Хроники Грома: Путь Света (Том Первый)

#37 Погоня

–––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––

Высокие ворота королевского дворца Флейтрии медленно открылись, пропуская карету, украшенную гербом Национального Сената Ветров. Темно-салатовый экипаж с изящными серебряными узорами остановился у белоснежных мраморных ступеней, ведущих в главный зал.

Первыми из кареты вышли двое: девушка с голубовато-белыми волосами, спадающими до плеч, и мужчина со спокойным выражением лица. Сайши Маори грациозно ступила на гладкий камень, слегка придерживая темно-синее платье с голубым кружевным воротником. Ее спутник, Рен Аратаки, последовал за ней – его строгая черная накидка лишь подчеркивала сдержанность и уверенность в каждом движении.

Навстречу им из главного входа вышла принцесса Фламинель. В сопровождении двух стражников она направилась к гостям. Ее аккуратно убранные серые волосы, собранные в сложный пучок из кос, блестели в мягком солнечном свете. Темно-синее платье королевских оттенков подчеркивало ее высокий статус.

— Сайши Маори. — Принцесса склонила голову в приветствии. Ее голос был строгим, но не лишенным теплоты. — Ваше прибытие – важное событие для нас.

— Благодарю, Ваше Высочество. Для нас честь оказаться здесь. — Ответила Сайши с легким поклоном.

Фламинель перевела взгляд на Рена, задержавшись на нем на мгновение.

— Рен Аратаки. Мы признательны за ваше сопровождение.

Мужчина едва заметно кивнул, не произнося ни слова.

— Полагаю, вы желаете немедленно увидеть госпожу Ханацуки. — Сказала принцесса. — Она сейчас находится в королевском госпитале. Я лично проведу вас.

— Благодарим за заботу, Ваше Высочество. — Голос Сайши звучал ровно, но ее взгляд выглядел серьезным, даже обеспокоенным.

Принцесса повернулась и повела гостей через дворец к выходу на западное крыло. Коридоры дворца были украшены витражами, на которых изображались сцены из истории Страны Вод и ее народов: героические битвы, мирные переговоры и образы основателей королевской династии.

Оказавшись у внешнего двора, они вошли в другую карету, запряженную двумя белоснежными конями. Дорога в госпиталь пролегала через широкие, утопающие в зелени улицы столицы. Вода в каналах, пересекающих город, казалась зеркально гладкой, отражая небо и аккуратные мосты. Яркие фасады домов из светлого камня с высокими окнами создавали ощущение гармонии и порядка.

Жители почтительно отходили в сторону, пропуская карету с гербом королевской семьи. Их лица выражали любопытство и уважение – не каждый день встретишь королевскую карету.

Наконец, они прибыли к госпиталю. Высокие ворота из белого камня с серебряными украшениями раскрылись перед прибывшими. Над входом в здание красовалась табличка: “Королевский госпиталь имени наследной семьи Нэа.”

— Госпожа Ханацуки сейчас в лечебном крыле, в палате для интенсивного наблюдения. — Пояснил один из ожидающих у ворот врачей.

— Проведите нас к ней. — Твердо сказала Фламинель.

Все трое – Фламинель, Сайши и Рен последовали за врачами внутрь здания. Широкие коридоры госпиталя были освещены мягким светом элементальных ламп, а их стены украшали картины с изображением ландшафтов столичного региона. Ощущение спокойствия контрастировало с напряжением, которое чувствовали гости.

Когда они вошли в палату, взгляд Сайши сразу упал на Харуку. Девушка лежала на белоснежной постели, окруженной различными приборами и лекарствами. Ее лицо оставалось бледным, но дыхание было ровным.

— Ее состояние стабильное. — Тихо сказал врач. — Но интоксикация еще полностью не устранена.

Сайши медленно подошла к кровати, ее голубовато-белые волосы чуть дрогнули от движения. Она выглядела глубоко задумавшейся, ее голос продолжал быть все таким же твердым:

— Мы сделаем все, чтобы найти врага. — Сказала глава Тени. Сайши медленно прошла взглядом по палате, словно пытаясь впитать каждый ее штрих. Глаза девушки задержались на мерцающих элементом света лампах, на синих узорах, мягко перекликающихся с цветами ее собственного платья, на свежих лилиях в вазе, чья кроткая красота будто была символом надежды. Она перевела взгляд на кровать, на которой лежала Харука, и на аккуратно сложенные одеяла у изножья. Затем ее взор остановился на светлом лице девушки, обрамленном темными как уголь распущенными волосами. — Рен, я поручаю тебе направиться в Лашен, возможно, что Хаками и Йонсен находятся под слежкой отрядов Тэнпай.

