Я стояла на опушке леса. Деревья тихо шелестели своей листвой, высокая трава щекотала ноги даже сквозь плотные штаны. Позади меня стояли несколько темных силуэтов, ростом мне по грудь и выше меня раза в 1,5. Когда они стояли за мной я чувствовала уверенность, что пока они рядом у меня все получится и я смогу все, независимо от того, за что я возьмусь. Они – моя стена света перед тьмой, мои неповторимые и незаменимые товарищи.

Впереди меня большое поселение, но я не чувствую оттуда тепла или покоя. Я чувствую оттуда лишь жадность и смерть. Сама не знаю почему, но меня переполняет черная ярость, когда я гляжу на это дурное место. Я снова оглядываюсь назад. Одна из больших фигур что-то говорит мне, но что я не слышу. В ответ на это я киваю головой и снова поворачиваюсь в сторону поселения. Я начинаю идти вперед и мои товарищи следуют за мной.

Бум!

– Ааа? Что это блин? Вааааааа! Мвам-ам. – я присела на кровати, зевнула и сладко потянулась. – сколько там времени уже? 10 часов! Черт, я проспала! А-а! Да где же эти носки?! – буквально слетев с кровати я начала лихорадочно наворачивать круги по комнате в попытках найти носки. – Наконец! Вот вы где! – воскликнула я быстро натягивая полосатых потеряшек себе на ноги.

Справившись с носками я быстро натянула свободные штаны и красную футболку я побежала собирать вещи в школу.

– Доча, ты чего там носишься?! – прокричала мне мама с первого этажа.

– Я опаздываю мам!

– Куда ты опаздываешь? А, ты опять? Уже 18 июня, третья неделя каникул, пора уже привыкнуть, что тебе не нужно идти в школу! Умывайся и иди завтракать! Я уже почти все приготовила, отец уже мясо достает!

– Хорошо мама! Блин, опять подорвалась, ладно, неважно. – Успокоившись, я побрела в ванную.

Ну-с, приступим к самому неприятному ритуалу начала дня – чистке зубов! Я достала зубную щетку, слегка посыпала ее порошком и намочив принялась очищать зубы от ночной мерзости. На самом деле я люблю чистить зубы, просто с такими острыми зубами как у меня их чистить неудобно, они же не плоские как у всех, а острые и почти треугольные. Это я не говорю про второй внешний ряд зубов, которые торчат как огромные челюсти. Мне приятно асоциировать себя с девушкой в розовом из видеоигры про драки, только вот у нее зубы в принципе такие, а у меня обычные острые и дополнительные как зубы какого-нибудь удильщика. Вот же, вечно меня во время этого пробивает на негатив!

Затем я пошла приодеться уже нормально (коли я не спешу ни куда, стоит нормально одеться). Штаны и футболку я оставила, лишь накинула поверх свою черную толстовку и черную маску из тумбы. Посмотрев на себя в зеркало и удовлетворившись внешним видом, я спустилась на первый этаж к родителям на кухню.

– Наконец-то! Эла, что так долго, омлет скоро остынет! – слегка возмущалась мама.

– Успокойся Мари! Ты его только сняла с плиты, он все еще горячий. – вступился за меня отец, закончив нарезать хлеб и ставя его к уже красиво нарезанному мясу.

– Френк! Ай, ладно! Ты прав. Извини милая, садись за стол, сейчас я положу тебе покушать.

– Хорош мам. – я присела за стол и принялась ждать.

Как же они подходят друг другу. А я их точная копия. Есть мнение, что когда девочка похожа на своего отца это признак того, что ребенок точно здоров, но я взяла все от своих родителей: от отца – толстый черный хитиновый панцирь на все тело(кроме лица) и дополнительные 4 паучьи конечности, которые я обычно и прячу под толстовкой, а от мамы – кожа цвета светлого древесного пепла, красивая объемная фигура, зубы и к несчастью близорукость. Не жалуюсь, но без очков я вижу четко не очень далеко. Впрочем, людей без изъянов не бывает.

Мама уже все расставила на стол и вся семья взялась за завтрак. Пока мы с папой ели, она поглядывала на нас и мило улыбалась (насколько позволял второй ряд торчащих клыков) .

– Маааам! Что ты так смотришь? Это смущает!

– Ой да ничего! Просто ты так похожа на папу. – проговорила она с улыбкой переводя взгляд на своего мужа.

– Милая, да она твоя точная копия, не считая моего панциря. – сказал папа слегка посмеиваясь.

