Они что, захотели сбежать? Фэйн ответил, метнув свой меч, который превратился в копьё света, пронзающее всё, к чему прикасалось. Вокруг клинка не кружились шары энергии, не переливался всеми цветами радуги свет, не пробегали электрические разряды ‒ никаких театральных эффектов, но любая защита была абсолютно бесполезна перед лицом этого удара.

Тамплиеры всегда были самыми элитными воинами в королевстве. Любой из них мог выстоять против самых суровых обстоятельств. Их лидер, конечно, не из тех, с кем легко иметь дело.

Фэйн был выдающимся членом ордена. В дополнение к своему мастерству владения способностями Тамплиеров, он также был искусен в своём собственном наборе навыков. Большинство из них, разумеется, касались владения мечом. Но мужчина гремел, как самый быстрый меч в Небесном Облаке явно не без причины.

Он был очень непохож на своего предшественника. Святой Войны создал более сотни боевых стилей. Это была его попытка найти все возможные инструменты для высвобождения скрытого потенциала человека. Благодаря его усилиям даже обычный человек, не обладающий талантами Охотника на Демонов, мог внести большой вклад в сражение.

Фэйн Мист предпочёл воздержаться от сложного и сосредоточиться на простом, но эффективном. Его стиль владения мечом не был чрезмерно эффектным и сосредоточен лишь на трёх основных движениях: вытягивание, замах и бросок. Он провёл свою жизнь, совершенствуя эти простые основы, так что, хотя его фехтование выглядело простым, мало кто мог соперничать с ним.

Рассвет, когда ещё служила Тамплиером, была чем-то вроде квази-ученицы нового Великого Приора. Однако она узнала и изучила не всё, что он мог предложить. Верная своей прежней натуре, Рассвет изучила только основы. Отчасти по этой причине старый пьяница задрал перед ней нос. Если бы вместо этого Фэйн демонстрировал своё мастерство, вряд ли старый пьяница относился бы так пренебрежительно.

Метательное фехтование ‒ это просто квинтэссенция способностей Фэйна.

Это была азартная игра, предназначенная для использования только в ситуациях жизни или смерти или для того, чтобы полностью переломить ход битвы. Половина его сил была передана удару в надежде, что это если не убьёт, то серьёзно покалечит их врагов.

Волчий Клинок не считался чрезвычайно могущественной фигурой. Его сила предположительно была сравнима с силой покойного Эгира Полариса. Напротив, Фэйн считался в несколько раз более способным, чем покойный Генерал. Если вся сила Эгира поставила Волчьего Клинка в невыгодное положение, то Фэйн должен был сразу же убить его на месте.

Именно это и служило намерением Великого Приора. Он разрубит лидера террористов на куски! И если бы не союзники Волчьего Клинка, он бы преуспел.

Аббадон не стал стоять сложа руки и смотреть, как убивают его соотечественника. Он бросил том в золотом переплёте прямо на путь меча Фэйна. При ударе клинок превратился в мелкое облако стальных опилок, и Великий Приор отшатнулся на несколько шагов от отдачи.

В его сражении с Волчьим Клинком их оружие сталкивалось десятки раз. Даже могучий Вестник Земли Рассвет едва не разлетелся на куски после столкновения с летающим клинком, так что неудивительно, что это ослабило более низкокачественное снаряжение Фэйна. Внешне было мало признаков того, что его меч слабеет. Однако его целостность давным-давно подточена изнутри. Столкновения с Евангелием Песков оказалось достаточно, чтобы полностью уничтожить его.

‒ Все, в атаку! ‒ приказал Фэйн. ‒ Не дайте им сбежать!

Собравшиеся Тамплиеры и Охотники на Демонов с энтузиазмом приняли и поспешили исполнять этот приказ. Это был внушительный массив мощи Небесного Облака. Отэм, однако, всё ещё старалась наказать этих претенциозных людей изо всех своих недобожественных сил.