— Хорошо, Сайши, но для этого потребуется время. — Сказал Аратаки, чуть ступив вперед. — Мой отряд сейчас находится в Торговой Аллее, и чтобы преодолеть такое расстояние может потребоваться две недели, а то и месяц.

Сайши стояла спиной к Рену, лишь повернув голову в пол оборота. Она еле заметно кивнула несколько раз, после чего сказала:

— Я запрошу у лорда Нору сенаторский поезд из Торговой Аллеи до ближайшего к Лашену транспортного хаба. — Сказала девушка легким, едва слышимым голосом. — С этим проблем быть не должно.

Сайши вновь опустила свой взгляд на Харуку. Девушка по-прежнему не приходила в себя несмотря на то, что ее состояние стабилизировалось. Ее лицо выглядело напряженным.

«Чистка может знать куда больше, чем мы предполагаем… — прокручивала в голове Сайши слова из письма Райто… — мы не можем просто продолжать поддерживать мир из тени. Они уже идут в нашу сторону, и отравление Харуки может быть знаком для нас.»

На широкой площади царила гулкая тишина, нарушаемая только ритмичным эхом тысяч шагов, будто сама земля отзывалась на это движение. Тысячи воинов первых пяти штурмовых отрядов Тэнпай, облаченных в самурайское обмундирование, выстраивались ровными линиями за своими капитанами. Атмосфера была столь напряженной, что казалось, будто даже ветер замер в ожидании. Сегодня был особый день: сёгун Сэнзо проводил демонстрацию своей преданнейшей силы перед Его Вечностью, императором Хэйсой.

«Славься Сэ-э-эн-гай!» — раздалось громогласное приветствие, словно раскат грома пронесся над Площадью Величия, расположенной у величественных ворот имперского дворца. Это тысячи голосов воинов слились в едином порыве, приветствуя своего главнокомандующего.

Пять отрядов стояли с безупречной точностью: слева направо – четвертый, второй, первый, третий и пятый. На их фоне выделялись фигуры капитанов, облаченных в бело-фиолетовые мундиры с массивными золотыми погонами. Контраст ярких цветов подчеркивал строгость их образа, дополняемого высокими черными сапогами и идеальной выправкой. Каждый капитан держал руки за спиной, их лица выражали твердую решимость.

Капитан первого отряда, Нагаминэ Казухико, с длинными черными волосами, собранными в тугой хвост, стоял как всегда непоколебимо. Его алые глаза поднимались к ступеням, где возвышалась фигура их главнокомандующего. Это был Сэнзо – человек, чья репутация и сила были несравнимы. Маска лисицы скрывала его лицо. Его черный мундир, украшенный наградами и аксельбантом, внушал уважение. Высокий воротник и накинутый на плечи плащ подчеркивали его грозную фигуру, а ветер, игравший складками ткани, будто подчинился его воле.

Сэнзо глубоко вдохнул, наполняя площадь своей мощной аурой. Даже сквозь маску кицунэ его фиолетовые глаза излучали силу и уверенность, достаточно сильную, чтобы подавить любое проявление воли. Он поднял правую руку и затем произнес:

— Славься Сэ-э-эн-гай! — Но на этот раз егó низкий голос эхом пронесся по площади. Воины подхватили этот клич, выкрикивая его семь раз с такой силой, что звук достиг достаточно удаленного отсюда морского порта Сэнгай.

Стоя неподвижно, заведя руки за спину, сёгун окидывал взором ряды воинов. Он, казалось, видел каждого, проникая сквозь строи своим пронизывающим взглядом. С каждой секундой напряжение нарастало.

— Сегодня сами Небеса благословят вас. — Раздался его голос, ровный и громкий, как раскат грозы. Каждое его слово отражалось от массивных зданий, окружающих площадь. — Его Вечность император Хэйса прибыл, чтобы увидеть самых преданных. Тех, кто во что бы то ни стало стоит во имя Небес, Вечности и Катари.

«Ура-а-а!» — взметнулось над площадью, словно неистовая волна.

Сзади послышались тяжеловесные шаги. Они были ровными, неторопливыми, но каждый удар сапога словно отдавался в сердцах присутствующих. Все затихло, будто время замерло в почтении. Человек с длинными белоснежными волосами, достающими до пояса, в черном мундире, украшенном золотым воротником и множеством наград, шагал к центральной точке площади. Золотая лента через плечо блестела в лучах пробивающегося сквозь тучи солнца, а аксельбант на его правом плече завершал образ величия.