– Не без этого. Не могу поверить что этим летом нашей малышке уже исполняется 17 лет!

– Да уж. – отец слегка усмехнулся – я помню, как она еще качалась у нас на руках.

– Папа, блин! Я же уже не маленькая, хватит! – я посмотрела на него с легким укором, но не сердилаь на него на самом деле.

– Ха-ха-ха! Ладно, извини любимая. Хочешь, я в качестве извинений принесу грибов на суп? Я знаю, ты его просто обожаешь.

– А я его приготовлю. – мама взяла и погладила мою руку – Кстати, поможешь мне сегодня в мастерской? Там надо найти причину поломки дробилки, а я схожу за компонентами, ато у нас закоаз на фонари, а мне даже светодиодов не хватает.

– Конечно я помогу, мне ведь и самой интересно в ней пошариться. Сделаю так, чтобы сломалась и бумаги на учебу не было, хи-хи-хи!

– Элайза!

– Шучу, я просто шучу!

После завтрака родители собрались и пошли на работу. Я пошла за мамой, а как мы дошли до мастерской – разделись. Она – за покупками, я – искать поломку.

– Так, что же в тебе не так?

Я открыла главный щит, осматривала двигатели, искала порванные провода, поломанные детали, но, пролазив в дробилке 3 часа так ничего и н нашла.

– Вот же зараза! Что с тобой делать то?!

– Я пришла! Как успехи, нашла поломку? – пришла мама и сразу принялась раскладывать детали на полочки и по коробкам.

– Нет мам! Ни-че-го! Все пересмотрела, но причину так и не нашла. – сообщила я мама с сожалением.

– Ничего милая, не расстраивайся. Сейчас вместе поищем и найдем её. – мама вновь улыбнулась своей жутко-милой улыбкой и мы вместе принялись искать поломку.

Спустя 1,5 часа копания в металлических внутренностях машины мы нашли проблему: от многолетнего использования и многочисленных починок внутренний кабель питания окончательно пришел в негодность и починке больше не подлежал. Благодаря мне мы нашли поломку (я запнулась об кабель при разборе машины, из-за чего мы проверили его смогли понять, что это он причина поломки), а затем приступили к сбору фонарей. До 25 июня маме нужно было сделать 20 фонарей и зарядки к ним, с чем я ей и помогала.

Провозились мы до 5-ти вечера и собрали 6 комлектов.

– Эла, навести папу пожалуйста. А то ты весь день со мной, наверняка он соскучился.

– Хорошо мамуль, я сейчас.

– И не забудь поцеловать его от меня.

– Хорошо, не забуду!

На выходе из мастерской я вновь надела толстовку и натянула на лицо свою маску-повязку.

Ах, Александрийск! Я обожаю твой мастеровой район. Это вездесущий аромат припоя, машинного масла и свежей окалины. Твои машиностроительный и литейный цех обеспечивают механизмами и сталью весь город, а электро-, оружейные, кожевенные, камнетесные мастерские и кузницы позволяют людям не в чем не нуждаться и развивать город дальше.

Как же я люблю твоих приветливых людей, что поздороваются с тобой и узнают, как твои дела.

– Привет Эла! Как дела?

– Все отлично Богдан! А твои как?

– Тоже неплохо. Как с работой у Мари?

– Сложности были, но мы их успешно преодолели. Ладно, извини, но мне ещё папе помочь надо. – я помахала парню и пошла дальше.

– Ладно, хорошей работы!

Жаль только, что если бы парень знал обо всех моих мутациях, то мы бы не смогли так спокойно разговаривать.

Сейчас мутанты не редкость: из 20-ти человек 1 человек почти гарантированно будет с мутацией и ещё чаще мутанты рождаются у других мутантов. Ещё чаще мутанты рождаются у разведчиков – людей, что выходят из города в поисках запчастей и полезных ресурсов. И неудивительно – когда лазишь по всякой дряни и сам можешь мутировать, и шанс на ребёнка-мутанта значительно повышается.

Мутации встречаются положительные и отрицательные. Чаще всего отрицательные мутации – это опухоли. Опухоли не очень опасны и чаще вызывают дискомфорт, но могут возникнуть осложнения, вплоть до летального исхода, но благо при оказании медицинской помощи от них легко избавиться.

Дальше по списку ухудшение зрения, близорукость, дальнозоркость, проблемы с суставами, но все лечится, некоторые медикаменты дорогие, но прибыль разведчиков позволяет им их покупать.

