Шли дни. Святой Свет оставался в Пути Древних Процессий, а люди снизу молились. Он ощущал искреннее счастье. Маленькое сознание внутри огромного концепта было переполнено удовольствием. Такого наслаждения никто никогда не ощущал.

К сожалению, длилось оно недолго, ибо Вера его последователей начала угасать. День он не услышал молитв, и второй день тоже. На третий же день, пришёл зов от одного человека - от первого из тех, кто узнал о Вере в Свет. Это была молитва о помощи, о спасении от смертельной опасности. Не могло сие божество доброты воздержаться от поддержки смертного, и вновь создало оно лучезарное тело, вернувшись в мир живых.

Святой Свет шёл вдоль реки, по долине, где раньше стояла деревня. На её месте остались лишь руины. Дома обгорели, в земле около них были дыры с обугленной травой. Рядом лежали скелеты, покрытые пеплом. В них были дыры, прожжённые с такой точностью, какой нельзя добиться никаким оружием. Судя по повреждениям, противники нападали сверху, будто само небо сконцентрировало всю свою силу и наслало на смертных шквал молний.

"За что им это?" - подумало сознание в Святом Свете. "За Веру." - ответило оно само себе.

Боги получают свои силы с рождения. Благословлённые удачей, они высокомерны, и считают всех смертных муравьями, которых нужно либо порабощать, либо давить. Когда они заметили, что молитвы смертных уходят не к ним, они наполнились ненавистью, и решили наказать своих подданных. Перед смертью, один из святых рассказал богам о Святом Свете, и в глубинах их душ появился страх. Если кто-то окажется сильнее, если найдётся сущность выше богов, они потеряют всю свою власть, всё что им дорого. Их попытки не увенчались успехом, ибо Святой Свет был разгневан, впервые за всю историю.

"Они смеют так обращаться с невинными людьми?" - подумало его сознание. "Боги считают, что заслуживают Веру лишь потому, что родились сильными? Отвратительно. Если они готовы убивать слабых лишь за то, что они Верят не в те высшие силы - пусть будет сила, которая будет убивать и их."

Лучезарный аватар Святого Света оброс крыльями и взлетел, поднявшись на высочайшее облако неба, где жили боги, скрываясь от опасности. Там был возведён огромный дворец, дверь которого была выбита светящейся ногой.

Силуэт, горящий ярче Солнца, вошёл внутрь, и его встретили десятки взглядов. Боги были удивлены такой дерзостью - они не думали, что кто-то посмеет так просто к ним вломиться.

Множество снарядов полетело в сияющую оболочку, но ни один не попал в цель, оборачиваясь посреди полёта и убивая всех нападающих. Оставшиеся боги поняли, кто пришёл к ним, и были в ужасе. Их царь, владыка золота, встал со своего трона и сел на колени, опустив голову на пол.

— Пожалуйста, простите нас! Мы не знали, что люди так дороги вам!

— Вы убивали невинных смертных. Они ничего вам не сделали.

— Они провоцировали нас! Они заставили нас напасть!

— Они лишь отдали Веру, которую вы не пытались заслужить, тому, кто был к ним добр.

— Мы не хотели... я умоляю, пощадите!

— Нет покаяния, что может искупить этот грех.

Некогда великий правитель поднял голову с земли, дрожа. Он посмотрел на силуэт Святого Света, что мог бы выглядеть прекрасно, но был лишь болезненно ярок. По щекам бога потекли слёзы, а голова вновь опустилась.

— Кающийся, не болят ли глаза твои от сего бледного и спокойного света?

Ответа не последовало.

— Вы убили всех, кто "посмел" ослушаться вас. Вы уничтожили смертную плоть, и Нашу плоть. Заставляя нас потупить очи, и потратить на вас драгоценное время, приостанавливая Процессию.

Аватар Святого Света подошёл к царю богов ближе. Тот взлетел, и взгляд его встретился со взглядом своего карателя.

— Твоим приговором станет вечное осуждение.

— Нет, пожалуйста!

— Ты будешь проклят - в жизни и в смерти, в голоде и в жажде, во сне и в бодрствовании.

Глаза правителя загорелись священным пламенем, и он закричал.

— С проклятым ликом. С забытым именем. Во веки веков.

Он выкинул бога вперёд, как мусор. Тот загорелся целиком, после чего огонь окаменел, становясь тюрьмой. Затем, и тюрьма загорелась, и огонь обратился в ещё один слой камня, раздавливая всё, что под ним. Было ровно тридцать три слоя огня, и каждый был больнее, чем другой. И никогда он не гас, даже когда застывал и становился твёрдым. Ужасная статуя со страдающим ядром осталась перед троном богов, служа напоминанием для оставшихся собратьев мученика.

Никто не помешает грандиозному плану.

Никто не остановит Древнюю Процессию.