Хэйса остановился на возвышении прямо над Сэнзо, как бы показывая свою власть над ним. Его фигура бросала длинную тень на преданных воинов. Каждый его шаг словно подчеркивал власть, безграничную и непоколебимую.

— Во имя Вечности. — Его голос прозвучал мягко, но в этой мягкости крылась сила, способная сокрушить волю. — Рад приветствовать вас, мои славные дети.

Тонкие фиолетовые глаза Райто Хаками были устремлены на стол, по которому он невольно настукивал тихую мелодию, засевшую в его голове. Его пальцы механически отбивали ритм, словно пытаясь отгородиться от происходящего вокруг. Вместе с Кобо и Тормундом он вновь оказался в той самой таверне, что уже стала для него ассоциироваться с днем отравления Харуки.

Поздний вечер девятого сентября семьсот двадцать третьего года принес с собой прохладу, которая медленно вытесняла оживленность городских улиц. Хотя Фестиваль Морей все еще притягивал людей, их стало заметно меньше, и гуляющие потихоньку растворялись в уютных огоньках домов. В таверне горел мягкий свет от ламп, питаемых элементом пламени, отчего помещение наполнялось теплым, слегка подрагивающим свечением. Трое участников турнира сидели за столом у окна, распахнутые ставни которого впускали свежий, бодрящий ночной воздух.

— Да не рискуй ты так. — Серьезно проговорил Кобо, нарушив напряженное молчание. Он сидел все на том же месте, что и чуть больше суток назад. — Ты же помнишь, с кем тебе придется сразиться в следующем этапе?

Райто, казалось, вовсе не слушал. Он отвернулся к окну, за которым виднелась улица с редкими прохожими. Звуки шагов, негромкие разговоры и смех долетали до них снаружи. В толпе мелькали тени людей с покупками в руках и тех, кто просто прогуливался, обсуждая что-то личное.

Среди прочих в толпе Хаками заметил гладко выбритую голову Ноторо Сэйдо, спокойно идущую мимо таверны. Он даже не бросил взгляд в сторону заведения, где сидел Хаками и его товарищи, по всей видимости он знал, куда направляется.

Райто тут же сменился в лице, он понял, что действовать нужно было именно сейчас.

— Никакой достойный воин в спину не станет атаковать. — Сказал Тормунд, он сидел сбоку стола, между Кобо и Райто.

— Да-а… — задумчиво протянул Райто, медленно подбирая ноги на лавку.

— Э-ээ, ты че удумал?! — Крикнул Кобо, пытаясь ухватить друга за ногу, но тот уже выпрыгнул в окно и оказался на внешней веранде таверны.

Сэйдо, повернув за угол, скрылся в переулке. Однако зоркие глаза Райто уловили его силуэт. Затаившись среди прохожих, он начал преследовать свою цель, стараясь выглядеть как случайный прохожий, не привлекая к себе внимания.

В крайне узком переулке между домами мог пройти только один человек, скрыться там было практически негде. Хаками выглянул из-за стены дома и убедился в том, что Ноторо продолжал следовать тем же путем. Вместо того, чтобы идти напрямую, он решил взобраться на двухэтажное здание и двигаться по крыше. Совсем не церемонясь, Райто запрыгнул на два больших деревянных короба и затем стал карабкаться по каменным выступам в стене старинного дома.

Постройки здесь находились впритык друг к другу, поэтому передвигаться по крышам было достаточно просто. Райто быстро нагнал идущего в переулке Ноторо и стал незаметно следовать за ним, приглушая свою энергию настолько, насколько это было возможно.

На Ноторо было его привычное темно-коричневое хаори, которое он накинул на голый торс, и светло-бежевые мешковатые штаны с белым тканевым поясом. Он мирно шагал по переулку в направлении не очень оживленного перекрестка.

«На следующей улице должно быть пусто… — беззвучно двигаясь по крыше вслед за своей целью, думал Райто… — у меня может получиться застать его врасплох.»

Райто двигало скорее безрассудство, чем здравый смысл или трезвое рассуждение.

Кобо и Тормунд буквально вырвались из таверны, чем распугали мирно идущих по улице прохожих. Охи и ахи стали раздаваться изо всех сторон.