Клауд Хок знал, что настоящая Отэм всё ещё заперта где-то там. Её могущественная воля осталась достаточно сильной, чтобы восстать против самого Бога. У него была всего секунда, поэтому он воспользовался шансом:

‒ Отэм, прошу! Не сдавайся, тебе нужно проснуться!

Лицо хорошенькой молодой женщины исказилось. Её взгляд ‒ то тусклый, то пронзительный ‒ словно внутри неё две воли сражались за превосходство. Пока бушевала битва, ощутимые сдвиги были очевидны, пока, наконец, в глазах Отэм не расцвел свет ясности. На мгновение Страж «Когтей Бога» узнал девушку, которую он встретил на станции «Песчаная Коса».

‒ Клауд Хок, ‒ девушка с нежной улыбкой взмахнула рукой, и лозы, крепко державшие его, расступились. ‒ Беги!

Он потянулся к ней, когда радость захлестнула парня. Она всё ещё там! Та самая девушка в зелёном платье не побеждена, не сломлена!

Когда она увидела задорный огонёк в его глазах, Отэм удовлетворилась. Но она чувствовала, как растёт воля Сильваны. Её господство было неминуемо. Молодая девушка не знала, хватит ли у неё когда-нибудь сил сделать это снова, но, по крайней мере, она увидела этот взгляд в его глазах. Этого было достаточно.

Клауд Хок заколебался, протягивая руку, чтобы схватить её:

‒ Пойдём со мной!

Но когда он договорил это, парень увидел, как её милое выражение лица сменилось яростью. Огромная и пугающая сила изливалась из неё, достигая существ-мутантов, которые парили повсюду вокруг. Тупые животные заражались гневом Бога, что повергало их в кровожадное неистовство. Клювы и когти рвали всё, что двигалось, когда твари приходили в полное бешенство. Экспедиционные силы оказались не готовы к такой интенсивности и на момент дрогнули.

‒ Сдохни!

Отэм снова замахнулась на него своей флейтой. Исполняющий обязанности главнокомандующего флота предвидел это и вызвал силу пространственного камня, чтобы защититься. Между ним и Богом слишком большая разница в силе, чтобы Клауд Хок мог дать отпор.

Прибыли новые подкрепления. Их было так много, что даже самым могущественным жителям Пустошей вскоре стало трудно с ними сражаться. Пришло время отступать.

‒ Этого достаточно, дитя. Твоя месть свершилась, ‒ голос Волчьего Клинка прорезался сквозь шум, приближаясь к Коулу. Лидер звал его, отступая. ‒ Твои обидчики не переживут.

Отэм впилась взглядом в Клауд Хока, не желая сдаваться. Человек, над которым она доминировала, всё ещё был внутри неё, но когда Сильвана не снижала бдительности, девушка не могла взять контроль в свои руки. Большую часть времени крошечная воля где-то на задворках сознания была незначительной – пока не появился этот ублюдок со странным именем. Каким-то образом этот человек дал человеческой душе невероятную силу, достаточную, чтобы противостоять господству Сильваны! Тогда стало ясно, что для уничтожения фрагмента бывшего владельца её тела Богине сначала нужно уничтожить этого молодого человека.

Но Отэм также видела выражение глаз Волчьего Клинка.

Всем остальным они казались спокойными, но в их глубине лежало величие, которое трудно было определить. Не оставалось никаких сомнений в том, что в теле этого человека находилась уникальная и могущественная душа. Даже после того, как она полностью восстановит свои силы, то, что она увидела в этих глазах останется одной из немногих вещей, которых она будет искренне бояться.

Каковы бы ни были планы Волчьего Клинка, Клауд Хок был их жизненно важной частью. Мужчина не потерпит, чтобы Отэм разрушала его планы.

