Вера.

Это были ценности, душа и знамя той жизни, в которую человек верил до сих пор.

Что будет с тем, чья вера рухнула?

Некоторые совершают самоубийство.

Некоторые теряют всякую волю к жизни.

Другие будут опустошены.

Конечно, были и те, кто ломал свои прежние представления и развивал иные убеждения.

Как различаются люди, так различаются и их реакции на сокрушительную информацию.

А что насчет Са Рен Хуэя?

Что стало с Са Рен Хуэем, когда оказалось, что он был неверен своим моральным убеждениям?

Са Рен Хуэй был опустошен.

Он неподвижно сидел тюремной решеткой, с конечностями скованными прочными цепями. Его глаза были расфокусированы, как будто в них не было жизни.

Казалось, что он потерял свою душу.

На первый взгляд, поскольку движений почти не происходило, можно было подумать, что он умер.

Но он не умер.

Он что-то постоянно бормотал себе под нос, свидетельствуя своим голосом о том, что все еще жив.

— Отлично, точно. Отлично, отлично. Праведный, точно

Перед ним стояла миска с кашей, она выглядела совершенно высохшей, похоже он так и не притронулся к ней.

Похоже в голове у него имелось лишь слово "праведность".

Видя такое жалкое состояние Са Рен Хуэя, демонические практикующие, наблюдавшие за ним, усмехнулись.

— Он, должно быть, сошел с ума.

— Тц, тц, воспитанный в лицемерии.

— Но, как враг, он весьма неплох.

— Хмпф, это ты так думаешь. Он попытался прикрыть небо ладонью, и вот результат.

— Пухахахаха. Он тоже был довольно хорош в проповеди, я думал, Конфуций вернулся к жизни.

— Серьезно? Пухахахаха.

Насмешки продолжались, но Са Рен Хуэй, казалось, не слышал их.

Там появился кто-то, кто медленно к ним приблизился.

– Бам –

Охранники повернули головы в сторону входа. Увидев мальчика, они поспешно склонили головы.

— Приветствую Молодого Мастера!

— Приветствую Молодого Мастера!

Появившийся мальчиком был Кан Со Сан.

Все еще стесняющийся их уважительных действий он неловко махнул им рукой.

— Все, поднимите головы. Это обременительно.

Охранники улыбнулись и подняли головы.

— Что привело тебя сюда? — спросил один из охранников, подходя к нему ближе. — Воздух в тюрьме не очень хороший.

Глаза Кан Со Сан переместились, сосредоточившись на Са Рен Хуэе внутри.

— Не знаю, что ты хочешь ему сказать, но я думаю, что он сошел с ума, — увидев это, охранник покачал головой. — Вероятно, если ты попытаешься с ним поговорить, ничего хорошего из этого не выйдет.

— Дай мне поговорить с ним секунду. Возможно, он не сошел с ума.

Охранники переглянулись, затем один из них кивнул.

— Тогда мы отойдем чуть подальше. Если возникнут какие-либо проблемы, пожалуйста, зови нас.

— Благодарю, Господа Охранники.

Кан Со Сан поблагодарил их, затем похлопал себя по карманам. Он вытащил что-то, исходящее паром, после чего протянул это охранникам.

— Это картофельный пирог, который приготовленный Нуной. (1)

Охранники, казалось, смутились.

— Нет, мы не можем принять это!

Старшая сестра Кан Со Сана, Кан Е Ха, иногда использовала ингредиенты в лагере, чтобы готовить для демонических солдат. Ее еда была очень популярна.

А Кан Со Сан предлагал им картофельный пирог.

При виде него охранники бессознательное сглотнули слюну.

— Мы приготовили их много, пожалуйста, разделите его между собой.

— Спасибо, Молодой Мастер. Скажи мисс, что мы будем хорошо питаться.

Охранники взяли картофельный пирог и отошли с довольным лицами.

Их миссия состояла в охране тюрьмы, поэтому они не ушли далеко. Отойдя в угол, откуда все еще могли заглянуть внутрь, они сразу же приступили к картофельному пирогу.

Тем временем Кан Со Сан подошел к камере, в которой содержался Са Рен Хуэй.

— Верно, верно, верно, верно, верно, — продолжал повторять одни и те же слова снова и снова Са Рен Хуэй.

Кан Со Сан, опечаленный его внешним видом, схватился за решетку камеры.

— Это я.

Са Рен Хуэй перестал бормотать, но в его глазах по-прежнему не было света.

— Это я, — снова обратился к нему Кан Со Сан, — Ты помог мне тогда.

При этих словах взгляд Са Рен Хуэя дрогнул. Внезапно в его глазах снова затеплилась жизнь.

Вскоре его взгляд сфокусировался, и он повернулся к Кан Со Сану.

— Ты...

Кан Со Сан кивнул.

Тем временем, медленно приходивший в себя, Са Рен Хуэй огляделся.

Повсюду царила влажность, влага скопилась и под соломой на земле, а вместо стен – решетки.

Ему некуда было идти; деревянные решетки окружали его, как граница между ним и миром.

– Кланг –

Его руки и ноги налились тяжестью, поэтому он посмотрел вниз, туда, где они были скованы цепями. Учитывая, что они были довольно толстыми, вероятно, потребовалось бы немало усилий, чтобы сломать их.

