Через некоторое время Феликс вырвался из чар и глубоко вздохнул, закрыв глаза, не решаясь больше смотреть на ее завораживающее лицо.

Он понял, что сильно облажался, даже несмотря на то, что он смотрел на нее всего несколько секунд. Ведь раньше он только слышал ее голос, представляя ее старой ведьмой, а теперь, увидев ее настоящий облик, ему будет крайне сложно слушать ее, не вспоминая ее ангельскую красоту.

Даже если бы она ругала его, это звучало бы в его ушах как звон небесных колокольчиков.

Феликс понял, что с ним покончено. В конце концов, если он не сможет снять эти чары, ему грозила судьба стать ее симпом. (пп: ес, simp, но не простак, а симп)

От симпа недалеко и до раба. В итоге он станет мужчиной, который никогда не откажет ни одной ее просьбе.

Неудивительно почему Асна сказала, что он не выдержит, если увидит ее обнаженной.

Шутка ли, сейчас он не мог даже смотреть на ее лицо, не начав дышать как возбужденный подросток. Не стоит даже упоминать о том, чтобы увидеть ее обнаженной.

Без сомнения, Феликс тут же потеряет сознание от этого возбуждающего зрелища.

Пока он делал глубокие вдохи, его расширенные зрачки медленно возвращались к своему первоначальному размеру. Феликс положил руку на сердце, которое билось 100 раз в минуту, пытаясь хоть немного успокоить его.

'Возьми себя в руки, она стара как вселенная. Не обманывайся ее пленительным лицом, в конечном итоге, она все равно очень пожилая дама.'

Он пытался успокоить свои подростковые гормоны, которые вызывали в его теле такую бурную реакцию, напомнив себе о большой разнице в возрасте между ними.

Однако его план быстро рухнул, когда он услышал, как она говорит во сне своим чарующим голосом. "Сдохни, скупой ублюдок. Ты смеешь отказываться приносить мне фильмы, гори в аду."

Несмотря на то, что она проклинала его, на лице Феликса тут же появилось влюбленное выражение, когда он услышал, что она говорит о нем.

Это было как будто девушка, по которой ты сохнешь внезапно ответила на твое сообщение спустя 6 месяцев.

То, чего Феликс боялся, в конце концов случилось. Поэтому, не мешкая, он быстро покинул сознание, так и не претворив в жизнь свой план напугать Асну.

....

Феликс очнулся в белой комнате и наморщил лоб. 'Черт, она, наверное, собиралась воспользоваться моим подростковым возрастом, приставая и дразня меня в нашу первую встречу.'

Хорошо, что он увидел ее без ее ведома, пока она спит. Теперь ситуацию можно было спасти, если он сможет постепенно привыкнуть к ее красоте, либо наблюдая за ней, либо просто представляя ее.

Таким образом, когда у них будет настоящая встреча, его единственной реакцией будет: "Неплохо."

Но это не будет легкой прогулкой в парке, ведь она могла прочитать его мысли и легко разгадать его план.

Так что у него было лишь ограниченное время, чтобы привыкнуть к Асне, пока она еще спит.

'Я ни за что не доставлю ей удовольствия лицезреть мое ошеломленное выражение лица, когда мы встретимся.' Он встал, крепко сжав кулак, и сказал: "Клянусь!"

После этого он выбросил это дело из головы, так как время, которое он мог провести в комнате с техниками было не бесконечно. Феликс принялся листать страницы в поисках других необходимых для покупки техник. Например, соединение сознания с УВР, которое позволит ему подключаться к УВР в любой точке вселенной, не полагаясь на сигнальные башни.

Техника доступа к сознанию, которую он активировал сейчас, позволяла ему только входить в само сознание, не более.

Купив несколько разных техник, он закрыл экран и покинул белую комнату, так и не протестировав их.

.....

Несколько часов спустя...

Феликс вернулся в свою комнату в реальном мире и вызвал слугу, чтобы тот занялся доставкой подарков.

Это был действительно странный момент, Феликс встретил слугу одетый в толстовку, кепку и широкие очки, закрывающие половину лица.

Его внешний вид напоминал знаменитость, изо всех сил старающуюся остаться незаметной на публике. Впрочем, Феликс так оделся только для того, чтобы скрыть свои мутации, он не хотел, чтобы новости просочились в семью так рано.

Меньше всего Феликс сейчас хотел разбираться с расследованием старейшин, за ним гналась более насущная проблема - как справиться со сверхсильными чарами Асны, не насторожив ее.

Он потратил несколько часов на обдумывание надежного плана. Но, что бы он ни придумывал, все всегда возвращалось первоначальному плану - погасить свои эмоции, постоянно входя в сознание и наблюдая за спящей Асной.

Феликс знал, что этот план не слишком надежен, но по сравнению с остальными, он был единственным, имевшим наибольшие шансы на успех.

В конце концов, все вещи во Вселенной постепенно теряют свою привлекательность и лоск, если постоянно смотреть на них в течение долгого времени. Ну или по крайней мере, ощущения уже не будут такими же, как в первый раз.

Единственным недостатком этого плана было то, что Асна могла проснуться в любой момент.

Феликс не хотел, что бы первое что она увидит в момент, когда откроет глаза, было его лицом. В этом случае его неминуемо ждет участь быть задразненным до смерти.

Отсюда вытекала дилемма, использовать этот план или нет.