Хотя на первый взгляд казалось, что Отэм, Аббадон и Волчий Клинок сотрудничают, правда, как всегда, оказалась более сложной. Каждый из них представлял разные цели, разные точки зрения. В эти особые времена их интересы совпадали, поэтому на какое-то время они решили работать вместе. Как только ценность их союза перестанет быть очевидной, с такой же вероятностью они станут врагами.

Когда это Сильване приходилось таким образом проглатывать свои обиды? Она больше не была Богом, больше не обладала силой Творения, и, хотя её индивидуальная сила значительно уменьшилась, она не испытывала сожалений.

Если бы она могла вернуться на тысячелетия назад и сделать выбор снова, она всё равно бросила бы вызов Королю Богов, даже зная, чего это будет стоить.

Агенты Тёмного Атома сели на мутировавших существ и развернулись для отступления. Аббадон снова поднялся в воздух и движением запястья призвал Евангелие Песков обратно к себе. Его красные, завораживающие глаза горели, отражая его грязную душу. Взгляд пронёсся по анархической сцене, и Демон ухмыльнулся:

‒ С каждым днем становится всё интереснее и интереснее!

‒ Не гнаться за ними! ‒ крикнул Клауд Хок, чтобы остановить Фэйна и Тамплиеров. ‒ Мы и так потеряли слишком многих, давайте вернём наших людей домой!

Когда те услышали его, по полю разлилась тишина. Действительно, эта экспедиция дорого обошлась им всем.

Рассвет подошла к Стражу «Когтей Бога», который покачивался на нетвёрдых ногах. На лице девушки ясно виднелось беспокойство, на что Клауд Хок кивнул, чтобы заверить её, что с ним всё в порядке. На самом деле он беспокоился именно о Рассвет. Битва с Волчьим Клинком, возможно, и заставила её прорваться на новый уровень силы, но это, чёрт возьми, всё равно нелегко.

Обе стороны собрали своих раненых и ушли.

Дрэйк и Бронтес явно не могли сравниться с Коулом. Хотя ещё слишком рано судить об их состоянии, но совершенно ясно было только одно ‒ оно очень плохо. Бронтес вообще не подавал признаков жизни, а это означало, что даже самые талантливые целители Небесного Облака вряд ли смогли бы ему помочь.

Дрэйку «жилось» не намного лучше. Его крепкое тело основательно изломано, и видимые углубления показывали, где его кости просто разлетелись на куски, разрывая мышцы изнутри. Казалось, что ни одна часть его тела с головы до ног не осталась невредимой, а его внутренние органы должны были быть точно так же искалечены. Нормальный человек уже сто раз умер бы.

Но, по крайней мере, на данный момент, Дрэйк дышал, хоть и пребывал в агонии.

Его дыхание становилось всё более отрывистым и поверхностным. Несколько Охотников на Демонов со способностями к исцелению окружили его, но все качали головами, показывая, что они мало что могли сделать.

‒ Командир! ‒ Хэммонт опустился на колени рядом с Дрэйком, его глаза были красными и опухшими. ‒ Вам нужно держаться! Командир Бронтес уже ушёл, мы не можем позволить себе потерять и вас тоже!

Когда-то решительные и твёрдые черты Дрэйка сейчас оказались обожжены и деформированы. Несмотря на ужасное состояние своего тела, он всё ещё пребывал в сознании. Мольбы Хэммонта звенели у него в ушах, и он ответил уродливой ухмылкой:

‒ Если я не могу победить даже никчёмного мелкого мутанта, тогда я только позорю экспедиционные силы.

Клауд Хок молча стоял рядом, но другие солдаты едва могли сдержать свою возмущённую ярость. Они отчаянно хотели добраться до кровожадного урода и разорвать его на куски голыми руками.

Разорванные губы Дрэйка продолжали болезненно кривиться:

‒ Я надеялся стать одним из величайших генералов Небесного Облака, как наш великий Бог Войны. К сожалению, у меня просто нет и никогда не было таланта. Мои мечты навсегда останутся только мечтами, но и сожалею я только о том, что у меня не будет возможности убить больше язычников...