— Понятно. Так вот что произошло.

Убедившись во всем этом, Са Рен Хуэй понял свое положение.

— Зачем ты пришел в тюрьму? — спросил он покивав на свое нынешнее положение, — Это не очень хорошее место.

— Я здесь, потому что волновался.

— Беспокоишься? — эхом отозвался Са Рен Хуэй, его брови дернулись. — Беспокойся о себе среди демонов.

— Да, но они не так плохи, как вы думаете, — покачал головой Кан Со Сан, услышав его замечание.

— Не так плохи? Что ты имеешь ввиду?

— Прежде чем попал сюда, то слышал множество историй о демонах. Я слышал об этом от своих друзей в деревне. А также слышал их от мастеров боевых искусств Мурима.

— Но...? — спросил Са Рен Хуэй.

— Культ Небесного Демона не ест других людей, — робко заговорил Кан Со Сан. — Они также не тираны (возможно имеются ввиду те, кто использует жертвоприношения, пожирание душ, кровавые техники). Есть такие люди, но они также презираемы внутри Демонического Культа.

— Презираемы...

— А о Злом Пути? Мне трудно сказать, потому что я не знаю, но люди, которые идут по этому пути, также изгоняются из Демонического Культа. Даже если они Демоны, они все равно люди...

Возможно, дело в неортодоксальном пути.

— Ха.

— И все люди на землях, ныне контролируемой Культом, говорят, что сейчас лучше, чем было раньше.

— Это правда?

Кан Со Сан кивнул. Затем он бессвязно заговорил к Са Рен Хуэю:

— Пожалуйста, попросите о помощи. Мастер – это человек, который любит таланты. Если вы окажетесь среди Демонов, вы узнаете, что все они одинаковые люди. И если я попрошу Мастера сохранить вам жизнь, он...

— Довольно, — покачал головой тот, прерывая мальчика. Вместо этого он спросил Кан Со Сана, — Почему ты мне это рассказываешь?

Са Рен Хуэй и Кан Со Сан встретились лишь однажды.

((Я научил его, как увеличить остроту его клинка, но это все.))

Однако Кан Со Сан рассказывал ему все это, чтобы спасти его жизнь.

Са Рен Хуэя интересовало сердце Кан Со Сана.

— Это наказ твоего учителя, прийти ко мне и сказать эти слова? Сдаться, и мы останемся в живых?

Это был вопрос извращенного ума человека, чьи убеждения рушились. Для молодого Кан Со Сана это могло быть больно слышать.

Но Кан Со Сан не пострадал, он решительно покачал головой.

— Нет, это потому, что ты помог мне.

— Что?

Благодаря вашей помощи я сумел попасть сюда. Поэтому я хочу помочь вам.

Если бы он не получил подсказки от Са Рен Хуэя, Кан Со Сан не был бы здесь.

Хотя Са Рен Хуэй и не на одном уровне с Вун Соном, его тоже можно считать благодетелем.

Юноша хотел отплатить своему благодетелю.

Его искренность была передана Са Рен Хуэю через его глаза.

— Может тебе не стоило попадать к Демонам, — с горькой улыбкой пробормотал Са Рен Хуэй, — Ты ребенок с сердцем героя.

— Я собираюсь стать демоническим практиком, — решительно ответил Кан Со Сан.

Глаза Са Рен Хуэя расширились.

— Когда вы с Мастером разговаривали, то я, стоя в отдалении, слышал ваш разговор. "В демонах есть доброжелательность, есть любовь, а так же рыцарство." Даже жители деревни говорят, что Мастер заботится о них. Я хочу быть именно таким героем.

— Это...

Са Рен Хуэй совсем не дурак. Хотя на мгновение слова Вун Сона поколебали его, он знал, что действия Небесного Демона были полны политического смысла.

И он хотел рассказать Кан Со Сану правду.

Но вскоре он осекся.

Независимо от того, каковы намерения, он не мог отрицать, что это выгодно людям. И он не хотел разрушать мечты маленького мальчика.

Вместо этого он заговорил о другом.

— Знаешь...

— ...?

— Нарушить веру никогда не бывает легко. Это отрицание всего, что я видел, слышал и во что верил до сих пор. Это буквальное отрицание моей жизни. Вот почему веру так легко не сломить.

*** *** *** ***

— Да, но убеждение – это также то, что можно легко изменить.

— Да?

Когда Вун Сон сказал это, Кан Со Сан поднял голову. ((Вера нерушима, но ее также легко сломить.))

Такое трудно понять.

— Независимо от того, насколько тверды твои убеждения, их все равно можно поколебать, — объяснил более подробно Сан Гван Чук.

— Ах.

((Я все еще не совсем понимаю, но каким-то образом это имеет смысл.)) — кивнул Кан Со Сан.

— Так, возможно ли, что господин Са Рен Хуэй окажется на стороне Мастера?

Пожав плечами Вун Сон закрыл глаза.

— Что ж...

((Если что-то сможет сломить его веру.))

— Это было бы не так уж плохо, — с улыбкой сказал Вун Сону Сан Гван Чук. — Несмотря на то, что все произошло именно так, он не кажется плохим человеком.

Вун Сон кивнул.

— Может, и так.

********************

1. Не думаю, что там картофельный пирог, Америку то еще не открыли. Возможно какая-то булочка на пару.