Положительные мутации пусть так и называются, довольно спорные. Это может быть что угодно: от изменения цвета волос и до изменения всего тела. У человека могут появиться звериные уши, или он может уменьшится в размере, или стать больше растением. Самый ближайший пример – я.

Раньше почти все дети-мутанты рождались мертвыми или уродами, именно так проявлялось употребление мутагенов людьми, например из-за курения сигарет. Но после Катаклизма – серии бедствий, сделавших мир таким, каков он сейчас. Я слышала много рассказов от старых разведчиков о существах и явлениях, что появились после него и о существах, которые пришли в наш мир из другого. Жаль старки были скромны в подробностях, но это лучше, чем ничего, ведь действующие разведчики и подавно ни слова не скажут.

Ах, как бы я хотела стать разведчиком! Выйти в мир за стенами города, встретить других людей, увидеть казалось бы невозможных существ, поучаствовать в настоящем приключении и, вернувшись обратно, рассказать всем о них. Родители были удивлены, когда я им рассказала об этом, но отговаривать не стали.

Однако, при всём желании сейчас я им стать не смогу, ведь к ним принимают только с двадцати лет, а после принятия к ним ещё полгода длится подготовка.

А вот что мне не нравится, точнее КТО, так это бырышни, подобные этой.

Мимо проходили мои одноклассницы, среди которых была Телла. Она тоже мутант: розовые волосы и короткая розовая шерсть по всему телу, по 4 покрытых шерстью щупальца вместо каждой ноги, а вдобавок красивое лицо и объёмная фигура делали её необычной, гибкой, красивой и обаятельной для других людей, из-за чего она было довольно популярна в школе. Мои мутации в основном вызывают неприятные чувства у других людей при встрече. Мы сразу друг друга невзлюбили: обе мутанты, обе девушки, обе хотим заполучить внимание. Я не мешала ей, но когда она стала меня задирать, тогда мы и начали враждовать.

Телла меня заметила: обратила свое внимание на секунду, нахмурилась, а затем вернулась к разговору с подругами. Ну и чёрт с тобой. Зазнайка.

Через пару минут я дошла до мастерской отца. Папу я встретила за работой: он что-то дорабатывал в помповом ружье, а рядом лежало несколько деталей, видимо он их подгонял под него. Рядом с ним работал папин лучший друг и друг всей нашей семьи (как я называла его с детства) дядя Реджи. Реджи усердно разглядывал какое-то короткое оружие с длинным магазином. . Они оба были так увлечены работой, что казалось совсем не заметили моего прихода, однако через секунду батек бросил работу и подбежав ко мне заключил в свои крепкие объятия.

– Ааа! Папа, ты меня раздавишь! – сказала я, но ответила ему взаимными объятиями.

– Да ладно тебе! Тыж моя булочка! – продержав меня в плену своих обнимашек еще секунду отец отпустил меня.

– Привет дядя Реджи! – я улыбнулась маминой жутко-милой улыбкой.

– Привет дорогая! Разобрались с дробилкой? – Реджи улыбнулся в ответ.

– Не совсем. Окончательно сломался внутренний кабель питания, а другого такого нет. Завтра мама отнесет заявку разведчикам. А это что такое, я таких пушек раньше не видела. Это пистолет такой? – я показала на оружие, над которым работал Реджинальд.

– Это такой пистолет-пулемет. Его нашли в не очень хорошем состоянии: покрытый ржавчиной, с отсутствующим прикладом и сгнившей рукоятью его принесли к нам. Я его почистил от ржавчины, заменил рукоять, вот думаю как теперь ему приклад присобачить. Очень хорошее оружие: распространённый пистолетный калибр, большой по легкий магазин и хорошая скорострельность – все что нужно для хорошего оружия.

Пока он рассказывал он улыбался, а я слушала его с интересом, пусть он и говорил о простых и довольно скучных вещах.

После рассказа я помогла отцу смазать и собрать ружье, положив его в чехол и подготовив к передаче клиенту.

Затем я мы с папой еще немного подогнали детали под другое оружие, а затем разошлись с дядей Реджи и пошли домой.

Как папа и обещал он отправился вечером за покупками и нашёл-таки где-то грибы, из которых мама приготовила суп, а на второе приготовила джамболайю с мясом.

Мы еще немного поговорили и разошлись по комнатам, отправившись спать.

Эх, вот бы эти светлые дни никогда не заканчивались!