"К черту, я буду как можно чаще входить в сознание в этом месяце, чтобы выработать иммунитет против нее." Он помассировал виски и добавил: "Если она проснется, так тому и быть. Если она начнет меня дразнить, я свалю все на то, что я подросток, и мне нечего стыдиться, поскольку мои бушующие гормоны будут оправданием для всего что я делаю или говорю."

"Это все вина моего тела, а не меня."

Он быстро придумал убедительное оправдание на случай, если план провалится. В конце концов, его телу все еще было 18 лет. Возраст, когда гормоны говорили, а разум молчал.

Феликс вздохнул и снова напряг горло, собираясь опять войти в свое сознание, чтобы как можно быстрее приступить к реализации плана.

Нельзя было терять время, ведь в этой гонке на счету каждая секунда. Либо он выдержит ее чары, либо она очнется и узнает обо всем.

...

20 дней пролетели быстро, завтра утром в семье наступал великий день пробуждения.

Все были на взводе, будь то родители или немногие оставшиеся младшие, которым предстояло пробуждение. Напряженная атмосфера не обошла стороной никого.

Все здание погрузилось в оглушительную тишину, люди готовились к завтрашнему знаменательному событию.

Но вдруг эту тишину нарушил громкий хвастливый голос Феликса, который разносился по всем этажам.

"Вечеринка в моей комнате в честь успешного пробуждения этого папочки. Приглашены только кузины. Удачи завтра."

Закончив объявление, Феликс вручил охраннику комнаты наблюдения две пачки сигарет и поспешил в сторону своей комнаты.

Он знал, что старейшины бросятся к нему, чтобы проверить, солгал он или нет. Так что лучше быстро дойти до комнаты, чем оказаться загнанным ими в угол в коридоре.

Как он и предполагал, в тот момент, когда прозвучало объявление, спокойные выражения лиц всех в здании сменились недоверием и шоком.

Особенно это касалось юниоров, которые готовясь к пробуждению пытались расслабить и успокоить свой разум, как вдруг этот проклятый голос, громко и четко прозвучал из динамика, установленного в их комнате.

'Чушь, как он может пробудиться, если его родословная находится в руках старейшин?' Кенни, который занимался йогой в своей комнате, усмехнулся, услышав смелое заявление Феликса.

Его реакция была точно такой же, как и у остальных юниоров. Они искренне полагали, что Феликс либо лжет, либо шутит, чтобы разрядить обстановку.

Как бы там ни было, его утверждение было полной чушью. В конце концов, старейшины точно не отдали бы ему бутылку с родословной раньше срока.

Десять дней назад старейшины забрали у всех младших их бутылки, после того как один идиот попытался тайно пробудиться, поняв, что больше не может выдержать пытки практики пробуждения.

Его мысли были вполне логичны, он считал, что лучше попытаться пробудиться в надежде на госпожу удачу, чем лишиться бутылки с родословной после отказа от практики.

К сожалению, на следующее утро его исхудавшее тело было найдено в луже засохшей крови.

Поэтому младшие не собирались отправляться в комнату Феликса и подыгрывать его дерьмовой шутке. Они лучше продолжат свою умственную подготовку, надеясь обрести душевное спокойствие перед завтрашним ответственным днем.

Однако, Оливия была их полной противоположностью. Она быстро вышла из своей комнаты с обеспокоенным выражением лица.

'Надеюсь, это не один из его глупых розыгрышей. Он точно будет жестоко наказан старейшинами.' В лифте она пожевала губу и пробормотала: "Глупый Феликс, сейчас действительно не время для розыгрышей."

"...." Уши Ноя слегка дернулись. Это была единственная его реакция на сложившуюся ситуацию.

...

Тем временем на крыше, рядом с бассейном.

Роберт, выпучив глаза, выплюнул полный рот апельсинового сока в лицо Альберту. "Неужели этот негодяй пробудился?" Он вытер рот и сказал: "Я точно знаю, что он не станет врать о таких вещах, а значит, он купил еще одну родословную в УВР и использовал ее!"

Ошеломленный, Альберт вытер лицо от сока. Однако даже после этого он не набросился на Роберта, а просто ответил вопросительным тоном. "Но почему он не подождал до завтра? Разве не лучше пробуждаться под нашим присмотром?"

"Сейчас важнее выяснить, с какой родословной он объединился и почему сделал это, не поставив нас в известность." Абрахам хлопнул ладонью по столу и закричал: "Это недопустимо, его нужно наказать. Иначе все начнут подражать ему и делать все, что им вздумается, без нашего одобрения!" Он гневно фыркнул: "Нам не нужны новые трупы в здании."

"Хватит тратить время на гадания." Шарлотта сдвинула очки на переносицу и сказала: "Пойдем, выясним все лично. Я верю, что у Феликса найдется правдоподобное объяснение."

...

Добравшись до своей комнаты, Феликс не стал закрывать дверь и с расслабленной улыбкой сел на стул в центре комнаты.

Он чувствовал себя совершенно спокойно, ведь за последние полмесяца он подготовился достаточно, чтобы парировать любой вопрос, который ему зададут.

Через несколько мгновений первой у входа появилась Оливия, которая, прижавшись к стене около дверного косяка, одним глазом заглянула в комнату.

Заметив Феликса, который беззаботно сидел посреди комнаты, она громко закричала, показав ему свои маленькие клыки. "Кто ты такой?! И что ты сделал с Феликсом?!"