Страж «Когтей Бога» посмотрел вниз на мужчину, который сейчас едва ли выглядел, как человек. Его старый друг не продержится и дня, но он до самого конца остался верен своим самодовольным убеждениям. Насколько всё это было важно сейчас?

Он ещё не слышал, что генерал Скай мёртв. Легенда о Боге Войны закончилась, но ни у кого не хватило духу рассказать ему об этом. Генерал всю жизнь был кумиром для такого человека, как Дрэйк, неприступным и непобедимым. Было бы жестоко украсть у него веру в последние минуты его жизни.

‒ Клауд Хок... Не подведи Генерала Скай. Он возлагает на тебя большие надежды. Ты должен помочь ему. Помоги нашим солдатам… Толстяк, мы знаем друг друга всего несколько дней, но я сразу понял, что ты другой. Хитрый, умный. Большинство солдат действуют опрометчиво и не обладают таким умом, как у тебя. Ты должен… обязан остаться в живых и служить примером для остальных.

‒ У тебя есть какая-нибудь последняя просьба? ‒ мрачным голосом спросил Клауд Хок.

‒ Последняя просьба? Да, есть. Я солдат, и я должен умереть с мечом в руке, ‒ мрачный смешок вырвался из его груди. ‒ Если можно, похороните меня с моим мечом в Долине Ада. Когда я вспоминаю прошлое... Это были дни, которыми я дорожу больше всего...

Пятнадцать минут спустя двадцатидевятилетний командир Небесного Облака Дрэйк Тэйн погиб на борту своего военного корабля. Небесное Облако потеряло ещё одного исключительного воина. Клауд Хок потерял гораздо больше ‒ хорошего друга.

Используя свои полномочия командующего флотом, Клауд Хок объявил, что корпус Дрэйка не будет распущен. Вместо этого он продолжит работать под руководством своего старшего офицера, Хэммонта Сикреста, хотя его название не будет изменено в честь молодого солдата, который погиб, не успев оставить свой след в истории, но бывшего верным товарищем и великолепным воином.

Сейчас они этого не знали, но в будущем эта горстка солдат однажды поднимется и станет одной из величайших боевых сил Небесного Облака. Шаг за шагом это приведет дух молодого, ничем не примечательного офицера к величию, как способ почтить его жертву.

Почётный караул доставил тело Дрэйка в трюм, где оно вместе с бесчисленными другими трупами ожидало транспортировки. Они готовились вернуться в Небесное Облако и похоронить его останки, как и просил Дрейк, когда внезапно один из трупов вздохнул и сел.

Солдаты сначала даже испугались неожиданности, но быстро взяли себя в руки и осторожно приблизились. С побелевшими от шока и недоверия лицами один из них крикнул:

‒ Командир Бронтес!

И правда, человек, которого приняли за мёртвого, медленно открыл глаза. Взгляд оставался необычайно холодным и острым, но, если присмотреться, можно было увидеть красное кольцо вокруг радужки.

Неужели он действительно вернулся к жизни? Это было одновременно поразительно и страшно для солдат. Медики определённо осмотрели его тело и не увидели в нём никаких признаков жизни. Бронтес совершенно точно умер.

‒ Сегодня я увидел поистине экстраординарного мутанта. Но я один из истинных Королей Пустошей.

Никто не понял, о чём он говорит. Прежде чем они успели спросить, рука Бронтеса взметнулась, и человеческая конечность немедленно начала меняться. Она вытянулась, превратившись в несколько извивающихся мясистых щупалец. Подобно разрядам молнии, они пронзили головы солдат.

Бедные мужчины упали на пол, беспорядочно дёргаясь. По тому, как шевелились усики Бронтеса, было очевидно, что он что-то закачивал им в мозг.

В конце концов он убрал пальцы, и рука вернулась в нормальное состояние. Дыра между бровями солдат медленно заживала, пока не осталось никаких доказательств того, что вообще что-то произошло.