— Так, ты туда, я туда. — Выкрикнул Кобо, торопливо оглядываясь то налево, то направо.

Хаками остановился на самом краю черепичной крыши, его цель остановилась прямо посреди плохо освещенной улицы. Ноторо, словно кого-то ожидая, оглянулся по сторонам, после чего сел у того самого здания, на крыше которого сейчас находился Райто.

Этот перекресток напоминал тесный лабиринт, где узкие улицы пересекались под углом, окруженные каменными фасадами домов с деревянными карнизами и резными ставнями. Неровные мостовые, сложенные из старого булыжника, отражали тусклый свет одинокой фонарной лампы, чье пламя, питаемое элементом огня, слабо колебалось на ветру. Атмосфера здесь была зловеще-тихой, нарушаемой лишь чуть отдаленным шумом города.

— А ты не задерживаешься. — Неожиданно сказал Ноторо.

Из тени вышел человек. На нем было темно-коричневое пальто, плотно застегнутое до самого ворота, подчеркивающее строгую осанку. Его шаги звучали отчетливо и громко, будто намеренно выдавая его присутствие. Начищенные до блеска ботинки касались мостовой с хищной уверенностью, а свет фонаря едва высвечивал тени его строгого лица. Казалось, что этот человек привык быть в центре внимания, и сейчас его приближение только усиливало напряжение, будто сама ночь стала тише, чтобы услышать, что он скажет.

— Я не буду распинаться перед тобой, тэнпаец. — Самоуверенно прозвучало от пришедшего на точку человека. — Прежде чем я отдам тебе всю сумму, я хочу предложить тебе еще кое-что.

Ноторо сидел, чуть подавшись вперед, его руки безвольно свисали с колен, а взгляд был безразличным. Тем не менее, сказанное только что вызвало у него интерес.

— Ну-ну… — почти безэмоционально произнес Сэйдо… — попробуй удиви, Санторо.

«Санторо? — Райто на секунду не понял, послышалось ли ему, пока наконец лицо Кьяры не показалось полностью. — Что это значит?»

Кьяра достал из внутреннего кармана пальто стопку из двадцати пятитысячных купюр сэнко, что является валютой Страны Грома.

— Райто Хаками. — Это имя прозвучало из уст Кьяры с долей раздражения и усмешкой. — Когда он окажется в Гранд Финале, убей его.

Повисла тишина. Сидящий на крыше Райто продолжал скрывать свою энергию, но теперь он находился в полном непонимании ситуации.

Реакция Ноторо не заставила себя долго ждать. Капитан седьмого отряда Чистки глубоко и очень наиграно вдохнул. На перекрестке зазвучал оглушительный смех:

— А-а-а-ха-ха-ха-ха-а-а! — Громко, не сдерживая эмоций и слез, смеялся Сэйдо. — Ты серьезно?

Кьяра замер, не в силах сдвигаться с места, его разум находился в полнейшей растерянности. Смех Сэйдо продолжал звучать в его ушах, словно эхо. Он не ожидал подобного, и теперь его уверенность начала трещать по швам.

— А-а-а-хах-хах… — с трудом выдыхая, смеялся Ноторо. — Ты реально смешной, сыночек мафии.

— Тц, ублюдок, я что, многого прошу? — Вскрикнул Кьяра, не сдерживая ярость. — Я тебе деньги прямо в руки сую, бери, пока я не передумал. Ты ж головорез, разве тебе трудно с этим разобраться?

В тот момент Ноторо оказался перед ним, он был ниже Кьяры всего на полголовы. Сэйдо начал строить дразнящие гримасы, издавая характерные звуки вроде «Ы-ы-ы» и «Бе-е-е», он вполне открыто издевался над собеседником.

— Ты что, в мозги долбишься? — Ударил себя по блестяще выбритой голове Ноторо, высунув язык в явном насмешливом жесте. — За голову Хаками меньше полумиллиона брать не стану.

— Че-е?! — Вырвалось у Кьяры, он резко оттолкнул Ноторо назад. — Знай себе цену!

— Другой ценой я не согласен, даже не пытайся торговаться, молокосос. — С издевкой ответил Ноторо, садясь на корточки, чтобы забрать упавшую стопку сэнко. Он тщательно перебрал каждую купюру, проверяя, не подкинули ли ему фальшивок.

