогнула.

Казалось, вся тяжесть чувств разом покинула меня.

Хотя я понимала, что это неправильно, я не могла остановиться, подобно алкоголику, тянущемуся к бутылке.

— Ты!

— Этот человек... знаешь ли. Он велик не только своим богатством и властью.

— Что это значит?

— Во всех отношениях он несравним с такими, как ты, оппа. Мне обязательно говорить это вслух? Впервые я почувствовала радость от того, что родилась женщиной.

— Ю Аён!

Я видела его налитые кровью глаза и дрожащее лицо.

«Так вот что это значило».

В памяти всплыли слова инструктора Ли Киёна.

«Обычно в таких ситуациях у подобных мужчин идет пена изо рта. Когда женщину, которую они считали своей собственностью, забирает другой мужчина».

Когда я впервые это услышала, я не совсем поняла, о чем речь, но теперь, видя это воочию, я осознала смысл его слов.

Я не только чувствовала покалывание во всем теле, но и ощущала, как вся сдавленная в груди горечь разом взорвалась и исчезла.

«Как же хорошо».

Одного взгляда на это лицо, полное неполноценности и страдания, было достаточно, чтобы вся духота прошла.

Я уже хотела было сказать что-нибудь еще более резкое, но в голову пришла одна мысль.

«Можно ли на этом заканчивать?»

Раньше я бы так не подумала.

Но теперь мне хотелось смотреть на страдания этого мужчины дольше. Хотелось видеть это снова и снова.

Я хотела причинить ему еще больше боли.

Подобные мысли настойчиво крутились в голове.

«Мне тоже было больно».

Сердце буквально разрывалось.

«Он тоже должен страдать».

Так будет справедливо.

«Ты тоже должен узнать, каково это — чувствовать себя преданным».

В голове снова зазвучал голос инструктора Ли Киёна.

Он говорил это как бы вскользь, словно не придавая значения, но его слова врезались в память.

«Месть лучше всего совершать до тех пор, пока на душе не станет легче. Те, кто говорит, что это оставляет неприятный осадок или бессмысленно, просто никогда не мстили по-настоящему. Поверьте, от настоящей мести становится так хорошо, что сердце готово выпрыгнуть из груди».

И вправду, я чувствовала небывалую легкость.

Я хотела продлить это чувство. Хотела смаковать его понемногу.

В итоге, я медленно посмотрела на него и заговорила:

— Я сказала это сгоряча. На самом деле ничего такого не было.

— Ты...

На мгновение на его лице отразилось явное облегчение.

— ……

— ……

— Аён-а.

— Что?

— Ты знаешь, что в последнее время ведешь себя странно?

— ……

— Это из-за того, что я был невнимателен к тебе? Из-за того, что я предложил нам пожить отдельно какое-то время?

— Не знаю...

— Я говорил это ради тебя. Я верил в твой потенциал и думал, что могу стать преградой на твоем пути. Но глядя на тебя сейчас, я понимаю, что действительно слишком забросил тебя в последнее время.

Бред сивой кобылы.

Конечно, я знала, что это ложь.

— Прости меня, Аён-а.

— ……

И все же уголки моих губ поползли вверх.

Разумеется, не потому, что я была тронута его «искренними» извинениями. Мое сердце забилось чаще от мысли, что я смогу испытать это чувство мести еще раз.

— Сейчас я не хочу видеть твое лицо, оппа.

— Прости. Правда... Но я хочу, чтобы ты знала одно. То, что я люблю тебя.

— Я пойду.

— Аён-а! Ю Аён!

— И еще...

— Да?

— Я принимаю твои извинения, оппа. Завтра... давай поедим вместе, впервые за долгое время.

Я слегка обернулась и увидела лицо Ким Гичхоля, на котором заиграла тихая улыбка.

По спине снова пробежал приятный холодок.

* * *

Я сидел на диване в комнате Ча Хиры и просматривал документы, когда сбоку раздался голос.

— Ты всё еще не нашел кого-нибудь в авангард, дорогуша?

— Да. Нужно собрать вторую группу... но толковых ребят совсем нет. Хотел взять новичка, но, похоже, придется искать среди опытных.

— Скорее всего, скоро из магической гильдии уйдут несколько магов. Если они не продлят контракт... Мы тоже хотим переманить парочку, так что присмотрись.

— Я бы предпочел вырастить кого-то с самого начала. Без посторонних примесей.

— А. Это дело хорошее. Для того ты и ищешь среди новичков...

Конечно, опытные кадры — это неплохо, но раз у меня уже есть двое новичков, которых нужно развивать, я хотел и в арьергард взять новобранца.

Несмотря на то, что в последнее время я постоянно использовал Глаз Разума, подходящего кандидата так и не нашлось. Похоже, в этот раз с талантливыми новичками мне не везло.

Обычно магия требует сочетания понимания, таланта к мане и отчаянных усилий, поэтому я понимал, что достойные люди встречаются редко.

Будь в ком-то хоть четверть таланта Чон Хаян, я бы его взял.

— Фух...

— Похоже, тебе весело развлекаться даже посреди всей этой суеты.

— Это по-своему забавно.

— Твое дело... Но ты ведь сказал нашей «второй» насчет Ю Аён?

— А... да. В общих чертах. Чон Хаян сейчас в Линделе. Думаю, всё будет нормально. А ты как на это смотришь, нуна?

— Мне такое всегда нравилось. В этом есть что-то освежающее. Здесь ведь не так много развлечений... А я слишком великолепна, чтобы со мной обращались как с какой-то там принцессой, так что подобных катарсисов мне не испытать. Хоть за других порадуюсь.

— Что, тоже хочешь, чтобы с тобой обращались как с принцессой?

— Ты в последнее время что-то слишком осмелел. А?

Стоило мне усмехнуться, как тут же последовала «санкция».

Я невольно вздрогнул.

Даже теперь, когда мы общаемся на равных, в Ча Хире остается нечто пугающее.

«Ну, после того, как я видел её в том состоянии...»

Образ безумной женщины с красными глазами и текущей слюной, надвигающейся на меня, всё еще был свеж в памяти, так что такая реакция была естественной.

— Ты только что вспомнил тот случай, верно?

— Нет... нуна.

— По лицу вижу. Разве я не говорила тебе забыть?

— Нельзя просто так взять и забыть по чьему-то слову...

Я как раз пытался оправдаться, когда дверь открылась, и сотрудник гильдии сообщил новости. Похоже, тот, кого я вызывал несколько дней назад, наконец прибыл.

Я обрадовался мысли, что наконец увижу Ттольттоля.

— Господин Ли Киён. К вам... прибыл гость.

— Проводите в мою комнату. Передайте, что я скоро буду.

— Извините... дверь слишком узкая, не уверен, что он сможет войти...

— Что?

— Прошу прощения, но вам лучше выйти и увидеть всё самому.

— Что? Нет, в этом нет необходимости... Разве Диаругиа не с ним? Я совсем не понимаю, о чем вы...

— КИ-И-И-И-И-И-И-Е-Е-Е-Е-Е-Е-К!

Громовой крик, совсем не похожий на обычный голос.

Я инстинктивно направился к окну и выглянул вниз. Там, внизу, моему взору предстало существо, чей облик казался совершенно незнакомым.

«Ттольттоль?»

Размером с крупную собаку... нет, скорее с огромного хищного зверя.

На мгновение я не поверил своим глазам.

«Ттольттоль... почему ты так вырос?»