Затем Сэйдо поднес деньги к своему широкому носу и глубоко вдохнул, будто наслаждаясь каждым мгновением. Закрыв глаза, он утонул в этом аромате, который вызывал у него особое удовольствие. Через несколько секунд наслаждения он снова открыл глаза и, наконец, произнес:

— Думаю, той работы, что мы для тебя выполнили, вполне хватит. — Тон его стал менее игривым, даже немного резким. — У нас нет времени на болтовню.

— Вы уже достаточно наболтали. — Прозвучал холодный голос Райто, исходящий из-за спины Ноторо.

— О-о-о! — Резко обернулся Сэйдо, его глаза расширились, а на губах появилась искорка удивления. — А я все ждал, когда же ты наконец вылезешь?

Райто стоял неподвижно, его лицо было серьезным, и в нем не было ничего, кроме отвращения, которое он не собирался сдерживать. От взгляда его фиолетовых глаз, полных ненависти, повеяло какой-то дикой энергией, которая разряжала воздух вокруг. Его дыхание было ровным, но было видно, что буря эмоций нарастала с каждым моментом. Кровь в его венах кипела, и не теряя времени, он с ловкостью вытянул руку к своему правому клинку. Лезвие мгновенно блеснуло в тусклом свете.

— Вы оба ответите за то, что сотворили с Харукой. — Грубо произнес Райто. Он достал клинок и вытянул его прямо под шею Ноторо, так близко, что тот уже чувствовал холод стали на коже.

Ноторо лишь лениво поднимал руки, словно ему было все равно, что происходит вокруг. Его лицо сохраняло невозмутимость, лишь уголки губ слегка поднялись, как будто он забавлялся всем происходящим.

— Ну-ну, Хаками! — Проговорил он, поднимая руки, якобы желая показать, что он сдается. Он не чувствовал страха перед лезвием, которое уже коснулось его кожи. — Размахивать оружием вне состязаний запрещено уставом фестиваля, забыл, что ли?

— Скажите это самим себе. — Произнес Райто с нарастающим гневом, и его лицо искажала едва сдерживаемая ярость. Брови сдвинулись, в напряжении, и его глаза сверкали. Голова склонилась немного вниз и влево, словно он готов был нанести удар. Клинок чуть проехал по шее Ноторо, проникнув под его кадык, но тот, казалось, был абсолютно не обеспокоен этим.

— Старик, я безоружен. — Спокойно, без малейшего намека на страх, произнес Ноторо, несмотря на клинок, что все так же упирался ему в шею.

— Да, не забывай, где находишься, Ха-к-ками. — С ехидной интонацией произнес Кьяра, делая акцент на фамилии Райто, как если бы это было единственным, что действительно могло задеть его.

Мгновение спустя раздался резкий раскат грома. Райто не мог терпеть такого отношения, и его гнев переполнил чашу терпения. Гром прошел по земле и попал прямо в тело Кьяры, оставив того без сознания и отбросив прямиком в телегу с сеном. Райто скривил губы, вот-вот он полностью вонзит клинок в шею Ноторо.

— Подумай, что ты делаешь. — Пытался вразумить не контролирующего себя Райто Ноторо.

— Да плевать мне! — Закричал Райто.

Из-за поворота позади Хаками появились два рыцаря, одетые в черные доспехи, которые блестели в тусклом свете этой улочки. Они сидели на высоких, могучих королевских конях. Лица рыцарей скрывали шлемы с узкими прорезями для глаз, из-за которых только ледяной взгляд мог пробиваться наружу.

Один из них заметил начавшуюся стычку, поэтому тут же окликнул своего напарника и они бросились в сторону Райто и Ноторо.

— Немедленно опусти оружие! — Закричал один из них.

Ноторо чуть шагнул назад, закидывая голову назад, изображая разочарование.

— О-ох, я же предупреждал тебя, Хаками. — Произнес он, его голос был наполнен иронией и смехом.

Тем временем один из рыцарей внезапно атаковал Райто, резко вонзив локоть в его живот. Удар был настолько сильным, что Райто мгновенно потерял равновесие и рухнул на землю, теряя контроль над собой. Вскоре он почувствовал, как мышцы, словно скованные, не могут двигаться, и слабость охватила его.

— Это они отра…

— Заткнись! — Проревел рыцарь, чей голос был властным, как у командующего. Его ладонь стиснула рот Райто так сильно, что тот едва мог дышать.

— Именем Страны Вод, Королевства Нэа, Вы, Хаками Райто, исключены из списков участников состязаний Фестиваля Морей. — Громко и грозно произнес второй рыцарь, не слезавший с коня. — До конца проведения мероприятий вы будете помещены под стражу.